12 глава
1 декабря 2016 г., 14:17
После нехитрых манипуляций врача Бэкхёну и правда стало легче. Легче физически, но не морально.
Сехуна и Лухана с самого утра не было дома, собственно, как и Чонина. Как только эти двое альф нашли своих истинных, увидеться с ними стало проблемно. Даже Минсок улетел на неделю в Китай к своему возлюбленному. Следовательно, выходило, что в данный момент Бэкхён и Чанёль были предоставлены сами себе.
Пак проявлял поистине огромное терпение, заботу и нежность. Альфа не отходил от мужа ни на шаг. В другой раз все это только порадовало бы, но сейчас, когда все так усложнилось, Бэкхён все больше уходил в себя. Чанёль нервничал. Он замечал, что омега начал странно себя вести, но успокаивался тем, что Бэк себя плохо чувствует.
После обеда Чанёлю позвонили из главного офиса. Он долго препирался, говоря, что занят, но после убедительных заверений Бэкхёна о своем отличном самочувствии, нехотя все же отправился в офис.
Бэкхёну после отъезда мужа нечего было делать. Он слонялся по дому в бесцельных поисках найти себе занятие. Самочувствие было отличным, поэтому омега поел, принял душ и завалился на свою кровать. Через час позвонил Сехун, и Бэкхён тут же поднял трубку.
— Ты как? Лухану звонил Чанёль, сказал, что тебе плохо. Почему ты не сообщил мне? Я бы приехал.
— Все в порядке, Се. Не хотел тебя беспокоить. Мне уже намного легче.
— Точно? Я не хочу волновать тебя еще больше… — младший вдруг замолчал.
— Что такое? Ты что-то узнал? — От волнения ладони омеги тут же вспотели.
— Да, — брат снова замолчал, будто собираясь с мыслями. — Все было подстроено, хён, с самого начала. Я все узнал. Лу не смог скрыть от меня информацию, тем более я уже многое знал и сам. Просто высказал ему все, исходя из тех документов, что видел. — Сехун прочистил горло, борясь с внутренней нервозностью. — Хань рассказал мне, что ваш брак был подставным. Но мы это с тобой и так знаем. Однако то, что Чанёль не просто так выбрал тебя — правда. Лу и сам точно не знает, но он предполагает, что его старший брат ненавидит нашего отца, по каким именно причинам, неизвестно. С того времени как Чанёль получил полное право руководить семейным бизнесом, он начал делать все возможное, чтобы уничтожить нас. Не надо быть слишком умным, чтобы понять, что выбор тебя — не простое стечение обстоятельств. Все было спланировано.
— Что это значит?
Сехун молчал, пытаясь собраться с мыслями и унять дрожь. Он был уверен, что старший брат на другом конце провода сейчас не менее взволнован, чем сам Хун.
— Новая процветающая компания, о которой мы вчера говорили, помнишь?
Бэкхён напрягся, вспоминая вчерашний разговор.
— Помню. Вроде бы Кореан Индастрис? А что?
— Догадайся, кому она принадлежит? Как оказалось, это подставная компания, которую создал твой муж, дабы устранить всех конкурентов.
— И отца тоже?
— Не только его. Многие пострадали, но, скорее всего, они просто попали под горячую руку, нападок на компанию отца было больше. Из этого можно сделать вывод, что изначальной мишенью был именно он. Его пытались вытеснить и почти преуспели в этом. Многие разорвали заключенные с ним ранее контракты.
— Но к чему тогда они, если их так легко разорвать?
— Насколько я понял из слов Лу, никто не отступал от правил. Просто нарушались обязательства, не выполнялись сроки. Придирались по мелочам. Если контракты хоть как-то относились к проектам отца, то от них тут же отказывались. У Ханя создалось впечатление, что бизнес-партнеры намеренно пытались вставить палки в колеса.
— Боже, неужели за этим стоял Чанёль...
— Да, так и есть. Лухан признался, что ему на глаза неоднократно попадались документы, подтверждающие эти махинации. Но Чанёль действовал чисто, не оставляя следов, не нарушая закон. Он перебивал все контракты, предлагая самые лучшие и комфортные условия.
— Зачем ему это? Как он получал доход, если сам составлял менее прибыльные контракты?
— Он ничего не получал. Просто имелись деньги для того, чтобы выполнить свой план: сначала отобрать рынки, разорить отца. Только после этого он собирался позаботиться о прибыли. Не дурной план, скажу честно, почти сработал и очень даже удачно, если бы он не наткнулся на одну проблемку в виде тебя, хён. У тебя оказались самые лучшие земли, о которых ни ты, ни отец не подозревали, о которых как раз и мечтал Пак. Узнай мы тогда, что там залежи нефти, ни один отобранный контракт не сломил бы отца и его бизнес, никакие деньги Чанёля уже не смогли бы вытеснить его. А ведь он узнал об этом еще тогда, от того и попросил выдать тебя за него. Ты бы никогда не отдал эти земли незнакомому человеку, а так, будучи его супругом, все выходило идеально. Он провернул сделку с тобой, поменяв всего одну строчку в вашем брачном договоре.
С каждым новым словом младшего брата душа, сердце, разум Бэкхёна разрывался на мелкие кусочки. Перед глазами снова все плыло, в груди защемило.
— Что ты собираешься делать?
— Я не знаю Сех, не знаю... Но в любом случае спасибо, что рассказал. Знаю, как это было для тебя трудно, ведь Лухан твой истинный.
— А ты мой брат! Ты мне дорог не меньше, чем Лухан. Я не смог бы скрыть от тебя даже самую незначительную вещь.
— Доверия к Паку больше не будет никогда, однозначно. Я не знаю, что такого сделал наш отец, что Чанёль так на него взъелся, но мы-то, Сехун? Мы в чем виноваты?
Бэкхён еще лелеял где-то глубоко внутри себя мысль о том, что, поговори он с Паком наедине, тот все объяснил бы. Ведь они истинные, он это уже понимал и верил, что муж также это знает. Все, конечно, должно подтвердиться при первой течке, но сомнений почти не оставалось. Возможно, все еще можно повернуть и исправить? Но для этого омега должен был увидеть Чанёля и, смотря ему прямо в глаза, обо всем расспросить.
Распрощавшись с Сехуном, Бэкхён принялся собираться. Муж у себя в офисе, а ждать до вечера омега не мог. Слишком сильно его потрясло то, что он узнал. Вызвав такси, Бэк двинулся в офис к Чанёлю.
Войдя в огромное современное здание, Бён двинулся в сторону лифтов. У кабинета альфы какая-то омега — очевидно, секретарь — попыталась остановить его, выкрикнув что-то о том, что господин Пак на совещании, но Бэкхён не стал слушать. Его разговор важнее каких-то дурацких совещаний. Не раздумывая, он открыл дверь в кабинет и поначалу не увидел нужного человека, но услышал разговор. Голоса раздавались в личном помещении, служившем гардеробной. Но разве совещания проходят в такой обстановке?
***
Чанёль неторопливо направился в гардеробную. Через час у него намечалась важная встреча, поэтому не помешало бы сменить костюм. Развязывая галстук, он услышал щелчок открываемой двери. На пороге стоял Крис, которого он оставил в зале совещаний. — Что-то еще? Мы вроде бы обсудили все основные моменты. — Конечно, — ответил Ифань, — но я так и не понял, зачем тебе это нужно? — А я разве обязан отчитываться перед тобой? — Пак кинул раздраженный взгляд на Ву, расстегивая рубашку. — Даже так? Знаешь, ты сильно изменился. Раньше ты рассказывал мне все. — Это было раньше. — И что же изменилось, Чанёль? Неужели на тебя так влияет этот Бэкхён? — Не вмешивай его сюда. — Альфа снял наконец-таки рубашку, скинул брюки, натягивая другие. — Что тебе надо, Крис? — Ты все еще возишься с этой компанией? Понимаешь, что она может разрушить весь твой бизнес?! Мы не получаем ни грамма прибыли от нее! Конечно, Чанёль мог сейчас возразить, развить спор о верности своего пути, расписывая во всех красках свое детство, которое и повлияло на план по потоплению бизнеса Бён Бэкджуна. Однако впервые он не хотел делиться своими мыслями с Ифанем. Почему? Потому что ему и самому сейчас все это порядком поднадоело. Жажда мести за все время отняла у него много сил, а когда в его жизни появился Бэкхён, стала вовсе не нужна. Но Крис этого не поймет, никогда. Чанёль сожалел только о двух вещах. О том, что он не рассказал Бэкхёну обо всем с самого начала. И второе: то, что этот процесс, который запустил Пак, уже было не остановить. Крис продолжал испытующе смотреть, ожидая ответ на свой вопрос. Чанёль злился. Омега лез не в свое дело, и в другое время Пак бы ему все рассказал, но не теперь. Его отношение к Крису поменялось в корне, и уже запах, исходивший от Ву, не казался таким приятным и соблазнительным. Скорее, раздражал все рецепторы. — Ты не ответишь на мой вопрос? — раздраженно спросил Ифань, прерывая гнетущую тишину. Чанёль проигнорировал его снова. — Сука! Блять! — Крис стукнул по двери кулаком, так сильно, что это услышал даже альфа. Было непонятно, к кому именно обратился Ву. — Оставь дверь в покое, — стальным голосом произнес Чанёль. Альфа понял, что без объяснений сегодня не обойдется. Что ж, может, оно и к лучшему. — Ну что тебе надо, Крис? — Пак развернулся к омеге, продолжая держать в руках свежую рубашку. — И давно вы вместе? — Крис запнулся. Чанёль сразу понял, о чем он. — Почти месяц. — Месяц, значит? Все это время ты трахал его? В ту ночь, когда ты пообещал приехать и не приехал. После приема ты был с ним? Я прав? — Прав. — Альфа раздраженно вздохнул. Крис окинул его злым взглядом. — И ты так спокойно мне сейчас об этом говоришь? — А что ты хочешь? Чтобы я начал истерить подобно тебе? — Твою мать, Чанёль! — Да не ори ты так! — Пак сверкнул глазами. Весь это разговор сильно его злил, до боли в висках. Но он понимал, что надо расставить все точки над «и». — Ты реально не понимаешь, к чему я клоню? Не понимаешь? — Ифань прошептал, но казалось, ничего громче Чанёль не слышал. — Тебе меня мало? Мало, и поэтому ты переключился на этого недо-омегу? — Он мой супруг. — И что? Это деловая сделка! Ты сам так говорил. Или ты что же, стал подкаблучником? — Хэй, не забывайся. Полегче там с ярлыками, понял? — Блять, блять, — зарычал омега, ударяя кулаком по стене. Крис очень злился, и Чанёль не мог понять, от чего больше. — Знаешь, я жалею, что не сказал тебе всего еще тогда, когда все началось. — Тихо начал Пак, понимая, как это все непросто для Ифаня. Омега был на грани. Его Чанёль, тот, которого он считал своим и только своим, трахал другого! Это просто не укладывалось в голове. — Что тебя больше напрягает в этой ситуации, Крис? Что я тебе врал? Или что я с ним спал? — А есть разница? — зло прошипел в ответ Ву. — С каких пор Пак Чанёль ведется на смазливую мордашку? Ведь столько омег увивались за тобой, чуть ли не скуля, чтобы оказаться в твоей постели, а ты всегда был непреклонен. Тебе хватало меня, даже зная, что я не твой истинный. Но ты повелся на него! На такого, — Крис остановился, тут же продолжая: — Ты вообще уверен, что он омега? Мы с тобой пять лет вместе, пять лет, и я почему-то думал, что знаю тебя. А оказывается, что нет? И что мне сейчас делать? А? Что?! Делать вид, что у нас все хорошо? Делать вид, что ты не спишь с ним? — Последние слова Ифань прокричал. Подступающая истерика не давала мыслить разумно, заставляя подчиняться чувствам. — Это твое дело. Я не обещал быть вместе с тобой до гробовой доски. И что ты тут развел драму? У меня встает на него и что? Он ведь омега и живет под моей крышей. Какая, нахуй, разница, кого трахать? Пока я этого хочу, я буду это делать. И если ты этого не принимаешь, то это твои проблемы. Чанёль поразился тому, что говорил. Ведь он не думал так на самом деле. Но из-за злости альфа не мог контролировать себя. — Ну конечно, мои проблемы! А чьи же еще? Может, ты ему и в вечной любви поклялся или признал истинным? Метку уже поставил? Ты же с ним проводишь все дни напролет, не появляешься даже в офисе! — Какая любовь, что ты несешь? Я трахаю его, пока мне это нравится. И метку я не ставил. Чанёль уверенно выкрикнул эти слова, но мозг твердил обратное. Альфа перечил сам себе. Почему он говорил не то, что думал? Почему не смог сказать правду? Да, он трахался с Бэкхёном и ему это нравилось, но его не просто тянуло как к течной омеге. У Бёна-то и течки не было за все это время. Однако Чанёля все равно тянуло с невероятной силой. Даже без запаха тот так сильно притягивал его, что лишал всякой воли. А ведь Бэк был сыном его врага. Сыном человека, которого Пак ненавидел всей душой. Насмешка судьбы, не иначе. Он встретил своего истинного в логове недруга. И сейчас один только факт того, что он любит Бэкхёна, пошатнул всю уверенность альфы в своей мести. Одним взглядом, одним прикосновением, одним поцелуем он ставил под сомнение все то, чего Чанёль так долго жаждал. Это раздражало. Пак был на распутье. Он не знал, что делать дальше и как поступить, но отступать от своих слов, брошенных в порыве злости на себя и на Криса, который сейчас лез не в свое дело, Чанёль уже не мог. — Я получил его земли. Все как и планировал. И это все, что мне от него нужно. Буду ли я продолжать его трахать, не твое дело. Вполне возможно, что это был бы секс на одну ночь, не окажись он моим супругом на бумаге. Вот наиграюсь и разведусь. Повторюсь, он всего лишь нужен мне, чтобы получить земли. Я их получил. Не стоит раздувать из этого проблему, Ифань. В моем отношении к нему не было ничего серьезного и быть не может. Он же никакой, недоделанный омега. А вообще вся эта ситуация с Бэкхёном не твоего ума дело. Не лезь в это. Чанёль не мог себя остановить, его несло конкретно. Слова будто сами вылетали изо рта и совсем не те, что должны были. Как резонанс между реальностью и сказкой. Но альфа чувствовал: произошло что-то непоправимое. Стук раскрывшейся двери отвлек их. В проеме стоял Бэкхён. Чанёль и Крис разом обернулись и замолчали, пораженные тем, что перед ними сейчас находился объект их разговора. — Бэкхён, — выдохнул Пак и рванул к парню. — Бэкхённи! — Извините, что прервал вашу беседу. Хотел с тобой поговорить, Чанёль, да нет уже надобности. Я услышал все, что хотел. Ну, мне кажется, уже пора, — с удивительным спокойствием ответил Бён, хотя выглядел убийственно бледным и холодным, будто все его чувства вытекли, как из разбитого сосуда. — Ты не переживай, Чанёль, я доеду до дома сам. Не нужно отвлекаться на меня. Продолжай свое совещание. — Парень развернулся и спокойно вышел в дверь. Казалось, сердце Чанёля остановилось. Он с ясностью осознал, что собственными руками разрушил свое счастье. — Нет! — хрипло выдохнул альфа и рванул за Бэкхёном. Он бежал по коридору, забыв нормально надеть на себя рубашку. — Бэкхённи, стой! Подожди! — Он схватил омегу, разворачивая к себе. Бэкхён отскочил от альфы, зашипев: — Не трогай меня! Слышишь? Никогда больше не трогай меня! Не прикасайся! — От этих слов сердце словно ухнуло куда-то вниз, в пропасть. Двери лифта отворились, и омега зашел в него, продолжая смотреть на своего альфу мокрыми от слез глазами полными разочарования, ненависти и боли. А Чанёль отпустил, потому что боялся причинить любимому человеку еще больше боли.***
Вернувшись в свой кабинет, Чанёль пытался успокоиться, уверяя себя, что все исправит, что вернет его обратно, что все еще будет хорошо. Именно в эти минуты он до конца осознал всю серьезность произошедшего. Только сейчас осознал, какой он ублюдок и что натворил. Ведь Бэкхён, его Бекхённи больше не посмотрит на него с обожанием. А сам Пак, как он сможет без него? Ему хотелось тут же последовать за Бэкхёном, но он понимал, что сейчас не в состоянии разговаривать. Поэтому альфа ждал вечера, когда бури в душе должны были бы успокоиться. Ближе к ночи, добираясь домой на служебной машине, Чанёль не выдержал и набрал номер супруга, но механический голос известил о том, что аппарат абонента выключен. Что же он наделал?
