Who Would Love A Beast?

Путь к столовой занял меньше времени, чем он думал, и он никак не мог собраться, чтобы войти, стоя в темноте перед входом в большое помещение, откуда виднелся теплый свет. Еще один вдох. Еще один шаг вперед. Столовая была освещена лишь свечами, что делало атмосферу жутковатой. Вся мебель была каштановой с золотыми узорами, перекликающимися друг с другом, будто перешептывающимися, замышляющим какой-то план, о котором Стайлз не догадывался. На столе было столько разных блюд, что у Стайлза закружилась голова от волны запахов, настолько вкусными они были. Он успел разглядеть огромную утку в центре стола, поблескивающую хрустящей корочкой, свежие овощи и фрукты, вырезанные и сложенные в причудливые узоры, разные салаты, незнакомые ему блюда, дающие ароматы, кружащие голову. Стайлз сглотнул и огляделся. Огромное кресло, оплетенное свежими розами, было занято и отвернуто от Стайлза. Он почувствовал прилив адреналина, но тут же сжал кулаки и прикусил губу, чтобы контролировать себя и не начать паническую атаку. — Здравствуйте, — произнес он тихо. Его пальцы дрожали, а лоб покрылся испариной. Он не мог решить, достаточно ли он смел, чтобы поднять взгляд, или достаточно ли он напуган, чтобы опустить его в пол и не поднимать до конца трапезы. — Ты можешь сесть, — ответил голос, и вот тогда сердце Стайлза остановилось, а затем бросилось бежать в галопе, и Стайлзу пришлось обнять себя, чтобы его не разорвало от страха. Этот голос не был даже на секундочку человеческим. Рычание и низкие гортанные звуки, будто искаженная кассета, резали слух, а произнесенные слова не могли обрести смысл, будто сказанные на неизвестном языке. Стайлз уставился на кресло в шоке, парализованный страхом. — Опусти глаза и не поднимай их до конца ужина! — прорычало Оно, и Стайлз послушался в секунду. Его трясло от страха, и он постоянно кусал губу, от чего рот заполнился неприятным привкусом крови, а бледная дрожащая ладонь автоматически дернулась коснуться раны. Пройдя на свое место, он со скрипом пододвинул стул ближе и смотрел на себя в отражении черной тарелки. На его лице играли блики свеч, а его волосы были взлохмачены. — Ты можешь есть, — произнес голос, и Стайлз приподнял взгляд на ближайшую тарелку. В ней лежали запеченные грибы, и Стайлз их ненавидел, но он не ел с самого утра, так что они были лучшим вариантом. Он положил один гриб на тарелку и осторожно взял вилку дрожащей рукой. Приборов было чертовски много, и парень усиленно пытался вспомнить, что мама говорила ему насчет этикета за столом. Он взял вилку для салата, потому что посчитал гриб закуской, и отрезал ножом небольшой кусочек. Мозг внезапно одарил его картинками отравленной пищи, и он остановил руку на том моменте, когда гриб коснулся губ. Его рука дрожала, а гриба коснулся рваный выдох. — Я мог бы убить тебя, пока ты спал, — рычание разнеслось по всей комнате, и Стайлз послушно сунул кусок в рот. Какое взаимопонимание. Они сработаются. Он прожевал его так тщательно, что глотать уже не хотелось, когда Оно, сидящее напротив, нервно бросило приборы, заставив поднять Стайлза глаза. Вздох ужаса застыл на его губах, а затем крик, жуткий и вопиющий, разнесся по дому, ударяясь о каждую стену. Когда он осознал, что крик стихает, а его сердце успокаивается, он обнаружил, что Зверя больше нет перед ним, а сам он теряет сознание.