Цена свободы

Вот так Скотти и увидел бегущего к шаттлу черноволосого Кирка, а следом за ним - пленных и сверх-людей. В голове инженера промелькнула мысль, что это должно быть хорошо, если его друзья живы. Он даже открыл рот, чтобы поприветствовать беглецов, и едва не сбитым с ног Суманом, который, позабыв о ранах, рванулся к Терессе. - Тесс! Тесс, ты меня слышишь? – он осторожно провёл большим пальцем по щеке Торн. – Давай, открой глаза. Посмотри на меня. Девушка с трудом разлепила веки. - Су…ман… Больно… – это всё, на что у неё хватило сил. Она напряжённо искала кого-то взглядом. - Скорее, помогите ей! – буквально взвыл Агрэ, обернувшись к Миршасу. Отчего-то аугмент хотел верить, что тот может помочь. Эуджелианец упал на колени и протянул аптечку Суману. - Откройте и расстегните ей ворот, – Миршас внимательно посмотрел на девушку. – Сейчас Вам станет легче. Хан тоже присел рядом, забирая аптечку, пока Агрэ возился с «молнией» на куртке Терессы. - Береги силы, – попросил он, видя, что Торн силится что-то сказать. – Всё потом. Оглядевшись, предводитель аугментов наткнулся на настороженный взгляд Кирка. - Капитан, враг поблизости есть? - Пока не вижу, но, если мы сейчас не взлетим, они очень скоро нас нагонят, – Джим оглянулся на деревья на опушке, откуда они только что прибежали. – Скотти, готовься к взлёту. Нужно срочно грузиться. - Д-да, сейчас… – инженер тут же скрылся в недрах шаттла, радуясь, что их теперь много. Не любил он драк, а уж убийств - тем более, и искренне желал, чтобы Тересса выжила. Похоже, Суман к ней неровно дышал, так что вряд ли девушка ответит ему, Монтгомери Скотту, взаимностью, но уж очень она запала в душу. И неважно, кого выберет, лишь бы снова увидеть её улыбку… Миршас взял из открытой Ханом аптечки свой маленький шприц и аккуратно ввёл лекарство. - Сейчас подействует, и можно её перенести, – он внимательно посмотрел на Харрисона. – Вам тоже нужно. - Сначала Тересса и остальные, – Сингх упрямо мотнул головой, смаргивая мутную пелену с глаз. Очевидно, в стычке сверх-человек не обратил внимания, что нанесённые ему раны были намного серьёзнее, чем он думал. - Вы уже поняли, что клинки отравлены? У нас очень мало времени. – Миршас отметил для себя, что яд уже начал действовать на аугмента. – Но пока оно ещё есть. Поэтому лучше быстрее погрузиться в шаттл. - Почему мне никто об этом не сказал? – недовольно поинтересовался Джеймс, услышав про яд. - А это что-то изменило бы, капитан? – ответил вопросом на вопрос Хан, медленно поднимаясь на ноги. Суман так и остался сидеть на снегу, не обращая внимания на растекающуюся под ногой лужицу крови, и прижимал к себе Терессу, тихо поскуливая. – Она мертва. Они убили её. Сколько ещё моих людей должны сложить головы в угоду Федерации? - Я же не знал ничего про яд. И мои люди тоже могли погибнуть в любую минуту, – Кирк не смог поднять глаза на Харрисона. - Прошу Вас, пойдёмте в шаттл. Не будем лишать шанса хотя бы тех, кого можно ещё спасти, – эуджелианец очень мягко коснулся руки Хана. – Я всем введу обезболивающее. Сколько хватит. Так мы хоть немного оттянем… Сингх не дослушал. Проследив, как Суман внёс под относительно безопасные своды шаттла тело Терессы, он поплёлся следом, держась одной рукой за стену, а другой сжимая разорванную на животе ткань униформы. Когда Скотти увидел мёртвую девушку, с которой не так давно разговаривал, он даже прикусил себе палец, чтобы не расплакаться. Кирк рухнул в своё кресло и с силой потёр глаза. Опять всё пошло не так. Хотя освобождённые пленники уже понемногу начали приходить в себя и, судя по голосам, начали обсуждать произошедшее, Джима стала мучить мысль, что он виноват перед Ханом. Нет, он, конечно, понимал, что в такой сложной операции возможны потери, но погибнуть сразу после выхода из криокапсулы на какой-то забытой всеми планетке, фактически не успев больше ничего в жизни увидеть, он считал чем-то неправильным. Из тяжёлых, но недолгих размышлений его вывел Спок, который, как оказалось, сразу приступил к своим обязанностям. - Я разместил освобождённых. Миршас начал вводить своё лекарство аугментам. Я попросил Нийоту помочь ему. К ним присоединился Малик, хотя ему самому нужна помощь. А Хан… Он сказал, чтобы ему дали лекарство последнему. Боюсь, он к тому времени потеряет сознание. - Пошли, – Кирк подскочил, как на пружине. Коммандер привёл капитана к импровизированному лазарету. Миршас как раз делал укол Хану. Судя по тяжёлому дыханию аугмента дела шли всё хуже и хуже. Эуджелианец поднялся, держась за стену. Он тоже выглядел каким-то помятым. - Капитан, нужно срочно лететь на Вашу базу. Иначе мы потеряем всех аугментов. К сожалению, за теми, кто пал в бою, мы сейчас не успеем вернуться, – увидев, как яростно сверкнули глаза Хана, он повернулся уже к нему. – Поймите, мы сейчас бежим наперегонки со смертью. И, кто победит, зависит только от нас самих, – Миршас снова обратился к Джеймсу: – Мне нужна лаборатория. Я постараюсь сделать противоядие. - Над этим уже работают, – капитан постарался произнести эти слова весомо и многозначительно. – И я не настолько Вам доверяю, чтобы допустить к аппаратуре своего медотсека. - Мистер Кирк, яд уже на данный момент модифицирован. Ваши… коллеги не смогут сами определить правильную формулу для создания противоядия. У них нет сейчас полноценного исходного материала. Да мы и сами её не разрабатывали. Смысла не было. И… у вас здесь есть аптечка? Я уже истратил всё своё обезболивающее. - Миршас, возьмите мою, – рука Малика протянула уже раскрытую аптечку. – Вы, вроде бы, всем уже ввели, – Фергюссон покосился на Хана. – Кому-то не успели? - Себе. К сожалению, моя работоспособность сейчас зависит от того, насколько сильное обезболивающее я смогу найти. - Здесь тоже есть аптечка, – выдавил из себя Скотти, дрожащими руками протягивая эуджелианцу небольшой чемоданчик и изо всех сил стараясь не смотреть в сторону сидящего у стены Сумана, по-прежнему прижимающего к себе тело Терессы. - Благодарю. Сейчас это всё очень пригодится, – Миршас передал аптечку Ухуре и опустился на пол, расстёгивая ворот и подтягивая правый рукав. – Повторяю, что у нас очень мало времени. Кирк как будто пришёл в себя и со всей скоростью побежал к пульту управления. Скотти последовал за ним. - Почему так, Джим? – с дрожью в голосе спросил инженер, запуская двигатель. – Почему так происходит? Мы же не солдаты, мы просто исследователи. Так почему с нами постоянно что-то случается? - Это просто карма, – раздался откуда-то из-за спины голос Малика. – Простите, не буду отвлекать, но предупредите заранее, что у нас много раненых, чтобы успели подготовиться к встрече. - Карма... – выдохнул сквозь зубы Монтгомери. – А когда гибнут такие молодые, как Тересса, это тоже карма? Джим тем временем вышел на связь с "Энтерпрайзом". - Говорит капитан Джеймс Тиберий Кирк! Срочно свяжите меня с медицинским отсеком! Мне нужен Леонард МакКой! Повторяю: срочно! Сначала раздались какие-то шорохи, потом прозвучало неуверенное «да-да» голосом Чехова и неожиданно громко детским голосом: - Доктор Леонард МакКой приветствует Вас. Если Вы хотите… – потом раздались ругательства шёпотом и наконец-то недовольный голос, который Кирк узнал бы из тысячи. - Чёрт! Дети решили, что мне нужен автоответчик. Джим!!! Вы живы?! Что у вас происходит? - Мы спасли пленных, практически всех, но несколько аугментов пострадали в стычке. Их ранили отравленным оружием. Тот самый яд, каким их травили в двадцатом веке, только модифицированный. Бога ради, Боунс, скажи, что вам там удалось найти противоядие! - Джим, ты соображаешь, что ты сейчас сказал? Модифицированный! Для того, чтобы найти к нему противоядие, мне нужен как раз этот модифицированный яд. У меня его сейчас нет! Я получил сыворотку с вполне приличными результатами, но в неё придётся вводить коррективы. - Боунс, я не знаю, как ты это сделаешь, но они умирают! – рявкнул Кирк. – Мы скоро будем, готовь медотсек к приёму раненых! Конец связи! Прервав вызов, Джеймс откинулся на спинку кресла и закрыл лицо руками. Скотти нервно поелозил на месте, не решаясь трогать капитана. Позади раздался шорох, инженер обернулся, чтобы сказать, что сейчас не самый лучший момент, но увидел молодого человека с перевязанным плечом, который неловко пробирался к ним. Он явно не знал, с кем поделиться чем-то… какой-то проблемой. - Что-то ещё случилось? – Скотти спросил практически шёпотом. - Адмиралу Нильсону стало плохо, – в голосе парня звучало отчаяние. - Но среди нас же нет врачей, – Монтгомери переглянулся с резко развернувшимся к МакБрайту Джеймсом. - Но нужно же что-то делать, – молодой человек едва не плакал. – Не знаю… У нас же есть аптечка. Что-то же должно быть… - Мэттью, идите сюда! – позвал его в каюту уже полностью взявший себя и ситуацию в руки Спок. – Адмирал перенервничал. Это нормальная реакция организма для человека его возраста. МакБрайт тут же убежал, а коммандер, проводив его взглядом, обратился к капитану: - Джим, исходя из моих собственных наблюдений, я полагаю, что некоторые аугменты, включая Хана, рискуют лишиться жизни в любой момент. Я не представляю, откуда у него берутся силы, но, похоже, что они на исходе. - Я только что говорил с Боунсом. Он сказал, что его сыворотка для этого яда не годится. Не знаю, стоит сказать это Хану? Сможет ли он дождаться, пока что-то там подгонят под новый яд… - А вдруг сгодится? – с надеждой предположил Скотти. – Мы же не знаем ещё, как и что. И МакКой пока не имел дела с этой отравой. Может, сохранилось где это проклятое эуджелианское оружие? Тогда наш доктор сможет выяснить, каков принцип действия яда. Ведь, насколько мы знаем, в двадцатом веке от этой отравы аугменты погибали очень быстро, а тут некоторые ещё держатся. - Точно. Ты прав. Эта модификация яда, как ни странно, растянула весь процесс, – Джиму даже стало легче дышать. – И то, что сотворил сейчас Боунс, сможет, по крайней мере, если не излечить, то дать дополнительное время, чтобы довести свою сыворотку до ума. Думаю, это нужно сказать Хану. - И, чем раньше, тем лучше, – Спок оглянулся. – Потому что раненые аугменты потеряли много крови. Миршас пытается им помочь, но не может остановить кровотечение. Кирк молча и со вздохом вылез из кресла и, поймав донельзя грустный взгляд Скотти, последовал за коммандером. Уже от самого входа в отсек, где расположились раненые, он увидел Ухуру, крайне мрачную и сосредоточенную. Она помогала эуджелианцу стягивать плёнкой края длинного разреза на бедре Сумана. На полу рядом с ними валялись полностью выпотрошенные аптечки: штатный шаттловский «сундучок» и маленькая прозрачная коробочка, всё содержимое которой сейчас составлял пустой миниатюрный гипошприц. Справа от Миршаса, рядом с Ханом, лежала третья, которую обычно использовал Малик. Эуджелианец, наконец, поднял глаза на капитана. - Медикаменты закончились. Я не смогу им больше помочь. Последнюю дозу обезболивающего я ввёл мистеру Хану. Он и так ждал дольше всех, – Миршас повернулся к Харрисону. – Но это было его решение. - Как долго… нам ещё лететь? – спросил Сингх, глядя на Джеймса покрасневшими глазами и сжимая в руке бутылку с водой. И без того бледное лицо аугмента стало совсем белым, губы побагровели и потрескались, а сам он тяжело и хрипло дышал. Эуджелианец посмотрел на него с явным неодобрением. - Пожалуйста, не нужно разговаривать. Вам сейчас крайне важно не тратить силы. Думаю, капитан нам сам всё расскажет. Все самые важные новости. Миршас вздохнул и аккуратно прислонился к стене. - Мы скоро прилетим, и нас будут ждать. Медотсек готовится, – Кирк постарался, чтобы его голос звучал достаточно бодро. – Доктор МакКой похвастался успехами в создании противоядия. - Как… скоро? – упрямо повторил Харрисон, несмотря на то, что каждое слово давалось ему с трудом. – Сколько у них времени? Сколько времени… у моих людей? - Около сорока минут. Может, раньше. Мистер Скотт выжмет все соки из двигателя, но постарается… – тут Кирку как будто положили за пазуху кусочек льда. – Почему… только у твоих людей? А как же ты… - Вы обещали их спасти… – тихо произнёс Хан и, прислонившись затылком к стене, прикрыл глаза. - У него нет сорока минут, капитан, – Миршас с сожалением покачал головой. – Его состояние весьма критическое, и то, что он находится в сознании, просто чудо. - Но ведь модифицированный яд действует не так быстро. Если бы… враги использовали старую формулу, аугменты давно бы поумирали, – Джим физически ощутил, как далеко от них находится медотсек с вечно ворчащим, но таким надёжным Боунсом. - Да, представители моей расы сделали всё для того, чтобы эти люди помучились подольше, – эуджелианец обвёл взглядом каюту. – Поторопитесь, капитан. Нам нужны медики, и срочно. Кирк присел и наклонился к Хану. - Всё, что мог, я уже сделал, – Джим сразу понял, что произнёс что-то не то, потому что лицо умирающего аугмента при этом так напряглось, что он поспешил добавить: – Теперь остаётся сделать невозможное. И мы постараемся сделать это. Монтгомери услышал шаги, обернулся и для себя сразу решил, что лучше бы он этого и не делал. На лице капитана читалось отчаянье вперемешку с яростью. - Скотти, Хан умирает. Его семья умирает. Мы не успеваем. У них нет этих чёртовых сорока минут. - Джим. Джим! Я не успел тебе всё рассказать. Терессе только… – голос инженера прервался. – Я… начал тут одну модернизацию, но не закончил. Короче… я постараюсь уложиться в пятнадцать минут, если шаттл выдержит… В чём я не уверен. - Потом расскажешь, что ты тут нахимичил, а сейчас - гони! Монтгомери прыгнул в кресло пилота, и его пальцы лихорадочно заплясали над консолью управления. Рабочий падд оказался подключённым коротким проводом к свободному порту, а к порту рядом инженер присоединил нечто, похожее на увеличенную раза в три пивную банку с мигающими поверху и понизу индикаторами. Шаттл слегка встряхнуло, и Джеймс от неожиданности вцепился в перегородку. - Я не успел проверить, но должно получиться что-то вроде гипер-прыжка, – сообщил Скотт. У Кирка после этих слов нехорошо засосало под ложечкой. Желудок Джима не мог найти устойчивое положение на протяжении всего недолгого полёта. А когда Скотти заорал, чтобы ему быстро открывали люк, потому что он сейчас врежется, Кирка охватил жёсткий приступ дежавю. Дежавю наизнанку. Потому что в прошлый раз то же самое орал он. Как бы то ни было, они ничего не повредили, и даже сам шаттл остался целым. Спок потом так и не смог найти этому логического объяснения.