Mermaid

Пять лет спустя

      Солнце стояло в зените, освещая тёплыми лучами всё вокруг. Май выдавался на удивление жарким, несмотря на ранние числа. И конечно, это было хорошо — намечался праздник в честь дня рождения принца Корина. Ради этого в Анвард прибывало много гостей.       Но, стоя на ветке, которая закрывала обзор на зелёные луга у замка, где раскидывались пёстрые шатры, этого не особо было видно. — Готово! — обрадовалась я, скинув мяч, который десятью-пятнадцати минутами ранее мы случайно с Корином забросили на дерево, на землю. Предстояло ещё спуститься самой, что задачей было такой же нелёгкой, как и забраться на дерево в платье.       Но опустив взгляд, я поняла, что едва не угодила мячом по молодому тархистанцу, который шёл вместе с советником Джаспером. Я ойкнула, надеясь, что смогу стать невидимой, но это было невозможно.  — Ваше Высочество, — заговорил советник Джаспер. — Позвольте представить, царевич Томаш, второй сын Тисрока Тархистана.       Ой-ой, надеюсь, я всё-таки не попала по тархистанскому царевичу?  — Томаш, Ондина, принцесса Орландии и Энерея, — продолжил советник дедушки. Тархистанец поклонился, а я пробормотала «здравствуйте», чувствуя, как щёки заливает краска.  — И часто вы лазаете по деревьям, Ваше Высочество? — спросил второй сын Тисрока.  — Я залезла, чтобы достать мяч Корина, — скорее объясняясь перед советником, чем отвечая на вопрос принца Томаша, произнесла я. — Но, похоже, ему надоело ждать.  — Вы уверены? — уточнил тархистанец, задрав голову. — Отсюда кажется, что Орландия и Энерей напали на Тархистан без всякой причины.       Я улыбнулась шутливому тону. Но вечно стоять я здесь тоже не могу, как бы не шла беседа.  — Отвернитесь, мне надо спуститься, — попросила я.       Но Томаш не собирался этого делать, судя по всему:  — Как бы не вышло дипломатического столкновения.  — Лорд Джаспер, велите своему другу отвернуться, — попросила, схватившись за ветвь рядом. — Я не могу спуститься, пока он смотрит на мои юбки.       Словно бы опомнившись, советник Джаспер кивнул, а после вместе с царевичем Томашем отвернулся, оба они собрались идти прочь от дерева, но не успели сделать и шагу, как я случайно оступилась и упала на траву, сбив и тархистанца.  — Вы не ушиблись? — когда мы поднялись на ноги, спросил царевич.  — Нет, простите меня, — извинилась я, смотря в тёмные глаза молодого мужчины.  — Пообещайте больше не нападать с неба, Тархистан сдаётся, — коротко поклонился Томаш. — Лорд Джаспер, надеюсь вечером мы сможем всё обговорить. Ваше Высочество, — кивнул тархистанец, развернулся и ушёл. — Кажется, я произвела не лучшее впечатление, — прошептала я лорду Джасперу.  — Вы определённо заинтересовали его, — заметил советник дедушки, когда Томаш скрылся с наших глаз, предложил свою руку и повёл меня в сторону замка. — Как знать, может быть, это даже пойдёт на пользу всем нам.       Но не успела я и слова сказать, как лорд Джаспер продолжил:  — Вы не отправляетесь на охоту вместе со всеми?  — Нет, не сегодня.       Советник принял мой ответ. Дальше мы шли молча и распрощались у входа в замок. На охоту я не отправилась, потому что пообещала матушке помочь с делами, а ещё хотелось подготовится к приезду нарнийских друзей.       Но когда ночь опустилась на наши края и зажглись звёзды, а суета в замке стихла, я с удивлением приняла приглашение царевича Томаша на вечерний променад.       Сейчас, когда мы были вдвоём, не считая немногих слуг, прогуливаясь по саду, я смогла рассмотреть его лучше. Царевич был красив и молод. У него была смуглая кожа, тёмные глаза, в которых отражалось звёздное небо, и тёмные волосы, едва доходившие до ключиц. Он не носил, как виденные мною ранее тархистанцы, тюрбан, но одежда его была дорогой и вышита золотой нитью, а борода только-только начинала расти. Он выглядел куда приятнее, чем те, кого я видела ранее.       Не только я разглядывала своего спутника, но и он меня. Я зябко поёжилась, поправив накинутый в спешке платок на лёгкое светлое платье, но вечерняя прохлада давала о себе знать. Заметив это, Томаш мягко свернул с тропинки на другую — обратно в замок. — Почему вы на меня так смотрите? — спросил царевич.  — Простите. — извинилась я. — Просто вы не похожи на…  — Тархистанца? — насмешливо спросил Томаш. Я кивнула. — Что ж, ваше удивление мне понятно. Моя мать была из этих краёв, и растила меня не так, как растили другие матери. Я знаю об обычаях северного народа, но когда я дома, то соблюдаю обычаи моей страны, но если вас смущает это, — он весело улыбнулся, — о прекрасная дева, что распускается подобно дивнейшему цветку, то…  — О нет, нет, прекратите! — рассмеялась я. — Пожалуйста. Это… слишком.       Томаш мягко рассмеялся, а я, чтобы не смотреть на него, остановилась у входа в замок, смотря на звёзды, замечая уже знакомые созвездия. Второй сын Тисрока Тархистана тоже остановился, устремив взгляд на него, затем тихо заметил, что некоторых созвездий он здесь не знает и не узнаёт, а после предложил вернуться в замок.  — Спасибо за удивительную прогулку, Ваше Высочество, — легко коснулся губами моей руки Томаш. Я почувствовала, как у меня загорелись щёки и лишь надеялась, что в полумраке коридора этого не видно.  — Спасибо, что пригласили, царевич Томаш, — поблагодарила я, смущённо опустив взгляд.  — Зовите меня Томаш, — попросил тархистанец.  — Ондина, — тихо произнесла я, подняв взгляд на Томаша и не смогла не улыбнуться, смотря на его улыбку. — Добрых снов, Томаш.  — Добрых, Ондина, — пожелал царевич, разворачиваясь и уходя в сторону выделенных ему покоев. Я же скользнула в свои, чувствуя, как бешено бьётся моё сердце.