Заполучить во что бы то ни стало

Бэкхён провел рукой, потирая заспанные глаза, и медленно открыл их. За окном по-прежнему было темно. Комната Чанёля, где омега лежал на кровати, была пустой. Прошло уже достаточно много времени с тех пор, как они с альфой вернулись обратно. Их небольшое трехдневное путешествие было наполнено страстью, нежностью и, в конце концов, любовью. Пусть никто из них не говорил этого слова напрямую, но разве можно обмануть чувства? Бэкхён всем сердцем надеялся, что Пак чувствует то же, что и он в равной степени и по силе эмоций. Ведь невозможно пропадать на часы или даже сутки с ничего не значащим человеком, создавая с ним самые невероятные, головокружительные моменты, и не испытывать при этом сильных чувств. Разве можно действовать, исходя лишь из сексуального интереса? Либо этот интерес должен быть таким, чтобы не могло остаться ни единого сомнения, что это предназначенные лишь друг для друга, лишь истинные. И Бэкхён не сомневался, что эти дни, к слову, самые лучшие в его жизни, он запомнит навсегда. Не увидев своего альфу рядом, Бэкхён нахмурился, но, услышав шум льющейся воды, слегка расслабился. Он уже успел привыкнуть, что теперь не один. Мало того, альфа стал необходимым, как воздух. А когда омега долго не видел и не чувствовал своего мужа рядом, то нервничал, злился, лишний раз выдумывая тревожащие мысли. Он почти всегда был с Чанёлем и в присутствии других совсем не нуждался. Теперь уж Бэк не осуждал и тем более не подшучивал над своим младшим братом, понимая его полностью. Их ситуации были настолько схожи по своим ощущениям и поведению, что не оставалось сомнений, что Чанёль — истинная пара Бэкхёна. Но стоило ли омеге рассказать всю правду, открывая свое сердце? Нет, сделать первый шаг он не был готов. Боялся. Чего именно? Его страшила мысль быть отвергнутым, быть непонятым, не принятым. Лучше уж жить так, не договаривая всей правды, которая могла разрушить едва обретенное счастье, чем потерять связь со своим альфой. Вставая с кровати, омега подошел к ванной комнате и приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Помещение было наполнено приятным ароматом пены и густыми клубами пара, а в большую ванну под напором лилась вода. Не услышав, как открылась дверь в спальню, Бэкхён чуть было не подскочил от неожиданности, когда теплые руки обняли полностью обнаженное тело парня. — Тише, малыш, ну чего ты? Испугался? — прошептал Чанёль и, крепче обнимая своего мужа, потерся подбородком о его макушку, оставляя мимолетный поцелуй на щеке. — Где ты был? — спросил Бэкхён и, разворачиваясь, обнял альфу за талию, сцепляя руки за спиной. — Ты наверняка проголодался? Я принес фрукты. Подумал, мы могли бы вместе принять ванну. Пак снова потерся носом о макушку мужа. Чанёль обнимал омегу, но не так крепко, как хотелось бы. Поэтому Бэкхён сам прижался теснее, не отрывая взгляд от любимого лица. После того как между ними произошла та близость, Бён словно заново увидел своего супруга. И никого красивее этого альфы теперь не существовало во всем мире. В последнее время Бэкхёну стало гораздо труднее скрывать свои чувства. Хотелось кричать на весь мир, что он любит своего мужа. И каждый раз его что-то останавливало. Он не мог довериться на сто процентов. Не мог окунуться в омут с головой. Если свое тело, свои желания, даже свою девственность Бён отдал безвозвратно, то разум все еще подчинялся ему. Его останавливало то, что Чанёль не признал их истинности. Иногда Бэк размышлял, важно ли это признание? Все эти слова и заверения? Не важнее ли поступки? Он верил своему мужу, тот точно не обманывал, когда шептал нежности на ухо. Язык тела говорил сам за себя. Ведь стоило Паку только посмотреть на Бэкхёна своими большими миндалевидными глазами, стоило только прикоснуться, как все сомнения исчезали, оставляя безумное желание дарить наслаждение и получать его в ответ. Но в другие моменты Бэкхён мучился из-за сомнений. Не слишком ли рано и легко он отдался Чанёлю? Ведь изначально омега клялся себе, что не станет подстилкой для Пака. Получается, он изменил себе и своим принципам? Или же все это переставало быть важным, когда находишь истинного альфу? Бэкхён запутался в своих размышлениях. Он не знал, как поступить дальше, в итоге решая, что будет проще позволить событиям идти своим чередом. Их договоренность с Чанёлем о Крисе также не давала покоя Бёну. То, что муж ему не изменяет, он знал наверняка, иначе бы почуял посторонний запах. Но ведь оставались еще и дружеские отношения Пака с Ву, а то, что Ифань непосредственно работал рядом с альфой, напрягало, порой заставляя ревновать на пустом месте. Бэкхёну не хотелось делить мужа ни с кем ни в какой степени. Омега стал жутким собственником. — Ты вообще тут? Со мной? — спросил Чанёль, заглядывая в лицо Бэка, который сейчас стоял в раздумьях, уткнувшись взглядом в грудь мужа. — Да, извини, просто задумался. — Может, поделишься своими мыслями? — на лице альфы читалось искреннее желание помочь. Пак замечал, как супруг иногда изучает его, но никогда не говорит, что его терзает или что волнует. В такие секунды альфа чувствовал себя трусом, потому что боялся услышать что-то роковое, что отдалит их друг от друга. Порой Чанёль корил себя за свою сдержанность. Однако скрывать было что. Каким образом сейчас он расскажет Бэкхёну о своей давней ненависти? О том, что просто использовал его какое-то время для своей выгоды, чтобы еще больше насолить этому ненавистному Бэкджуну, которого продолжал ненавидеть несмотря на то, что старший сын господина Бёна оказался его истинным. Пак знал, однажды все выплывет наружу. Когда Бэкджун поймет, чего лишился, будет рвать на себе волосы, а Чанёль лишь будет смотреть в сторонке и подкидывать дров в разгорающийся огонь. Но как отгородить Бэкхёна от всего этого? Омега не должен пострадать ни в коем случае. Иначе Пак себе этого просто не простит. — Это, собственно, и не важно, Ёль. — Омега смущенно улыбнулся, отведя свой грустный взгляд.

***

Нежась в душистой пене, супруги лежали в ванне с горячей водой напротив друг друга. Какие бы внутренние демоны не терзали их разум, оказываясь в объятиях второго, они напрочь забывали обо всем. Они то и дело касались друг друга коленями, ступнями ног, порой специально ласкали, касаясь пальцами ног интимных мест, вызывая неконтролируемые полустоны. Бэкхён любил взгляд альфы, когда тот доходил до нужной точки. Тот смотрел дико, необузданно, с неприкрытой похотью, уже занимаясь сексом с омегой в своих мыслях. Чанёль пару раз порывался перейти к более серьезным действиям, потому что этих ласк сейчас было мало. А Бэкхён никогда не мог устоять, стоило Паку лишь раз поцеловать. Но сегодня омега был в игривом настроении, поэтому старался как можно сильнее разжечь желание в супруге. Альфа никогда не позволял притрагиваться к себе больше, чем на несколько секунд, всегда брал инициативу на себя, проявляя свою природную натуру, своего внутреннего зверя. Сейчас же омега хотел в полной мере ощутить всю свою власть над альфой. — Слушай, Чанёль, тебе обязательно так долго пропадать на работе? — начал издалека Бэкхён. — Есть многие проекты, которые веду лично я. — Чанёль погладил коленку омеги, пытаясь вновь начать своеобразную игру. — В твоих проектах тебя всегда должен сопровождать Крис? Рука Пака на секунду задержалась, он поднял взгляд на Бёна. Альфа не знал, как реагировать на этот вопрос. — Почему ты вспомнил про него? — Мне вдруг стало интересно, почему ты до сих пор держишь его возле себя. Чанёль и сам толком не понимал. То, что он не испытывает влечения к своей бывшей пассии, это точно. Все его мысли были сосредоточены на Бэкхёне. Но с Крисом их связывал не только секс, прежде всего тот был другом. Тем человеком, который вытащил Чанёля из депрессии после смерти его родителей. И к тому же он был ведущим специалистом в компании альфы. За время совместной работы Ифань приобрел много выгодных связей как для компании, так и для самого Пака. Но Чанёль знал, что Крис когда-нибудь выскажет свое недовольство по поводу Бёна, и боялся этого момента, потому что не хотел терять никого из них. Бэкхён был истинным, без которого жить и дышать становилось труднее с каждым днем. Крис же был важен как друг, как соратник, как деловой партнер. Настанет день, когда ему придется выбирать, но альфа гнал от себя эту мысль все дальше. — Ты ревнуешь? — игриво, чтобы сгладить ситуацию, спросил альфа. Бэк сглотнул и посмотрел в сторону. — Не стоит, Бэкхённи. Я же обещал тебе. Он обычный сотрудник моей компании и все. — А он об этом осведомлен? О том, что он «обычный сотрудник»? Чанёль явно занервничал. Он не ожидал подобного разговора, хоть и предполагал, что когда-нибудь им придется поговорить на довольно серьезные темы. — К чему этот разговор? Вода скоро остынет, иди ко мне, — альфа поманил рукой. — Нет. Лучше ты иди ко мне. И спиной повернись. — Зачем? — Не бойся, я тебя не укушу. — Да хоть укусишь, думаю, мне понравится, — сказал Чанёль, выполняя приказ омеги. Тонкие пальцы Бэкхёна легонько коснулись обнаженной мокрой спины Пака, пробежались по плечам, двинулись вниз по позвоночнику и снова вернулись к шее. Начав массировать плечи альфы, Бэк не удержался и поцеловал шею мужа, слегка прикусывая ее зубами. Мурашки, возникшие в ответ, стон, сорвавшийся с губ мужа, подтвердили, что омега двигался в нужном направлении. А Чанёль действительно медленно, но верно сходил с ума от этих прикосновений. И так было всегда, стоило оказаться рядом. Стоило только почувствовать эти пальчики на себе, как основательно срывало крышу. Бэкхён приподнялся, подсел поближе к мужу, по бокам протискивая свои стройные ноги, и обхватил ими альфу. Теперь уже омега весь прильнул к телу Чанёля. Но и на этом он не остановился. Руки, которые параллельно ногам, обхватывали талию альфы, двинулись ниже по животу, достигая самого сокровенного. —Мм… — с выдохом прохрипел альфа. — Облокотись на меня, — попросил Бэкхён, и Пак тут же исполнил его волю. Лицо мужа сейчас было так близко, что альфа не стал себя удерживать от соблазна облизать уголок его губ, резко разворачиваясь и целуя Бэкхёна. Омега положил руку на грудь Чанёлю, нежно продолжая ласкать кожу, и снова спустился ниже, обхватывая уже во всю стоящий колом член альфы. Бэк всегда восхищался видом возбужденного члена мужа. Сейчас видеть его он не мог, но вот трогать и ласкать — в полной мере. Играя с головкой пальчиками, проходя по ее поверхности, слегка оттягивая кожу вниз, он двигал рукой по стволу, чувствуя, как альфа напрягается до предела. — Тебе же хорошо со мной? Правда? — Да... — выдохнул Чанёль, все больше погружаясь в свои ощущения. — Лучше, чем с кем бы то ни было? — Конечно, Бэкхённи, но на твоем месте я бы так не делал. — Почему? — томно спросил омега, чувствуя, как от собственных манипуляций его самого не хило вставляет. — Моего самообладания надолго не хватит. — Я этого и добиваюсь. Бэкхён повернул голову, выцеловывая скулу и шею мужа. Чанёль расслабился уже полностью. Хотя это понятие можно было поставить под вопрос, так как нарастающее возбуждение обволакивало мозг альфы. Чувствуя, что момент почти настал, Пак перехватил руку мужа, останавливая. — Малыш, мне все это безумно нравится, но кончать я хочу только в тебя. С этими словами Чанёль резко поднялся из воды и потянул за собой Бэкхёна. Обтерев кое-как себя и омегу полотенцем и подхватив второго на руки, альфа в несколько шагов пересек комнату, укладывая Бэка на кровать. — А вот теперь продолжим? И теперь настала очередь Бэкхёна теряться в этом хриплом голосе, рваных настойчивых поцелуях, слегка грубых ласках.

***

Они снова потеряли счет времени, и только урчащие желудки подсказали, что пора бы подкрепиться. Сил подниматься у Бэкхёна не было совсем, поэтому альфа сжалился над мужем, гордо заявив, что сделает самый вкусный перекус, который когда-либо ел омега. И теперь Бэкхён лежал один, уставившись на девственно белый потолок. У него до сих пор кружилась голова от продолжительного оргазма, который каждый раз дарил ему муж. Слева на тумбочке запищал телефон. Омега слегка приподнялся. Это был телефон Чанёля. Смартфон настойчиво издавал громкий сигнал, оповещая о пришедших сообщениях. Бэкхён знал, что нельзя так делать, но любопытство в нем оказалось сильнее. Он стащил телефон со столика и открыл первое сообщение, которое, как оказалось, было от Криса. В нем говорилось о каком-то месторождении нефти, которое их специалисты подтвердили, поэтому они приступают к подготовке для бурения. Следующее сообщение гласило, что, в связи с новыми открывшимися возможностями, Лухан может уже завтра приступать к проекту по строительству самой большой гостиницы в Корее. Но третье сообщение повергло омегу в шок. Бэкхён не мог поверить своим глазам, вчитываясь в него снова и снова. «Всегда поражался твоему нюху, дорогой. Провернуть все таким образом и использовать Бён Бэкхёна, чтобы заполучить в прямом смысле „золотые земли“, мог только ты. Я даже готов простить тебе твои временные шалости с ним, если все пройдет как по маслу и парнишка ни о чем не узнает».