Заслужить прощение

На следущий день мне звонит Джереми. Уже по раздраженно-взволнованному тону приветствия я понимаю, что что-то случилось, и с ходу интересуюсь: — Джерри, все хорошо? — Это ты мне скажи, хорошо или нет! — шипит он, к сожалению, оправдывая мои опасения. — Ты в курсе, что меня повысили в должности, и теперь вместо меня на переговоры через час приедет мой заместитель? — Меня никто не предупреждал, — я хмурюсь. — А в чем проблема-то? Тебе не нравится более высокая зарплата? — Да прекрати притворяться, что ты ничего не понимаешь! — сдавленно восклицает он. На фоне слышится шум включенной воды. — Мой босс пронюхал, что я общаюсь с тобой больше, чем с деловым партнером, его это выбесило и он, так сказать, начал действовать более активно… — В смысле? Он приставал к тебе? Где ты вообще сейчас? — В гребаном ресторане с этим мудаком! — в сердцах восклицает Джереми и спешно поясняет, пока я не успел вновь засыпать его вопросами: — Короче, я пришел утром на работу, а он мне документы на стол бросил и говорит, мол, подписывай, это повышение, теперь будешь ездить со мной на всякие встречи и в командировки. Я, правда, сказал, что подумаю. И тут он предлагает прямо сейчас заступить на должность, без подписи, и сопровождать его на встрече… — А уже в ресторане признался, что просто ловко заманил тебя на свидание? — подсказываю я, сразу догадавшись, к чему идет дело и чем вызван такой гнев Джереми. — Да! Вот же хитрый ублюдок. Я сделал вид, что ушел в уборную, и позвонил тебе, — выдыхает мужчина. — Приедешь за мной? Моя машина осталась у офиса… — Конечно, — тут же соглашаюсь я, понимая, что по такому поводу все дела, даже срочные, можно скинуть и на моего заместителя. Или, в крайнем случае, на Шейлу. — Адрес знаешь? Или хотя бы как доехать… Я слетаю вниз по ступенькам, решив не ждать лифта, пробегаю мимо охраны, уже во второй раз удивленно смотрящей мне вслед, и спешу к парковке. На счастье, машин в разгар рабочего дня в городе немного. Безлюдным Лондон, конечно, не назовешь — в центре много туристов — но мне хотя бы не приходится стоять в едва движущемся потоке машин, нервничая и теряя время. Припарковаться удается тоже с трудом. Ресторан же обнаруживается с первого взгляда на неширокую улицу, заполненную праздно гуляющими китайскими туристами. Я звоню Джереми и уже через пару минут вижу, как распахивается дверь довольно дорогого заведения, и омега, злой и даже немного испуганный, вырывается наружу, сжимая в руках телефон. — Что ты ему сказал? — я ловлю его за запястье и тут же тяну в ту сторону, где остался мой автомобиль. — Мол срочный звонок, родители, стесняюсь при нем и бла-бла-бла, — спешно поясняет он и, с силой уцепившись за рукав моей куртки, подгоняет: — Быстрей! Пока до него не дошло, что я сбежал. Лавируя между людьми, мы наконец добегаем до машины. Джереми плюхается на переднее сиденье, а я нажимаю на педаль газа тут же, стоит мне завести автомобиль. Внедорожник срывается с места, я круто выворачиваю руль, но уже через несколько десятков метров сбавляю скорость до нормы — очень сомнительно, что Картер устроит погоню, словно в боевиках. Однако Джереми все равно нервничает и неотрывно смотрит в окно. — Куда тебя отвезти? Домой или может… — Даже не думай, что раз я сбежал от одного похотливого альфы, то запросто захочу провести время с другим таким же, — грубо перебивает мужчина. — Я не имел в виду ничего такого, — мягко произношу я, оправдываясь. А ведь я действительно просто хотел как лучше… — Просто не кружить же нам по городу, а? — Как раз это самая нормальная идея и есть, — к моему удивлению отвечает Джереми. — В офис ехать — самоубийство, домой… Там еще моя мать, у нее поезд только вечером, проводить с тобой время в кафе и ресторанах я не собираюсь, так что покататься по городу — единственный вариант. Я тяжело вздыхаю, но все-таки не решаюсь ему перечить. Поэтому негромко предлагаю: — Может быть, выедем за город? Там хоть пейзажи красивые, расслабляющие, самое то для тебя. — Ладно, — соглашается Джереми, чем удивляет меня еще больше. Неделей раньше я бы выслушал целую тираду возмущений. — И спасибо, что приехал. — Для тебя — все что угодно, — я мягко улыбаюсь, а потом все-таки с интересом и тревогой спрашиваю: — Так какие у вас отношения с этим Картером? И что ты собираешься делать дальше? — Уволюсь. Наверное. Его ухаживания слишком уж навязчивы, а я уже не хочу больше вступать в отношения с кем-либо. Это всегда оборачивалось неприятностями, и я не хочу, чтобы мне опять сделали больно, — спокойно, даже как-то безучастно отвечает мужчина. Честное слово, даже разговоры о погоде обычно ведутся с большим энтузиазмом. — Я думал, что это так и останется сексом на одну ночь, но Картер прицепился ко мне, как репей. Это уже два месяца тянется. Вернее, тянулось. — Зачем ты спал с ним? — грубовато интересуюсь я. Пальцы непроизвольно сжимаются на руле, а ногти впиваются в кожу, которой он обтянут. — В смысле? Удовлетворять физические потребности с каких-то пор стало чем-то ужасным? — все с тем же равнодушием спрашивает он. — Не то чтобы, но… — Ты просто эгоист, Дэнни, и поэтому ревнуешь меня ко всем подряд, забывая, что я не принадлежу тебе. И никогда никому не буду принадлежать, — Джереми устремляет на меня задумчивый взгляд. — Даже будучи в отношениях я останусь независимым. — Ты слишком зациклен на личной свободе, ты не находишь? Я не пытаюсь ни в чем тебя ограничить, Джереми, я просто хочу, чтобы ты позволил мне заботиться о тебе. — Все, помолчи, мне и так плохо, — отрезает он, плотно сжимает губы и отворачивается к окну, показывая, что разговор окончен. Следущий час тянется медленно, словно резина. Я делаю робкие попытки заговорить, но Джереми только шипит и просит не мешать ему думать. Я даже представить боюсь, о чем он размышляет и какие принимает решения, но на душе становится все более неспокойно с каждой минутой. Будто желая еще больше расстроить меня, погода не хочет улучшаться. Привычная для весеннего Лондона морось исчезает, зато её тут же сменяет не менее обыденная серость, а город и пригород заволакивает зыбкий молочно-белый туман. Однако Джереми это, похоже, нравится. Он негромко комментирует ситуацию за окном, разрывая надоевшую уже тишину, и просит съехать с трассы. — Там просто какие-то кусты и грунтовая дорожка, — удивляюсь я, впрочем, послушно выворачиваю руль. — И сыро к тому же. — Не ты ли пару часов назад ради меня был готов на все? — мужчина усмехается. — Вот и тормози давай. Машина шуршит шинами по сырой земле и останавливается. Все происходящее кажется мне нереальным: я слишком давно не выбирался за пределы города, а потому холмы, низенькие деревца и маленькие домики вдалеке кажутся мне крайне непривычными. Джереми, не разделяя моих сомнений, шустро распахивает дверь и спрыгивает с подножки. Я тоже выбираюсь из машины и полной грудью вдыхаю холодный сырой воздух. Хорошо здесь, хоть и прохладно. Но долго думать о природе и любоваться природой не выходит — все мое внимание приковано к Джереми. Мужчина замирает в метре от автомобиля, засунув руки в карманы и задумчиво глядя вдаль. Я устраиваюсь рядом, привалившись к капоту, и просто молча наблюдаю за ним. Джереми кажется мне сейчас особенно красивым в своих отрешенности и спокойствии — будто монах-аскет, разве что не хватает остроты в скулах и худобы. Тонкие губы, едва поблескивающие сталью серые глаза, таинственность и холод во всем его существе — все это одновременно и притягивает меня, и заставляет держаться на расстоянии, чтобы не потревожить его. — Хорошо здесь, да? — первым начинает он, оборачиваясь ко мне. Я вздрагиваю от звука его голоса, повожу плечом, действительно не зная, что ответить, а потом задаю встречный вопрос: — Ты хотел бы тут жить? — Да… Или нет. Я слишком привык к городу. — А я бы хотел, наверное. Если бы не эта вечная сырость и холод, — негромко произношу я, неожиданно действительно задумываясь о том, где бы я хотел жить. — Я бы вообще уехал из Англии, но бизнес… — Как хорошо, что меня ничто не держит, — Джереми усмехается. — Теперь-то я безработный. — Ты же знаешь, я всегда… — Твое предложение еще в силе? — он хитро прищуривает глаза и резко делает шаг ко мне. Я не сразу понимаю, о чем мужчина говорит, и, видимо, это читается по моему растерянному лицу, поэтому Джереми тут же добавляет: — Про то, что ты поможешь мне финансово в любом моем начинании. — И что ты хочешь? — хмурюсь я. Почему-то появляется какое-то неприятное предчувствие. — Помоги мне создать свой бизнес. Я верну деньги сразу же, как только начну получать доход. Просто у меня нет таких связей как у тебя, да и со стартовым капиталом проблемы. Теперь я удивляюсь еще больше. Джереми, только недавно так беспокоящийся о своей гордости и свободе, просит помощи? — Я все верну, Дэн. Или то, что ты говорил, было лишь пустыми словами и попыткой расположить меня к себе? — Нет. Я просто не ожидал, что ты позволишь что-то сделать для тебя, — честно объясняю я и тут же, прикидывая, какими средствами я располагаю, уже по-деловому интересуюсь: — Чем именно ты хочешь заняться? — Оформление интерьеров и все такое прочее. Хочу работать с недвижимостью, как ты, только в немного другом ключе. — Это интересно, — я на миг отвожу взгляд, полностью концентрируясь на действительно неплохой идее Джереми, и не замечаю, как мужчина подходит ко мне вплотную. — Так поможешь? — уже шепотом спрашивает он, и я с удивлением обнаруживаю, что наши лица находятся на одном уровне из-за того, что я прислонился к капоту, а Джереми буквально дышит мне в губы. — Да. — Спасибо, — он расплывается в улыбке, неожиданно искренней и солнечной для этого неприятного пасмурного дня. Отходить в сторону он не торопится. Мягко касается рукой моей щеки, проводит пальцем по уже проступившей щетине, медленно, будто раздумывая, что делать дальше, а потом все-таки отступает на шаг назад. — Поехали обратно. Нужно забрать детей из школы по пути… Потом подкинешь меня домой? Я киваю, не особо-то соображая, что он говорит, и все еще не могу унять дрожь, которую вызвало прикосновение. Будто школьник на свидании, ей-богу. Джереми произносит что-то еще, но я продолжаю прокручивать в памяти короткий момент близости и убеждать себя, что я сделал правильно, что не поцеловал его. Всю обратную дорогу я представляю, как мог бы резко потянуть мужчину на себя, обнять, коснуться пальцами подбородка и поцеловать в губы, со всей нежностью, на которую я способен. Как мог бы… Отвлекаюсь от фантазий я только тогда, когда Джереми больно бьет меня локтем и шипит, что я пропустил поворот к школе.