Мечты из пепла

- Ань, ты готова? - Нюта медленно вошла в комнату к подруге и нахмурилась, заметив, как Аня до сих пор сверлила взглядом белый потолок, лежа в одной пижаме. - Ну что с тобой сегодня такое? И так все утро провалялась, так теперь еще и опоздать решила. Учти, я не собираюсь опаздывать вместе с тобой... - Знаешь, у меня вообще никакого желания туда идти нет, - вздохнув, откликнулась та и чуть слышно добавила, - Я знаю, что Наташа - моя подруга, и я обязана там быть, но... У меня просто нехорошее предчувствие. Словно произойдет что-то, что кардинально изменит мою жизнь. Словно после сегодняшнего дня все будет не так, как раньше. - Но ведь изменения иногда даже полезны, - подбадривающая улыбка скользнула по лицу Нюты, и та осторожно присела на край кровати, пальцами коснувшись темно-каштановых, спутанных волос подруги, - Ты же не знаешь, что принесут тебе эти изменения, поэтому они могут быть очень даже хорошими. Может, ты встретишь любовь всей своей жизни, - черные глаза игриво блеснули, - Кто его знает. - А если я не хочу никаких изменений? Ни хороших, ни плохих... Я привыкла к стабильности, к тому, что каждый день совершенно не отличается от предыдущего. Кому-то, возможно, повседневная рутина и бесконечные дела кажутся невероятно скучными и неинтересными, но я привыкла так жить, - Аня перевернулась на другой бок и зажмурилась, пытаясь избавиться от этого дурного предчувствия. Нюта вздохнула, понимая, что дальше уговаривать подругу встать бесполезно, и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Аня, услышав удаляющиеся шаги, неохотно приоткрыла глаза и взглянула в окно, за которым царила настоящая зима. Ее взгляд скользнул по деревьям, украшенным легким инеем, по детям, катавшимся с небольшой, построенной кем-то из заботливых родителей горке, и в карих глазах блеснула горечь. Ей неожиданно захотелось вернуться в то время, когда она, будучи беззаботным маленьким ребенком, носилась по городу, играла с друзьями в снежки, лепила снеговиков, баловалась в снежном городке, каталась на коньках... Тогда ей не нужно было думать о том, что бы приготовить поесть и как бы распределить время так, чтобы было время и на репетиции, и на учебу, и на бездумные прогулки по городу, во время которых она всегда включала музыку в плеере и забывала обо всем. И все-таки, несмотря на свои сомнения и нежелание никуда сегодня выходить из дома, Аня решила пойти. И дело было даже не в Наташке, которая могла бы запросто обидеться, не явись она сегодня на праздник, и не в женском любопытстве, которое ноготками медленно скребло ее душу. Аня даже самой себе не могла объяснить почему же в итоге вместо того, чтобы продолжить бездельничать в кровати, она быстро натягивала старые, потертые джинсы и футболку, надеясь нагнать Нюту где-то по дороге, а после бежала по улице, то и дело посматривая на экран телефона. Может, не хотела, чтобы подруги в ней разочаровались. Может, в итоге ей показалось глупым из-за какой-то ерунды пропустить день рождения подруги. Аня не знала. На улице было прохладно, но Аня будто не замечала этого холода, увлеченно рассматривая улицы города, преобразившиеся всего за пару дней. Она с с каким-то детским любопытством изучала украшенные витрины магазинов, на которых уже переливались гирлянды, стояли красивые фигурки и вкусные сладости. Аромат мандарин легко, ненавязчиво коснулся ее носа, и девушка не сдержала робкой улыбки, вспомнив о том, что до нового года осталось чуть больше месяца. С этой мыслью ее настроение заметно приподнялось. И только когда она уже подходила к дому подруги, в груди вновь возникла эта необъяснимая тревога вперемешку с волнением. Улыбка медленно сошла на нет, а щек коснулся мягкий, едва заметный румянец. Проклиная весь мир, она нехотя вошла в подъезд и медленно, словно специально оттягивая время, начала подниматься по ступеням. Заметив слегка приоткрытую дверь в Наташину квартиру, Аня вздохнула, на секунду сжала кулаки и уверенно вошла, щурясь от непривычно яркого света, ударившего в глаза. Девушка небрежно скинула куртку, повесила ее к остальным и хотела уже пойти на смех, доносившийся с кухни, однако неожиданно передумала и решила для начала положить подарок в зал. Он не был таким уж большим и тяжелым, но носиться с ним по всей квартире Аня все же не хотела. Аня осторожно зашла в просторный зал, в котором уже был выдвинут стол, осторожно положила коробочку рядом с остальными подарками, которые она заметила благодаря яркой фольге, и хотела уже уйти, как вдруг заметила другого человека, находившегося в комнате. Ее взгляд скользнул по его задумчивому лицу, светлым растрепанным в беспорядке волосам, и через несколько секунд девушка отшатнулась в сторону, врезавшись спиной в стену. Парень, услышав шорох, резко обернулся и замер, не менее удивленно глядя на нее, но в его взгляде, помимо удивления, читалось что-то еще, более значительное и сильное. В моральном смысле этого слова. Он громко выдохнул, нарушая воцарившуюся тишину, и сделал неуверенный шаг в ее сторону. Аня опустила взгляд вниз, с деланным интересом рассматривая старый, местами потрескавшийся паркет, и подняла лишь в тот момент, когда остро ощутила чужое дыхание у себя на шее. Ее щеки вновь вспыхнули, а губы чуть приоткрылись, словно призывая к решительным действиям... Антон медленно провел рукой по ее щеке, откидывая длинные темные пряди в сторону, но Аня быстро отвернулась, незаметно от него стирая выступившие на глазах слезы. Сердце предательски сжималось от боли, пропуская удары, но Аня всеми силами пыталась скрыть свое волнение, свой испуг за маской ледяного спокойствия и равнодушия. Не сказать, что у нее это превосходно получалось, однако и этого хватило, чтобы Антон отстранился и с болью, внезапно мелькнувшей в голубых глазах, подумал о том, что ей все равно. В этот момент он был готов проклясть весь мир, который был так жесток и несправедлив к нему, и совершенно не догадывался каких усилий девушке стоило сделать вид, что ее его появление не затронуло. - Привет, - он отвел взгляд в сторону. - Здравствуй, - кивнула девушка, чуть наклонив голову. - И давно... ты в Москве? Поинтересовалась через несколько секунд, а сердце внутри разрывалось от резко нахлынувших чувств... Вопросы, миллионы вопросов, вертелись в ее голове, но задать их она так и не посмела, боясь, что он все поймет, узнает. Когда-то он смог пренебречь ее чувствами, ее мечтами, и сейчас Аня делала все для того, чтобы этого не допустить снова. Разбитое сердце - это всегда очень больно, и она об этом знала не понаслышке. - Нет, вчера только вернулся, - качнул головой Антон и несмело посмотрел на нее, все такую же красивую и родную сердцу. - А ты... Как ты здесь? Все нормально? Ему казалось, что он несет всякую чушь, чепуху, однако, как бы он не старался, остановиться не мог. Черт возьми, ему было важно знать о ней все вплоть до мельчайших мелочей, хоть он и понимал, что вряд ли она так просто откроется ему, захочет что-то рассказывать. В конце концов эта ее личная жизнь, а он всегда может спросить об этом у Наташки... Ведь правда? Так он себя пытался утешить, приободрить, но ничего не получалось. - Да, конечно... Вот учимся, играем, гуляем, веселимся, - вымученно улыбнулась Аня, и Антон неожиданно для себя уловил в ее глазах легкую тоску. - В общем-то, ничего особо не изменилось с тех пор... Разве что школа сменилась училищем, а одноклассники и учителя незнакомыми людьми. Вот и все. - Скучаешь по школе? - Не знаю. Правда, не знаю... С одной стороны вроде и начинаешь скучать по учителям и уроками, которые раньше казались скучными, а с другой... - она умолкла и опустила голову, чувствуя, как воздух в комнате накаляется до предела. Разговор выходил напряженным, и оба это чувствовали. Но, если Аня и хотела поскорее уйти к девчонкам, окружить себя веселым смехом подруг и забыть о человеке, что стоял перед ней, то Антон совершенно не хотел заканчивать их разговор, пытаясь придумать новые темы и нейтральные вопросы, но их словно не было. Спустя столько времени он совершенно ничего не знал о ней. Только то, что она до сих пор играет в группе и учится в музыкальном училище. И это было огромной пропастью между ними. Он боялся обидеть ее случайно сказанным словом, снова сделать ей больно, но Антон ничуть не догадывался о том, что он делал ей больно одним лишь своим присутствием. - Ань, ты обижаешься на меня? - тихо, неловко шепнул парень, наклонившись к ее лицу, и внимательно взглянул в широко распахнувшиеся глаза... Он невольно вспомнил, как она смотрела ему вслед в их последнюю встречу два года назад: с нежностью, с той робкой любовью, зародившейся в ее сердце еще в тот момент, когда впервые увидела его в школе, обидой... Она смотрела обиженно ему вслед, словно маленький ребенок, у которого отобрали желанную конфету, и, возможно, проклинала себя за все, что произошло между ними. Но ведь не вся вина лежала только на ее хрупких плечах. Но и на нем. Если бы он сразу сказал ей о своих чувствах, то все было бы совершенно иначе. Не было бы горячих слез и пустых слов. И, возможно, если бы так сложилось, он бы никуда и не уезжал, остался в Москве ради нее, заставил бы себя забыть о глупой детской мечты ради чего-то большего. Вот только уже нельзя было ничего изменить. Девушка ничего не ответила и хотела было уже развернуться и уйти к девчонкам, спрятаться от внимательного взгляда голубых глаз от тех чувств, что до сих пор терзали ее, хоть и не так сильно, как это было раньше. Однако Антон, заметив, как она дернулась в сторону двери, внезапно схватил ее за запястье и несильно толкнул, прижимая к холодной стене. Между их телами оставалось чертовски неприличное расстояние, но Маркин даже не думал отстраниться, продолжая с робкой надеждой смотреть в ее побледневшее лицо. - Отпусти, - тихо и неуверенно пискнула девушка, но что-то внутри нее было вовсе не против такой сладкой близости, действовавшей на тело словно хороший наркотик, успокоительное. - Ответь мне, пожалуйста... - Какое это теперь имеет значение? - горько усмехнулась Аня, - У каждого из нас своя жизнь, свои проблемы, свои мечты и цели... Мы должны оставить прошлое и жить настоящим, каждым днем, наслаждаться тем, что имеем. Так будет лучше для всех, но особенно для нас с тобой. Прошлое уже не вернуть, как бы нам этого не хотелось. Последние слова она произнесла тихим шепотом, но все равно потом пожалела о том, что решилась это сказать, заметив в его глазах сменившее надежду понимание, которое стало для нее поражением. Он все понял. Он понял, что она до сих пор, черт побери, была к нему неравнодушна. Он понял, что ее равнодушие и ледяное спокойствие в начале их разговора были лишь маской, за которой она пряталась истинные чувства. - Что... Что ты сказала? - его руки несильно встряхнули ее за плечи, а с губ сорвался тихий вздох, - Ты, правда, хочешь все вернуть? Ты хочешь... быть со мной? Ань, пожалуйста, не молчи, - парень чуть поддался вперед, и их лбы с тихим стуком соприкоснулись. - Скажи хоть слово... Если ты действительно этого хочешь, то еще не поздно все исправить. Мы можем... - Нет, Маркин, поздно, - перебила его Аня, понимая, что, если сейчас что-то не сделает, то она просто сдастся, позволит чувствам взять вверх над разумом, а прошлому вновь всплыть в настоящем, - Мы уже не те глупые подростки, которыми мы были тогда. И смотрим на все не так, как раньше. Можешь это отрицать, отнекиваться, но это так. - Да какая разница? Если ты любишь меня до сих пор, то это не имеет никакого значения! - Большая разница! Ты влюбился в неуверенную, нерешительную школьницу, слишком импульсивную, резкую в своих поступках и действиях, но я не она! Я изменилась за два года, ты изменился за эти два года... Глупо это отрицать! И, если мы сейчас позволим себе больше, чем можем позволить, то быстро разочаруемся в друг друге, быстро утратим интерес. Как ты этого не понимаешь? - по ее щеке скатилась слеза, и девушка тихо всхлипнула. Сердце Антона сжалось от боли, от жалости к ней, и он, не сдержавшись, осторожно прижал тихо плачущую Аню к себе и несколько раз погладил ее по спине, как-то успокаивающе нежно и мягко. Всхлипнув, Аня замерла и прикрыла глаза, но через несколько секунд неохотно отстранилась и отвела взгляд в сторону. - Я уверена, ты встретишь достойную девушку и полюбишь ее, но сейчас дай мне возможность уйти. Она сможет сделать тебя счастливым, сможет подарить любовь и вернуть надежду, но я никогда не буду ею... Потому, что я желаю тебе только добра, - она резко развернулась и сделала несколько шагов, а после обернулась и в последний раз взглянула на него, прежде чем исчезнуть за дверью. Она ушла и уже не услышала, как парень тихо шепнул ей в след... - А мне никто и не нужен, кроме тебя.