Сил Гермионы хватило только на станцию метро. Девушка перенесла их туда, где соединялись ветки Пикадиллии и Виктории, рядом с Грин парком. Малфой отшатнулся назад, когда отбывающий поезд промчался мимо его носа. Он впервые находился в метро, да и видел его впервые, не считая фотографий в книгах, которые небрежно отбрасывал на край стола.
Драко медленно отпустил Гермиону, так как та сама того захотела. Ребята словили удивлённый взгляд уборщика, но через пару секунд он продолжил мыть пол, вскинув бровями и осуждающе покачав головой.
На платформе находились лишь они трое, не считая девушки, сидящей на лавочке и что-то бурчавшей себе под нос. Их появления она даже не заметила.
— Мне нужно попасть домой, взять одежду и деньги. Я пройду обследование в больнице. Короткое и быстрое, дабы не терять времени. Ты можешь взять Чашу и отправиться в лагерь. Теперь я доберусь сама… Просто было немного боязно отправляться одной… Вдруг меня бы расщепило и всё такое. Сам понимаешь. И да, спасибо огромное. Без тебя бы я не справилась, а, возможно, и умерла. Ну ты…
— Когда ты замолчишь? — усмехнулся он и положил руки в карманы.
Малфой только сейчас почувствовал, что его одежда влажная. Видимо, они слишком долго и близко находились рядом с водопадом.
— Я пытаюсь сказать тебе спасибо, но выходит ужасно. Мне нужна чёртова помощь, но я не могу сказать тебе об этом. Ты и так много сделал. Вот, что я хочу сказать, если отбросить всю эту ерунду, — выдохнула и стыдливо спрятала глаза.
— Самое важное сейчас — это доверять друг другу. Помочь друг другу, слушать друг друга и взаимодействовать друг с другом, — сделал шаг вперёд. — Как бы плохо нам вдвоём ни было, но именно мы оказались в этой ситуации, а значит, что и выбираться будем вместе, — он остановился ещё ближе. — Это я должен благодарить тебя. Это ты закрыла меня, а не я тебя. Я был похож на труса, Грейнджер, — его голос немного охрип, поэтому речь придавалась более яркой окраске, — меня прикрыла от заклятия гриффиндорская заучка, которую я ненавижу больше семи лет. Если я сплю, то просто не давай мне проснуться.
Глаза девушки оказались в омуте его глаз. Его ледяные глаза прикрывали немного влажные белые пряди, небрежно опустившиеся на лоб. Малфой был выше девушки на голову, поэтому он вальяжно возвышался, свободно раскинув плечи. Тёмная рубашка слизеринца облепила его тело и очёркивала изгибы и мускулы. Грейнджер видела его рёбра и его вздымающуюся грудь, до которой внезапно захотелось дотронуться. Щёки девушки вдруг покрылись румянцем, и больше всего на свете ей захотелось спрятаться за непроницаемой стеной. Она впервые в жизни чувствовала себя неловко с парнем. Особенно с Драко Малфоем. Боже, особенно с ним.
— Нам нужно дождаться поезда, а потом мы отправимся ко мне домой. Понимаю, что в подобном расхаживать не очень удобно, но выхода у нас нет. Я не прихватила сменной одежды даже себе, — расстроенный вздох, — но у отца в гараже лежит что-то из того, что он носил в молодости. Думаю, что там есть и приличное.
Малфой согласно кивнул. Самому парню же показалось, что он стал слишком покладистым. Слишком ручным, похожим на того дракона, которого они отпустили совсем недавно. И ему это нравилось?.. Нравилось быть покладистым, спокойным, не давиться собственным ядом и не бить по стене, в отчаянии быть услышанным. Такое ощущение, что его уже услышали. Карие глаза, находившиеся напротив, слышали и понимали его. В одно время это считалось положительной стороной, а в другое — страхом. Страшно было быть услышанным и пойманным. Пойманным в клетку чувств и эмоций. Ему было страшно принять это, понять это. Всю жизнь он рос не по правилам и законам любви, нежности и чувств. Он рос, стараясь угодить отцу, пытался быть похожим на него. И как же плохо, что осознание действительности пришло так поздно и так не вовремя.
— Поезд придет через минуту, — произнесла Гермиона, нарушая молчание, — тебе лишь нужно держаться около меня. Не дивись всему, что происходит в этом мире.
Малфой согласно кивнул. И парень опять словил себя на мысли, что он стал покладистым. Мимолётная улыбка коснулась его губ.
Поезд с шумом подошёл на станцию. Двери раскрылись, и оттуда вышло не так много народу, так как время уже было позднее. Грейнджер схватила слизеринца за рукав мантии и втолкнула в вагон. Девушка усадила своего попутчика рядом с собой, на сиденье, и тихо захихикала, наблюдая за тем, как внимательно парень всё осматривает.
Драко привлекли автоматические двери, которые только что закрылись. В его мире всё можно было бы объяснить магией, но тут нужно было подумать. Да, он читал о паровых машинах, о двигателях внутреннего сгорания, о сложных механизмах, лампочках, об огромных машинах, что маглы называют «компьютерами», слышал о небольшой коробочке, в которой слышится голос человека на расстоянии… Он действительно читал книги о маглах, хотя порой ему это было в тягость.
Поезд остановился, прозвучал писк и голос, льющийся из динамиков. Малфой пугливо поднял голову вверх, а Гермиона дёрнула его за рукав и захохотала, вновь и вновь вспоминая его удручённое лицо. Эта ситуация была самой комичной из всех, что происходили в её жизни: она сидела в тяжёлом мокром чёрном платье, которое выглядело так, словно его стянули со вдовы девятнадцатого века, и хохотала, наблюдая за своим не менее странным попутчиком. Драко сначала лишь улыбнулся, а потом, когда опять прозвучал писк, и таинственные двери закрылись, засмеялся сам, ничего не стесняясь. Они смеялись в унисон, порой прикрывая губы ладонью, порой пытаясь заткнуться, дабы не пугать окружающих.
Гермиона даже ухватилась за руку Драко и он, как будто по обыкновению, сжал ладонь девушки в ответ. Ребята посмотрели друг на друга, а потом замерли. Просто смотря в глаза. Улыбки исчезли, осталась лишь невесомая, но видимая заинтересованность. Они были похожи на детей, которые познавали друг друга, встретившись впервые с незнакомыми им людьми. Раздался щелчок, свет от вспышки и жужжание моторчика. Двое тут же подняли головы на источник. Парень, в вытянутом свитере и в таких же вытянутых джинсах, с беспорядком на голове, держал в руках полароид и готовое фото.
— Вы безумно странные, чуваки, но привлекательные до жути, — еле произнес он, видимо, из-за того, что часто пил. — А, парень, я не только про твою девушку говорю, а в принципе. Ну не то, чтобы мне парни нравились… Мне девушки нравятся, но твоя — нет. Но и это не значит, что она плоха. Она классная и мокрая. И ты тоже, чувак, мокрый.
Гермиона захлопала ресницами, пытаясь понять происходящее.
— Ерунду несу. Вот ваше фото, кэша не надо, лучше высушитесь. Давайте, баюшки.
Девушка приняла фото и поблагодарила странного парня. Он ушёл в другой конец вагона, через раз шатаясь. Малфой с опаской поглядел на блестящую бумагу, но вскоре понял, что это фотография. Обычная фотография и, к сожалению, не движется. Ему понравилась она. Чёрт возьми, ему она понравилась. Это воспоминание. Первым голос подала гриффиндорка. Она рассмеялась, а потом закрыла лицо ладонями от смущения.
— Боже, он такой чудак, — пролепетала та, вновь смотря на Малфоя. — Маглы не все такие, клянусь.
— Я надеюсь, — хохотнул парень, беря фотографию в свои руки. — Пусть она побудет в твоей сумке.
Он аккуратно уложил фотографию и аккуратно затянул лямки рюкзака. Поезд остановился, и Гермиона поднялась с места, Малфой — за ней. Девушка снова схватила его за рукав и потянула на выход. Двери опять удивили волшебника, и он внимательно их осмотрел, задержав пару пассажиров.
Ребята поднялись по лестнице и оказались на улице, покрытой мраком. Уже было прохладно, и ветер обдал их до костей.
— Пойдём, отойдём туда. Нужно высушиться, — буркнула Гермиона, обнимая себя руками.
Их одежда была наконец сухая, но тепла особо это не дало. Силы Грейнджер медленно отступали, и ей хотелось поскорее добраться до подушки, укрыться одеялом и провалиться в сон, позабыв обо всём на свете. Но оставалось проникнуть в дом родителей, не привлекая внимания.
— Я перенесу нас прямо в мою комнату. Постарайся не шуметь, хорошо? — тихо спросила Гермиона, убирая волосы со лба.
— Разве у тебя остались силы? — с нотками волнения спросил Драко, осматривая девушку.
— У нас нет выхода, — устало вздохнула и пожала плечами, — я не дойду. Спина начинает болеть.
Малфою безумно захотелось помочь, но именно в этот момент он стал совершенно ненужным и некомпетентным. Девушка крепко схватилась за его плечи, закрыла глаза, и вскоре раздался хлопок. Ещё один, и они в пустой комнате Грейнджер. Тут стоял запах сухих растений, книг и мокрой тряпки, будто не так давно тут навели порядок. Девушка отстранилась от слизеринца. На её счастье тут было ещё и темно, так что покрасневшие щёки вряд ли кто-либо увидит.
Оба достали палочки и тихо произнесли «люмос». Гермиона аккуратно подошла к двери и наложила заклинание оглушения. Теперь можно было немного пошуметь, а значит, сделать всё быстрее. Малфой вальяжно опустился на стул и прошёлся взглядом по столу. Он заприметил рамки с фотографиями, где были изображены родители Грейнджер и сама она. Одна фотография заставила его нахмуриться — троица. Три лучших друга, три бравых гриффиндорца, стояли, обняв друг друга, и улыбались в прекрасный солнечный день. Именно такие фотографии Малфою хотелось сжечь к чёрту.
— Я попрошу тебя не поворачиваться, — неловко произнесла девушка, прокашлявшись.
— Как скажешь, — беззаботно вскинул руки вверх, а сам прикусил губу и ухмыльнулся.
Он слышал шебуршание. Слышал, как шнурок исчезает из петель, а затем платье опустилось к её ногам. Слышал, как она перешагнула его и положила на кровать. Слышал щелчок, означавший, что верхняя часть белья отсутствует. Слышал, как она взяла что-то из шкафа. Снова щелчок. Теперь на ней есть верх. Слышал, как футболка легко проскользнула вниз, пряча её тело. Слышал, как её тонкие ноги очутились в джинсах, а тонкие пальцы застегнули «молнию» и пуговицу. Слышал, как она натянула носки и обула кроссовки. Слышал, как на её плечи опустилась куртка. Слышал, как она закрыла створки шкафа. Он обернулся. Гермиона собрала волосы в хвост, припудрила лицо и подкрасила губы блеском, судя по тому, как они блестели. Но он видел прорехи. Он видел, что пара волосинок всё-таки украшала её лоб. Он видел полоску от её живота. Он видел то, что не видел раннее. Он видел то, что давно пора было увидеть — её красоту.
— Я спущусь за твоей одеждой. Не выходи, пожалуйста.
И она ушла, закрыв за собой дверь. Драко поднялся и придвинул стул обратно. Ему вдруг безумно захотелось исследовать комнату «красно-золотой». Он раскрыл шкаф с одеждой и бегло прошёлся по составляющему: майки, футболки, джинсы, брюки, пара платьев, туфли, туфли и еще одни туфли. Его глаз не упал ни на одну вещь. Обычно его привлекали длинные платья в пол, тёмно-зеленого, а порой даже изумрудного цвета или вещи из разряда «холодных» цветов. Гермиона же, казалось, носила то, что приходилось. Парень вздохнул и закрыл шкаф. Посмотрел на кровать. Она была одноместной и застелена светло-голубым покрывалом, а на нём стоял один игрушечный мишка. Драко взял игрушку в руки и осмотрел её со всех сторон. Мягкий и немного потрепанный. Взглянул на фото. Грейнджер там было лет шесть, и у неё в руках этот самый мишка.
Что-то щёлкнуло внутри него. Он раскрыл сумку и затолкал этого медведя. Наверняка Грейнджер применила заклятие расширения. Это же Грейнджер.
Принялся за последующий осмотр комнаты, всё ещё держа в руках сумку, словно собирался положить что-то снова. И он положил: фотографию, где всё семейство Грейнджер в сборе, блокнот Гермионы, книгу с сушенными растениями и, пускай ему это далось тяжело, фото троицы. Малфой затянул лямки и положил рюкзак на место, а затем сел в исходное положение и принялся рассматривать вид из окна. Довольно-таки скудно, всё же не его поместье, но тут было уютно. Он завидел птичье гнездо, освещаемое уличным фонарём. В соседнем доме в комнате и на веранде горел свет, а на балконе стоял пожилой мужчина с сигаретой в зубах. Драко видел подобное впервые. Ему стало почему-то спокойно в данный момент. Тут было тепло и уютно, темно и светло. И это успокаивало. Малфой вспомнил, как однажды Блейз рассказывал ему о том, что дома всегда лучше, чем где-то ещё. Парень делился своим мнением, растрогавшись рассказом в книге. Драко же лишь кивнул тогда и подпёр голову рукой. Он не привык делиться тем, что у него отсутствовало. В какой-то степени Драко даже завидовал Грейнджер. Она воспитывалась в любви, и это видно по тому, как она излучает эту любовь. А он?.. Разве он знает, что такое любовь?
Дверь закрылась, и Малфой пугливо обернулся. Это была Гермиона, что держала вещи в руках. Он заметил чёрную обувь, напоминающую кроссовки. Также увидел чёрные брюки, белую футболку и куртку. Всё просто, но это как раз и нужно было ему.
Парень встал и подошёл к кровати, когда Грейнджер разложила на ней одежду. Тут же скинул мантию и кожаный жилет, который уже битый час давил на его легкие. Принялся расстёгивать рубашку, как заметил, что гриффиндорка стыдливо отвернулась.
— Я сейчас приду. Ты переодевайся и можешь выходить. Родители спят.
И она вышла, аккуратно проворачивая ручку. Малфой в считанные минуты оделся и посмотрел на себя в зеркало. Одежда действительно была не новой, но очень хорошо сохранилась. Брюки, а как позднее выяснилось — джинсы, достаточно хорошо сидели на нём, да и футболка смотрелась вполне прилично в комплекте с курткой. На ногах обувь была действительно удобной, немного великовата, но всё терпимо. Гермиона вернулась как раз вовремя. Малфой поднял свои глаза и собирался ёрничать, но заметил потопляемый грустью взгляд и прикусил язык.
— Что-то?..
— Я хочу уйти. Давай уйдём побыстрее.
Парень кивнул и взял рюкзак. Гермиона пропустила его вперёд, а сама печально оглядела комнату и вышла следом. Закрыла дверь и уже в последний раз повернула ручку. Они медленно и тихо спускались по лестнице, почему-то забыв про трансгрессию. Грейнджер чувствовала, как идёт по осколкам собственного сердца. Она крепко сжимала кулаки и пыталась не плакать, рассчитывая не тешить Малфоя своими слезами. Входная дверь раскрылась, как только Драко нажал на ручку. Подул холодный ветер, и волосы девушки растрепались в разные стороны. Она нехотя, практически отрываясь от родного дома, вышла на крыльцо и с осторожностью закрыла дверь. Малфой быстро сбежал по ступеням и направился вдоль по улице.
Она шла за ним, не видя ничего, кроме пелены слёз. Остановилась и села на бордюр, наплевав на всё. Драко остановился и обернулся. Гриффиндорка, съёжившись, сидела чуть ли не на асфальте, её плечи дрожали, руки побелели от того, как яростно она сжимала ткань джинсов. Парень нахмурился. Подошёл ближе и остановился в паре шагов.
— Прекрати, Грейнджер. Закончится война, и ты увидишься с ними. Ты и твои лузеры одержите победу, и вам достанутся все лавры. Твои родители побывают на твоём выпускном, затем будут гордиться, когда ты будешь работать в Министерстве… Ты выйдешь замуж за Вислого, родишь ему пару детишек, и всё ваше семейство будет приезжать сюда на каникулах. Зачем плакать, когда впереди такое светлое будущее?
Она подняла свои глаза и тихо произнесла:
— Я применила обливиэйт.
Драко отшатнулся.
— Нет, — прошептал он, пытаясь осознать то, что произнесла только что девушка, — Грейнджер, скажи, что у тебя не хватило сил сделать это.
— Они поедут в Австралию, и всё будет хорошо. Малфой, если я погибну, то не хочу, чтобы они жили с этим. И пожиратели не придут к ним, потому что у них никогда не было дочери. И мама с папой теперь совершенно другие люди, и у них никогда не было дочери, — она попыталась закричать, но голос охрип, голос сорван.
Сердце бешено билось от отчаяния, боли и скорби. Прямо сейчас Гермионы Грейнджер больше не существовало в памяти её родителей, а значит, и её самой. Она исчезла с фотографий, исчезла из отражений в зеркалах, с постели и со старого дивана. Она исчезла из объятий отца и матери. Она больше не увидит их улыбки, не коснётся, не поделится радостью и не будет плакать в печали. Теперь она просто она. Она заплакала громче, буквально сгибаясь напополам.
Малфой опустился на колени перед ней и неуверенно обнял за плечи. Девушка потянулась к нему, словно мотылёк к свету. Её руки проскользнули под его куртку, сжали футболку и почувствовали тепло, совершенно не свойственное Драко Малфою. Он сделал рывок и обнял её сильнее. Прижался всем телом и дал уткнуться носом в его грудь. Он дал ей выплакаться и закричать. Она плакала, билась в истерике и вдыхала его запах. Он закрыл глаза и попытался принять всю боль, что она издавала. Она издавала её звуками: криками о боли, о помощи и об отчаянии.
— Гермиона, что же ты натворила? — прошептал он на её ухо, забывая о том, что так называть её не надо.
Он совсем забыл. Совсем забыл, что ненавидит её. Совсем забыл о том, что она — Гермиона Грейнджер. Совсем забыл, что она — подруга Поттера. Совсем забыл, что начал накрапывать дождь. Совсем забыл, что на улице ужасно холодно. Совсем забыл, что он среди маглов. Совсем забыл, что успокаивает Гермиону. Именно Гермиону.
— Я не хочу возвращаться в лагерь. Не сейчас, пожалуйста, — хрипло произнесла девушка, вжимаясь в его тело.
Драко закачал головой.
— Тебе нужно в больницу. Проверить спину…
— Я п-п-приняла обезболивающее, в-всё нормально. Я хочу уйти отсюда.
— Я не знаю, куда можно тут… Гермиона, я не знаю, что делать.
Её руки обвили его талию. Хлопок. Она из последних сил сделала это. Из последних сил они приземлились около придорожного отеля. Гермиона поднялась на ноги, а вместе с ней и Малфой. Он мимолётом огляделся, но, так и не узнав ничего знакомого, возвратился к гриффиндорке. Слёзы всё ещё застилали её глаза, они всё ещё катились по щекам и оставляли влажные дорожки.
Девушке было холодно. Её бил ледяной ветер по щекам и леденящая боль по сердцу. Драко стянул с себя куртку и набросил на её плечи, а потом поднял руку вверх. Задержал ладонь около щеки Грейнджер на несколько секунд, а затем сдался и сначала коснулся кончиками пальцев кожи. Легко провёл по виску и спустился к подбородку. Опустил ладонь полностью и большим пальцем стал поглаживать её щёку, поднялся чуть выше и убрал налипшие пряди. Гермиона замерла. Она видела его плохо из-за слёз, из-за яркой вывески, находящейся прямо над ним. Она шагнула вперёд. Тепло его руки помогало её сердцу биться.
Она сделала ещё один шаг. И он. Двинулся к ней навстречу. Её ресницы затрепетали, пытались смахнуть слёзы, убрать пелену и наконец начать думать разумно. Драко опустил глаза на её губы: раскрасневшиеся и пухлые. Хотелось провести по ним пальцем, попробовать на вкус, почувствовать. Он наконец хотел почувствовать. Почувствовать, как иглы впиваются в его тело и проникают внутрь, прямо до сердца.
Ещё шаг. Ближе некуда. Они дышали в унисон. Они оба решались. Он первый склонил голову, первый потянулся ближе. Она потянулась в ответ. Он закрыл глаза и коснулся губ. Он коснулся её губ и почувствовал глухой, но сильный удар сердца. Обнял её лицо руками. Гермиона привстала на носочки и ответила. Ответила неумело, коряво, пытаясь поспеть, пытаясь отдать. И она отдавала. Всё то, что было. Все те взгляды у поезда, у Гремучей ивы, в лесу, у обрыва, в палатке, около палатки, в метро, в комнате, на дороге. Отдавала то, что было, и понимала, что ей это нужно. Ей это всегда было нужно. Коснулась своей грудью его, положила руки на его шею и сделала шажок вперёд. Попыталась получить большее. Малфой не уступил. Он даже не думал в этот момент. Он просто получал и отдавал эмоции. Ему тоже это было нужно.
Подтолкнул девушку вперёд, столкнул её со стеной и опёрся рукой, и прикусил губы Гермионы, соприкасаясь с её языком. Дышать было практически нечем, но так не хотелось отрываться. Хотелось получать и отдавать. Хотелось не дышать рядом с ней. Хотелось просто быть с ней.
Забыть. И он забыл. Плюнул на все запреты и правила, на все года, года вражды и злобы, и ненависти. Этого никогда не было. Всё рухнуло в один момент. Словно всё это было стеклянной стеной. И эти двое постоянно тянулись друг к другу. Они ловили взгляды, прикосновения, но проклятая стена, возведенная ими самими, удерживала, не давала им почувствовать. Не позволяла давать и отдавать. Ледяное стекло рухнуло. Они уловили стойкий жар меж друг другом. Они уловили то, что должны были уловить много лет назад.
Она разорвала первой. Внимательно смотрела в его глаза, искала, бегала по его лицу в поисках гнева, недовольства и усмешки. Этого не было. Она обнимала его шею и чувствовала пульсацию каждой вены. Чувствовала. Она чувствовала.
— Я… такое ощущение, что я вот-вот упаду, — еле-еле проговорила Гермиона и вцепилась в плечи парня.
Он тревожно посмотрел на неё, а через секунду Грейнджер уже летела в его объятия. Малфой подхватил её на руки и тут же забежал внутрь. На стойке регистрации его встретила девушка, а заметив, что спутница гостя без сознания, тут же пробила номер и поспешила проводить. Драко опустил гриффиндорку на кровать. Она нахмурилась, а затем просто перестала подавать какие-либо признаки, лишь ровно дышала. Малфой попросил у перепуганной работницы счёт за номер и попросил выйти. Девушка кивнула и скрылась за дверью.
— Грейнджер, ты не перестаёшь меня удивлять, — нервно прошипел он и стянул с неё верхнюю одежду и кроссовки.
Парень бережно накрыл девушку одеялом и налил стакан воды, чтобы быть всегда на стороже. Драко сел на кровать и закрыл лицо руками. Он понял, что ему предстоит долгая ночь раздумий.
//
Дождь прекратился только к утру, когда Драко уже утягивало в сон. Парень даже не помнил, как заснул, он помнил только жуткую усталость, и ему хотелось поскорее от неё избавиться. Раскрыть глаза оказалось сложным делом. Слизеринец еле сел на постели и нашёл футболку, которую вчера небрежно скинул на пол, и натянул на себя, а потом, чуть привстав, застегнул джинсы и ремень. Лучи солнца точно специально ударялись о его лицо и отскакивали к полу. Малфой обернулся и убрал волосы назад, дабы они не мешали ему рассмотреть Грейнджер. Та сладко спала, перевернувшись набок. Девушка проснулась посреди ночи и чуть не свалила бокал, когда пыталась найти его, наполненный водой. На них двоих свалилось тяжёлое бремя, и они оба устали, им обоим нужен был бокал, наполненный водой.
Драко помнил то, что случилось. Прекрасно помнил. Особенно её пухлые губы, которые Гермиона сейчас непроизвольно надула. Он просто смотрел на неё. Нет, не так. Он просто рассматривал её. И можно убрать «просто». Просто он смотрел на неё, когда хотел обидеть, отпустить какую-ту гадкую шутку и тому подобное… Но сейчас он смотрел на неё совсем не просто.
Её чёртовы волосы распластались на подушке, они взвились и, кажется, их будет очень тяжело уложить. Щёки раскраснелись. Наверняка от жары. Поэтому парень отодвинул одеяло, которое так заботливо набросил на её плечи ночью. Гермиона закряхтела и двинулась вперёд всем телом. Её коленка коснулась его бедер. Драко перевел взгляд с её ноги до её лица и усмехнулся. Просто усмехнулся. Просто.
Вдруг он, поддавшись внезапному порыву, склонился над лицом гриффиндорки и осторожно коснулся её щеки подушечками пальцев. Парень собирался пресечь всё это на корню, встав и хорошо умывшись, но… Его губы коснулись её. Он тут же отстранился, а позже и вовсе поднялся с кровати. Приоткрыв окно, зашел в ванную и закрыл за собой дверь, провернув замок. Ему нужен был холодный душ.
Малфой вошел в кабину и плотно закрыл дверь. Ему потребовалось пару минут, чтобы разобраться с прилежащей техникой. Грязь и пот медленно утекали с его тела. Он чувствовал, как учащался пульс, стоило ему вспомнить все события вчерашнего вечера. Он постоянно шептал, как в лихорадке, «он не узнает». Он ударил по стене и прислонился к ней же лбом. Нужно было дышать, приходить в себя. Нужно было становиться Малфоем.
Теперь сделать это будет сложнее. Теперь возврата нет. Нет никаких средств обернуть время вспять, сохранить память и не поступать так, как поступил сейчас. Просто хочется изменить всю жизнь. Даже не эти моменты, а всю жизнь. Начать заново. С самого рождения. Хочется научиться смотреть на вещи по-другому. Почему это порой так сложно? Почему мы ставим стены и не рушим их? Почему мы уходим в себя, закрываем двери на замок и кричим там, где нас никто не услышит?
Стук в дверь прервал его. Малфой смолчал. Шаги отдалились, и он вздохнул. Ему сейчас не хотелось расспросов.
Через пару минут Драко обёрнул полотенце вокруг своих бедер и устало потёр запотевшее зеркало. Волосы мокрые, растрёпанные, но зато опять их цвет похож на тот самый платиновый. Коснулся своего лица. Небольшая щетина, которую почему-то не хотелось сбривать. Ему вообще хотелось лечь пластом и ни черта не делать.
Из ванной он вышел полностью одетый. Не смущать же эту девицу, которая сидела спиной к нему на стуле и раскачивала ногой, одновременно постукивая по столу. Грейнджер тут же обернулась, услышав тяжёлые шаги. Её глаза источали усталость и боль. Так захотелось обнять её. Вчера же он обнимал её. И это не было пугающе, это не было ново…
— Прости, что я испугала тебя. Я просто… Устала, — прошептала она и потёрла лицо руками. — Ты хорошо выглядишь, кстати. Как всегда, кстати.
— Это комплимент? — он ухмыльнулся. — Ты выглядишь не так хорошо, как я, да ты всегда выглядишь не очень, но, может, душ тебе поможет? — скложил руки на груди.
Гермиона скромно улыбнулась и поднялась с места. Повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь топотом других постояльцев за дверью.
— Мне стоит тоже принять душ, а потом мы отправимся обратно. Да…
Опять её неловкие жесты, за которые цеплялся Драко. Он уступил ей дорогу, отходя к кроватям. Вскоре закрылась дверь, но Малфой не слышал поворота замка.
//
Ребята решили, что в этот раз силы тратить будет Малфой. Они вышли из отеля и спокойно отправились на завтрак, стараясь не привлекать внимания. Гермиона заметила внимательный взгляд девушки, сидевшей около закусочной. Её чёрные как смоль волосы наводили сомнительные мысли. Слизеринец пропустил гриффиндорку вперёд, открыв ей дверь. Они сели за столик, вскоре к ним подошла официантка, и они сделали небольшой, но довольно-таки сытный заказ.
— Как думаешь, с Гарри всё в порядке?
— Там, вообще-то, был ещё Уизли и Забини, — прыснул парень, убирая волосы назад. — Уверен, что с ними всё нормально, не считая открытой злости со стороны твоего героя.
Гермиона закатила глаза.
Вскоре им принесли заказ, и Драко опасливо посмотрел в тарелку, где лежало пару тостов и одна порция омлета. Девушка хихикнула и отпила апельсинового сока. Теперь пришла очередь закатывать глаза Малфою. Он с неохотой, но всё же попробовал небольшой кусочек омлета, а затем откусил тост. Не умер же, ну. Грейнджер улыбнулась и продолжила трапезу. Драко ел медленно, впрочем, гриффиндорка это заметила ещё в школе. Этот парень вечно уходил чуть ли не последним из зала. Поэтому ей оставалось смотреть в окно и наблюдать за прохожими. Она заметила ту странную девушку в компании с не менее странным и даже жутким парнем.
— Малфой, доедай быстрее. Нам нужно уходить. Принесите счёт, пожалуйста!
— Что? Что случилось?
Он стал судорожно доедать и вскоре, к тому моменту, когда принесли счёт, тарелка и стакан были успешно опустошены. Гермиона расплатилась и спросила у официантки насчёт чёрного выхода. Та указала на дверь в самом конце кафе и печально улыбнулась. Гриффиндорка кивнула Драко, и теперь они как можно скорее отправились на выход. Оказавшись посреди пустыря, Грейнджер бежала вниз, а Малфой гнался за ней. Они остановились, когда поняли, что тут безопасно.
— Там пожиратели. Как они нас нашли? С родителями же всё нормально? Нужно проверить, — в панике залепетала Гермиона, пугливо осматриваясь по сторонам.
Драко взял в ладони её лицо, тем самым заставив замолчать. Теперь она испуганно смотрела на него, пытаясь найти защиты.
— Гермиона, своим появлением ты только накличешь беду. Возможно, они выследили нас этим утром, а может, чуть раньше, когда мы появились здесь. Мы были осторожными, ведь так?
Она кивнула и выдохнула. Драко отпустил её и почувствовал, как холод обдаёт его руки.
— Мы должны вернуться в лагерь. Мы просто вернёмся в лагерь, и всё будет хорошо, слышишь?
Парень обнял её плечи и уже собирался трансгрессировать, как вдруг Гермиона коснулась его губ своими губами, чем повергла в лёгкий шок. Но он ответил. Поцеловал в ответ, разрешил целовать себя. В голове не укладывается. Они просто целовались. Они были похожи на обычную парочку. Его руки уверенно расположились на её талии, её руки же обхватили его плечи. Им двоим было приятно, и им двоим было хорошо.
Малфой отстранился, прижал Грейнджер к себе и аппарировал.
//
Они прибыли ровно в то место, где когда-то встретились с Забини. Гермиону отбросило немного назад, что было довольно-таки странно. Малфой подал ей руку и снял с волос сухой лист. Девушка с благодарностью кивнула ему и большим пальцем погладила ладонь. Драко тут же одернул руку и двинулся вперёд, оставив Грейнджер с уколотым сердцем. Она часто заморгала и устремилась за ним. Парочка спустилась по оврагу и остановилась в том самом месте, где находился лагерь. Гриффиндорка выставила палочку вперёд и собиралась прошептать заклинание, но барьер пал сам. Посреди поляны стояла Полумна и с улыбкой встречала потерянных гостей. Гермиона печально улыбнулась в ответ и поспешила пройти в палатку к Гарри, держа в руках сумку с трофеем.
Она вошла тихо, стараясь не перебивать громкий спор. Видимо, страсти накалялись с каждой минутой. Поттер ходил из стороны в сторону, держась за голову, Рон, поставив руки на стол, раскачивался туда-сюда. Вид Уизли был изрядно потрёпан, видимо, они не спали всю ночь. Забини и Невилл сидели у кровати и о чём-то шёпотом переговаривались. Было странно застать такую картину.
— Гарри, расхаживая вот так, ты ничего не решишь. Нужно просто отправиться на её поиски, — устало произнёс Рон.
— Куда отправиться? Ты знаешь, куда её мог утащить Малфой?! Что с ними произошло?! — выкрикивал парень, не останавливаясь ни на мгновение.
— Просто сядь, ради Мерлина! — рявкнул Блейз и поднял глаза.
Мулат замолчал, когда поднял глаза и уставился на силуэт Грейнджер, которая неуверенно мялась в проходе.
— Поттер.
— Пошёл к чёрту.
— Поттер.
— Забини, просто отстань от меня, прошу!
— Грейнджер, ты знала, что нужно здороваться, когда входишь? — недовольно произнёс слизеринец и уверенно развалился на стуле, который, как казалось, вот-вот развалится сам.
Четыре пары глаз уставились на Гермиону. Три удивленно, а последняя — с усмешкой. Слизеринскую натуру видно сразу, не так ли? А вот и вторая натура подоспела, шумно зайдя внутрь. Только вот Поттер не впадал в оцепенение, а тут же начал действовать, а точнее атаковать. Гриффиндорец с яростью набросился на Малфоя, оказавшись рядом с ним за несколько чудных мгновений. Гарри буквально вытолкал парня на улицу и тут же повалил на землю с громким рыком. Гермиона вскрикнула и помчалась за ними. Все остальные отреагировали только через секунд десять, когда Гарри активно наносил удары своему врагу, совершенно его не жалея.
— Прекратите! Прошу! — кричала Грейнджер, а после закрыла рот ладонью, — пожалуйста, хватит!
Видимо, Малфою надоело терпеть кулак мальчика-героя, и слизеринец нанёс сильный удар в челюсть, перекатился и теперь оказался главенствующим звеном. Гермиона кричала всё громче. Блейз кинулся снимать друга, сильно схватив его за плечо и шею.
— Драко, хватит! — буквально завизжала гриффиндорка, когда слизеринец нанёс хороший удар и послышался хруст носа Поттера.
Наконец-то Забини оттянул друга и опрокинул его на землю, а потом любезно помог подняться. На щеке Малфоя виднелась глубокая царапина, из которой сочилась кровь, также разбита губа и рассечена бровь. Прекрасно. Сердце Гермионы билось так сильно, что само тело не выдерживало нагрузки. Рон поднял Гарри и отряхнул его одежду, всю безнадежно перепачканную в грязи.
— Зачем ты это устроил?! — закричала девушка, не в силах больше терпеть накопленные эмоции. — Что ты хочешь показать?!
— Ты слышала себя? — злобно произнёс Поттер, сжимая кулаки. — Ты слышала? Ты видела себя? Что ты прокричала? «Драко!»? Да?! — повысил голос, заставляя Гермиону отшатнуться назад. — На кого ты посмотрела? Не на меня, а на него!
Её рот раскрылся в немом протесте, хотя нечего было оспаривать, всё было верно. Она прокричала его имя и боялась именно за него. И посмотрела на него, а не на Гарри, как делала это обычно. Девушка утёрла набежавшие слёзы и чётко проговорила:
— Ты начал всё это. Зачем ты ушёл? Зачем ушёл без меня, ничего не сказав? Что ты хотел? Проучить, да? Как ты смеешь это делать, когда мы столько всего пережили, столько всего прошли? — вскинула руками. — Ты ведёшь себя, как маленький необразованный мальчишка, эго которого случайно задели. Мне надоело вечно носиться за тобой. Ты всё равно поведёшь себя, как всегда. Я хочу, чтобы ты ценил меня, потому я, как твой друг, ценю тебя и люблю всем сердцем. Гарри, если ты и дальше будешь строить детские обиды вокруг себя, возводя стену, то нам придётся пойти врознь.
Все уставились на неё в полном шоке, не смея чего-либо произнести. Ну, кроме Поттера, к которому и была обращена эта речь:
— Ты изменилась из-за него. В последние месяцы я замечал, как ты на него смотришь, Гермиона. Не отрицай, пожалуйста, — он чуть усмирил свой пыл и говорил тихо. — Разве такие, как он, достойны тебя? Почему бы не посмотреть на Рона или даже Невилла? Почему ты не смотришь на людей, которые относятся к тебе с открытой душой и сердцем? Неужели тебе настолько приятно общество слизеринского хорька?
Малфой сделал выпад вперёд, но Блейз оттянул его назад, схватив за капюшон куртки.
— Видимо, ты так ничего и не понял, — болезненно усмехнулась и попятилась. — Мы принесли Чашу. Мы достали её. Мы с Малфоем помогаем тебе.
Грейнджер аккуратно достала из рюкзака трофей и поставила его на землю.
— Мне не нужна помощь от него! Мне нужна помощь от тебя! — вскрикнул Поттер и сделал шаг вперёд. — Гермиона, прекрати путаться с ним. Он не стоит и твоего мизинца.
— Может, стоит? Откуда тебе знать? — горькая усмешка поразила её губы. — Ты всегда держал меня за ходячую энциклопедию? За человека, который всегда придёт на помощь? Почему ты ведёшь себя так, словно ревнуешь? Почему ты не можешь принять, что у меня есть друзья, кроме вас?
— Он тебе друг? Ты смеёшься? — вздёрнул бровями.
Грейнджер прикрыла глаза, опуская слезу, и аппарировала. Приземлилась на твёрдые ноги и тут же осела на землю.
Слишком много эмоций за последние две минуты. Возможно, эти две минуты стали решающими. Хотя, люди порой так часто ссорятся друг с другом, спорят из-за глупостей, мелочей, собственного эгоизма… Список можно было бы продолжать вечно. Гермиона склонялась именно к последнему. Ей хотелось верить, что Гарри успокоится, и всё вернётся в нормальное русло. Он наговорил столько ерунды, хотя сама Грейнджер тоже не лучше. Малфой её друг. Господи, в такое кто-то поверит?
Грейнджер переместилась в лес. Просто туда, куда ей захотелось. Там, где бы она была совершенна одна. Это нужно было ей уже долгое время. Долгое время ей хотелось остаться одной. Хотелось принять ванную, окунувшись с головой. Но…
— Они пошли на север! Я уверен!
Девушка тут же вскочила на ноги и посмотрела вдаль, пытаясь разглядеть источник голоса. Пожиратели. Ноги Грейнджер подкосились, поэтому пришлось схватиться за дерево. Там были и егеря, и пожиратели. В том числе и отец Драко. Гермиона, не раздумывая, перенеслась обратно. Все сидели по своим палатками, поэтому она побежала сначала в палатку к Гарри. Внутри были Невилл, Рон и сам Поттер.
— Пожиратели. Они идут сюда, — еле произнесла гриффиндорка и тут же выбежала.
Она буквально ворвалась в палатку слизеринцев, застав обнимающихся Блейза и Полумну. Ребята как ошпаренные отлетели друг от друга, но Гермиона помедлила лишь с секунду.
— Пожиратели. Они близко. Они могут добраться и через час… Пожалуйста, собирайтесь. Где Малфой?
— Он пошёл к озеру, — прошептал Блейз, медленно приходящий в ужас.
Грейнджер направилась по новому маршруту, столкнув с пути Уизли. Все ребята уже начали сворачивать вещи и готовить снаряжение для перемещения. Гермиона же бежала так, словно от этого зависела её жизнь. Малфой стоял на берегу, положив руки в карманы. Его спина была напряжена как натянутая струна. Ему точно не нравилась вся эта ситуация, и хотелось провалиться под землю, только бы не попадаться на глаза Поттеру, а тем более Грейнджер. Парень обернулся, когда заслышал частые и громкие шаги. Он нахмурился, но тут же опасливо вытянул руки вперёд, чтобы поймать гриффиндорку, которая споткнулась и была готова кубарем покатиться вниз. Малфой подхватил девушку чуть ли не на руки, оторвав на несколько секунд от земли. Гермиона схватилась за его плечи и взвизгнула. Драко опустил её и нелепо отошёл на пару шагов назад.
— Там пожиратели. В том числе и твой отец. Прошу, пойдём быстрее, — буквально взмолилась девушка.
Малфой вдруг потупил взгляд, но с места не двинулся, что даже удивило Грейнджер. Она сделала шаг к нему, оглянулась назад и, поняв, что никого нет, коснулась плеча Драко. Парень уставился на гриффиндорку.
— Малфой, я даже не хочу знать то, о чём ты только что подумал. Немедля собирайся, — она произнесла это твердо, но в голосе всё равно можно было услышать что-то нервное, растерянное.
И Гермиона потянула его к поляне, словно пытаясь нарушить ужасный замысел, что таился в голове Малфоя. И он словно очнулся, словно понял, что нужно скрыться от жутких стеклянных глаз отца, что терзали его всю жизнь.
Все остальные уже выстроились полукругом, а все вещи магическим — это действительно так — образом исчезли. Гарри что-то бурчал себе под нос, видимо, обдумывая план действий. Рон взвалил на свои плечи тяжёлый рюкзак и чуть покривил лицом от неудобства.
Полумна держалась рядом с Невиллом, хотя её глаза были устремлены в сторону Забини, что теперь таращился на Малфоя.
— И куда мы? — достаточно громко спросил Уизли, оглядев пришедших.
— В лесу прятаться бесполезно, — произнёс Гарри, хмурясь, — если честно, то я не знаю, куда мы можем отправиться, хотя бы для того, чтобы переночевать.
Все замолкли. Пожиратели были ещё совсем далеко, но в то же время близко. Пожиратели будто стояли за их спинами, они направляли палочки и шептали непростительные заклинания. Пожиратели всегда стояли за спинами. Пожиратели всегда стояли рядом.
— Гарри, скажи вслух, — пролепетала Полумна, подходя к Поттеру. — Наверняка это хорошая идея.
Теперь все взгляды были прикованы лишь к гриффиндорцу, что с удивлением осматривал подругу. Девушка же мягко, в свойственной ей манере, улыбнулась и положила на плечо Гарри руку, прибавляя парню уверенности. Порой нам нужна та самая мягкая или твёрдая, но надёжная рука, что будет вселять в нас уверенность, что прибавит нам сил и поможет воспрянуть.
— Мы отправимся в Годрикову впадину.
Грейнджер, без какого-либо согласия или же наоборот, шагнула к другу и кивнула. Гарри кивнул ей в ответ. Осталось дождаться всех остальных. Один за другим ребята стекались в небольшой кружок, постоянно оборачиваясь, в надежде не увидеть чёрную зловещую мантию. Последним оставался Малфой. Он стоял позади всех собравшихся и размышлял: пойти за отцом или пойти за теми, кто смотрит на него с надеждой на согласие, спасение. Шаг и ещё один. Шаг только вперёд. Возможно, эти шаги вперёд к тем, что смотрят на него с надеждой, станут решающими в его жизни.
Малфой присоединился к маленькому верному кружку обнищавших, ободранных временем до нитки людей, в глазах которых была и тревога, и тоска, и боль, и скорбь, и злость, но любовь, вера и надежда.
Хлопок аппарации, и лишь ветер запомнил их присутствие.
//
Их встретил холод. Снег хлопьями опускался на яркий свитер Рона, который сшила ему собственноручно Молли. Гермиона радостно подняла глаза в небо, пока все остальные пугливо оглядывались по сторонам.
Во Впадине было тихо и даже немного жутко. Всё казалось старым и заброшенным. Крыша одного дома прохудилась настолько, что дыры показывали половину верхнего этажа. По правую сторону находилось кладбище, что пугало не меньше. Из-за пасмурного неба всё казалось каким-то неживым, словно находилось в состоянии застоя.
Гарри двинулся первым, заметив что-то знакомое. Он двигался всё быстрее и быстрее, не обращая внимания на крики друзей. Парень вскоре перешёл на бег, но остановился в ту же секунду, как достигнул цели. Его кулаки сжались, а сердце заговорило о тоске и боли. Первая к другу примчалась Гермиона, доставая на ходу шапку из рюкзака. Девушка остановилась рядом с Гарри, обернулась и уставилась на полуразрушенный, уже такой никчёмный дом семейства Поттеров. Грейнджер взяла друга за руку и сжала его холодные пальцы. Они оба ничего не могли сказать. Позади скрипел снег от топот ребят, белые маленькие звёзды опускались на их плечи, а слёзы двоих просились на разговор.
— Гарри, — тихо, но уверенно проговорил Рон, касаясь плеча друга.
Поттер благодарно кивнул и обернулся ко всем остальным, но парень тут же нахмурился, увидев силуэт вдалеке. Обернулись и все. Это была женщина, старая женщина, что не спеша, еле-еле передвигаясь, приближалась к ним. Её седые тонкие волосы небрежно опускались на лицо, а тёмная, местами дырявая мантия покрывала голову. На ногах, как заметила Полумна, у женщины были старые заношенные до дыр ботинки. Несчастной Полумне это показалось ужасным, даже скверным.
— Она жуткая, — прошептала сама девушка, обращаясь к Забини.
Блейз осторожно, дабы не увидели остальные, взял её за руку и завёл за свою спину. Полумна прикусила губу, чтобы сдержать тёплую весеннюю улыбку в зимнюю ледяную пору.
— Кто Вы?
Как ни странно, но первым заговорил Невилл. Он бесстрашно шагнул вперёд, вытянул палочку из заднего кармана и храбро выставил грудь вперёд, как будто намеревался прикрыть тут всех.
— Кто из вас Гарри Поттер? — хриплым голосом произнесла незнакомка, наводя ещё большего страха.
Гарри шагнул вперёд под обеспокоенный взгляд Грейнджер.
— Я Батильда Бэгшот. Альбус Дамблдор попросил присмотреть за мальчишкой по имени Гарри Поттер. Вы явились вовремя, — улыбнулась.
И вновь Полумна отметила жуткие ботинки, да и весь жуткий наряд, так прекрасно сочетающийся с жутким выражением лица этой старухи. Всё казалось жутким. Везде было темно, везде было плохо, везде было страшно. Хотелось укрыться тёплым одеялом и послушать ещё парочку историй от отца. Именно этого желала Полумна, крепко схватившись за рукав слизеринца.
Глаза Гарри загорелись. Он словно был рад спасению и тут же кинулся к женщине, что назвалась той самой Батильдой Бэгшот, которая познакомила двух волшебников, чьи судьбы стали трагичными.
— Я могу предложить вам пару мест в моём доме, но думаю, что вы потеснитесь. Если честно, то я не рассчитывала на такое количество гостей, — хихикнула старушка.
Поттер, не задумываясь, кивнул и последовал за новой знакомой. Гермиона подталкнула всех остальных ребят за Гарри, ведь именно все остальные, кроме самого Поттера, сопротивлялись. Малфой даже окинул гриффиндорку презрительным взглядом, за что получил, полный огорчением. Ребята следовали за Батильдой, оглядываясь по сторонам и пытаясь запомнить дорогу. Рон и Невилл тихо переговаривались друг с другом, Гарри радовался тому, что, наконец, может доверять кому-то; Гермиона нервно косилась на Малфоя, сам Драко старался вообще не смотреть в её сторону. Блейз с Полумной перекинулись лишь парочкой слов и весь путь только слегка, невзначай касались друг друга.
Дом, куда привела всех Бэгшот, не совсем-таки и отличался от руин дома Поттеров. Всё такая же гнилая крыша, весь сад находился в запустении, забор был поломан или отсутствовал вовсе. Только на втором этаже горел свет, что заинтересовало Малфоя. Парень нахмурился и принялся присматриваться ко всему, чему только можно было присмотреться. Его потревожил тот самый неубранный сад при живой и здравствующей хозяйке, сломанный забор и действительно сломанная крыша. Драко схватил Гермиону за запястье и остановил, пропуская всех вперёд. Девушка удивлённо уставилась на него, но брыкаться не стала.
— Уведи отсюда безмозглого Поттера, — прошипел он.
— Что тебе опять не нравится, Малфой? — с вызовом сделала небольшой шажок вперёд и оказалась предельно близко с парнем.
— Он ведёт нас всех на смерть, Грейнджер. Разве ты не видишь тут подвоха? — оглянулся по сторонам. — Нас либо съедят на ужин, либо сдадут в лапы пожирателям.
— С чего ты взял? Это Батильда Бэгшот. Она была знакома…
— Грейнджер, посмотри на неё. Посмотри вообще на все это, — развёл руками. — Это всё жутко и чревато проблемами.
— Не все люди в старости выглядят так же прелестно, как и в молодости. Уверенна, что с годами ты это поймешь, — пожала плечами и состроила наигранную улыбку.
Хватка Малфоя стала в разы сильнее, он обхватил плечо девушки и рывком придвинул к себе, заставляя игривое и надменное выражение лица исчезнуть.
— Спасать надо будет не тебя одну, а всех. И когда эта тварь нападёт, мне придется решать, ведь так?
Оттолкнул и последовал по дорожке к дому. Гермиона непонимающе посмотрела парню вслед, пытаясь осознать слова, сказанные им. Всё это было так странно. Именно всё. Буквально всё в этой ситуации было странно. Но Грейнджер быстрым шагом направилась в дом, а вскоре закрыла дверь.
Внутри все было так же ужасно, как и снаружи. Пахло затхлостью и даже мертвечиной. Дом как будто разваливался на глазах: кое-где отсутствовали обои, штукатурка опускалась на пол, оставляя клубни пыли в воздухе, деревянная половица скрипела, а где-то вовсе сгнила и провалилась в подпол. Гостиная, куда прошли все гости жуткой старухи, была ещё хуже, чем коридор: ножка журнального столика была сломана, поэтому крышка стола практически лежала на полу, вековой слой пыли покрывал буквально всё; сервиз, стоящий на одном из шкафов, кое-где потрескался или даже полностью развалился, и теперь осколки лежали на искусном, но таком же грязном, как и всё здесь, подносе.
— Тут пыльно, — с отвращением проговорила Полумна, — и грязно. Я не хочу здесь оставаться.
— Хочешь, не хочешь, а идти вам, детишки, больше некуда, — усмехнулась старуха и уселась в кресло, что чудом не развалилось под ней, — вы присаживайтесь. Может, вам чаю? А то я расселась, — хихикнула. — Не хотите?
— Я бы не отказался.
Все обернулись на смущённого Рона, стоящего в конце комнаты.
— Тебе бы лишь поесть, Уизли, — фыркнул Драко, закатив глаза.
— Мы бы все не отказались, — вступился за друга Гарри, пожав плечами.
Старуха с довольным оскалом поднялась и не спеша направилась в кухню. Малфой метнулся к Поттеру и схватил его за грудки, вызвав у всех мгновенную реакцию: кто-то двинулся к двум «котам», а кто-то просто отодвинул друга, в лице Драко, назад.
— Вы все ослепли? Какого чёрта мы пришли сюда? Посмотрите на её дом — это же тихий ужас, да вы на неё саму посмотрите! Эта бабка не та, за кого себя выдаёт, — шёпотом «закричал» он.
— Прекрати, Малфой. Мы не уйдём отсюда, потому что она единственный человек, которого знал и кому доверял Дамблдор. И если тебе что-то не нравится, то тебя никто не держит, — в том же тоне ответил Гарри.
— Успокойтесь, пожалуйста, — замолила Грейнджер. — Я могу проверить дом и уверена, что не найду ничего такого.
Никто не ответил, и Гермиона посчитала это согласием. Она сначала уверенно направилась вверх по лестнице, а затем уверенности поубавилось, и девушка достала палочку. Пришлось воспользоваться «люмосом», так как ни одного источника света тут не было. Лестница жалобно поскрипывала, ужасный запах, словно всё ближе и ближе приближался к носу, заставляя ёжиться и зажимать нос и рот ладонью.
Твёрдая рука схватила её за плечо, и гриффиндорка опасливо обернулась, чуть ли не закричав. Однако это был только, слава Мерлину, Малфой, что помог ей не свалиться в дырку прогнившей лестницы.
— Пошли и шустрее, — подтолкнул. —Я хочу свалить отсюда.
Оба прошли в одну из комнат. Картина тут обстояла не лучше, поэтому Грейнджер рассматривала не общий план, а именно самые мелкие детали. На полке лежала книга с кричащим названием «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора» от противной и мерзкой авторши Скитер, что так раздражала Гермиону. Она схватила экземпляр в руки и прочла послание, оставленное запиской самой Ритой: «Дорогая Батти, спасибо за помощь. Дарю экземпляр книги, надеюсь, тебе понравится. Ты мне всё открыла, хотя, может, не помнишь об этом. Рита». Грейнджер убрала книгу в сумку, надеясь, что сие произведение пригодится.
— Грейнджер.
Драко указывал на пятно крови, что давно въелось в дерево. Девушка медленно подошла, боясь наступить во что-то ещё не менее мерзкое и пугающее. Они оба осветили комнату и наткнулись ещё на пару пятен.
— Нам нужно проверить соседнюю комнату, там горел свет. Пошли, — шёпотом проговорил Малфой и, взяв Грейнджер за руку, потащил в коридор, а точнее в ту самую комнату.
Парень нажал на ручку и выставил палочку вперёд. Внутри никого не было. Ребята прошли внутрь и обернулись. Тут было чуть-чуть чище, чем в остальных комнатах, но именно тут и воняло мертвечиной. Драко метнулся в сторону прикроватного столика и взял в руки рамку с портретом какой-то женщины, что приветливо улыбалась.
— Грейнджер, только не говори, что эта женщина и есть та, что встретила нас.
Девушка подошла к слизеринцу и неуверенно забрала фото из его рук, столкнувшись с холодными пальцами. На фотографии была настоящая хозяйка этого дома.
— Она выглядит такой светлой и живой… — прошептала Гермиона, проводя по запылённому портрету пальцем.
— В отличие от той, что встретила нас, — в тон ей произнёс Драко и, будто осенённый гениальной мыслью, посмотрел на гриффиндорку.
Ребята мгновенно кинулись к двери, но та с громким хлопком закрылась прямо перед их носом. Оба приготовили палочки, обернулись и увидели тёмный жуткий силуэт, что возрастал в размерах с каждой секундой.
Всё в одно мгновение словно замерло и потеряло краски, всё заледенело.
Существо представилось им костлявой безглазой женщиной, с чёрными как смоль волосами, спускающимися до самого пола. Чёрная порванная мантия волочилась сзади, оставляя мерцание тёмных огней. Эта тварь всё приближалась, но никто из ребят не собирался двигаться с места. Их ноги словно вросли в пол.
Малфой первым вышел из оцепенения, когда тварь, напоминающая женщину, оказалась совсем близко. Он поднял палочку выше и собирался произнести заклинание, но рот создания раскрылся и жуткий вой пронзил уши всех, кто находился в доме. Гермиона тут же упала на колени и попыталась закрыть голову руками, но потусторонние силы будто сдерживали её. Девушка впилась ногтями в пол и замотала головой, дабы хоть как-то избавиться от этого жуткого вопля. Драко крепко сжимал палочку в руках. Он сжимал её так крепко, что казалось, дерево вот-вот треснет напополам. Сам парень еле сдерживался, чтобы самому не закричать от дикой боли в ушах.
Двоим казалось, что ещё немного, и всё для них кончится. Казалось, что совсем чуть-чуть, и они оба замертво рухнут на пол. Грейнджер пыталась найти потерянную палочку, Малфой в полном шоке смотрел туда, где должны быть глаза, но они полностью отсутствовали. Всё происходило в замедленном действии. Жизнь потеряла краски и обрела лишь чёрный оттенок. Крик этой страшной женщины, что вопила так ужасно, так дико и так невыносимо, доносился до первого этажа. Все остальные тут же ринулись на помощь друзьям, но за их спинами очутилась ещё одна мерзкая тварь.
Та самая Батильда, что мерзко улыбалась, стояла посреди комнаты. Её лицо позеленело и покрылось жуткими наростами, а кожа с её рук начала сползать. Все прибывали в полном шоке, и только одна Полумна, воспользовавшись ситуацией, вырвалась и помчалась по лестнице. Девушка ринулась на крик и зажала руками уши, чтобы хоть как-то нейтрализовать себя. Она толкнула дверь, заставив Малфоя упасть на пол без чувств. Только Лавгуд зашептала заклятие, как вдруг тварь просто растворилась в воздухе. Девушка подбежала к Гермионе и развернула её к себе, обняла безжизненное лицо руками и что-то зашептала. Гриффиндорка смотрела на подругу стеклянным и пустым взглядом, чем неимоверно пугала её. Внизу уже заслышались крики и хлопки заклинаний. Полумна оглянулась через плечо. Её сердце дёрнулось от волнения и боли, но девушка вернулась и со всей силы ударила Грейнджер по щеке. Гермиона и правда пришла в себя и покачнула головой. Вздыхать от облегчения было некогда, да и тот момент не наступил. Полумна метнулась к Малфою, что вообще был без сознания. Она ударила и его, но не помогло.
— Это была Банши — вестница смерти, Гермиона, — обеспокоенно произнесла Полумна, пытаясь сдержать слёзы.
Грейнджер задержалась лишь на секунду, а затем кинулась к палочке, заметив её у порога. Драко всё ещё находился без сознания, поэтому гриффиндорка кинулась к нему, вскрикнув раз, когда дом покачнулся. Девушка обхватила лицо парня руками, а затем спустилась к шее, чтобы проверить пульс. Краткий вздох. Удар по щеке. Зашевелился. Ещё один. Закряхтел.
— Полумна, оставайся здесь. Всё будет хорошо, — с улыбкой проговорила Гермиона, пытаясь успокоить подругу.
Она взглянула на Малфоя и сжала губы в полоску. Парень, бледный от природы, был ещё белее и стал вовсе похож на мертвеца. Его волосы упали на ладони Гермионы и приятно рассеялись. Драко был прекрасен. Болезненно прекрасен. Грейнджер сжала кулаки, вскочила и выбежала из комнаты.
На лестнице ей пришлось закрыться руками, чтобы камень, отлетевший от стены, не прилетел в голову. Стоило гриффиндорке сойти с лестницы, как она оказалась в центре боя. Её глаза расширились от увиденного: вместо старухи по полу волочилась огромная змея и кидалась на каждого присутствующего. Бедный Невилл лежал у разрушенного камина, кажется, без сознания. Рон и Гарри бились плечом к плечу. На лице Поттера уже виднелась пара порезов, а вот Уизли был, к огромному счастью, в порядке. Гермиона применила боевое заклинание, когда исполинских размеров змея кинулась на Забини. Тогда «прекрасное» создание обратило взор на неё. Ярко-жёлтые ядовитые глаза прожигали насквозь, заставили оцепенеть.
— Нагайна, — прошептала Гермиона.
И мерзкая тварь кинулась на неё, раскрыв свою жуткую пасть. Грейнджер немедля прокричала «Конфринго», заставив Нагайну отлететь на пару метров. Но животное быстро восстановилось, покачав огромной головой. Она вновь кинулась в атаку, но в этот раз получила «Экспульсо» и «Конфринго» в двойном размере. Малфой и Полумна стояли чуть позади гриффиндорки. Змея ударилась о стену всем телом и упала на пол, задевая Забини, резанув его клыками. Парень закричал от боли и попытался отползти назад. Лавгуд кинулась к нему, словно не слыша крики Гермионы. Нагайна восстановила силы слишком быстро и собиралась атаковать уже двоих, но Полумна, схватив раненного Блейза, трансгрессировала. Тем временем змея впилась зубами в шкаф, а чуть погодя, дабы освободиться, разрушила предмет мебели, повалив всё. Гарри и Рон чудом отбежали назад, к окну, и применили ещё одно боевое заклятие. Невилл уже поднялся на ноги, помотал головой и попытался сообразить, что происходит.
— Нужно выходить отсюда! — заорал Драко, пытаясь перекричать жуткий грохот, что производила Нагайна.
Невилл, Уизли и Поттер ринулись к окну и сиганули наружу в последний момент, когда тварь схватилась зубами за бетонную стену. Малфой и Гермиона перепрыгивали обломки и отбивались боевыми заклинаниями. Толкнув дверь, они буквально вывались и чуть ли не кубарем покатились вниз. Нагайна протаранила своей головой сначала стену, а затем и саму дверь. Грейнджер побежала за территорию дома, пристраиваясь к Гарри и остальным друзьям с факультета. Малфой, споткнувшись о чёртов камень, с грохотом повалился на землю, закричав. Гарри и два остальных парня уже выбежали за территорию, на дорогу, а вот Грейнджер затормозила. Её глаза в панике забегали по Нагайне и Малфою, что пытался встать, но чувство шока и близкой кончины не давало ему этого сделать. Она раздумывала с секунду и под громкое поттерское «нет» ринулась к слизеринцу. Девушка подняла вверх палочку и прокричала:
— Бомбарда!
Нагайна увернулась, но зато это отвлекло её, и Драко подскочил на ноги. Парень схватил девушку за руку и побежал к разъяренному Поттеру. Змея находилась лишь в нескольких метрах от ребят, когда Малфой закричал:
— Убирайся отсюда, Поттер!
Гермиона вытянула руку к Гарри, когда тот собрал Невилла и Рона для трансгрессии. Девушка обернулась к Малфою, тот закрыл глаза, а затем снова раскрыл их, будто что-то придумал или представил. Гриффиндорка вот-вот бы вложила ладонь в ладонь друга, но Драко мгновенно перетянул её на свою сторону и трансгрессировал, спасая злейшего врага от смерти вновь. Оставшиеся трое исчезли следом, дав Нагайне остаться голодной.
