Пока умирала Земля.

17. Ближе к вечеру, когда солнце еще не скрылось за бесконечными рядами домов, я останавливаюсь, чтобы еще немного передохнуть за перевернутым грузовиком. В его кузове нашла себе прибежище дикая собака, которая, завидев меня, убежала, поджав хвост. Странно, что не напала… У меня не осталось сил, чтобы поднять лук и выстрелить в собаку, поэтому сейчас я была жутко голодная и злая на саму себя. Чуть дальше главную дорогу, перегородила огромная куча обломков кирпичного дома, остов которого стоит по правую сторону от дороги. Перебраться через нее было сложно, но можно. И перед этим восхождением я решила передохнуть. Я быстро перевязываю себе рану и на скорую руку пришиваю заплатку на рукав куртки. К счастью в моем рюкзаке нашлась нитка с иголкой. И я радуюсь предусмотрительности Анны: как хорошо, что моя подруга во время снабдила меня нитками и иголкой. Вообще они для зашивания ран, но их и так можно использовать. Анна всегда была такой: предусмотрительной и неуступчивой. Была… Подул прохладный ветерок, напомнив мне, что на дворе осень. Возможно, моя последняя осень. Зябко поежившись, я кутаюсь в куртку. Еще пять минут посижу и двинусь дальше. Я решаю эту ночь провести на ногах и в пути, дабы поскорее покинуть этот город. А уже потом отсидеться пару дней в каком-нибудь убежище, и дальше - в путь. Вдруг раздается шум приближающейся машины. Я хватаюсь свои скудные пожитки, падаю на землю и замираю за грузовиком. Чувствую, как холодный асфальт вытягивает остатки тепла из моего тела. Подо мной дрожит земля, от приближающейся машины. Убежать я уже не успею. Завидев впереди завал, машина останавливается, и из нее вылезают шестеро мужчин. Во главе которых, ну кто бы мог подумать! – Григорий! - Что делать будем? - обращается с вопросом к Григорию один из мужчин. Григорий обращается куда-то в глубину машины: - Эй. Парень! Посмотри можно ли перелезть это завал! В темнеющих сумерках плохо видно, кто вылез из машины. Этот «парень» минует мое укрытие и идет в сторону кучи кирпичей. Осторожно, чтобы не привлекать внимание Григория и остальных мужчин, я сажусь на корточки, и, пригибаясь за грузовиком, неслышно продвигаюсь за «парнем». Надеюсь, что под ногой не хрустнет какой-нибудь камешек. Парень, отойдя немного от машины, включает фонарик, а я иду за неровно прыгающим светом. Наконец, луч фонарика достигает завала и замирает, высвечивая что-то на земле. Я осторожно выглядываю из-за перевернутого мусорного бака, перемещаю вес на ладони и слышу, как под ними хрустит невесть откуда взявшаяся щебенка. Парень вздрагивает и направляет луч фонарика в мою сторону. Я перекатываюсь и вскакиваю на ноги, снимая с плеча лук. Теперь я нахожусь чуть левее луча света и могу разглядеть парня. Это оказывается Лис.