Боль

      Лёгкой поступью приближалось лето. Ночи укорачивались, травы укрывались утренней дымкой, приминаясь под копытами боевых коней наследного принца Камелота, приехавшего с посольством в Сому и его спутника принца Алвика. Алвик Сомский, такой же белокурый, как Артур, но гораздо уже в плечах, с раскосыми светлыми глазами. Издалека они бы сошли за братьев, однако Алвик меньше всего хотел бы быть родственником Пендрагона. Как и многие наследные принцы близлежащих королевств, Алвик бесконечно завидовал этой 'идеальности' Артура. А после того, как Сома познакомился с Артуром лично и убедился, что все, что рассказывают про младшего Пендрагона - правда, жгучая неприязнь Алвика разлилась по жилам лавой ненависти. Король Малик тоже подливал масла в огонь.       И без того заведённый принц Сома ежедневно выслушивал, какой Артур мудрый, какой проницательный, сильный, смелый и далее по списку. И пусть Малик ставил Артура в пример Алвику из лучших побуждений, только принц Сома все больше укреплялся в мысли о своей никчемности, а жажда мести кровавой розой расцветала в груди принца, шипами разрывая легкие на части, мешая думать и дышать. Да и вообще рассуждать здраво. Унизить Артура, уничтожить, растоптать. Что угодно, лишь бы не видеть с каким восхищением король Малик смотрит на это смазливое чудо и с каким вниманием слушает советы молодого Пендрагона. До поры до времени, магма лишь тихонько колыхалась внутри Алвика, пока очередной поступок отца не вывел его из себя окончательно. Сокровище, коим маленький Сома любовался все детство и который так надеялся получить в день совершеннолетия, Малик преподнёс в качестве подарка принцу Камелота.. Артуру!!!! Он подарил Артуру кинжал Родрика Великого! Чужому сыну, а не своему наследнику. Что-то сломалось внутри Алвика в тот миг, с треском вырвавшись наружу, лава взорвалась вулканом и захлестнула сознание молодого Сомы...

***

       Король водил пальцем по завиткам металла, задумчиво обводя драгоценные камни, гладил мягкую кожаную рукоять. Кинжал Родрика Великого, подаренный Артуру Маликом немым упреком лежал пред монаршими очами. И этим самым кинжалом его собственный сын едва не проткнул отцовское сердце! Правитель вновь отхлебнул щедрую порцию вина, однако ничего не могло принести ему успокоения. Где он просчитался? Когда сын начал поглядывать в сторону трона, возжелав его сейчас же, а не в каком-то призрачном будущем? Когда любящий и честный мальчик превратился в монстра, попытавшегося заколоть родного отца во сне в его собственной постели?       Боль никак не желала утихать. Там, за фальшивой стеной медленно умирал тот, кого король всю жизнь считал самым близким и родным. Но он больше не был его сыном. Тот, кто так желал поторопить отца на тот свет, стал личным проклятием правителя. Королевство уже осталось без наследника, но главные беды были ещё впереди.        Сонную тишину нарушали лишь тихие стоны, почти неслышные по эту сторону. Но, почему-то, они больше короля не трогали... И звучали, казалось, скорее в монаршем подсознании, нежели наяву. Правитель поднял голову и пригляделся: по стене ползли тени. Длинные и узкие, словно сплетенные в узоры призрачные змеи, они шелестели бесплотными телами и шептали...шептали...убаюкивали.        Король закрывал глаза и проваливался в чёрной мрак, в котором светлым пятном сияла платиновая макушка убегавшего от него мальчугана. Тогда сын был совсем крошкой и не помышлял занять место отца. Его глазёнки блестели и преданность плескалась в них безбрежным океаном... Отец пытался обнять сына, но мальчишка поворачивался к нему лицом и король видел в его глазах лишь дьявольский огонь и стекающую с уголков рта кровавую пену. Правитель со стоном распахивал глаза, но тени-змеи на стене лишь громче шептали: - Артур... Убить... Огонь. И тогда, впервые за многие годы, король обратился к магии.