finest thing in history

Промежуточные экзамены полностью вытеснили встречу с До Кёнсу из головы Чонина. За пределами ресторана он не выпускал книги из рук. Все свободное время ранее используемое для того, чтобы расслабиться после смены или перекусить чего-нибудь, должно быть посвящено зубрежке, и невольно ему приходится сокращать рабочее время, чтобы убедиться в отличных результатах в учебе. Когда он идет на работу, у Лухана для него всегда одно и тоже сообщение: - Кёнсу снова тебя искал. В пятый раз услышав это заявление, Чонин покачал головой, отложил толстый конспект по макроэкономике и поспешно завязал свой фартук. - В следующий раз скажи ему, чтобы сдался. - Между вами что-то произошло? – обеспокоенно спросил Лухан. Чонин вздрогнул. - Нет, не волнуйся. Просто я не хочу его больше видеть. Во сколько он опять приходил? Пока Лухан пытался вспомнить, когда Кёнсу приходил поесть (Чонин обязательно запишет это время и позаботится о том, чтобы уйти отсюда под предлогом учебы), у Чонина выдалась возможность рассмотреть другого официанта. Ему, конечно, не сравниться с мешками и темными кругами под глазами Чонина, но в нем есть какая-то печальная, тихая усталость, словно он уже долгое время ждет плохих новостей. После того, как Лухан выпалил все даты и точное время, которое смог вспомнить, Чонин аккуратно схватил его за худое-худое предплечье. - У тебя все нормально? – спросил он. Лухана этот вопрос застал врасплох. Чонин видел, что он не может поверить в то, что только что услышал. К счастью, он не просит Чонина повторить, потому что оба прекрасно знали, что тогда Чонин буркнет что-нибудь вроде «Забудь!» и выбежит из кухни. - Тяжеловато сейчас приходится, - наконец сказал Лухан. – Но я справлюсь. Спасибо, что спросил, Чонин. Чонин кивнул. Неловко, но он рад, что спросил. - Скажи, если я, ну, могу помочь. Хоть чем-нибудь. Лухан мило улыбнулся и вернулся к работе. Через секунду Чонин последовал его примеру. К своему облегчению, в этот вечер Кёнсу не пришел, поэтому Чонин мог сконцентрироваться, хотя где-то в глубине души он переживал. Что-то в жизни Лухана идет не так. В ночь перед последним экзаменом Кёнсу вновь показался в ресторане, впервые за месяц. Чонин как раз принимал заказ измотанной женщины с ревущим сыном, когда заметил скользнувшую в дверь темную фигуру, спрятавшую лицо в высоком воротнике. Напомнив себе, что он все еще на работе, он заставил себя переключить внимание обратно на женщину, которая наконец указала на нужные блюда в меню. Правда для этого ей пришлось спихнуть ребенка на руки Чонину, чтобы уделить внимание другому малышу, пока ее муж разговаривал по телефону.. Пойманный врасплох Чонин едва удерживал в руках маленькое извивающееся тельце. Ребенок всхлипнул, тоже порядком потрясенный перемене, и уставился на Чонина огромными влажными глазами. Он осторожно укачал маленького мальчика в своих руках, избегая его текущего носа, и надеялся, что он больше не будет плакать. К счастью, в руках Чонина он успокоился, посапывая и держа во рту большой палец. К тому времени, как женщина забрала его, ребенок уже почти уснул, уткнувшись в плечо Чонина и прижавшись теплой пухленькой ручкой к его шее. Его уставшая мать искренне поблагодарила Чонина и уложила сына в коляску. Он долил ей воды, а потом обошел другие столики в закрепленной за ним части ресторана. Когда понес пустой кувшин обратно на кухню, то в дверях столкнулся с Луханом, замечая, что парень готов удариться в панику. - Что такое? - Я пытался взять его заказ, но он отказался… Чонин, ты должен пойти к нему, - сказал Лухан. Без лишних вопросов ясно, о ком идет речь. - Пошли кого-нибудь еще, - настойчиво сказал Чонин. Лухан покачал головой. - Нет. До Кёнсу слишком влиятельный. Мы не можем ему отказать. Но ты знаешь, что я сам не хочу посылать тебя к нему. Чонин, пожалуйста. - Черт. – Чонин зло вздыхает, стирая с виска пот. Ночью он спал от силы два часа, уснув над учебниками, а потом весь день работал в одну из самых напряженных смен. Ночь до этого была не лучше, и ночи перед этим. Все, что он сейчас желает, - заползти в постель и проспать целую неделю. А то, что заканчиваются деньги, делу не помогает. Тем не менее, он прижал руку к лицу и кивнул Лухану, который успокаивающе сжал его плечо. В этот раз Чонин не стряхнул его руку и тяжело вздохнул. Он вернулся в забитый ресторан, вернув самообладание, и, прислонившись бедром к столу Кёнсу, тут же спросил: - Что будете сегодня заказывать? Глаза Кёнсу изучают Чонина, но он дает ответ быстро. Никаких шуток и замечаний. - Лапшу. - Сейчас принесу, - сказал Чонин таким же вежливым тоном. Он исчез на кухне. Очевидно, Лухан не ожидал, что он вернется с заказом так быстро. Увидев, что с Чонином все в порядке, Лухан поспешил вернуться к работе. Чонин же прошелся по своей секции, подливая напитки и собирая заказы, пока рядом с кухней не загорелся свет. Время забрать лапшу для Кёнсу. Глубокий вдох, чтобы успокоиться, и вперед. Но ничего особенного не происходит. Кёнсу принял еду с тихим «спасибо» и начал есть. Чонин принял это за хороший знак, погружаясь в работу. Когда Кёнсу в третий раз опустошил свою чашку, Чонин понял, что он вновь остается до закрытия. Паранойя и тревога вернулись с новой силой. Ему надоела эта игра, надоело бояться и ждать слов Кёнсу. Он изо всех сил пытается понять, что же этот парень совершенно из другого мира, хочет от Чонина. Когда Чонин достал ключи, он, как последний работник перед последним клиентом, уставился на Кёнсу, по-прежнему сидевшего на своем месте. - Ты идешь? Кёнсу молчит, но идет рядом с Чонином вниз по заснеженной улице. Оба запахнуты как только можно, укрываясь от мороза, но Чонину, несомненно, холоднее. Его открытые участки кожи не закрывает кашемир и шерсть. Через десять минут они сели на остановке в ожидании последнего автобуса. На этот раз Чонин изучает реакцию Кёнсу. Парень кажется невозмутимым; он осматривается, поджав губы и отказываясь разговаривать. Автобус с шикарным автомобилем ничего не имеют общего, но Кёнсу не протестует и садится рядом с Чонином у дверей. Теперь, оказавшись на своей территории, Чонин позволил себе немного расслабиться. Недолгая прогулка – и они оказались у дома Чонина, такого же холодного и тихого. - Не так уж много, но… - Чонин пожал плечами, чувствуя, что место следует представить, и открыл перед Кёнсу дверь, впуская внутрь. Тот осматривается по сторонам, но не так, как пораженно изучал Чонин его дом. Чонин вешает пальто и включает отопление. На лице Кёнсу не появилось пока ни жалости, ни презрения, ни высокомерия, которые Чонин ожидал увидеть, поэтому у него нет причин выгонять его на сильный мороз. Вместо этого он зовет его пройти на кухню. - Ты только что поел, поэтому ничего не предлагаю, - сказал Чонин с полуулыбкой на губах. Кёнсу улыбнулся в ответ. - Я бы все равно отказался. - Присаживайся, - предложил Чонин. Он выдвинул для Кёнсу стул за обеденным столом и поставил кофе-машину, отодвинув предварительно свои конспекты в сторону. - Ужасный почерк, - отметил Кёнсу, заглянув в записи Чонина для экзаменов. Конспект по последнему экзамену – эконометрике – лежит поверх остальных. Отдельные строчки выделены красным и желтым маркером. - Что ты изучаешь? - Экономику, - ответил Чонин, пожав плечами. – Она мне всегда нравилась. Но я не думаю, что в будущем мне это пригодится. - Тогда зачем ты ее изучаешь? – спросил Кёнсу, но в его тоне нет того оценивания, того посягательства, которые присутствовали в прошлый раз, когда он просил Чонина рассказать о себе. Есть, конечно, толика любопытства и интерес, но Чонин все еще чувствует, что Кёнсу от него что-то нужно. Чонин еще раз пожал плечами. Сегодня не самый подходящий момент для его автобиографии. - Длинная история. – Соответствующим тоном он закрыл эту тему и стал разливать кофе. Кёнсу попросил молока, а Чонин пьет обычный черный кофе, морщась от горького вкуса. Но он знал, что его ждет долгая ночь. - Надеюсь, ты не возражаешь, если я позанимаюсь пока? У меня завтра экзамен, - сказал Чонин Кёнсу слегка неловко, но второй покачал головой и устроился на стуле поудобней. Немного нервничая из-за пристального внимания, Чонин открыл конспект на главе, на которой остановился, и продолжил читать, делая пометки в тех местах, которые, по его мнению, могли всплыть на экзамене, параллельно борясь с зевками. Прошло несколько спокойных часов прежде чем он осознал, сколько времени прошло. Кёнсу спал рядом, уронив голову на скрещенные на столе руки. Чонин закончил с конспектом, а до утренней смены в ресторане еще оставалось три часа сна. Когда он встает, Кёнсу просыпается и недоуменно моргает ресницами, не сразу понимая, где находится. - Я, э, иду спать. Тебя?.. – Чонин замолчал. Желудок сделал сальто. О боже, Кёнсу дуется. – Тебя кто-нибудь может подвезти? - Могут, - тихо сказал Кёнсу. – Но я… - Он смущенно замолчал, не закончив предложение. Чонин вздохнул. Безусловно Кёнсу сегодня вел себя хорошо, не переступая черту и ничего не требуя, и даже в мир Чонина ступил с завидной терпимостью, словно он не наследник одной из самых крупных компаний в мире. И еще, как бы Чонину это не нравилось, присутствие в квартире другого человека смягчало дискомфорт, особенно обострявшийся ночью. Он протянул руку сидящему парню с взлохмаченными волосами от того, что он спал на руках. И он об этом не жалеет. - Вот. Идем со мной. Широко распахнув глаза от удивления и даже, как показалось Чонину, от радости, Кёнсу берет его руку теплыми пальцами. Он послушно идет за Чонином в его спальню и теперь его очередь замереть в дверном проеме. Чонин пошел прямиком к шкафу. - Сомневаюсь, что тебе подойдет по размеру моя одежда, ты намного ниже меня, но все же, - сказал Чонин, кидая в руки Кёнсу простую футболку с каким-то логотипом на груди и штаны. – Ванная там, если хочешь освежиться, но у меня только одна зубная щетка, извини. - Не такой уж я низкий! – возмутился Кёнсу и пошел в ванну переодеваться. Чонин тихо и радостно рассмеялся, когда понял, что Кёнсу – именно Кёнсу – робеет и в его присутствии переодеваться не хочет. Чонин широко зевнул, натянул на себя майку и боксеры и установил будильник так, чтобы утром успеть принять душ и позавтракать перед сменой, а потом забрался на кровать. Когда Кёнсу вышел из ванной, переодевшийся и с влажными волосами, Чонин сидел на своей кровати. Он замечает, как глаза Кёнсу расширяются, когда он видит, что Чонин его ждет. Поборов желание вновь рассмеяться, Чонин усмехнулся. - Пора спать, - сказал он, не в силах убрать из голоса издевающуюся нотку. - Это я вижу, - парировал Кёнсу вызывающе, чтобы скрыть свое волнение, но Чонин чувствует его напряженность, пока он забирается на кровать. Чонин подал руку. Дыхание спирает, когда Кёнсу молча ложится рядом достаточно близко, чтобы не свалиться с узкой кровати посреди ночи. Сначала убегал, а теперь предлагаю обняться? Задумался Чонин, беспокоясь за свой рассудок, но сложно сосредоточиться, когда Кёнсу зевает и прижимается к нему. Он сейчас совершенно не похож на того парня, который в ресторане потребовал, чтобы Чонин сел за столик с ним. Вид беззащитного Кёнсу пугает, как будто он не должен видеть ценного наследника торговой корпорации таким. Он, обычный официант и студент, который боится завалить экзамен, несмотря на всю подготовку. Под маской холодного богатого парня скрывается некто весьма уязвимый, тот, кто не в силах отказаться от предложенных Чонином прикосновений. Тот, кто позволил снять личину наследника и показать настоящего Кёнсу. Чонин был уверен, что заснуть не скоро удастся, но тепло Кёнсу и его размеренное дыхание колыбельной проводили его в мир снов на удивление быстро. Сколько бы он ни отрицал, он всегда хотел такой близости. * * * Когда утром зазвенел будильник, Чонин заворчал и стал слазить с кровати. Но, к его удивлению, когда он попытался двинуться, чьи-то руки загребли его обратно в объятья, не давая уйти. Он распахнул глаза и едва не выругался, вспомнив о До Кёнсу. Ни алкоголь, ни вмешательство друзей или коллег в его личную жизнь в этом не обвинишь. Собравшись, он осторожно потряс Кёнсу и, не удержавшись, погладил его по темным волосам у основания шеи, пока он не пошевелился. К его изумлению, увидев Чонина, Кёнсу сонно улыбнулся. - Доброе утро, - зевнул он. - Д-доброе утро, - прошептал Чонин в ответ. – Мне пора на работу, Кёнсу. Стон, сорвавшийся с губ Кёнсу, заставил Чонина вздрогнуть. В груди разливалось что-то горячее. - Еще очень рано, останься еще чуть-чуть, - запротестовал Кёнсу. Он все тот же, что засыпал в кровати Чонина вчера. Он едва ли может сопротивляться ему, но работа и учеба давят со всех сторон. - Ты можешь еще поспать, если хочешь. Просто выйдешь потом, когда соберешься. Дверь сама захлопнется, - сказал Чонин, по-прежнему поглаживая пальцами его волосы. Парень почти мурлыкал от прикосновений. - Ты вернешься в течение дня? - Может быть к обеду, если буду успевать, - неуверенно произнес Чонин, убирая руку. - Но точно забегу после занятий перед вечерней сменой. - Тогда увидимся позже, - решил Кёнсу, теребя в руках майку Чонина. Чонин потянулся рукой, чтобы отцепить пальцы Кёнсу от майки, но тот ухватился крепче. Чонин поборол желание наклониться и поцеловать его в лоб. - Кёнсу, мне правда пора. Он покинул квартиру с каким-то трепетом, шагая на автобусную остановку. Его мысли занимал только Кёнсу, вспоминая, как Кёнсу на него посмотрел, стоило ему отстраниться или как Кёнсу, подавив зевок, улегся обратно в постель Чонина. Такой как Кёнсу никогда не будет частью крошечной квартирки Чонина, горько напомнил он себе. Такой как Кёнсу никогда не будет с таким как Чонин. С тем, чья семья отказывается признавать его существование, с тем, кто отчаянно пытается остаться на плаву со скудной зарплатой официанта, с тем, у кого даже нет машины, чтобы добраться на работу. С тем, кто старается наладить свою жизнь. Кёнсу бесценен. Он кивнул в ответ на быстрый взмах рукой Лухана и проскользнул на кухню. Чунмён подал ему фартук и блокнот и вздохнул, когда Чонин стряхнул его руку с плеча, но так происходит всегда. Чонин редко позволяет другим к себе прикасаться, потому что ему нравится все в своей жизни держать под своим контролем. Утренняя смена, как правило, тихая. Клиентов меньше, чем днем или вечером. Женщина в очках заказала кофе, на поверхность которого Чонин аккуратно наносит пену. Это обычно помогает ему расслабиться. Лухан, конечно же, делает красивее, но и Чонин неплох. Когда он приносит его ей, она поднимает взгляд от экрана ноутбука и благодарит. Группа шумных старшеклассников, очевидно по пути в школу, заказали капучино и кексы, но все равно довольно тихо, поэтому Чонин сидит в углу ресторана с книгами. Посреди смены Лухан уходит, убедившись, что Чонин справится в одиночку, что странно. Но Чонин не настаивает и оставляет его в покое. Он остается наедине со своей паникой по поводу предстоящего экзамена. Смена завершается, и он едет в университет. Чонин достает карандаш и записи и идет на Эконометрику со вспотевшими ладонями. Ты занимался, напомнил он себе. Все будет хорошо. Предательские мысли вновь возвращались к спящему Кёнсу, пока он занимался. Чонин сглотнул. Прямо сейчас про Кёнсу думать нельзя. Он еще раз отчаянно кинул взгляд на записи и убрал их в сумку. - Можете начинать. Чонин вывалился из класса через два часа. Мозг кипит от терминов, типа «экзогенность независимых переменных» и «модель линейной регрессии». Взглянув на часы, он понял, что опаздывает на работу, поэтому сломя голову побежал на остановку, пока остальные одногруппники шутили, смеялись и обсуждали, чем будут заниматься две свободные недели. - Ой… - Он чуть не сбил с ног Чанёля, когда влетел в кухню, и на автомате схватил его за предплечье, чтобы он не упал. Когда Чанёль восстановил равновесие, Чонин одернул руку, будто обжегся, и поразился сам себе. Пока он не успел убежать, Чанёль похлопал его по плечу и улыбнулся. - Спасибо, Чонин. У него глубокий голос и яркая улыбка, но больше всего Чонина поразила его дружелюбность. - Пожалуйста, - выдавил он в ответ. Спас его Бэкхён, подтолкнувший Чанёля бедром. - Плиточку вот там следует помыть, тебе не кажется? Ни Чунмёна, ни Лухана на этой смене нет, но оказалось, что наняли нового официанта. Когда Чонин пожал руку серьезному на вид парню по имени Ким Чондэ, краем уха слушая инструкции менеджера, он ощутил тревогу. Они вдвоем с Луханом отлично справлялись. Не такой уж большой ресторан. То, что менеджер увидел необходимость нанять Чондэ, значит, что один из них уйдет, а у Чонина таких планов не было. Он решил, что потом обязательно спросит об этом у Лухана. Кому стоит волноваться? Чонин не уверен. Оставив в стороне проблему с Луханом, Чонин обнаружил, что Чондэ приятный парень и усердный работник, приветствующий клиентов дружелюбной улыбкой. Пока его обязанности не разнообразны, ведь Чондэ еще не ознакомился с меню. Смена быстро завершилась, и Чонин пошел на автобусную остановку и сел на пластиковое сиденье. Он поборол искушение поехать прямо домой, пропустив лекции. Все-таки Кёнсу не парень Чонину, чтобы ждать его дома. Окна движущегося автобуса мелко трясутся, а покрытие сидений холодное и неудобное, но Чонин к этому привык. Это все, что у него есть. Через три пары Чонин свободен и направляется в ресторан к вечерней смене. Когда вечер подходит к концу, очень быстро, и Кёнсу не показался в ресторане, чтобы сделать свой обычный заказ, Чонин возвращается домой с горьким чувством разочарования. И он ненавидит себя за это. Чонин открыл дверь квартиры и уже стягивал с себя обувь, как уловил в воздухе аромат кимчи. Будучи способным готовить лишь обычный рамён, Чонин чуть повеселел при мысли, что Кёнсу оставил ему поесть, хотя еда бы не пахла так свежо, если бы это было правдой… Он опустил свой рюкзак на пол и прошел на кухню. Он уставился на Кёнсу, который стоял у кухонной стойки и нарезал овощи. Парень обернулся, услышав, как в комнату зашел Чонин. Лицо мгновенно озарилось. - Чонин! Ты вернулся. Это лучшее «Добро пожаловать домой», которое Чонин когда-либо слышал в своей жизни. Он не удержался и подошел ближе к Кёнсу, прислонившись к шкафчику рядом с плитой. - Я думал, ты ушел. - Я собирался съездить домой переодеться, но ты не пришел к обеду, поэтому я решил, что дождусь тебя. Ты не часто бываешь дома, да? – спросил Кёнсу, поднимая голову, чтобы взглянуть на Чонина. - Нет, не часто, - ответил он. Он заглянул в кастрюлю, чтобы посмотреть на кимчи и мясо, и неловко рассмеялся, когда заурчал живот. – Я уже давно ничего подобного не ел. Кёнсу коротко рассмеялся. - Я это понял, заглянув в почти пустой холодильник. Кстати, у тебя закончился рамён. - Только не опять, - простонал Чонин, заглядывая в свой бумажник. Кажется, в этом месяце снова будет тяжело. - Это не полезно, - упрекнул Кёнсу почти по-матерински. Его так давно уже никто не пилил, что он просто согласился. - Может я буду больше питаться в ресторане. – Чонин чуть отодвинулся, когда Кёнсу потянулся к одному из шкафчиков в поисках приправ. Чонин хотел не вмешиваться, но в итоге решил все же помочь. Он протянул руку вверх и достал маленькую бутылочку орегано, за которой Кёнсу тянулся, но не мог достать. - Спасибо, - пробормотал Кёнсу и шагнул назад, удивленно врезаясь спиной в грудь Чонина. - П-прости, - заикнулся Чонин, уходя с дороги, но Кёнсу вцепился за край его свитера и остановил, не позволяя отойти далеко. Разница в их росте еще никогда не была столь очевидной. Кёнсу взволнованно вздыхает. - Почему ты все время так занят? – спросил он тихим шепотом. – Иногда мне кажется, что у тебя дел больше, чем у меня. Ты когда-нибудь до смерти заработаешься. - Лучше так, чем тебя вышвырнут на улицу, потому что не можешь оплатить аренду, - ответил Чонин так же тихо. - Знаешь, я бы никогда не позволил бы тебе жить на улице, - сказал Кёнсу с улыбкой. Она открытая и милая и такая настоящая. Чонин растерянно замечает, какие белые у него зубы, и как сильно он хочет поцеловать эту улыбку. - По крайней мере у меня всегда будет крыша над головой, - согласно сказал Чонин. Кёнсу задумчиво и оценивающе наклонил голову. - Так ты перестанешь так много работать? - Ну, учебы ближайшие две недели не будет, - уклончиво признал Чонин. Он не мог сказать Кёнсу, что возьмет все смены в ресторане. Без этой оплаты он не сможет позволить себе аренду. И он не мог позволить себе ни мобильный телефон, ни другие предметы роскоши. Он погряз в долгах, так что все заработанные деньги уходили на это, когда он разбирался со своими потребностями. Деньгам на путешествия и дорогие автомобили неоткуда было взяться. К счастью, эти каникулы отвлекли Кёнсу. - Ты свободен от занятий? В следующий вторник? Он не мог заглянуть в календарь – Кёнсу удерживал его взглядом, но был уверен, что сегодня пятница. - Вторник? Наверное, свободен. - Ты мог бы… о нет, еда! – Кёнсу выбирается из пространства между шкафчиком и Чонином и несется спасать ужин. Ему почти удалось, и вина на лице Кёнсу сменяется радостью, когда Чонин искренне хвалит его. Сожженное или нет, все равно вкусно. Чонин вызвался помыть посуду, притворившись, что не заметил недоверчивое выражение лица Кёнсу, а потом они перебрались на диван в жалком подобии гостиной. Его трехкомнатная квартира, состоящая из кухни, спальни и гостиной не имела ничего общего с особняком Кёнсу. Но Кёнсу чувствовал себя в квартире Чонина совершенно непринужденно. В итоге Чонин улегся головой на колени Кёнсу, закрыв глаза, наконец осознавая, как сильно он устал с этими экзаменами. Интимность их позы была очевидна, но Чонин не смел сопротивляться, когда Кёнсу аккуратно коснулся теней под его глазами. - Что ты хотел спросить, пока еда не сгорела? - Ну, - неуверенно начал Кёнсу, убирая руку от его лица. – Я тут подумал, раз ты позволил мне остаться на ночь и все такое, хотя не должен был, особенно после того как я… - Кёнсу, - остановил его Чонин. Он открыл глаза и приподнял голову, чтобы встать, но Кёнсу вновь уложил его с криком «Тебе нужно отдыхать!». Вместо этого Чонин коснулся ладонью его щеки. – Кёнсу, просто скажи. - Я просто подумал, что раз ты впустил меня в свою жизнь, я бы хотел показать и свою, - слегка виновато и с надеждой произнес Кёнсу. – Во вторник состоится корпоративная вечеринка, и я хочу, чтобы ты пришел. - Корпоративная вечеринка? – подняв брови, переспросил Чонин. – Кёнсу, у меня даже костюма нет! - И не нужен, я обо всем позабочусь, - искренне заявил Кёнсу. – Ты просто приди. Чонин не удержался и поджал губы. - Ты уверен, что мне есть там место? - Я хочу, чтобы ты пришел, - повторил Кёнсу. – Кроме того, родители часто предлагают мне приводить кого-нибудь на общественные мероприятия. - Я вполне уверен, что они имели в виду симпатичную девушку, - сказал Чонин. Кёнсу вздохнул. - Чонин, я не хочу привести симпатичную девушку, я хочу тебя. Чонин крепко зажмурился, чтобы не отреагировать на это слишком резко. Не стоит воспринимать слова Кёнсу неправильно. Только потому, что он очень хочет быть с Кёнсу, не значит, что он его достоин, даже если Кёнсу делает подобные заявления. И весь остальной мир не позволит ему быть рядом с ним. - Пожалуйста, - умоляюще попросил Кёнсу, не услышав от Чонина незамедлительный ответ. Он звучал как ребенок, вымаливающий у Чонина конфету. Если честно, это мило. И Чонину начинает казаться, что он уже ни в чем ему не может отказать. - Я пойду.