Недолеченный

Я сидел в углу более часа, до тех пор, пока Кисточка не пришла снова. Я мысленно рисовал на серых кирпичных стенах цветы и воображал, что из коробки выползают трёхметровые сороконожки. Вряд ли, мне было весело от собственных фантазий. Это, скорее, походило на воплотившиеся в реальность страхи, чем на радужные и светлые игры мысли, ибо на стене рисовались лишь обветшалые чёрные деревья с острыми ветвями, а сороконожки, помимо того, что были невероятно длинны, имели приличную толщину. Жирнее не увидишь. Одна такая может хоть кого сожрать, хоть слона. Помню, Сметана когда-то читала мне сказку о мальчике, который нарисовал удава, проглотившего слона. Все думали, что изображена шляпа. А на самом деле это был удав, некогда пребывающий в состоянии голода. Отчего-то, мне стало жаль именно удава, а не слона. Я так и не понял, почему. Как только Кисточка вошла, чёрные деревья сползли на пол и спрятались в тени ящиков, сороконожки уползли в щели. Игра мысли, игра мысли… - Тебе нельзя здесь оставаться, - объявила Кисточка и дала мне в руки чистую одежду. Я окинул взглядом собственный плащ и рубаху. Грязное и порванное тряпьё, теперь оно ни на что не годилось. Я оглядел одежду со всех сторон и понял, что она будет мне невероятно велика: большая клетчатая рубашка и джинсы с ремнём. Никогда не видел такой одежды, разве что на Кисточке. Разве что когда-то давно, когда ещё жил в городе. Мне было совсем немного лет, я почти ничего не помню (не вините меня, бедолагу, за рассеянность и безрассудство). - Куда мы идём? – спросил я охрипшим голосом и поднял взгляд. Кисточка взъерошила свои колючие волосы и тяжко вздохнула. - Не знаю… - на выдохе сказала она и огляделась вокруг. – Скорее всего, тебе придётся остаться в моём дачном домике. Я позвонила маме, она разрешила, чтобы я уехала туда на неделю. Что будем делать дальше – я придумаю. Не волнуйся. Я с сожалением повертел в руках одежду. Наверняка, Кисточка ждёт каких-то извинений? Если нет – она не человек. - Спасибо, - пробормотал я себе под нос. Моя собеседница кивнула и слабо улыбнулась. - Обещай, что не будешь делать глупостей. Ты понял? Глупостей? Если она имеет в виду мой недоразвитый ум, то я очень ей не завидую. За такие вещи можно презирать всю оставшуюся жизнь. - Обещаю, - ответил я и, спустя несколько секунд, спросил: - А как мы пройдём туда без вреда для здоровья? У тебя всё схвачено? - Переоденешься – тебя никто не узнает. Что? То есть, тридцатиметровых ящеров они отгоняют от себя подобной одеждой? Хитро, должен признать. - Ладно, - кивнул я и принялся переодеваться в рубашку сидя на стуле. – То есть, нас никто не сожрёт по дороге? Точно? Она посмотрела на меня так, словно я был последним придурком. - Кому ты нужен? Никто тебя жрать не собирается. - Как же? А если сожрут всё-таки? Что делать будем? - Не прикидывайся дураком. Я не понимаю, что ты имеешь в виду. - Динозавров! Больших, когтистых и невероятно толстых! – сказал я, пристально глядя ей в лицо. – Тех, которые могут поймать нас и растерзать на мелкие куски, как тряпичных кукол! Тебе ли не знать? Я всё больше убеждался в том, что она считает меня придурком. После некоторого молчания, она опустила голову к полу и прыснула от смеха. Этот смех был не похож на Верин, он был таким ядовитым и насмешливым, что мне… Что мне… Плакать захотелось от собственной жалости. Не знаю, что на меня в этот момент нашло. Я поджал губы и наблюдал за Кисточкой, раскрыв глаза пошире. - Динозавров? Что? Она говорила это, давясь смехом. Я хотел провалиться под землю. Разве вдолбишь ей всю суть того, что я только что говорил? Ты не поймёшь, девочка. Ни-ког-да. - То есть, ты утверждаешь, что нас там никто не съест? – спросил я. Тут Кисточка резко посерьёзнела и посмотрела на меня с интересом. - Ты действительно веришь, что там динозавры? Ну… Птеродактили и прочие ящеры. Я промолчал. Что я мог сказать? Я боюсь эту мамзель, лучше прикусить язык и молча наблюдать. Она вздохнула и взяла меня за руку. - Если хочешь знать, - она резко потянула руку на себя и помогла мне встать со стула. – Динозавры вымерли. Тебе никто этого раньше не говорил? - Нет, - шепнул я и сделал шаг вперёд по направлению к выходу. – Нет, никогда. Хотя, может… Конечно, мне говорили. Я просто никого не слушал. Знаете, у Кисточки есть невероятный дар убеждения. С чего-то мне хотелось ей верить. И не просто верить, а доверять в целом, вслушиваться в каждое слово и записывать на диктофон твоего разума. А потом прокручивать-прокручивать… И так сто раз. Не знаю, что на меня нашло. Я боюсь Кисточку, но мне рядом с ней спокойно. Как только я, полностью переодетый, вышел в свет, впился Кисточке в руку и принялся смотреть только вперёд перед собой. Я напрягся от страха того, что всё равно кто-нибудь да вылезет и начнёт рычать у самого уха. Мы пошли вперёд по тротуарам. Кисточка расслабленно вела меня по дороге, оглядываясь по сторонам и всматриваясь в лица людей, одетых в незнакомые мне до этого момента одежды. Я же напряжённо смотрел вперёд и не моргал. Я не мог, мне что-то не позволяло. Я боялся. Мы проходили мимо каких-то стёкол, зелёных кустов, не похожие на те, что растут возле моего прежнего дома, мимо гудящих автомобилей, которые я видел в роли передвигающихся по асфальту земноводных черепах. Они всё ползли и ползли, разноцветные и отвратно пахнущие. Двигались кто куда и всё время сворачивали, совсем не шевеля «ластами», именуемые чёрными колёсами. Они просто катились. Хотел бы я иметь вместо ног колёса и также катиться в нужном направлении. Нам, двуногим, этого не дано. Может, всё из-за того, что мы сделаны не из металла? Пока я напряжённо вышагивал вперёд, Кисточка потянула меня за локоть к ближайшему мелкому зданию. Такому мелкому, что в нём не поместились бы и человек пять. Вся его передняя стена была обклеена различного рода бумажками, яркими и красочными. - Два хот-дога, пожалуйста, - попросила Кисточка, заглянув в мелкое окошко. Я непонимающим взглядом изучал цветастую стену. Моя спутница заметила такое поведение и, усмехнувшись, сказала: - Это ларёк. Я хочу перекусить. - Ларёк, - повторил я. – А почему он такой маленький? - А зачем обязательно большой? Весомый аргумент, надо запомнить. Через минуту из окошечка высунулась рука и протянула нам две аппетитно пахнущие булки, покрытые разноцветной жидкостью. Кисточка дала мне одну из них. Я осмотрел булку со всех сторон. Мягкая и тёплая. Более того, она была ужасно интересная, если судить по внешнему виду. Порой, я чувствую себя пещерным человеком. - Это можно есть? - Если хочешь – съешь всё. - А я хочу? - Не знаю. Всё зависит от тебя. Я глупо усмехнулся и поднял глаза куда-то в сторону трассы. Начинаю забывать, кем по сущности являюсь и откуда прибыл. Может, стоит вообще вычеркнуть последние пять лет из жизни? Конечно же, я никуда не вернусь. Какой резон? Вообще никакого, это необдуманно и глупо. Я буду оставаться здесь, на улицах или в гаражах, как перепадёт, куда приведёт меня Кисточка. Самое большое разочарование в моей жизни – динозавры. Но, я не сильно заморачивался. Раз она сказала нет – я забыл, в этом вся соль. Моментально забывать то, что тебя удручает. Забыть и не вспоминать. Вообще никогда. Мда…