Странности не кончаются...

      Унылые.       Вот как одним словом можно было описать школьные будни в Хогвартсе. Да не только учебные дни, но и выходные тоже. Дни, похожие друг на друга, как две капли воды. Одни лица. Всё, как и вчера.       Радовало лишь то, что эльфы смогли протащить в школу библиотеку Менора. И семейную лютню. И холст. И кисти. И краски. И ноты.       Из этого однообразия выделялись лишь уроки чар, которые вёл полугоблин Филиус Флитвик.

***

Воспоминание. –Итак, дети! Сегодня мы пишем контрольную по всему, что вы успели изучить за эти три года обучения в Хогвартсе!- жизнерадостно объявил Профессор Флитвик, входя в аудиторию,- Эти отметки могут изменить годовую как в лучшую, так и в худшую сторону. Ну что же, приступим!       Генри, глядя на свой вариант, думал о тестах по ЖАБА, которые им раздали. Возмутиться или нет? Было принято решение не обращать на это внимания, а просто делать работу.       И, так уж вышло, что написан он был за пятьдесят минут до окончания урока. –А уже можно сдавать?- в глухой тишине звонко прозвучала фраза, сказанная одновременно четырьмя детьми. –Вы уже всё сделали?!- Профессор не был удивлен. Он был ошарашен, он был в шоке. Как третьекурсники смогли справиться с уровнем ЖАБА? Это же невозможно! –Если вы написали тест, то можете сдать работы. Я проверю их и выставляю отметку. "Спустя пять минут" –Это невероятно! Вы написали работу на "Превосходно"! Но как?! –Профессор Флитвик, в наши головы за семь лет впихнули школьную программу Хогвартса, Шармбатона и Дурмстранга. И вы думаете, что мы не напишем какой-то тест?! Да мы хоть сейчас можем сдать экзамены экстерном, и дело с концом! –А что мешает вас это сделать?- Профессор Флитвик явно не понимал. –Извините, Профессор, но это строго конфиденциальная информация. –Ясно,- разочарованно выдохнул преподаватель чар. Конец воспоминания.       И всё. Ничего нового.       Хотя... Воспоминание.       После обеда был первый в этом году урок защиты от темных искусств. Ученики вошли в класс, расселись по местам, достали книги, пергамент, перья и в ожидании профессора перекидывались шутками. Он наконец вошел, улыбнулся и бросил на стол видавший виды портфель. Одежда на нем была та же, потрепанная и заплатанная, но выглядел он лучше, чем на Распределении, как будто поздоровел после нескольких сытных обедов. — Добрый день, — приветствовал он учеников. — Учебники можете убрать. Сегодня у нас практическое занятие, оставьте только волшебные палочки.       С любопытством переглянувшись, ученики спрятали книги и бумагу с перьями. — Ну что, готовы? — спросил Люпин. — Пойдемте со мной.       Школьники сгорали от любопытства. Вышли за профессором из класса, пошли по коридору и свернули за угол. У ближайшей двери висел в воздухе вниз головой, растопырив кривые пальцы на ногах, полтергейст Пивз и замазывал жвачкой замочную скважину. Заметив Люпина, полтергейст задергал ногами в воздухе и заорал: — Глупый Люпин, глупый Люпин, глупый Люпин...       Ученики смотрели на профессора: как он отнесется к выходке Пивза. Люпин улыбался. — Я бы на твоем месте отлепил жвачку с замочной скважины, Пивз, — приветливо сказал он. — Мистер Филч весьма огорчится, ведь там его щетки.       Пивз, однако, пропустил слова Люпина мимо ушей, издав губами непристойный звук. Профессор Люпин вздохнул и вынул волшебную палочку. — На этот случай есть одно полезное заклинание, — сказал он ученикам через плечо. — Смотрите внимательно. Он быстро вытянул руку на уровне плеч, навел палочку на Пивза и произнес: — Ваддивази!       Жвачка пулей выскочила из замочной скважины и прямо Пивзу в левую ноздрю, Пивз перекувырнулся и, бранясь, умчался прочь. — Здорово, сэр! — в восторге воскликнул Дин Томас, чернокожий мальчик с Гриффиндора. — Спасибо, Дин. — Люпин спрятал волшебную палочку. — Ну что, идем дальше?       Люпин сразу вырос во мнении учеников алого Дома (Слизеринцы-то это заклинание ещё в пять лет выучили), и они с уважением поглядывали на него и на поношенную одежду. Пройдя следующий коридор, Люпин остановился перед учительской. — Ну вот мы и пришли. Заходите. — И он открыл дверь. В отделанной деревянными панелями просторной учительской стояло много старых разномастных кресел. В одном из них у камина сидел профессор Снегг. Он обернулся на шум и криво улыбнулся, блеснув глазами.       Профессор Люпин вошел последний и хотел было закрыть за собой дверь, но Снегг остановил его: — Постойте, Люпин. Я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных.       Снегг поднялся и широким шагом прошествовал мимо учеников, его мантия развевалась, словно черный парус на ветру. В дверях он остановился, круто развернулся и с усмешкой сказал: — Хочу вас предупредить, Люпин, в этом классе учится Невилл Долгопупс. Так вот, советую ничего ответственного ему не поручать, он не справится, если только мисс Грэйнджер не нашепчет ему на ухо, что и как делать. Невилл покраснел. Эдуард Поттер исподлобья глянул на Снегга. Профессор Люпин удивленно поднял брови: — А я надеялся, что именно Невилл мне сегодня поможет. Уверен, он превосходно справится с заданием.       Долгопупс побурел, как свекла. Снегг презрительно скривился, вышел и громко хлопнул дверью. — Поглядите на гардероб, — сказал профессор Люпин и жестом указал на дальний конец комнаты, где стоял старый гардероб для мантий. Люпин подошел к гардеробу, внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задергалась. Ученики в переднем ряду отшатнулись. — Там всего-навсего обычный боггарт, — успокоил их учитель. — Так что бояться нечего.       Большинство все-таки полагало, что боггарта стоит бояться. Невилл с ужасом глядел на профессора Люпина. Симус Финниган не сводил опасливого взгляда с дверцы: только бы не открылась. — Боггарты любят темноту, — рассказывал Люпин. — И чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником, одного я нашел в футляре напольных часов. Этот появился здесь только вчера. Я попросил директора оставить его для нашего сегодняшнего урока. Кто ответит, что такое боггарт? Девочка с вороньим гнездом на голове подняла руку. — Боггарт — это привидение, которое меняет свой вид. Он превращается в то, чего человек больше всего боится. — Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил заучку Люпин, и та зарделась. — Так вот, боггарт в гардеробе еще ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит, неизвестно, но стоит его выпустить, он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете. Невилл дико вытаращил глаза и что-то забормотал. — А это значит, — продолжал профессор, не обращая на Невилла внимания, — что у нас перед боггартом огромное преимущество. Можешь сказать, Эдуард, какое? Девочка с гнездом на голове ("- Это Грэйнджер, грязнокровка",- шепнул Драко Генри) вскинула руку и даже на носки приподнялась, чтобы ее вызвали. Но, к её сожалению, Эдуард все же решился ответить: — Ну-у... нас здесь много.       Грэйнджер огорченно опустила руку. — Правильно, — сказал Люпин. — Поэтому с боггартом лучше сражаться вдвоем, втроем, вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать, в кого ему превратиться. В безголового мертвеца или огромного плотоядного слизняка? Однажды боггарт на моих глазах хотел напугать сразу двоих и превратился в половинку слизняка. Вот смеху-то было! Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что-нибудь смешное и рассмейтесь, он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек. Повторяйте за мной: ридикулус! — Ридикулус! — хором воскликнули ученики. — Замечательно! Но это самая легкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Тут-то как раз мне и понадобится, Невилл, твоя помощь. Подойди сюда. Гардероб снова задрожал, Невилла затрясло от ужаса. К гардеробу он шел, как на эшафот. — Встань вот здесь. Скажи, чего ты боишься больше всего на свете?       Невилл невнятно что-то пробормотал. — Что ты сказал, Невилл? Я не расслышал.       Невилл умоляюще оглянулся в сторону Гриффиндорцев и шепотом произнес: — Профессора Снегга. Все дружно засмеялись. Невилл виновато улыбнулся. Профессор Люпин задумался. — Так-так… профессора Снегга... ты ведь, Невилл, кажется, живешь у бабушки? — Д-да. Только я не хочу, чтобы боггарт обернулся моей бабушкой. — Нет, нет, я тоже этого не хочу, — улыбнулся профессор Люпин. — Скажи, во что обычно одета твоя бабушка?       Невилл удивился, но ответил: — Ну... всегда одна и та же высокая шляпа, на ней чучело грифа. Длинное платье, зеленое... иногда лисий палантин... — И конечно, сумочка, — подсказал профессор. — Да, большая красная. — А теперь постарайся как можно ярче вообразить себе все, что носит бабушка. Вообразил? — Да-а, — неуверенно ответил Невилл: что-то будет дальше? — Боггарт выскочит из гардероба, увидит тебя и превратится в профессора Снегга. Ты нацелишь на него волшебную палочку, представишь себе бабушкину одежду и громко скажешь: «Ридикулус!» Страшный профессор вырядится в шляпу с чучелом грифа, зеленое платье и в руке у него будет красная дамская сумочка. Гриффиндорцы дружно захохотали. Гардероб заходил ходуном. — Если у Невилла получится, боггарт станет пугать всех по очереди, — сказал Люпин. — Вспомните теперь, чего вы больше всего боитесь, и придумайте, как страшилище превратить в посмешище. Все притихли. — Ну что, придумали? — спросил Люпин. — Невилл, мы немного отойдем, чтобы тебе было свободней действовать. Потом я вызову следующего, — сказал Люпин. — Все назад, не мешайте Невиллу.       Ученики попятились и прижались к стене. Невилл остался у гардероба один–одинешенек. Он побледнел от страха, но закатал рукава и крепко сжал палочку. — Начнешь, Невилл, на счет «три». — Профессор Люпин нацелил палочку на дверь гардероба. — Раз, два, три!       Из волшебной палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб распахнулся, из него прямо на Невилла, сверкая глазами, нос крючком, шагнул как живой профессор Снегг. Невилл отшатнулся, но волшебной палочки не опустил, шепча заклинание одними губами. А Снегг все надвигался, тянул к Невиллу руки, вот-вот схватит. — Ри–ри-ридикулус! — взвизгнул Невилл. Раздался щелчок, и Снегг покачнулся. На нем красовалось длинное, отделанное кружевами платье, на голове огромная шляпа, увенчанная грифом, основательно побитым молью, на руке вместительная дамская сумка. Все так и покатились со смеху. Боггарт растерялся и замер как вкопанный. — Парвати, теперь вы! — крикнул профессор Люпин. Парвати уверенно вышла вперед. Снегг двинулся на нее. Щелчок — и вместо него появилась обвитая пеленами в кровавых пятнах мумия. Она слепо уставилась на Парвати, вытянула руки и, медленно волоча ноги, поплелась к девочке... — Ридикулус!       Путы на ногах мумии развились, заплели ноги, и мумия ничком грохнулась на пол, голова оторвалась и покатилась по полу. — Симус, — вызвал Люпин. Симус стрелой выскочил к привидению. Щелчок — и вместо мумии появилась банши, костлявая ведьма-привидение с длинными, до пола, волосами и зеленым лицом — вестница смерти. Она широко раскрыла рот, и комната огласилась пронзительным воплем, от которого на голове у Элеоноры волосы встали дыбом. — Ридикулус! — крикнул Симус. Банши захрипела, схватилась за горло: совсем пропал голос. Щелчок — вместо нее крыса гонится за своим хвостом. Еще щелчок — и мышь обернулась гремучей змеёй, извивалась, извивалась и вдруг превратилась в окровавленный глаз. — Смотрите, он растерялся! — крикнул профессор Люпин. — Скоро совсем сгинет. Элеонора, ваша очередь!       Элеонора обернулась и умоляюще посмотрела на Генри. Тот чуть кивнул и выступил вперёд. –Я с тобой,- ни на кого не глядя, сказал он,- всё будет хорошо.       Боггарт, подкатившись к Элли, замер в нерешительности.       Щёлк!       Высокая костлявая фигура, закутанная в чёрный балахон, держала в руках косу, заляпанную кровью. Она помнила Элеонору пальцем и хрипло рассмеялась. За спиной этого кошмара стояла девушка, совсем ещё молодая. На её лице не было ни одной эмоции.       Генри оттолкнул Эмили и выступил вперёд. — Позвольте мне! — крикнул вдруг профессор Люпин и встал между Генри и фигурой. Щелчок — и фигура исчезла. В воздухе перед учителем повис серебристый хрустальный шар. Люпин сказал спокойно: «Ридикулус!» — и шар, обернувшись тараканом, шлепнулся оземь. — Идите сюда, Невилл, докончите его, — позвал Люпин.       Щелчок превратил таракана в Снегга.       Невилл — на этот раз уверенно — ринулся на боггарта. — Ридикулус! — закричал он, на мгновение Снегг опять предстал перед классом в длинном платье, Невилл рассмеялся, боггарт лопнул, и с минуту в воздухе висели только крошечные клочки дыма. Привидение исчезло. — Превосходно! — похвалил Невилла профессор Люпин под аплодисменты учеников. — Превосходно, Невилл! Все молодцы. Оценки: по пяти баллов каждому, кто сражался с боггартом. Невиллу — десять за два раза. И по пять баллов Гермионе и Эдуарду. — Но ведь я ничего не сделал, — смутился Эдуард. — Вы с Гермионой правильно ответили на вопросы, — пояснил Люпин. — Молодцы, замечательный урок. Домашнее задание: прочитать в учебнике о боггартах, законспектировать и сдать в понедельник. Всё. Я попрошу остаться только Элеонору. Хорошо? Конец воспоминания.

***

      Люпин назначил Элеонора дополнительные занятия.