Mermaid

      Эдмунд, который выглянул из своего укрытия, зашикал на нас. Самое удивительное было то, что здесь по прежнему был день, хотя когда мы возвращались темнело. Странно.  — Молчите, он идёт сюда! — тихо прошипел Эдмунд. И, словно в подтверждение слов мальчика, из-за угла вышел Питер. Тяжело вздохнув, Пэвенси-младший, вышел из укрытия.  — Знаете, похоже, вы совсем разучились играть в прятки, — посмеиваясь, сказал Питер.  — А вам разве не интересно где мы были? — спросила малышка Люси.  — В том и смысл! — недовольно воскликнул Эдмунд, бросив на меня недовольный взгляд. — Ты прячешься, а тебя ищут!       Тут подошла Сьюзен, спрашивая выиграла ли она. Мы с Люси рассказали про Нарнию, которая находилась в шкафу. Тогда Питер решил проверить это. Когда все остальные заглянули внутрь, и раздвинули шубы, и увидели обыкновенный платяной шкаф. За шубами не было ни леса, ни снега — только задняя стенка и крючки на ней. Питер влез в шкаф и постучал по стене костяшками пальцев, чтобы убедиться, что она сплошная.       Тогда Сьюзен сказала, что мы всё это выдумали, а Эдмунд свредничал, а после поругался с Питером. Все трое они ушли, оставив нас с Люси. Стало так обидно.       Я и Люси ушли ко мне в комнату, где девочка рассказала мне про Белую Колдунью, которая называет себя королевой Нарнии, хотя у неё нет на это никаких прав. И все фавны, и дриады, и наяды, и гномы, и животные — во всяком случае, все хорошие животные — прямо ненавидят её. Она может обратить кого хочешь в камень и делает другие страшные вещи. И она так заколдовала Нарнию, что здесь всегда зима…       Вечером, поужинав, мы разошлись по комнатам. Но сон ко мне всё никак не шёл и я решила порисовать. А для таких вот случаев у меня как раз-таки есть новые краски — подарок дедушки на день рождения. Решила нарисовать мистера Тумнуса. Таким, каким мы его увидели в первый раз у фонарного столба.       Вдруг в дверь постучали. Отложив кисточку, я открыла и увидела Люси с свечкой в руках.  — Мне не спиться, — тихо произнесла девочка. Я бросила взгляд на окно. Надо же, уже ночь. —  посмотрим… ну… шкаф? Сходим к мистеру Тумнусу в гости?  — Идём, — кивнула я и, набросив халат, вышла из комнаты и вместе с Люси отправилась к платяному шкафу. Замешкались лишь у двери, а когда открыли её, то из шкафа подул ветер, который затушил свечку. Улыбнувшись, я переглянулась с девочкой и первая вошла в шкаф.       В Нарнии всё так же был снег. Весело посмеиваясь, мы пошли к мистеру Тумнусу. Благо, что дорогу знали. Ну, почти.       Подскользнувшись на застывшей лужице, прямо перед пещеркой фавна, я упала в снег и засмеялась. Дверца пещерки открылась и показался мистер Тумнус. Увидев нас, фавн охнул и пригласил в дом, сказав, чтобы мы поспешили.       Нас опять угостили вкусным тёплым чаем и не менее вкусным печеньем. Под треск поленьев в камине было очень интересно слушать рассказы мистера Тумнуса. Фавн рассказывал о том, как фавны с дриадами в летние дни могут танцевать всю ночь напролёт. Рассказывал и про то, как до того, как Великое Восточное море не было сковано льдом, из морских вод частенько выходило русалочье племя, которым правит мудрый царь Тритон, дабы присоединиться к танцам фавнов и дриад.       Но вскоре вновь настало время уходить и мы, неохотно прощаясь, вдвоём с Люси покинули уютную пещерку мистера Тумнуса. Подходя к фонарному столбу, мы увидели Эдмунда. — Ах, Эдмунд! — вскричала Люси, обнимая Эдмунда. — Значит, ты тоже сюда попал. Ну не удивительно ли? Теперь… — Да-да, — прервал её Эдмунд. — Я вижу теперь, что ты была права и шкаф на самом деле волшебный. Могу извиниться перед тобой, если хочешь. Но где, скажи на милость, ты была всё это время? Я тебя повсюду искал. — Если бы мы знали, что ты тоже здесь, мы бы тебя подождали, — сказала я. — Мы завтракали с мистером Тумнусом, фавном. У него всё в порядке, Белая Колдунья ничего не сделала ему за то, что он нас отпустил. Он думает, что она ничего об этом не знает и в конце концов всё обойдется благополучно. — Белая Колдунья? — повторил Эдмунд. — Кто это? — О, совершенно ужасная особа, — сказала Люси. — Она называет себя королевой Нарнии, но это неправда. Она ездит по лесу в санях, запряжённых белыми оленями, с волшебной палочкой в руках и с короной на голове. — Кто рассказал вам всю эту ерунду о Белой Колдунье? — спросил Пэвенси. — Мистер Тумнус, фавн, — ответила Люси. — Фавнам никогда нельзя верить, — отрезал Эдмунд с таким видом, словно он был куда ближе знаком с фавнами, чем мы. — Откуда ты знаешь? — поинтересовалась Люси. — Это всем известно, — ответил Эдмунд. — Спроси кого хочешь… Но что толку стоять здесь в снегу. Пошли домой. — Пошли, — откликнулась я и повела Эдмунда обратно.       Когда мы все вернулись, Люси первым делом побежала будить Питера и Сьюзен. Я побежала за ней, Эдмунд шёл позади. Собравшись в комнате мальчишек, я и Люси вновь стали рассказывать о Нарнии.  — И Эдмунд в этот раз тоже там был, — добавила я, закончив рассказ.  — Ты видел фавна? — удивился Питер. Люси нахмурилась.  — Вообще-то он с нами не ходил, а… А что ты делал, Эдмунд?       Все взгляды устремились на мальчика.  — Я… Я просто им подыграл, — нагло соврал Эдмунд. Я раскрыла рот от удивления, не веря своим ушам. Слёзы нарастающей обиды появились на глазах. — Прости, Питер, не надо было их заводить, но вы сами знаете какие нынче малыши, — он помолчал, а я вскочила с постели, — заиграются и не могут остановиться.       Расплакавшись, Люси выбежала из комнаты. Я посмотрела на Эдмунда.  — Я и не думала, что ты настолько… настолько свинья! — прошептала я и тоже выбежала из комнаты и вдруг неожиданно врезалась в дедушку. Прижавшись к нему, я заплакала вместе с Люси. Неожиданно появилась миссис Макриди, грозившаяся отправить нас всех спать в конюшне, но дедушка прервал её и велел меня и Люси напоить горячим шоколадом, а сам отправился говорить со Сьюзен и Питером. Но какой толк в горячем шоколаде, если тут произошло такое?..