Дом у озера

POV Author Выпускной был не за горами. Это было напоминанием, что детство закончилось, и пора думать о своем будущем. Лидия понятия не имела, что она будет делать после окончания школы. Всю свою жизнь девушка провела в Нью-Йорке, она собиралась поехать в Колумбию. Жить в центре города и пить кофе дождливым субботним утром. Иметь идеальную жизнь, о которой можно было только мечтать. Но судьба распорядилась иначе. Лидия не вернется в Нью-Йорк, даже если её судьба зависит от этого. Её жизнь была давно закончена. Она наконец-то поняла это. После обеда Уилл и Мелисса были загружены работой, так что Лидия предложила помыть посуду. Она также сделала это, чтобы отвлечься. Поставив грязные тарелки в раковину, Лидия посмотрела в темноту за окном. Девушка склонила голову на бок. Стайлз стоял на краю причала в одних шортах, которые были низко посажены на его бедрах. Лидия мельком заметила мурашки на его татуированном предплечье, когда парень почесал затылок. Его волосы были влажными и торчали в разные стороны. Тоска отдавала болью где-то глубоко внутри Лидии. — Это выглядит знакомым, — отец девушки внезапно появился позади нее. Она вздрогнула. — Что? — спросила Лидия невинно, поворачивая кран. Уилл только покачал головой. — Подвинься, я хочу помочь. Они мыли посуду в тишине: Лидия намыливала, а Уилл вытирал. Несколько раз он окунал руку в воду, чтобы обрызгать дочь. — Итак, что ты собираешься делать? Переедешь или… — мужчина поставил последнюю тарелку в шкаф, прислонившись к столешнице. — Я уже сказала Мелиссе, что буду нянчиться с Томасом это лето. И я хотела бы найти ночную работу, чтобы заплатить за обучение. Я могла бы ходить на некоторые предметы в местный колледж этой осенью, но кто знает. Я не думаю, что карьера — это что-то особенное для меня. Уилл нахмурился. — Я не заставляю тебя идти в колледж, Лидия, ты же знаешь. Но ты ведь умная, и я не хочу, чтобы ты упускала время. Девушка слабо улыбнулась. — То, что я пропущу год, слишком плохо? — Нет, — Уилл смотрел в пустые глаза Лидии. — Наверное, нет. — Я очень устала, папа, поэтому я пойду в душ и спать. У меня был тяжелый день, — вздохнула девушка и поцеловала отца в щеку. — Хорошо, спокойной ночи, милая, — сказал он, улыбаясь. Мужчина повернулся к раковине, чтобы вытереть свои руки. Взглянув в окно, он увидел, как Стайлз смотрит к окно комнаты Лидии. Парень тяжело вздохнул, качая головой и заходя в свой дом. В четверг вечером Лидия можно было найти в том же положении. Она лежала на своей кровати и грустила. Девушка даже не могла определить, о чем она грустит больше. Все смешалось в одну кашу. Одиночество, взросление, Стайлз. Завтра был его последний день, и Лидия не знала, что чувствовала насчет этого. С одной стороны — облегчение, что после девяти лет Стайлз наконец-то уезжает от своего дяди. Может быть, та его семья будет лучше обходиться с ним. Парень будет в безопасности, и это положит новое начало его психическому состоянию. Но с другой стороны, она хотела, чтобы Стайлз остался. Лидия больше не могла называть его своим, но у нее был маленький кусочек надежды, что они снова могли бы быть вместе. Стайлзом и Лидией. Стидией. Стайлз уезжал. У Лидии было желание сделать что-то, но зная, что это не поможет, девушка разочаровывалась. Наконец, одним утром, после бесконечности часов лежания в постели, встала со своей кровати. Схватив карандаш и вырвав листок из одного из своих блокнотов, девушка села на пол. Дорогой Стайлз, Лидия стерла это, начиная заново. Стайлз, Я знаю, что ты сказал мне оставить тебя в покое, но я также знаю, что ты не хочешь уехать без кусочка хороших воспоминаний об этом городе. Так вот же они. Ты придурок. Ты говоришь не подумав. Ты можешь быть прямолинейным, если захочешь. Ты можешь стать злым или грустным в течение нескольких секунд. Ты не знаешь, как вести себя с людьми. Ты — импульсивный идиот, который разбил мое сердце, и я ненавижу все эти вещи в тебе. Но то, что я ненавижу больше всего — факт, что я недостаточно сильна, чтобы отпустить тебя. Я люблю твои глаза. Я люблю твои губы и то, как ты кусаешь их, когда смущаешься или нервничаешь. Я люблю твои волосы, мне нравится касаться их рукой. Я также люблю твою чувствительность и внимательность. Я люблю те дни, вечера и ночи, которые мы провели вместе, разговаривая обо всем на свете. Я люблю то, как ты можешь заставить меня улыбнуться от одной лишь глупой шутки. Я люблю наше доверие друг другу. Но больше всего я люблю то, что сделала тебя счастливым. Спасибо за то, что разрешил мне показать то, что правильные люди могут сделать жизнь лучше, когда она просто дерьмовая. Ты самый красивый человек, которого я когда-либо встречала, Стайлз. И я хочу, чтобы ты был нормальным и счастливым, потому что ты заслуживаешь это больше всех. Я ненавижу то, что мы расстались, но, может быть, это к лучшему. Я никогда не забуду это потрясающее время, что мы провели вместе. Я была самой счастливой рядом с тобой. И я надеюсь, что мы сможем найти людей, которые сделают нас самыми счастливыми снова. Когда будет плохо, подумай обо мне. Знай, что я всегда буду любить тебя, Стайлз. Помни это всегда.

Лидия

Рука Лидии тряслась, когда она закончила, слезы текли по щекам. Девушка вздохнула, дрожа, и закрыла опухшие глаза. Записка была опущена в шкафчик Стайлза, пока никто не видел. Это стало концом для Лидии. Это было необходимо ей. Стало лучше от того, что она выговорилась, прежде чем они, вероятно, никогда больше не увидят друг друга. — Придешь завтра? — Лидия спросила Эйдана, когда он подвозил ее до дома. — Мои родители с малышом пойдут на семейный праздник и вернутся поздно. Мы можем поговорить. — Я приду, — парень обнял меня одной рукой и открыл мне дверь машины. Лидия предупредила родителей на следующий день, уверяя, что она будет в порядке, и пообещала отцу, что «никаких вечеринок здесь не будет», пока Эйдан в доме. Эйдан был её лучшим другом на данный момент. Парень приехал в течение двадцати минут после того, как уехали Уилл и Мелисса. Он стоял в дверном проеме с улыбкой на лице и с тарелкой печенья в руках. Лидия смотрела на печенье, вскинув бровь. — Не ты ведь испек его. — Моя мама купила его, а я положил на тарелку, — он ухмыльнулся.

***

— Мой отец хочет начать обучать меня работе после того, как я окончу школу, — сказал Эйдан, выключив телевизор после нескольких часов безумия. — Но ты ведь не хочешь. Парень вздохнул. — Я просто не думаю, что управление ресторанами — это то, что я хочу делать всю свою жизнь. — Но это приносит деньги. Много денег. Эйдан усмехнулся. — Знаешь, деньги ничего не значат для меня, — парень посмотрел на свои руки. — После выпуска я собираюсь сказать папе о поездке. Хочу некоторое время путешествовать по миру, понимаешь? Что ты об этом думаешь? Лидия закусила губу. — Я считаю, что ты должен делать то, что ты хочешь. Это жизнь. Если мы не делаем то, что нам нравится, другой сделает. — Ты права, — сказал Эйдан и, когда девушка посмотрела на него, он поцеловал её. Она замерла. Это было неправильно. Лидия наконец неуклюже зашевелила губами, ожидая, когда поцелуй закончится. Эйдан отстранился, кусая губу. — Эм… — Слушай, — Лидия вздохнула. — Эйдан… — Прежде, чем ты скажешь что-либо, — парень поднял палец и немного подвинулся. — Ты мне нравишься с тех пор, как я первый раз встретил тебя, и я хотел сделать это уже очень давно, чтобы все понять. И я сделал это. Ты красивая девушка и хороший человек, но… — бормотал он, но Лидия оборвала его громким смехом. — Ты не почувствовал ничего, — закончила она за него. Эйдан застенчиво покачал головой. — Я думаю, нам лучше остаться друзьями, — он протянул свой кулак. — Лучшие друзья? Она игриво закатила глаза и прижала свой кулак к его. — Лучшие друзья. Парень улыбнулся, толкая Лидию. — Мне уже пора, но это было весело. Я действительно рад, что мы друзья, Лидия. Ты замечательная, — сказал он. В дверь постучали, и Лидия кивнула Эйдану, когда он указал на нее, чтобы открыть. — И Эйдан.. — Да? — Никогда больше не целуй меня. — Даже в щечку? — Даже в щечку. — Ладно.

***

POV Author Парень взял ключи от машины и открыл входную дверь. На крыльце стоял Стайлз, склонив голову. Он перевел взгляд с Лидии на Эйдана, сжимая челюсть. Он молчал, уставившись на Эйдана. Эйдан вскинул бровь. — Эм, пока, Лидия. Я напишу тебе, — парень обошел Стайлза. — Стайлз, — кивнул он, идя к своей машине. Стайлз вошел без приглашения, закрыв за собой дверь. Теперь он смотрел на Лидию холодным взглядом, по-прежнему не говоря ни слова. — Что ты здесь делаешь? — спросила она, скрестив руки на груди. В её животе запорхали бабочки. — Я скоро уезжаю, а у тебя остались мои вещи, которые мне нужны. Лидия не ожидала такого официального заявления. Она думала, что он пришел попрощаться. — Ты хочешь забрать мои… — Мои вещи, Лидия, мне они нужны. Лидия облизала губы. — Ладно, — она развернулась, — Пойдем со мной, — девушка привела его в свою комнату. Она рылась в шкафу и выбрасывала оттуда рубашки, футболки, свитера и все прочее дерьмо, которое он ей дал. — Это все, теперь можешь уходить, — Лидия покинула комнату, выйдя в коридор. Стайлз бросил все вещи на кровать, следуя за ней. — Какого черта он здесь делал? Парень прислонился к косяку двери ванной комнаты, пока Лидия мыла руки. — Тебе пора идти, — сказала она, вытирая их. — Ответь мне, Лидия. — Я ничего тебе не должна, — сказала она, останавливаясь перед Стайлзом. — Уйди с дороги, — Лидия попыталась обойти его, но он последовал за ней. Это была игра. Хищника и его жертвы. — Десять дней, Лидия, — сказал он грубо. — Мы расстались десять дней назад, а ты уже решила двигаться дальше? Я всегда знал, что ты фальшивка, Лидия, но я никогда не думал, что ты окажешься шлюхой. Девушка опешила, но она не позволила Стайлзу увидеть это. Она решила показать все те эмоции, которые парень не ожидает увидеть. — Мне жаль насчет этого, Стайлз, — безэмоционально сказала она, как он однажды. — А теперь, пожалуйста, уходи. — Разве он заставил тебя чувствовать те же чувства, что и я, Лидия? — дразнился Стайлз. Он был не в своем уме. — Или это просто замена? Некая забава, отвлечение от того, что ты на самом деле хочешь? — Он помог мне намного больше, чем ты, — это была фраза, которая вызвала цепную реакцию. Лидия расстегнула цепочку, висевшую у нее на запястье, и бросила Стайлзу. Он не словил её, давая ей упасть на пол. Глаза парня потемнели. Он достаточно сильно ударил кулаком по раковине, что она затряслась, а Лидия подскочила. Лицо парня было совершенно пустым и Лидии было страшно пошевелиться. Стайлз не мог контролировать себя. Парень вспотел, а его сердце билось в бешеном ритме. Единственное, что было у него на уме, это Лидия. То, что он покидает Лидию. То, что он делает больно Лидии. Лидия наедине с другим парнем. Лидия наедине с другим парнем, который гораздо лучше его и который может заменить его. Парень целует Лидию. Парень касается тела Лидии. Больше не было доброго, милого и уравновешенного Стайлза. Лидия понятия не имела, кто был перед ней. Она сглотнула. — Стайлз? Он сделал еще один шаг вперед, сбрасывая все вещи со столешницы. Лидия была в ужасе. Она одна в доме с этим парнем, и она понятия не имеет, что здесь происходит. Почему он ведет себя так. — Ты — моя, Лидия. Всегда была и всегда будешь, — зарычал Стайлз. — Несмотря ни на что. И ничья больше, — каждое его слово было пропитано злобой. — Ты порвал со мной, — сказала Лидия дрожащим голосом. Стайлз усмехнулся. — Да, — все, что он сказал. Он сделал еще один шаг к девушке. — Я всегда говорил тебе держаться подальше от меня. Что я не такой хороший. Но маленькая Лидия всегда добивается своего, — плюнул он. — Посмотри, к чему тебя это привело. — Стайлз, что с тобой не так? — Было глупым считать, что из нас выйдет нормальная пара. Мы оба облажались, — Стайлз схватил руку Лидии. — Может мне стоит показать тебе, кому ты действительно принадлежишь. Страх овладел Лидией. — Не трогай меня! — она вскрикнула, пытаясь вырваться, но его хватка была слишком сильной. Девушка ударила Стайлза в пах так сильно, как только могла. Жизнь в большом городе научила её, как справляться с некоторыми ситуациями. Стайлз стонал, отпуская Лидию и падая на колени. Девушка обошла его и побежала в спальню родителей. Она закрыла дверь и села на пол. Она дрожала, обхватив себя руками. Тишина была долгой. Лидия затаила дыхание, испуганно слушая любые звуки приближения Стайлза. Он ведь мог с легкостью сломать дверь. Она, наконец, поднялась. Послышались шаги за дверью. — Лидия? — голос парня был хриплым. Стайлз вернулся к своему нормальному состоянию снова. — Лидия, пожалуйста, прости меня. Я не знаю, что случилось, я… пожалуйста, выходи. Девушка глубоко вздохнула, решив сделать так, как будет лучше. Она не могла больше быть эгоисткой. Не могла. — Я выйду через минуту, — тихо ответила она за дверью. Лидия подошла к телефону рядом с кроватью. Она набрала три цифры и стала прислушиваться к гудкам. — 9-1-1, назовите характер вашего происшествия. — Мой парень, он… — Лидия сделала вдох, прежде чем признаться диспетчеру и самой себе. — Он психически неуравновешенный. Он нуждается в помощи, — слезы навернулись на глаза Лидии. — Мы оба нуждаемся в помощи. Девушка дала женщине свой адрес, а та в свою очередь пообещала Лидии, что все будет в порядке. Она кивнула, хотя знала, что это не так. Она напомнила себе, что для Стайлза так будет лучше. Лидия сделала глубокий вдох, прежде чем открыть замок. Стайлз поднялся на ноги и обнял девушку. Лидия непроизвольно вздрогнула, не отвечая на объятия. Стайлз отстранился, но его руки все еще были на ее плечах. — Я не знаю, что случилось, Лидия. Клянусь Богом. Клянусь своей жизнью. Клянусь своей мамой. Лидия, я пришел сюда не за своими вещами. Я пришел, чтобы попрощаться. Поговорить насчет письма, которое мне понравилось. Но потом я увидел его… — Стайлз потер свои глаза. — Я расстался с тобой, чтобы защитить тебя. Защитить тебя от Питера. Он замешан во многих плохих вещах, Лидия, и он пригрозил, что доберется до тебя. Теперь ты знаешь правду, и я скажу тебе все, что ты хочешь, только, пожалуйста… — он замолчал. — Стайлз, — грустно сказала Лидия кладя руки на его щеки. — Твои глаза были абсолютно пустыми. Ты был бессвязным. Ты не был собой. Парень зажмурился. — Я… — он старался бороться с самим собой. Он чувствовал, что теряет контроль снова. — Ты угрожал мне, Стайлз, — тихо сказала девушка. Она не могла больше держать это в себе. — Я думаю, что Питер что-то сделал с тобой, когда ты был младше. — Что? — спросил парень. — Я думаю, Питер что-то сделал с тобой, когда ты был ребенком. Что-то очень плохое. Мне нужно, чтобы ты был честен со мной, — твердо сказала Лидия. — Посттравматическое стрессовое расстройство блокирует все горькие воспоминания и вызывает нерациональное поведение… Стайлз громко застонал, потирая свои глаза. — Он ничего не сделал, Лидия, ясно? Он ничего не сделал. Как он только мог… — парень вздохнул, пошатываясь, когда увидел, как вздрогнула девушка. Он нежно обхватил её лицо, — Лидия, прости меня. Прости меня, пожалуйста. Я не знаю… — Стайлз, мне нужно достать еду из духовки. Можешь подождать здесь пару минут? — Да, — он кивнул. – Да, конечно, — Стайлз запустил руки в свои волосы. Когда девушка ушла, он закрыл глаза, сильно сжимая их. Как он мог быть настолько глупым? Как он мог позволить произойти этому? Сейчас ничего не будет таким, как прежде. Он буквально все уничтожил. Парень начал глубоко дышать, чувствуя, что снова выходит из-под контроля. — Чертов глупец, — всхлипнул он, скользя по полу. Лидия вернулась, медленно подходя к Стайлзу. Он увидел одного мужчину позади нее, а затем еще одного, и еще одного. Они были одеты в униформу. — Что это? Лидия? — выдавил Стайлз. — Стайлз, — сказала она, давясь слезами. — Стайлз, прости. Прости меня, — она всхлипнула. — Подойди сюда, пожалуйста, — тихо сказал парень. — Я не буду трогать тебя, Лидия. — Лидия покачала головой. — Стайлз, просто знай, что так будет лучше для тебя. Тебе нужно это. — Привет, Стайлз, — один из мужчин улыбнулся парню самой теплой улыбкой, которую он когда-либо видел. — Я здесь, чтобы помочь тебе. Все будет хорошо, Стайлз. Все будет хорошо. Ты веришь мне? Стилински собирался кивнуть, но потом увидел, что было у мужчины в руке. — Подождите… — выдавил он, но мужчина шагнул вперед и вколол шприц в шею парня. У Стайлза все поплыло перед глазами. Он перевел взгляд на Лидию, которая плакала еще сильнее. Он хотел обнять её, чтобы она успокоилась, но его тело парализовало. Парень не сводил с девушки глаз. Она была последним, что он увидел, прежде чем он отключился. POV Стайлз Мои глаза были открыты. Я думал. Я не мог говорить. Вокруг меня было тихо. Я слышал приглушенные шаги и перелистывание страниц. Я, наконец, пришел в себя. Мои глаза были закрыты. Как-то глазные мышцы стали более менее управляемыми. Я вяло открыл глаза и едва мог сфокусировать зрение. Мое дыхание было поверхностным. — Я… Я умер? — сказал я невнятно. Послышался тихий смешок. — Нет, ты не умер, Стайлз. — Черт, — пробормотал я под нос. — Это психиатрическая больница? — Как ты себя чувствуешь, Стайлз? — Как дерьмо. — Да, — медсестра посветила фонариком в мои глаза. — Это нормальный побочный эффект. Ты помнишь что-нибудь? — Я лежал на полу. Я больше ничего не помню. Медсестра тихо вздохнула. — Я пойду к доктору и твоему дяде и скажу, что ты уж очнулся. Через несколько минут в мою палату вошла высокая женщина, Питер зашел за ней. Его лицо было пустым. Оно не выражало никаких признаков озабоченности или облегчения. — Здравствуй, Стайлз, — улыбка женщины была теплой, и я чувствовал себя комфортно. — Я доктор Эмма, как ты себя чувствуешь? — Просто отлично, — сказал я с сарказмом. Встретившись с Питером глазами, я посмотрел в сторону, занервничав. — Что… что я здесь делаю? Я не помню ничего. Доктор Эмма продолжала улыбаться, подойдя к кровати с планшетом в руке. — Стайлз, у членов твоей семьи были какие-либо психические заболевания? Психические заболевания. Я закрыл глаза. — Не… — Никогда не было никаких симптомов, — вмешался Питер. — О которых я вообще знал, — прервал его я, грозно глядя на мужчину. — Стайлз, прежде чем я начну объяснять тебе все, я хочу, чтобы ты знал, что твоя девушка сделала это из лучших намерений. Пожалуйста, не вини ни её, ни себя. Она больше всего на свете хочет помочь тебе двигаться дальше. — Девушка? — я склонил голову в сторону. Застонав, я потер глаза. Я облажался. Я очень сильно облажался. Я смутно помнил, что произошло. Я собирался уезжать, но зашел попрощаться. Я должен был увидеть Лидию в последний раз. Потому что я был эгоистом. Я представил, как девушка сдала меня и наблюдала, как меня выносят из её дома. Мне вдруг захотелось заплакать. Я разозлился на Лидию, я не имел права этого делать. Она, должно быть, позвонила 911, когда заперлась в комнате. Я также вспомнил, как угрожал ей. — Твою мать, — пробормотал я, открывая глаза.Я чувствовал, как катятся слезы по лицу, а глаза начинают опухать. — Стайлз, — доктор Эмма взяла меня за руку. — Я хочу помочь тебе, если ты мне позволишь это. Ты сделаешь это? Я облизал губы, посмотрев на женщину, которая смотрела на меня с заботой. Я кивнул, крепче сжимая её ладонь. Я много плакал в этот день, когда все стало понятным для меня. Я должен был оставаться здесь несколько дней. Мне было восемнадцать, поэтому я мог самостоятельно решить, что делать дальше: уйти на свой страх и риск или остаться здесь на какое-то время и получить помощь. Пограничное расстройство личности. Это то, что я услышал от доктора. Все симптомы указывали на это. Его можно было вылечить большим количеством терапии и антидепрессантов, которые будут удерживать меня в нормальном состоянии. Твой мозг работает немного по-другому, Стайлз. Я мог быть счастливым в один момент, а в другой уже мог грустить. Я злился сильнее, чем обычный человек, и это доходило до точки, когда я становился опасным. Я перестал быть Стайлзом и стал худшей формой себя. Я спрятал лицо в своих руках. Я не мог понять, как такое могло произойти со мной. Я должен был быть нормальным. Должен был играть в футбол, хоккей и баскетбол, а на выходных пить и встречаться с девчонками. Просто быть восемнадцатилетним выпускником. — Я оставлю вас с дядей наедине, хорошо? — просто нажми на кнопку, если тебе нужно что-нибудь, и медсестра придет. С нетерпением жду провести с тобой еще больше времени, Стайлз. Увидимся позже, ладно? Я вытер глаза и кивнул, но я очень сильно хотел, чтобы женщина осталась. Я не хотел оставаться с Питером один на один. Я долго молчал, когда доктор Эмма ушла. Питер глубоко вздохнул, потирая виски. — Ты хоть начинаешь осознавать, насколько я зол? — тихо сказал мужчина. Я продолжал молчать, уставившись на белую стену. — Я не люблю, когда вмешиваются в наши дела, Стайлз, и ты это знаешь. Я провел последние девять лет, скрывая нашу личную жизнь от окружающих. А теперь вмешиваются все: учителя, врачи, полицейские. — Ты издеваешься надо мной? — Ты представляешь, что я почувствовал, когда открыл двери и увидел полицейских у себя на пороге? — Ну, я могу себе представить, как ты испугался, — злобно ответил я. — Ты испугался за каждую тайну этого гребанного дома. Глаза Питера потемнели. — Ты должен был уехать, но теперь ты прикован к больничной койке из-за этой чертовой шлюхи. — Если я еще раз услышу, что ты её так называешь… — плюнул я. Глубоко внутри я чувствовал гнев, но мое тело было слишком уставшим, чтобы выплеснуть его. — Я люблю её, Питер, почему твой чертов мозг не может понять это? — Ты любишь её? Да уж, посмотри, где ты оказался из-за нее. — Я бы уехал, и мы бы продолжали игнорировать то, что со мной происходит. Ты слышал доктора, дядя? Пограничное расстройство личности. С этим нельзя шутить. Но ты слишком эгоистичен, чтобы понять это. Это добило мужчину. Последовал подзатыльник. — Ты дурак, Стайлз, — удар посильнее. — Такой глупец, — еще сильнейший удар, он чего я склонил голову. Я схватил пульт управления, чтобы позвать медсестру, когда он снова поднял руку. — Сделай это снова, попробуй, — пригрозил я, стараясь казаться устрашающим, но потерпел неудачу. Питер сжал челюсть, но опустил руку. — Ты правда идиот, Стайлз, — наконец, сказал он, собираясь уйти. — Я вернусь завтра. Когда он ушел, я лег на кровать с облегчением. Я смотрел в потолок, глаза начало жечь. Слезы текли еще сильнее. Паника стала еще большей. Меня трясло так, как никогда прежде. Это был момент, когда я потерял себя. Я благодарил Бога за каждую дозу лекарств, которые мне вкололи вчера, чтобы успокоить. Я пытался заснуть, но у меня не получалось из-за всех этих событий, что произошли со мной за последние 24 часа. Когда медсестра принесла мне еду, я спросил у нее, могу ли я воспользоваться телефоном. — Конечно, милый, — она широко улыбнулась. Я удивился тому, что чувствую себя в безопасности в этом месте. Этого не было слишком долго. — Ты можешь пользоваться им, когда захочешь. Я набрал номер дрожащими руками, ожидая, когда поднимут на том конце. Раздался щелчок. — Алло? Вся моя решимость улетучилась. — Лидия, — выдохнул я. Послышались всхлипы. — Боже мой, — тихо сказала она. — Я тут, я тут, — я чувствовал, что должен успокоить её. — Я даже не знаю, что сказать, — тишина. — Я очень сильно извиняюсь, Лидия. За все. Я не могу поверить… — я замолк, начиная плакать снова. Я никогда не чувствовал себя таким уязвимым. — Я не могу поверить, что это произошло. Я никогда не хотел дойти до этой точки. — Я просто хочу, чтобы с тобой все было хорошо, Стайлз, — хрипло прошептала девушка. — Я испугалась, запаниковала и больше не знала, что делать, прости. — Нет, — я покачал головой, хотя знал, что она не видит меня, — не… не извиняйся. Ты все сделала правильно. Мне нужна была помощь уже очень давно. — Как давно это с тобой происходит? — Некоторое время, — сказал я, глядя на свои шрамы. — Ты, наверное, никогда больше не захочешь говорить со мной. — Я никуда не денусь, Стайлз. Независимо от того, как сильно ты хочешь оттолкнуть меня, я никуда не уйду. — Я не хочу этого, — пошептал я. Последовал глубокий вздох. — Как Питер? Я закрыл глаза. — Очень зол. — Он такой… — она тяжело вздохнула. — Я зайду к тебе после школы, хорошо? Я буду приходить каждый день. Мне нужно видеться с тобой. Я могла бы приехать сейчас, но мой папа… — Все нормально, Лидия. — Твои родители еще больше ненавидят меня? — Они хотят, чтобы ты поправился, — сказала девушка. — Все мы хотим. — Я тоже этого хочу. Начиная с этого момента, я собираюсь все исправить. Я собираюсь исправить ситуацию, исправиться самому и, самое главное, исправить наши отношения, — я сильнее сжал телефонную трубку. — Я так сильно тебя люблю, Лидия, ты даже не представляешь себе. Я даже не могу объяснить, как сильно я тебя люблю. Еще один всхлип. — Я тоже люблю тебя, Стайлз. Больше всего на свете. Увидимся завтра, хорошо? — Хорошо. Позже ко мне пришли и сообщили, что завтра я должен пройти тесты. Мой мозг был переполнен событиями этого дня, и я отключился, прежде чем медсестры ушли.