Просто Гарри

Весь четвертый курс заметил, что в этом году им ста­ли задавать на дом куда больше. От уроков по трансфигурациям взвыл весь класс. Но от профессора Макгонагалл не отставали и другие. Даже профессор Люпин повесил на учеников полтома «защитной магии от непростительных заклятий», даже не пытаясь облегчить существования студентов. Каждый преподаватель считал своим долгом нагрузить учеников дополнительными занятиями, потому новость о прибытии гостей в школу ученики их потока восприняли особенно радостно. Возвращаясь с Ухода за магическими существами, Гарри, Кассиус и Майлз застали давку у входа в школу. — О нет! — донёсся из толпы голос Драко. — Мало мне было ковыряться в навозе соплохвостов, так ещё и в комнату не протиснуться! Уход за существами давался Малфою тяжелее всего. В силу наследия он не питал любви к опасным тварям, а Хагрид носился с каждым зверем как с родным. Сегодня Драко обжёг пальцы о строптивых соплохвостов, и теперь великан объявил, что им предстоит таскаться к ним через вечер. Гарри протиснулся сквозь толпу и прочёл объявление: «Турнир Трёх Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в пятницу 30 октября в 6 часов вечера. Уроки в этот день заканчиваются на полчаса раньше». Он ликовал: значит, Снейп не успеет его спросить. Но новость взбудоражила всех. Куда ни глянь — только и разговоров о Турнире, чемпионах, заморских студентах. И конечно, замок подвергся генеральной уборке. Не­сколько потемневших портретов хорошенько почисти­ли и помыли, к их вящему недовольству. Портреты ежи­лись в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные ро­зовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Филч в ярости ки­дался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первоклашек до слез.

***

30 октября с раннего вечера ученики толпились перед замком. Гарри нашёл друзей. — Как думаешь, на чём они прибудут? — спросил Кассиус. — Слышал, Шармбатон любит воздушные передвижения, — мечтательно протянул Майлз. — Интересно, какие они… — А мне кажется, ученики Дурмстранга прилетят на драконах, — бросил Гарри, вспомнив подслушанный разговор Дамблдора и Хагрида. — Да ты что! — ахнул Майлз. Наконец Дамблдор оповестил, что приближается делегация Шармбатона. В небе показалась огромная тень, и в свете замковых окон проступила гигантская синяя карета, которую тянула дюжина золотых коней величиной со слона. Из кареты вышла женщина ростом с Хагрида — изящная, несмотря на габариты. — Дамблёдор, — произнесла мадам Максим грудным голосом. Гарри перевёл взгляд на вышедших следом учеников в тонких шёлковых мантиях — они дрожали от холода. — Озеро! — крикнул Ли Джордан. Чёрная гладь воды забурлила, из воронки медленно поднялся длинный шест, а следом — величественный корабль скелетоподобного вида, мерцающий тусклыми огнями. Когда трап опустился, на берег потянулись крупные фигуры в лохматых шубах. — Дамблдор! — раздался радостный голос, и Гарри узнал профессора Каркарова, худого, с козлиной бородкой. — Как поживаете? — Это Крам! — пронёсся по толпе восхищённый вопль. Гарри узнал ловца сборной Болгарии, о котором столько говорили ребята. Тот выглядел уставшим и шёл, сутулясь, но Драко сумел завязать с ним разговор, когда делегации расположились в Большом зале — шармбатонцы за столом Когтеврана, дурмстранговцы рядом со слизеринцами. Наконец, в зал вынесли большой ларец, и все присутствующие затаили дыхание. Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по его крышке. Та медленно, со скрипом открылась. Директор сунул внутрь руку и достал боль­шой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ни­чего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на нее Кубок, что­бы все хорошо его видели. — Желающие участвовать в конкурсе на звание чем­пиона должны разборчиво написать свое имя и назва­ние школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — произнёс директор. — Им дается на размышление сутки. Кубок будет выставлен в холле. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним маги­ческий контракт, который нарушить нельзя. Посему хо­рошенько подумайте, действительно ли вы хотите уча­ствовать в Турнире. Всем, всем доброй ночи. В голове у Гарри мелькнула задорная мысль: как было бы здорово обмануть эту линию и выиграть состязание! Кажется, эта мысль пришла в голову не только Поттеру. Близнецы Уизли уже во всю строили планы по пресечению возрастного ограничение. — Фред! Джордж! — позвал их Гарри, когда они поравнялись. — Есть идеи, как обойти защиту? Может, попросить кого-то из старших? — У нас есть идея получше, — усмехнулся один из близнецов. — И мы как раз хотели предложить тебе участвовать! — Твой талант проникать незамеченным в любые помещения Хогвартса будет нам очень кстати, а мы с Фредом знаем рецепт одного очень неплохого состаривающего зелья, — довольно усмехнулся Джордж, вторя брату. — Нужны только некоторые ингредиенты, а нам в подземелья будет проникнуть не так-то просто, когда Филч усилил охрану. — Если кто-то из нас победит, — продолжил Фред, — делим тысячу галлеонов на троих. Несмотря на вражду факультетов и неприязнь Рона к Гарри и его друзьям, у Поттера сложились с близнецами Уизли довольно дружеские отношения, поэтому шальные головы быстро сговорились о маленькой проделке. Ночью, когда в коридорах сновали лишь домовики, Гарри под покровом мантии-невидимки проник в кладовые преподавателя зельеварения и вытянул из подписанных склянок немного необходимых компонентов, собрав их в мешочек из плотной ткани, и поспешил передать его близнецам, которые должны были приготовить снадобье в своей спальне.

***

Вернувшись к себе в комнату, Гарри заметил, что его сосед до сих пор не спит, хотя был уверен в обратном, когда выходил из комнаты. — Снова гулял по школе? — усмехнулся Драко, заставляя Поттера вздрогнуть от неожиданности. — Да, решил проветриться, Мой Принц, — усмехнулся Гарри, пряча мантию-невидимку. — Ах, эти вейлы… — Старящее зелье не принесёт эффекта, — произнёс Драко, улыбаясь уголками губ. — И просить старших кинуть имя бесполезно. Я пробовал. — С чего ты взял, что я собираюсь что-то кидать? — Я просто так сказал, — Драко отвернулся к стене. — Я не отговариваю. Просто не хочу краснеть за факультет перед учениками других школ. Если уж решишь, подожди, пока Уизли проверят. Кубок, может, плюнет им в лицо.

***

Утром же все с нетерпением наблюдали, как отчаянные Уизли пьют старящее зелье на глазах у толпы. Они заявили, что первыми испробуют его, так как Гарри понадобится доза чуть больше, ведь он младше. Впрочем, Поттер и не возражал, чтобы вся слава за эту проделку в случае удачи досталась близнецам. Если всё получится, он бросит своё имя позже, чтобы вокруг не было столько любопытных глаз. Главное ведь — окончательная победа, а не триумфальный бросок. Если его не выберут — никто так и не узнает. Тем временем Уизли капнули на языки старящего зелья и прыжком преодолели запретную черту. Пока всё шло хорошо. Братья издали торжественный клич и подмигнули Гарри, опуская бумажки с именами в Кубок. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой ката­пультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воз­духу метра три, они приземлились на холодный камен­ный пол. Было не только больно, дерзость еще и кончилась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов вы­росли длинные белые бороды. Все помирали со смеху — даже Фред с Джорджем, — поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга. — Я же предупреждал, — послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали веселые искорки. — Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосетт из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бо­роды ни в какое сравнение не идут с вашими. — Не желаешь повторить? — усмехнулся Драко, незаметно подкравшись откуда-то сзади. Он до последнего делал вид, что глупые шалости близнецов его не интересуют, но не удержался от соблазна подколоть Поттера. — Только вместе с тобой, Мой Принц, — улыбнулся Гарри, подаваясь назад, чтобы спиной ощутить тело Драко. — Тебе бы пошла борода. Ученики то и дело подходили к кубку, бросая свои имена. Когда в холле появилась Флёр Делакур, по залу пронёсся восхищённый шёпот. — Вейла… — с придыханием заворожённо произнёс Кассиус. Маркус, стоявший рядом с ним, вспыхнул румянцем до кончиков ушей, в тот же миг потеряв дар речи. Белокурые волосы девушки рассыпались из-под элегантной голубой шляпки, а шёлковая мантия волнующе следовала за каждым жестом её обладательницы. Очаровательная волшебница с пронзительно-голубыми глазами мило улыбнулась присутствующим и, на мгновение изящно замешкавшись, робко переступила черту. Гарри отметил, что девушка и впрямь приковывала взгляды. А ещё что манеры и речь девушки чем-то отдалённо напоминали ему Драко. Как знать, быть может, у матери Малфоя было некое родство с вейлами? В юности она бы отлично вписалась в круг грациозных учениц Шармбатона. Почему-то Поттер был уверен, что уж этой изнеженной блондинке точно не завоевать место в суровом турнире. Впрочем, глядя на то, как стоящий рядом Драко очарован этим зрелищем, закравшееся в его мысли предположение тотчас улетучилось. Поттер даже не сдержался и наступил на ногу разомлевшему Принцу. Тот зашипел, гневно щуря глаза, но Гарри лишь язвительно усмехнулся в ответ, извиняясь без всякого сожаления. Чары вейлы развеялись, и теперь Драко вновь смотрел только на него, пусть и достаточно злобно. Но каково же было удивление Гарри, когда вечером именно Флёр присоединилась к трём избранным чемпионам! Место чемпиона Хогвартса занял Седрик Диггори — ловец сборной Пуффендуя, который однажды смог обойти Драко в матче против Слизерина. Эта новость удивила учеников не больше, чем избрание Крама чемпионом Дурмстранга, разве что Гарри и некоторые другие слизеринцы были несколько раздосадованы тем, что выбрали ученика не с их факультета. — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад в этот поистине грандиозный турнир! Постепенно ученики начали расходиться по своим спальням. Чемпионами занялись преподаватели и директора, а Гарри всё ещё мечтательно думал о том, что было бы, если он всё же смог преодолеть возрастной ценз, и кубок избрал его Чемпионом…