Другой мир - другие правила

- Проклятье... - простонал я и схватился за рёбра, в тщетной попытке остановить кровь. - С вами всё в порядке? - Раздался звонкий и взволнованный, девичий голос. Подняв голову, скорее от удивления, я не смог отвести взгляда от больших, голубых глаз, в которых было столько доброты и нежности, что меня передернуло. - Ой, простите, - сказала она, пряча глаза и краснея. Не до конца придя в себя, я посмотрел вниз, ожидая узреть вывалившиеся кишки и кровавое месиво вместо рёбер. Но всего этого не было. Зато моя рубашка была растегнута и на месте моих рёбер красовались шрамы и порезы, которые любезно оставил пулемётчик 4 года назад, в качестве своеобразного напоминания о себе, на всю мою оставшуюся жизнь. И только сейчас до моего пропитанного шнапсом и героином мозга дошло, что все это было лишь воспоминаниями поганного прошлого. Однако в комнате со мной была девушка, и это сейчас меня волновало куда больше, чем то, что мне куда-то надо идти. Только я и она. Что ж ещё надо дл... <<Твою мать, возьми себя в руки!!!>> - кричали мои инстинкты, борясь с желанием заговорить с ней. Краснея и смущаясь, я сел на стул и застегнул рубашку в надежде, что она видела не слишком много. - Извините, мне правда жаль, - начала она, - но вам нужно к Смиту. Смутно припомнив расположение его кабинета, я нервно кивнул, надеясь, что она не видела моего смущения. Как странно. Раньше такого со мной не было. Хотя, конечно, все мы мои прошлые контакты с девушками описывались следующими четырьмя словами: Убить, а вопросы потом. - Ну... я... как бы... пойду... - неловко сказала она, - у меня... дела... да, дела! Я рассеянно кивнул, наливая себе в стакан воды, чтобы придти в себя после похмелья. Оказавшись у двери, она остановилась у самого порога, и резко развернувшись выпалила: - А к... ка... как вас зовут? Неожидав такого поворота, я потупил взгляд и только через полминуты ответил: - Армин. - Армин? - Из-за странного удивления, всю её неловкость и робкость, как рукой сняло. - Какое странное имя для девушки... В этом время поднося ко рту стакан с водой, я просто напросто поперхнулся, уронив и разбив его, попутно залившись тяжёлым кашлем. - Во имя пехоты! - Воскликнул я. - Я парень! Она тут же вспыхнула и быстро ретировалась, не соизволив закрыть дверь. Вздохнув, я поднялся со стула и закрыл дверь на ключ, затем направился к шкафу за более практичной одеждой. Открыв дверцу, я отодвинул бронежилет, взял чистую, белую рубашку, натянул её на себя, заблаговремено сняв старую, и начал одевать лёгкий жилет и штаны с какими-то странными и замудренными ремнями и застёшками, которые крепились к рубашке, как я позже понял. Приодевшись в более-менее сносную одежду, я немного подумал, нацепил на левое бедро кобуру с пистолетом, отрезал кинжалом пару кармашков с бронежилета, пришил к жилету и засунул туда пару запасных магазинов для пистолета. Чисто для спокойствия. Затем прикрепил ножны на правое бедро и всунул туда кинжал. Тоже для спокойствия. Немного прихорошившись, я вспомнил эту девушку с голубыми глазами, и в груди растеклось какое-то странное, незнакомое, но приятное тепло а сердце забилось чаще. Не понимая что это ещё такое, я приложил руку ко лбу, проверяя, есть ли у меня жар. - Да вроде нет, - сказал я, нахмурившись. За время своей службы в армии я много болезней повидал. От безобидных и лёгких, до особо поганных и отвратительных. Однако среди них не было такого, что бы сердце билось чаще, в груди было тепло, но при этом нет жара. Разве что... - Твою маааать, - простонал я, осознав что попал.