Необычное хобби Майкрофта Холмса

      Дом у Майкрофта был простой. Без лишней напыщенности: рыцарских доспехов, канделябров, потолочных фресок. Зато был большой просторный коридор со светлым паркетом, в гостиной и спальнях были огромные панорамные окна, а ванна с массажным эффектом. Последнее Лестрейду понравилось больше всего. Он довольно зажмурился, опускаясь в тёплую воду. Подаренные вещи были скинуты в гостевой спальне, к которой и примыкал отдельный санузел. Смыв с себя следы прибывания в больнице- запах спирта и казённых простыней, Грегори со спокойной душой улёгся на необъятную кровать, застеленную мягким ворсистым покрывалом. - Я не помешаю? - спокойный голос Майкрофта, зашедшего в комнату, заставил задремавшего Грегори растеряно подпрыгнуть. Майкрофт замер. - Я задремал, - сонно ответил инспектор, занимая сидячее положение на перине, - ты что-то хотел? Майкрофт качнул головой, доставая из-за спины бутылку красного вина. - Хотел предложить отметить твой временный переезд, - Холмс сел на кожаное кресло напротив кровати, поставив бутылку на небольшой столик, - ты любишь вино? - Если честно, не помню, когда в последний раз его пил, - Грегори смущённо улыбнулся, встряхнув влажными волосами. Майкрофт рассмеялся, одним ловким движением вытащив пробку. - Ты сама непосредственность, Грегори, - Холмс отсалютовал тому бокал, открыто улыбнувшись, - выпьем за это. Инспектор заразительно засмеялся, принимая вино. - А ты умеешь делать комплименты, раньше не замечал этого за тобой. - Надо быть особенным, чтобы их получать, - отмахнулся Майкрофт, расслаблено откинувшись на спинку кресла. Повисло молчание. Мужчины задумчиво пили вино. Грегори странно посматривал на владельца дома, а сам Холмс о чём-то напряжённо думал. - Я не особенный, - через несколько минут сказал инспектор, пододвигаясь к Майкрофту ближе, - совсем неособенный для тебя. Взгляд его был чистым и открытым. Майкрофту показалось, что он увидел в них небо. - А я и не человека-амфибию ищу, - ухмыльнулся Холмс, допивая вино. - По меньшей мере, нереального красавца, - развёл Грегори руками, тоже осушив бокал. Для храбрости. Бокалы их были отставлены. Майкрофт пристально смотрел на инспектора, будто решаясь на что-то внутри себя. Его глаза не отрывались от ярких губ Грегори. Тот громко вздохнул, в ожидании уставившись на собеседника. - Ты и есть нереальный красавец, - губы Майкрофта нежно коснулись губ Лестрейда. Пару секунд он удивлённо смотрел на всё это, не отвечая на поцелуй. А потом спокойно выдохнул, прикусывая губы Холмса. Их поцелуй был лёгким, будто летящим. Наверно, вся потайная сущность Холмса сейчас вышла наружу. Его нежность и безграничная любовь, когда он с невероятной осторожностью касался волос Грегори рукою. - Мы... мы не должны этого делать, - прошептали Лестрейд, отстраняясь. Взгляд его был растерянным, он в ожидании смотрел на Майкрофта. - Почему? - голос его был соблазнительным и тихим. Он теснее прижал инспектора к себе. - Я не тот, кто тебе нужен, - эти слова давались Грегори тяжело, он даже прикрыл глаза, пока произносил это. Майкрофт так и не убрал руку с талии инспектора, не отпуская его и на миллиметр. - Кто тебе такое сказал? - чётко проговорил он по слогам, пристально всматриваясь в глаза Грегори. Тот замер и стушевался. - Это же очевидно, - наконец, сказал он, - мы из разных социальных слоёв. Ты - шишка в правительстве, а я - обыкновенный коп, что у нас может быть общего? Майкрофт на секунду прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. - Запомни раз и навсегда, - глаза его зло сузились, - ты самый смелый человек, которого я когда-либо встречал. Ты самоотверженно жертвуешь собой ради других людей. Скорее я тебя не достоин, чем наоборот. - Не переоценивай меня. - Как можно быть таким упёртым? - покачал головой Майкрофт. - Учусь у тебя, - насупился инспектор. - Лучше бы другому поучился, - и с этими словами он одним резким движением притянул Грегори к себе, целуя его. У инспектора Лестрейда больше не было вопросов. Он обняв Майкрофта одной рукой, откинулся на кровать. Руки его медленно оглаживали спину Холмса, украдкой задевая худые бока. Он ласково проводил по плечам и шее, вырисовывая причудливые узоры. Губами выцеловывал каждый сантиметр подтянутого живота. Сегодняшней ночью Грегори хотелось поверить в чудо.