Есть кто дома?

— Я провел несколько тестов, — Снейп склоняется над пустым котлом, разглядывая присохшие ко дну ошметки ягод и трав. Гермиона забирает у Драко часть грязной посуды — соорудить мойку в лаборатории они так и не удосужились. — При любой дозировке ни одно из зелий не несет в себе никакого эффекта, во всяком случае — добавленное в пищу или подлитое в сок. В обычном режиме Веритасерум должен срабатывать, смешиваясь с любым напитком, а на Бодроперцовое не действуют блюда, содержащие морскую соль. Но здесь все зелья на каком-то этапе просто превращаются в воду. — Зачем вы добавляли их в еду? — Драко отправляется на кухню, неся разделочную доску, груженую ступками и ножами. Гермиона замирает на пороге, страшная догадка закрадывается ей в голову. — Вы проводили тесты… на ком? Снейп сгружает в котел оставшиеся инструменты и, подхватив его за ручки, двигается к выходу. На лице его написано легкое удивление. — На Темном Лорде, конечно. С разделочной доски Драко соскальзывает черпак, с громким лязгом ударяясь об пол. Гермиона чувствует, как зародившаяся было тревога растворяется. *** — Ты следишь за календарем? — Джинни рассеянно наблюдает, как Гермиона собирается на дежурство. К ножу, палочке и позднему ужину добавляется внушительная стопка магловских художественных альбомов. — Три месяца, — Гермиона останавливается возле зеркала, но, кажется, сама не понимает, зачем. Рука тянется за расческой, но потом замирает — смысл причесываться, если волосы на голове короче, чем шерсть Косолапуса? — Если предполагать, что время течёт тут как обычно. Сейчас мы бы, наверное, были в Норе. — Тут гораздо просторнее, — Джинни резво вскакивает с кровати и, стуча голыми пятками, подбегает к комоду. Гермиона не успевает заметить, как в руках подруги появляется тонкая заколка с изящным цветком на головке, которой Джинни пытается прихватить короткую Грейнджеровскую челку. Она отступает на шаг, качая головой — никаких украшений ей точно не нужно. Джинни вздыхает и поворачивается к зеркалу. На ярких рыжих волосах заколка блестит как настоящая драгоценность. — Знаешь, у меня никогда не было такой большой комнаты. *** — Предлагаю игру, — Драко по-хозяйски одергивает шторы, сожалея лишь о том, что не может распахнуть окно. Гарри морщится, но молчит. — У меня есть теория: дом дает только то, что тебе на самом деле нужно. Пистолет Люпина пропал, но зато теперь алкоголь просто не кончается. Твоя подружка скоро перетащит сюда половину Версаля, библиотека с каждым днем становится все больше и больше, но при этом, сколько я ни искал, на чердаке больше нет оружия. — Зачем ты искал оружие? — голос у Гарри хриплый, но язык ворочается немного бодрее, чем обычно. — Хотел устроить военный переворот. — Ты… — Шучу, придурок, — Драко со злорадством рассматривает взъерошенного и окончательно проснувшегося Поттера. — Снейп считает, что мы умерли. Отец думает, что это — эксперимент Лорда. Я лично не верю, что мы отсюда выберемся. И хочу найти себе развлечение. — И… — И игра такая: кто быстрее найдет то, что тебе нужно. Помимо огневиски. Будем оба искать то, что подарит покой великому Избранному. Дамблдор тебе не поможет. Будет настоящая дуэль умов и воли. Как тебе? Гарри садится на кровати. Голова тяжелая, а ноги немного ватные, но все же состояние гораздо, гораздо лучше, чем обычно. Если он сейчас врежет Малфою, то, наверное, даже не промахнется. — Да пошел ты. *** — Ко мне сегодня приходил мистер Уизли. Гермиона замирает на середине длинного монолога о великой культуре маглорожденных, сраженная Малфоевским хамством. Смысл сказанного до нее доходит с некоторым опозданием. — Сыпал витиеватыми угрозами. В основном нецензурными. Полагаю, это он так о вас беспокоится. Гермиона безмерно зла. Она чувствует, как к щекам приливает кровь, и от этого злится еще больше — со стороны должно казаться, будто это признак смущения. — Все кругом так заботятся о вас, мисс Грейнджер. В голосе Малфоя ей слышится издевка. И как будто бы задумчивость — словно он никак не может понять, чего же они все с ней носятся. Впрочем, он, вероятно, действительно не может. — Даже профессор Снейп. *** — В библиотеке новый стеллаж, — профессор Снейп задумчиво вертит в руках нетронутый бейгл. — В основном по вашей части, но есть кое-что любопытное. — Руки замирают, и Гермиона ловит на себе пристальный взгляд. Ей вдруг кажется, что профессору интересна ее реакция на его слова. — Среди прочего там нашелся учебник по Зельям за шестой курс. — Ваш? — Гермиона не может поверить своим ушам. У нее возникает такое чувство, будто дом их просто дразнит. — В смысле Принца-полукровки? *** — Рон заставляет меня играть в шахматы. И достает Волдеморта, — Джинни садится на кровати. — Ты бы видела. Никогда не думала, что мой братец может быть таким язвительным. — И что Волдеморт? — Гермиона перебирает стопку книг на прикроватной тумбочке, пытаясь решить, какие уже можно относить в библиотеку. — В основном молчит, хвала Мерлину. — Гермиона задумчиво кивает. Ей приходит в голову, что, наверное, единственные люди, с которыми сейчас разговаривает Темный Лорд — это Драко и профессор Снейп. — В общем, Рон очень злится, что вы все его бросили. — Мы все? — К Гарри он идти не хочет. А ты либо дежуришь, либо спишь, либо бегаешь за Снейпом. — Гермиона усмехается, уверенная, что Джинни нарочно выбрала самый раздражающий тон. В этот момент младшая Уизли жутко похожа на свою мать. — Ты сама можешь объяснить, почему вдруг перестала с ним общаться? Гермиона кивает размеренно, но молчит. *** — Смотри, что я нашёл. Драко снова вваливается без стука. На этот раз у Гарри в руках бокал красного вина, а потому он реагирует гораздо спокойнее, чем обычно. — Это снитч. Малфой фыркает. — Это — предел твоих интеллектуальных возможностей. Это оно? То, что тебе на самом деле нужно? — Рехнулся? Малфой хмурится, но явно не хочет отступать так сразу. — Ты же у нас гениальный ловец, разве нет? — Мне все равно. — Знаешь, — голос у Драко вдруг становится печальным, а лицо — пустым. — Когда я найду то, что тебе действительно нужно — я тебе это не отдам. *** — Матисс. Гермиона зажимает ладонью рот, чтобы сдержать фырканье. — Не может быть. Люциус удивленно поднимает брови. — Почему? — Ну он… не знаю. Если можно придумать квинтэссенцию магловской сущности — это будет Матисс: движение, энергия, взгляд в будущее, долой традиции. Теперь очередь Малфоя ухмыляться. — Видели Икара? Это же воплощенная магия. *** — О чем вы разговариваете с Волдемортом? Профессор Снейп замирает, сверля Гермиону недовольным взглядом. — Мы не особо разговариваем. Полагаю, Темному Лорду не нужна компания. Во всяком случае, не сейчас, когда он абсолютно раздавлен. — Он раздавлен? — Грейнджер не часто видит бодрствующего Волдеморта, но в такие минуты он ироничен и вполне зловещ. — Разумеется. Учитывая, что для него нет ничего страшнее смерти, это место, очевидно, представляется ему окончательным поражением. — А вам? — Нет, — Северус медлит, решая, стоит ли пояснить. — Теперь и я уверен, что отсюда есть дорога… дальше, по которой мы могли бы пройти. — Как профессор Люпин? — Скорее, как Хвост, — он ловит ее непонимающий взгляд. — Вы разве не заметили, что мистер Петтигрю сбежал?