Цвет шиповника

Невилл с трудом дотащил Малфоя до подножия лестницы, но поднять его наверх, к выходу, сил не хватало. Малфой дышал тяжело, воздух с капельками крови со свистом выходил из его пасти, сердце стучало неровно. Невилл, хотя и работал при больнице, сам в целительстве понимал мало. Он хорошо разбирался в лекарственных травах, но сейчас до них еще надо было добраться, что составляло серьезную проблему. Можно было бросить бесчувственное тело здесь, подняться, собрать подходящие травки и попробовать подлечить, но оставлять Малфоя одного не хотелось — страшно, умрет еще... Он даже не задумывался, почему эта мысль его страшит. Казалось бы, ну какое ему дело до Малфоя. Бывшего Пожирателя смерти. Одного из тех, кого он привык ненавидеть с детства. Невилл тащил его, обливаясь потом, по тесному подземелью, тратил последние зелья и даже не задумывался, что можно иначе. Правильно было именно так. Невилл попытался втащить Малфоя на ступеньки, но тот закашлялся, застонал совсем по-человечески, и он отступился. От бессилия хотелось рыдать. Даже исцарапанные паучьими лапами руки и лицо болеть перестали. — Эй, кто-нибудь! — закричал он. Глупо, кто его услышит? Ни лиан, ни каких-либо других ползучих растений Невилл возле кухни не заметил. Не докричаться. И все же заорал снова: — Домовики! Сюда! Он даже имен их не знал. Невилл посмотрел на Малфоя — грудная клетка едва вздымалась, глаза были плотно закрыты, кровь из многочисленных ран продолжала идти — Невилл уже был весь в ней. Ему стало страшно. Но тут через проломленную дверь заструились зеленые побеги: один стебель, второй, третий. Они спускались вниз и устремлялись к Малфою, оплетали его, стремительно чернели, чахли, но вниз спускались новые, подменяли опавшие и все тянули и тянули тело наверх. Сначала по ступеням, за дверь, потом через люк. Невилл, пошатываясь, шел следом. Малфой несколько раз дернулся, застонал, а потом затих: или потерял сознание, или... Наверху лианы опустили свою ношу прямо на пустой разделочный стол. Оставшиеся зеленые стебли исчезли за окном и за распахнутой теперь дверью во внутренние покои дома, оставив Невилла наедине с его спасителем. Его бывшим врагом. Умирающим, но пока еще живым. Невилл выкрутил на кухне оба крана — вода, к счастью, была, но только холодная, — и наскоро вымыл руки и лицо, избавляясь от паучьего яда. Руки страшно чесались, и с этим надо было что-то делать, но потом. Он не представлял, остались ли в Малфой-мэноре зелья, и если остались, то где их искать. Попытался вызвать домовиков, но лианы помочь не смогли. Руки у Невилла опускались. Ладно. Он глубоко вздохнул и забрался в сумку в поисках какой-нибудь тряпки. Сначала надо было промыть раны — в них вполне мог попасть яд пауков, да и сам подземный монстр мог быть ядовитым. Кровь все еще шла, и на полу около стола образовались красные лужи. Страшно было представить, сколько ее Малфой уже потерял! Как назло, именно кроветворного у Невилла в аптечке не было. — Эй, принесите бинты или хотя бы тряпки! — крикнул он в надежде, что лианы выполнят его приказ, а пока оторвал рукав у рубашки и набрал большую кастрюлю воды. Малфой очнулся, когда Невилл почти закончил работу. На полу валялась груда воротничков, манжет и кружев от некогда дорогих рубашек и сорочек из тончайшего батиста, а сам Малфой начал походить на египетскую мумию. Зелий лианы так и не принесли, оставалось надеяться, что перевязки для начала хватит, а потом раны заживут сами, как на чудовище. Он же чудовище? Малфой окинул Невилла взглядом и снова закрыл глаза. — Займись... собой, — сказал он. — Надо сначала перетащить вас в спальню, — начал Невилл. — Нет. Иди. Слова едва можно было разобрать. Невилл хотел возразить, но передумал. Возможно, его действительно сейчас лучше не шевелить, а придет в себя хотя бы отчасти — будет проще дотащить до спальни. Невилл взглянул на затихшего Малфоя и отправился в ванную. Он слегка поплутал по длинным коридорам и широким залам первого этажа, пока не нашел главную лестницу. Дойти до спальни с работающей ванной уже не составило труда. В шкафу он обнаружил несколько чистых рубашек и взял одну — вряд ли Малфой стал бы возражать. Свою мантию он просто выкинул: сейчас, изгвазданная в красной и зеленой крови, паутине и без рукавов, она скорее напоминала помойную тряпку, чем одежду. Штанам повезло больше, но и они были все перепачканы, а на правой штанине виднелись серьезные прорехи. Он разделся, принял душ и тщательно осмотрел себя. Все тело было в синяках и царапинах, некоторые воспалились, но ничего особо серьезного. Бывало и хуже. Больше всего пострадала нога — она опухла и казалась горячей. Надо было принять противовоспалительное зелье. Штаны Невилл тоже позаимствовал у Малфоя — они оказались слишком длинными, пришлось немного подвернуть — выпрямился, проверяя, как сидит одежда, бросил взгляд в окно и замер. На парк опустилась осень. Плохой знак.