Fantom

Поездка в Каштел Сучурац оказалась бесполезной и только измотала Грэма. Он устало вышел из гаража и, нажав на кнопку роллетных ворот, пошел к гостинице. Поднявшись к номеру, Уилл вдруг вспомнил, что закрыл только гараж, но не сам автомобиль. Грэм спустился обратно и раздраженно дернул за ручку машины, чтобы убедиться, что та действительно открыта. Но захлопнуть дверь обратно он не спешил. Взгляд Уилла оказался приковал к сидению водителя, на котором лежал обычный желтый конверт. Похожий он когда-то прятал от Молли, прежде чем, наконец, сжечь. Грэм сел в автомобиль и медленно раскрыл конверт. Тот час же в руки ему посыпались тонкие газетные листы. Уилл просидел пару минут, молча уставившись в лобовое стекло, не обращая внимание на статьи. А затем сложил их обратно в конверт, не сдержав легкой полуулыбки. Перед входом в гостиницу, Грэм сунул конверт в мусорный контейнер. Молли хотела спросить, как его прогулка, но, увидев мужа, передумала. Таким расслабленным и умиротворенным Уилла она не видела давно. Всё это время он словно тревожно искал что-то, не в силах обрести покой. - Пойдем ужинать? - с улыбкой спросила она. - Конечно, собирайся, - кивнул Грэм, и Молли скрылась за дверью ванной. Уилл подошел к гобелену, что висел на стене справа от кровати и отогнул его край, обнажая глубокую дыру в стене из-за пары отсутствующих камней. Вынув ящик из темного дерева, Грэм присел на корточки. Под их с Молли новыми документами лежал пистолет, который Уилл тут же взял в руки. Он оглянулся на дверь ванной и вспомнил, как вручал оружие Алане. И сразу отрицательно качнул головой, отгоняя идею. Молли совсем не такая как Блум. Когда Молли вышла из ванной, Уилл стоял у окна, задумчиво глядя вдаль. - Готова? - он беззаботно улыбнулся, снова удивляя её внезапной сменой настроения. Женщина кивнула и вскоре они покинули номер, направляясь в ресторан, столики которого располагались под башней с часами. В закатных лучах номер выглядел отличным от его собственного. По размерам они были идентичны и такие же слабые замки в обеих дверях. Но присутствие чужого запаха создавало впечатление другой версии Грэма, который жил здесь в роли супруга. Ганнибал прошел в угол номера Уилла и Молли, взял округлые песочные часы из стекла и задумчиво перевернул их, поставив на место. Возможно, что время, когда он мог влиять на становление Уилла, истекло. Лектер медленно, словно нехотя, приблизился к кровати. Приподняв светлый волос с подушки, он впервые в жизни пожалел о своем уникальном обонянии. Чтобы стереть образ Уилла, принадлежащего не ему, Ганнибал обернулся к гобелену на стене. Что-то неуловимо притягивало его внимание. Как отсутствующая тессера в мозаике, которую замечаешь периферийным зрением. Приблизившись к стенке, Лектер коснулся угла и поправил перекосившийся гобелен. А затем резко отогнул его в сторону. Вынув ящик из открывшегося его взгляду тайника, Ганнибал сразу же вскрыл его, держа на согнутой в локте руке. Внутри оказались паспорта с новыми именами по программе защиты свидетелей и газетная статья с заголовком «Победители Дракона». Писанину Фредди Лектер уже видел ранее, а поскольку больше в ящике ничего не было, он вернул тот на место. Обернувшись к потемневшему местами зеркалу, Ганнибал задержал взгляд на своем отражении. Когда-то Уилл сказал, что для него их образы стали размываться и Грэм чувствовал свою вину в убийствах Лектера, будто совершил их собственноручно. Он на мгновение прикрыл глаза, вспоминая улыбку Уилла, когда тот нашел его в Уффици. Будет ли Грэм рад видеть его сейчас? Размеренный бой часов заставил Ганнибала открыть глаза и поспешно покинуть чужой номер. Незамысловатая местная музыка звучала над столиками вдоль моста и сосредотачивалась в центре танцующих пар. Гирлянды лампочек украшали ближайшие столбы, а на столиках были закреплены крохотные ночники, свет от которых едва преобладал над яркостью свечей. За дальним столиком, скрытом в полутьме, Ганнибал не спеша потягивал охлажденный мараскин — вишневый ликер с тонким привкусом горького миндаля. Танцевальная площадка освещалась лучше, и Лектер не сводил с неё внимательного взгляда из-под надвинутой на глаза шляпы. Когда Молли в танце пыталась обнять мужа за пояс, Уилл перехватывал её руки, разводя в стороны, а затем кружил жену вокруг себя. Ганнибал прищурился, делая глоток ликера. Даже отсюда ему было ясно видна причина такого поведения: обняв Грэма, Молли нашла бы пистолет, который, несомненно, был у него за поясом. Спустя некоторое время раскрасневшаяся от танцев Молли притянула Уилла для поцелуя. Тот с готовностью поддался. Все звуки будто стали глуше от усилившихся ударов сердца, что отдавались эхом в ушах Ганнибала. Не в силах отвести от них глаз, Лектер не заметил, что не только он следит за супружеской парой, которая беспечно обнималась посреди танцпола. Алкоголь всегда оказывал снотворное действие на Молли, а сегодня вечером Уилл не прекращал подливать ей вкуснейший хорватский ликер из косточек вишни. Едва добравшись до номера, женщина мгновенно и крепко уснула. Уилл некоторое время посидел на краю кровати, глядя на спящую жену, а затем, недолго поколебавшись, вернул пистолет на место из-за пояса. В конце концов, оружие было ему необходимо для защиты Молли, если бы Ганнибал решил напасть внезапно на них обоих. Но в глубине души Грэм знал, что он так не поступит. Иначе это не было бы так глубоко лично. Ночная жизнь в небольшом городке почти отсутствовала, немногие туристы, что задержались до темноты, коротали вечера в барах и ресторанах. Полутемные улицы были пустынны. Очки остались в номере, но шляпу Уилл по привычке надвинул на глаза, задумчиво шагая по улочкам Каштела. Внутреннее звенящее напряжение и окружающая тьма напомнили Грэму катакомбы под Палатинской капеллой, когда он ощущал присутствие Ганнибала, его взгляд, но не мог найти самого Лектера, стоя в ожидании ответа на своё прощение, который так и не прозвучал. Каменные дома с узкими, вымощенными брусчаткой, проходами резко петляли, уводя Уилла всё дальше от гостиницы и освещенных участков дороги. И когда за одним из поворотов Грэм увидел фигуру, скрывавшуюся во тьме, напряжение лопнуло, словно натянутая струна. Уилл остановился, глубоко дыша, в немом ожидании, пока Ганнибал медленно приближался к нему. - Судьба и обстоятельства привели нас к этому моменту, - тихо начал Лектер. - И мы снова стоим друг напротив друга, больше не разделенные стеклом или толщей воды. Грэм сглотнул, всё ещё молча глядя на Ганнибала. - Ты получил газетную подборку? - и не дожидаясь ответа, Лектер продолжил. - Обсудим, как в старые добрые времена? Уилл будто зачарованный смотрел на него, не мигая. - Фантом, - протяжно сказал Ганнибал. - Не такой застенчивый, каким был Фрэнсис. Но и не дебютант, как Долархайд. Он хочет, чтобы его увидели, - Лектер сделал шаг вперед, не сводя взгляда с Грэма. - Заметили, - почти шепотом сказал Ганнибал и едва слышно добавил. - Чтобы поняли его послания. - Я, - Уилл нервно облизал губы. - Я уже когда-то говорил тебе не анализировать меня. Лектер чуть склонил голову на бок и тихо сказал: - Я разгадал твои послания, они привели меня сюда, помогли найти тебя. Как Боттичелли. - Как Боттичелли, - одними губами повторил Грэм, вынимая руки из карманов, чтобы дать понять, что не вооружен. - Ты выставил их тела напоказ, будто хотел, чтобы тебя поймали, - Ганнибал уже стоял так близко, как тогда на кухне балтиморского дома. И его руки были спрятаны в карманы брюк. Уилл не мог заставить себя отступить, отвечая: - Я не оставлял улик. - Поймала не полиция, - выдохнул Лектер. - А я. И тут же он дернулся вперед, Уилл не успел заметить есть ли в его руках нож, всё ещё привычно ожидая пронзительной боли. Вместо этого Грэм почувствовал руку Ганнибала на затылке, что, сминая шляпу, отбросила её на землю. Его ладонь предупредила удар головы Уилла об стенку дома, куда оттолкнул его Лектер. Вцепившись пальцами в плечи Ганнибала, Грэм рванулся ему навстречу, жадно встречая поцелуй открытыми губами. Пригвоздив к каменной стене, Лектер чувствовал, как Уилл дрожит в его захвате, но вырывался он только, чтобы сильнее выгнуться навстречу, сомкнуть их тела, как и губы, вжаться бедрами. Через несколько мгновений Ганнибал отклонился. Грэм издал разочарованный звук и попытался схватить его за затылок, чтобы притянуть обратно. Лектер остановил его, легко сжав горло и чувствуя, как под ладонью заходил кадык Уилла, когда тот с трудом сглотнул. - Такой же взгляд... голодный, - тяжело проговорил Ганнибал. - Как на обрыве. Грэм смотрел на него широко раскрытыми глазами, не веря в то, что это происходит на самом деле. А не только в снах и фантазиях, которыми он мучил себя с первого убийства в замке Штафилео. Уилл дышал открытым ртом, и всё равно воздуха не хватало, особенно когда Лектер убрал руку с шеи и провел большим пальцем по его нижней губе. Грэм вздрогнул всем телом, когда заметил как из темных глаза Ганнибала превратились в абсолютно черные. - Идем, - схватив Уилла за руку, чуть повыше запястья, Лектер уверенно повел того через изгибы улиц, безошибочно выходя к отелю. Грэм опомнился только, когда догадался, что Ганнибал остановился здесь же. Пройдя мимо их с Молли номера, Уилл замешкался, входя в комнату следом за Лектером. - Мы не можем остаться здесь, - растерянно прошептал он. Прижав ладони к стенке по обеим сторонам головы Грэма, Ганнибал склонился к нему и прошептал почти в самые губы: - Постарайся вести себя тихо. И тут же дернул его к себе, развернув спиной. Избавив Уилла от рубашки, Лектер сжал пальцами правое плечо, чем сразу же вызвал приглушенный стон. - Ты нужен мне в полной силе, - проговорил он, разминая напряженные мышцы. Вторая рука спустилась по торсу вниз, пальцы легко нашли шрам, касаясь его кончиками. Грэм громко вздохнул, окидывая голову на плечо Ганнибала. - Ты не позволял ей дотрагиваться, - скорее сам для себя проговорил Лектер. - Потому что касался шрама, когда... думал обо мне? Уилл прерывисто выдохнул. - Это ненормально, я знаю, что не должен, - он замолчал, чувствуя, как левая рука Ганнибала проворно расстёгивает его брюки. - Шрам помогал мне чувствовать связь с тобой... Ты... Тогда ты проник... в меня. Грэм закрыл глаза, всё ещё чувствуя затылком плечо Ганнибала. Он бы обязательно покраснел от признания, если бы не горел весь полностью от прикосновений Лектера. Повернувшись в объятьях Ганнибала, Уилл принялся за его одежду, поспешно стянув пиджак, а затем поочередно расстёгивая сначала жилетку, а потом и рубашку. С усмешкой отметил про себя, что даже сейчас Лектер не изменял своим предпочтениям в одежде. Проводя рукой по заметному даже в полумраке шраму от пулевого ранения, Уилл поднял взгляд на Ганнибала. - Ты знал, что он будет стрелять... И встал, чтобы, - договорить он не смог, а Лектер быстро сбросил рубашку с жилетом на пол и притянул Грэма обратно к себе. Подтолкнув Уилла к узкой односпальной кровати, Ганнибал раздел его окончательно и отошел к столу. Грэм приподнялся на локтях, чтобы увидеть, как Лектер раскрыл небольшой медицинский саквояж. - Хирургический гель, но тоже подойдет, - проговорил Ганнибал, возвращаясь к постели. - Да, наверное, подойдет, - хрипло сказал Уилл, хотя ответа от него не ждали, скорее подтверждения, что он готов зайти так далеко. Отложив бело-голубой тюбик, Лектер неторопливо расстегнул ремень и вскоре оказался над Грэмом, когда их больше не разделяли слои одежды. Ганнибал дотрагивался до кожи лежащего под ним мужчины едва ощутимо, будто сомневаясь, что тот реален и не рассеется как образ из Дворца Памяти. Но сам Уилл чувствовал насколько сильное желание таится под покровом сдержанности. - Коснись меня, - наконец не выдержал Грэм. - Я это и... - Мне нужно чувствовать тебя, - вместо ответа Уилл перевернулся на живот, чуть разведя ноги. Ганнибал склонился над ним, опираясь на локоть рядом с опущенной на подушку головой Грэма, пока пальцы второй руки проследовали по позвоночнику мужчины вниз. А затем он вытащил подушку и уложил её под бедра Уилла. Грэм прерывисто вздохнул и уткнулся лбом в тыльную сторону ладони Лектера, что находилась рядом. Почувствовав, как Уилл дернулся от непривычного вторжения пальцев, Ганнибал скользнул губами между лопатками, продолжая успокаивающе целовать затылок вдоль линии волос. Пройдясь по коже там, где раньше он мог вдыхать запах Грэма только издалека. Легко коснувшись простаты, Лектер замер, ожидая реакции. Уилл глубоко задышал открытым ртом, вздрогнув всем телом. - Слишком? - прошептал Ганнибал, продолжая целовать плечи мужчины. - Ещё, - на выдохе отозвался Грэм и Лектер отметил, как его голос изменился от страсти. Ганнибал так хотел заменить воспоминания Уилла о прошлом «проникновении» на новые, что доставят только удовольствие и его вторжение в тело Грэма перестанет ассоциироваться с болью. Предусмотрительно зажав рот Уилла ладонью, Лектер вошел в него, заглушая рвущийся крик рукой. Но собственную реакцию он предугадать не мог, насколько безмерно чувственным оказалось воплощение желания владеть Грэмом. Сжав зубами кожу на плече Уилла, Ганнибал изо всех сил старался сдержать стон, но безуспешно. Услышав его реакцию, Грэм сразу расслабился и подался назад, навстречу Лектеру. Ганнибал понимал, что они оба не продержатся долго, когда подавляемый голод, наконец, вырвался на свободу. Ритмично скользя рукой по члену Уилла, он пытался удержаться от слишком глубоких и резких движений бедрами. Но Грэм больше не сжимался, а выгибал спину, побуждая брать его сильнее. Лектер одновременно почувствовал как напряглось тело Уилла и как сильно сжались челюсти на его руке. Кусая запястье Ганнибала, Грэм использовал его руку в качестве своеобразного кляпа, чтобы не зарычать в голос от пронизывающего, словно электрошок, наслаждения. Лектер осторожно вышел и Уилл тут же перевернулся к нему лицом. - А ты... почему, - слегка задыхаясь, пробормотал он. Ганнибал качнул головой, чуть пройдясь челкой по лбу Грэма. - Ты сейчас слишком... чувствительный. Я не хочу доставлять... неудобство. Уилл усмехнулся, вспоминая их разговор в доме на обрыве. Возможно, им стоило сделать это тогда, если бы не появился Фрэнсис. И, может быть, удалось бы избежать некоторых последующих событий. Вместо ответа Грэм притянул Ганнибала для поцелуя, с силой сжимая за плечи и провоцируя двигаться, скользя напряженным членом по влажному животу Уилла. Лектер обхватил член скользкими от спермы Грэма пальцами и всего пары резких толчков в собственную руку хватило, чтобы с губ сорвалось хриплое «Уильям», а затем поцелуй приглушил его стон. Уилл пытался отдышаться, пораженный случившимся и переполненный эмоциями. Его стали обуревать сомнения свои ли он переживает чувства или отражает желания, что волнами исходили от лежащего рядом мужчины. Словно воды Атлантики, они сокрушали и грозились затопить. Грэм очнулся только когда Ганнибал аккуратно вытер их обоих, а затем устроился на боку, положив голову на согнутую в локте руку. - Мы можем уехать сегодня ночью, - тихо сказал он, и Уилл медленно моргнул, вспоминая далекий вечер в балтиморском доме Лектера. - Оставь ей записку, почти что вежливость. Грэм беспокойно вздохнул, думая о том, что принимать решения под влиянием Ганнибала не стало легче. Как четко он видел всё, совершая последние 5 убийств. Это его замысел, который должен был привести к определённой цели. И вот теперь, когда Лектер нашел его, Грэм снова чувствовал себя загнанным в угол от необходимости решать здесь и сейчас. Ему следовало выбраться из-под давящей уверенности Ганнибала, чтобы разобраться в себе и в том, что будет дальше. - Мне нужно, - Уилл сел на кровати, поспешно собирая свои вещи с пола. - Обдумать, - он оглянулся на Лектера, который безмолвно наблюдал за его плохо скрытой паникой. - Всё это... Встретимся позже, - торопливо пробормотал он, одеваясь. Ганнибал не предпринял попытки остановить его, провожая взглядом до двери. Старательно вслушиваясь в звуки за пределами номера, Лектер утвердился в догадке, что Грэм не вернулся в их с Молли номер, а, видимо, решил проветриться. Ганнибал поднес ладонь к лицу, до сих пор ощущая на себе запах Уилла. Он решительно поднялся с кровати и подошел к медицинскому саквояжу, который до сих пор стоял открытым на столе. Вынув небольшую бутылочку с хлороформом, Лектер быстро оделся и спрятал жидкость в нагрудный карман, рядом с платком. Больше он не позволит Уиллу подвергать их опасности своими импульсивными поступками, последний едва не стоил жизни им обоим. Ганнибал вышел из номера с твердой уверенностью забрать Грэма как можно скорее, даже если это означает снова нести его на руках.