19. Возвращаясь домой
9 сентября 2015 г., 23:29
От автора: Что ж, писать этот драббл было интересно – он вышел совсем иным, нежели я задумывала изначально. Меня вдохновили Шихо Ниияма (она озвучивала Сейю, умерла в 2000-м) и Кю Сакамото (великий японский певец, погиб в авиакатастрофе).
Песня, которую поёт Усаги, это «Взгляни на звёзды ночью» Кю Сакамото. Она же звучит в заключительной теме для «Двойной Спики». Приятного чтения!
Тема: #20. Путь домой
Космические путешествия всегда были делом нелёгким. Нехватка воздуха и гравитации доставляла массу неудобств, даже сенши, и Воин и подумать не могла, что однажды ей придётся пройти через это снова.
Но вот она мчится в шлейфе сверкающего света, рассекая черноту Вселенной и со свистом минуя бесчисленные небесные тела. Сколько она уже странствует – часы… дни… недели… месяцы… годы – Воин не знала. Для неё время перестало иметь значение.
Её накрыло волной безмерной усталости, и она едва увернулась от летящего на неё астероида.
«Ещё немного, Воин. Осталось продержаться совсем чуть-чуть, и ты уже почти дома», – подбодрила она себя.
…И едва не рассмеялась собственной мысли. Дом… Своим домом она с рождения считала планету, которую теперь оставила. Там была её драгоценная Принцесса, её друзья, её соратники. Там она росла, смеялась, плакала – там она жила.
Но как гласила одна земная пословица, «дом – там, где твоё сердце». А Воин слишком хорошо знала, где было её сердце теперь.
Внезапно мимо промчалась маленькая, до странности знакомая планета. Ещё две поспешили мимо, одна – глубоко-синяя, а другая – цветом побледнее, голубовато-зелёная. С растущим ликованием Воин поняла, где очутилась, и счастливо засмеялась, пролетая мимо колец Сатурна, громады Юпитера, кроваво-красного пламенеющего Марса.
От вида зелёно-голубой планеты, открывшейся взору, её захлестнуло чувство безграничного счастья. Она подавила всхлип и ринулась вперёд с удвоенной энергией, вонзаясь в слои атмосферы, окружающие прекрасную планету – скорее, скорее к тому маленькому архипелагу из давнего прошлого.
Её губы сложились в улыбку, и Воин, закрыв глаза, полетела камнем вниз, навстречу островам.
– Куколка… я дома.
В одном из пригородов Японии молодая женщина на цыпочках подошла к стоящей в углу колыбельке и бережно взяла маленький плачущий свёрток на руки. Малышка тихонько пискнула и закопошилась в поисках материнской груди. Женщина улыбнулась, убрала за спину длинные золотистые пряди, свободно ниспадающие из наспех собранных двух шишечек на макушке, и расстегнула лиф ночнушки.
Кроха слепо завладела соском и, посасывая грудь, вскоре затихла, успокоенная теплом матери и родным молоком. Молодая мать пересела в кресло-качалку у окна и стала покачиваться вперёд-назад.
– Взгляни на звёзды ночью, – тихонько напевала она, баюкая малышку, посапывающую у неё на руках. – Крохотный свет крохотной звёздочки поёт о кротком счастье, – мурлыкала она вполголоса, пока колыбельная не усыпила дитя.
Чиба Усаги замолчала и с улыбкой взглянула на дочурку, поглаживая крошечные завитки розовых волос. Она склонилась над малышкой и, ласково поцеловав её в лоб, снова откинулась в кресло. Уловив краем глаза вспышку света, она повернула голову и проводила взглядом красную звезду, что широким росчерком пересекла ночное небо и скрылась за горизонтом.
«Мой Старлайт вернулся домой», – улыбнулась она в полудрёме, и сон сморил её.
