Se vere: Вырезанные сцены.

Рема обессиленно прислонилась к стене в кабинете Защиты от Темных Искусств. - Все, - убито сказала она, - я пас. В ответ профессор Монтроуз легко махул в ее сторону палочкой. - Экспеллиармус. Ваша проблема в том, мисс Руденс, что вы неверно расставляете приоритеты. Проиграв сейчас, вы потеряете только палочку или баллы для факультета. Согласен, в теплых уютных школьных стенах сложно представить, что в случае поражения вы потеряете жизнь. – Он сверкнул глазами, обводя взглядом всех четверых студентов, находящихся на разных стадиях нервного и физического истощения. – Я предупреждал, что это вам не балет! Либо вы сражаетесь, либо заказываете место на кладбище – третьего не дано! Кто вы такие, чтобы быть уверенными, что из всех вылазок вернетесь невредимыми? Я знавал молодых ребят, которых левитировали на отпевание после первого же рейда! Кто вы такие, чтобы быть уверенными, что именно вам повезет? Если вы не намерены днем и ночью носить с собой фляжку с зельем удачи, и к двадцати пяти годам окончательно съехать с катушек, учитесь сражаться на равных. Встать! Анжелика честно попыталась это сделать. - Желательно на ноги встать, Фробишер. Хотя я ничего не имею против вашего теперешнего положения. Если вы и впредь намерены использовать глубокое декольте в качестве отвлекающего маневра против темных магов, полагаю, ваши шансы пожить немного дольше повысятся. Дольше ровно настолько, чтобы вы успели им надоесть, - недобро хмыкнул Малькольм. – Сядьте. Четверо студентов едва устроились за двумя из стоявших вдоль стен парт. - Гриффиндорец, слизеринка и две пуффендуйки, - констатировал Монтроуз, прохаживаясь вдоль них. – Я понимаю, почему среди вас нет когтевранцев. Они не такие дураки, чтобы становиться мракоборцами! Только человек, у которого крышу периодически сносит от желания принести пользу и надрать кому-нибудь задницу может согласиться на эту профессию! Анжелика и Нимфадора, сидящие за одной партой, состроили одинаковые гримасы, пробуя улыбнуться. - Так, ладно. С этим мы еще разберемся. Признаться, я и не особо ожидал, что вы будете в состоянии выписывать кульбиты после того, как вас здесь кормят. Надо очень постараться, чтобы сбросить такое количество калорий. Неудивительно, что здесь кого-то называют пышками, - он покосился в сторону покрасневшей, как вареный рак, Анжелики. – Теперь я хочу знать, какая ваша самая главная слабость. Канингем! - Ну… я… не могу выпустить Патронуса… - Ну, скажем, у меня первый телесный Патронус тоже получился на седьмом курсе. Вы и так не особо… - Я могу, - хрипло прыснула Анжелика. - Да ну? Покажи. Девушка достала палочку и зажмурилась. Кракусы. - Экспекто Патронум! Серебристо-голубая молния заметалась по классу. - О, - удовлетворенно прогудел он. – Лисица? Интересно… впрочем, я не удивляюсь. А Мисс Руденс? Рема смущенно заерзала. - Ну… я… Экспекто Патронум! Серебристый фонтан, вырвавшийся из ее палочки, расправил крылья и сделал круг по классу. Анжелика прыснула. Рема залилась краской. Монтроуз коротко хохотнул. - Фламинго. Неплохо. Анжелика прошептала что-то похожее на «розовая курица». - Мисс Тонкс? Девушка уверенно создала юркого, ушастого зайца. - Ну что ж, мистер Канингем, придется вам догонять одноклассниц… а какие у вас, молодые леди, слабые стороны? С мисс Тонкс все понятно, главное – не иметь под рукой бьющихся предметов… Ну? Анжелика напряглась. Ее выручила Рема. - Ну… я… у меня многое не получается. Но не из магии… зелья, например. Но я не хочу… Малькольм снова хохотнул, на этот раз очевиднее. - И правда. Зелья. Как я забыл… ну что ж. Мисс Фробишер? Анжелика сильно закусила губу. Тонкс отвела глаза. Ей одной было известно, чей вид принимает главный кошмар Анжелики. Хоть та и училась курсом младше, из-за повального стремления обеих выучиться на мракоборца им весьма часто приходилось учиться бок о бок. - Мисс Фробишер? Только не говорите, что у вас получается абсолютно все. Я не поверю. Таких людей не бывает. Если вы мне это скажете, я потыкаю в вас пальцем, чтобы убедиться, что вы настоящая. Ну? - Боггарт, - едва слышно обронила Анжелика. Лицо Малькольма Монтроуза посерьезнело. - Боггарт? Хм… И в чем же проблема? На каком курсе вы проходили боггартов? - На третьем. - И что же? Анжелика повела носом. Заинтригованные Саймон и Рема перегнулись через парты, чтобы внимательнее посмотреть на нее. - Да, - махнул рукой Монтроуз, - боггарты неприятная вещь. Иногда даже взрослые волшебники не могут с ними справиться. Вас должно выручать умение смеяться. Уж вы-то, Анжелика, с вашим изощренным слизеринским чувством юмора, должны уметь это делать. Анжелика насупилась еще больше. Часы пробили девять. - Ну вот. Марш спать. Хотя… Фробишер, задержитесь-ка. Дождавшись, когда за остальными закроется дверь, Малькольм испытующе воззрился на девочку. - Хм. Мне казалось, после той выходки на Рождество вы уже ничего не боитесь. Та покачала головой. - Ну, ладно. Но подумайте об этом. Вы в любой момент можете столкнуться со своим кошмаром, и не знать, как его преодолеть. Например, гигантские пауки. Нет? Или, может, змеи? Хотя о чем я, со слизеринкой о змеях. Темнота? Оборотни? Вампиры? Невыполненное домашнее задание? Анжелика скрипнула зубами и подняла на него злые глаза. - Так хотите это увидеть? Хотела бы я бояться пауков. Несколько секунд Монтроуз думал. - Хорошо. Как только выдастся случай. Спокойной ночи. Случай выдался спустя несколько недель. - Вот в этом сундуке, - довольно потирая руки, прогудел Монтроуз, - сидит боггарт. Как насчет того, чтобы посвятить этот вечер преодолению страхов? Анжелика сглотнула. Вокруг замка снова сгущались сумерки. В кабинете кроме них никого не было. - Ну… давайте. Малькольм сделал приглашающий жест. Анжелика вынула палочку. Делать это она научилась практически незаметно, одним легким жестом. Несколько лет она думала, что ее боггарт – это Люциус Малфой, во всеуслышание заявляющий, что она – его дочь. Да, она боялась, что однокашники узнают эту тайну, но одновременно смотрела на них и тихо гордилась – это ее секрет, ее козырь в рукаве. Она ближе к ним по крови, чем они думают. Боялась Энжи Фробишер другого. - Давайте-ка сначала я, - дружелюбно предложил Малькольм, увидев, как она побледнела. Три… два… Сундук раскрылся. И оттуда на пол выползла огромная змея. - Ненавижу их с тех пор, как мальчиком гостил в Индии, - бегло объяснил профессор девушке. – Смотрите. Риддикулус! Змея сразу в нескольких местах завязалась узлом и начала биться головой об пол. Малькольм торжествующе хихикнул. Анжелика скривилась. Приятного в пресмыкающемся было мало, но ей претило всяческое насилие над живым существом, к тому же изображенным на гербе ее факультета. Не осознавая еще, что делает, она подошла ближе. - Помните – это должно быть смешно! – ободрил ее Монтроуз. Змеиные глаза замерли на лице Анжелики. ХЛОП. Палочка в руке девушки задрожала. Даже Малькольм отшатнулся. На полу, в луже крови, лежало бледное, изломанное тело Северуса Снейпа. Девушка часто задышала. - Риддикулус, - прошептала она. Ничего. - Ри-и-иддику….лус, - снова махнула палочкой Анжелика. Ничего. - Господи, - прошептал Монтроуз, отодвигаясь подальше и глядя на девушку. - Риддикулус! – истерически взвизгнула Анжелика, с жестом заклинания бросая палочку и оседая на пол. - Риддикулус, - твердо сказал опомнившийся Монтроуз. На секунду на полу снова возникла змея, а потом мужчина решительным жестом палочки забросил ее обратно в сундук. Наступила тишина. Анжелику трясло. - Встаньте с пола, - озабоченно сказал Малькольм, подходя к ней. Девушка не слышала. Подцепив ее под мышки, мужчина приподнял студентку с пола и усадил за парту. - Н-не смешно, - стучала зубами и задыхалась Анжелика. – Эт-то не смеш-но. Как это может быть смешно? Как… как это может быть смешно?! – закричала она, сжимаясь в комок. Монтроуз подобрал с пола ее палочку и, положив ее на стол, сел рядом. - Анжелика. Дышите глубже. И ответьте мне. Профессору Снейпу что-то угрожает? Две секунды она смотрела на него ничего не понимающими глазами, но потом мотнула головой. - У вас есть еще дорогие вам люди, которым угрожает опасность? Кивок. - Мама болеет. И дедушка. - Боггарт когда-нибудь принимал их облик? - Нет. - Тогда почему? – он внимательно вгляделся в ее лицо. – Почему именно профессор Снейп? С ним может что-то случиться? - Нет… я… не знаю. - Вы боитесь его потерять? Девушка широко раскрыла глаза, уставившись на учителя так, будто видела впервые. А потом из этих глаз градом хлынули слезы. Малькольм Монтроуз тяжело вздохнул. Подобно многим мужчинам, он не представлял, что делать с плачущей женщиной. - Успокойтесь. Вот… что ж, теперь я понимаю. - Не… говорите… никому. Еще один тяжелый вздох. - Разумеется. Что ж… это все объясняет. Вы боитесь не чего-то, а ЗА кого-то другого. Возможно, из вас даже выйдет неплохой мракоборец. Анжелика невесело усмехнулась. - Профессор Снейп… он… считает иначе. - Ну, это простительно, - махнул рукой Малькольм. – Такое бывает. Допустим, вы еще будучи ребенком совершили какую-то ошибку – например, не поздравили бабушку с Днем Рождения… и тогда взрослые, которые наблюдают вас на протяжении нескольких лет, ошибочно составляют о вас мнение: вы всегда забываете о днях рождения родных. Даже если это был единичный случай. Увы, Анжелика, иногда единожды совершенная нами ошибка бросает тень на всю нашу жизнь… знаете, глядя на профессора Снейпа я готов предположить, что ему знакомо это ощущение. Он помолчал. - Пожалуй, я не буду утомлять и… тем более унижать вас разговорами о моральной стороне этого дела… хм… когда я учился, одна девушка с нашего курса задумала… ммм… в общем, она поджидала одного из преподавателей у его кабинета, будучи под мантией одетой в одно нижнее белье… даже сейчас такое поведение кажется недопустимым, а уж по тем временам… ух! Профессора и студентки… будучи невежественным неотесанным воякой, мало что понимающим в таких вопросах, я мог бы сейчас сказать вам: забудьте, это всего лишь фантазии, вы просто его уважаете, вы путаете истинные чувства с восхищением и уважением, он для вас что-то вроде недосягаемой рок-звезды, если такое, простите, вообще можно сказать о Северусе… но… ммм… боггарт. Это не бумажные сердечки, вылетающие из палочки и не заяц с гармошкой, выпрыгивающий из шкатулки. Это отражение вашей души. И я… я не знаю, что сказать, чтобы вам стало легче. Вы хорошая, отважная, храбрая девушка. Мне хочется, чтобы вы были счастливы, но я не знаю, как вообще такое желать в данной ситуации… - он растерянно замолчал. Анжелика вздохнула. - Я не знаю, что вы должны делать. Но я точно знаю, чего вы делать НЕ должны, - он встал и подошел к книжным шкафам в конце кабинета. – О, вот. Позвольте сделать вам небольшой подарок. Прочтите. Думаю, вы поймете, как не надо. И… удачи вам. Анжелика, не глядя, взяла книгу. Уже спускаясь в подземелья, она остановилась около одного из факелов и прочла заголовок. «Унесенные ветром. Маргарет Митчелл».