Abyssus Abyssum Invocat

Поднявшись на ноги с ним в обнимку, Билл перелёг на постель, укрыл их обоих одеялом и очень крепко обнял худое тело в своих руках, пуская остатки сил на то, чтобы Диппер почувствовал всё, как если бы всё ещё был живым и полностью материальным. …казалось, что там, вне всяческого пространства, они блуждали от силы пару часов. Но когда Сайфер, заметно подпитавшийся энергией, пускай и наполовину не такой могущественный, как раньше, раскрыл глаза и встретился взглядом с Диппером, проснувшимся одновременно с ним, телефон показывал раннее утро и дату на двое суток позже момента их общего «отключения». — Это… место, — прошелестел Диппер, — оно и есть твой настоящий дом? — Смотря что понимать под домом. — Билл перекатился на бок и опустил ладонь своему мальчику на открытую шею. — Что случилось с моим настоящим домом, ты знаешь. Это скорее… альма-матер. Для всех существ нашего порядка. Общая база информации. Родильная палата, детский сад, школа, университет и морг по совместительству. — М-морг?.. Старший демон не слишком ласково ему улыбнулся. — Нас тоже можно убить, Сосёныш. И у нас тоже есть свои пересадочные станции до нового витка. — И стоило только мне смириться со своим бессмертием, как ты говоришь, что ни хера подобного. Как я раньше не заметил, что ты такая сволочь, а? — Поморщился Диппер. — Я действительно сволочь, но и ты фактически бессмертен. Во всей огромной вселенной по пальцам пересчитать тех, кто способен причинить тебе вред — и ни у кого из них нет и не будет поводов на тебя нападать. Ты ведь не я. — Билл усмехнулся и, уверенный, что раскрытия правды избежит в любом случае, безбожно соврал: — Даже наша доблестная полиция, если выйдет на нас, тебя не тронет. Даже если будем вместе. Они действуют по жёстким принципам — невинных не трогают. — Ты опять мне врёшь. «Недоговариваю, Сосёныш» — Не вру. — Врёшь. Меня уже тогда чуть было не приняли за твоего подельника, а теперь, когда я потенциально опасен, не думаю, что кто-то станет особо разбираться. — Пайнс через силу улыбнулся. — Кстати, я тут кое-что понял. «Ну уж нет» «До тебя они не доберутся» «Зря я, что ли…» — И что же? — В их базе данных хранились, не знаю, как это правильно называется… короче, такие штуки, чтобы тебя можно было засечь даже в открытом космосе и узнать в любом теле. Мне их ещё с собой дать собирались, чтобы я на Земле распространил. Ну, типа фоторобота, что ли? — Нахмурился Диппер, пытаясь вспомнить сложное название, а потом махнул рукой и, ловко перекатившись, уселся демону на бёдра. — Короче, пофигу. Так вот, по этому фотороботу тебя теперь не узнать. Ты вроде бы всё тот же треугольный говнюк, но уже другой, из-за твоего щедрого пожертвования мне. Билл подумал бы, что ослышался, если бы Диппер, всё ещё приноравливающийся к новому способу коммуникации, одновременно не транслировал сказанное ему в голову. Он, несомненно, слышал о таком, но не думал, что это в самом деле возможно, и, более того… — Ох-ре-неть, — просипел Сайфер и судорожно сглотнул. А потом медленно расплылся в широченной счастливой улыбке. — Охренеть, Диппер. Просто охренеть! В общем-то, в этом был смысл. Отдача такого масштаба перекроила всю его внутреннюю структуру — и если учесть, что полиция знала его исключительно по этому отпечатку личности, изменить который в теории было невозможно, вполне очевидно, что на нового Билла Сайфера у них не было ничерта. — Надеюсь, часть твоего не в рот ебенного везения передалась мне, потому что это всё за гранью фантастики просто, — фыркнул молодой демон и разлёгся на Билле. Тот, продолжая улыбаться, отрывисто поцеловал его в плечо. — Тебе уже везёт. Знаю, сейчас ты, вероятно, найдешь достаточно аргументов против, и я действительно не хотел, чтобы это произошло с тобой так скоро… но тебе повезло, Сосёныш. Честно. — Повезло. Ты всё-таки собрал яйца в горсть и выполнил свою часть сделки, — ядовито осклабился Диппер и недобро прищурился. Откинув голову на подушку, Сайфер прикрыл глаза. — Что ты хочешь этим сказать? — Только то, что слышал… радость моя. — Я же извинился! Диппер утробно расхохотался, и с его нынешним голосом и дополнительным глазом выглядело это, мягко говоря, совсем не мило. — Извинился. Молодец, горжусь тобой. А теперь давай ещё раз закрепим пройденный материал, чтобы ты понимал, почему мне на твои извинения плевать. Ты остался со мной на ночь, чтобы нейтрализовать действие проклятия, тобой же, между прочим, и посланного — и тупо проспал мою смерть. И всё бы ничего, но, когда я умер, ты, полночи клявшийся мне в вечной любви, зассал и почти отпустил меня. Ты хоть представляешь, каково это, сопротивляться… тому, что несёт человека дальше? Нет? Надеюсь, не доведётся попробовать. Я слышал, как ты со мной прощался. «Прости, Сосновое Деревце, не могу, ко-ко-ко»… — Молодой демон от души пихнул второго кулаком в бок, прямо по печени. — Ты, Билл, не просто трус, ты — гондон штопанный. Но ты не волнуйся, я люблю тебя, хоть и планирую отомстить. Скривившись, Билл неторопливо — просто интереса ради — опустил ладонь ему на грудь и обнаружил там, где сердца больше не могло быть в принципе, убыстрённое лихорадочное сердцебиение. — Но я смог, Сосёныш. Смог, понимаешь? — Ему в самом деле стало важно, чтобы Диппер понял, каково это было: впервые за миллионы, миллиарды лет жизни жертвовать собой ради кого-то. — Да, гондон. Да, трус. Если так надо — мсти. Только останься со мной. — Я и остаюсь, как видишь, — фыркнул второй демон и двинул Биллу по печени ещё раз. Тот несдержанно пискнул и попытался стряхнуть подростка с себя, за что получил в третий раз — теперь по той же многострадальной печени коленкой. — Да хватит уже! — Нет. — Деспот и тиран! — А ты не догадывался? Билл в ответ перевернулся, подминая Пайнса под себя, и приник губами к губам. Поцелуй получился… странным. Вполне осязаемым, с сохранившейся у обоих чувствительностью, но в целом совсем не таким, как раньше. Билл ухмыльнулся. Целовать иллюзию человеческого тела — не самое дикое, что ему приходилось делать. — Может, я себе тело создам? — Я бы предложил обождать с этим… хотя бы лет десять. Но, вообще-то, всё сугубо индивидуально. — Билл нахмурился, прикидывая шансы. — Ты меня всегда удивлял. Возможно, и теперь сможешь. Но не сейчас. Резервы энергии сначала нужно заполнить. — Ну и не лезь тогда ко мне, — насупился Диппер. — Я раз в десять меньше чувствую всего. Перед тем, как снять все — на этот раз в самом деле все до единого — щиты с сознания и восприятия в том числе, Билл сделал глубокий вдох. А потом усмехнулся, глядя, как изумлённо распахиваются все три глаза его Соснового Деревца. Они уже открывались друг другу, несомненно. Но такого жеста доверия — в высшей степени на равных — не было ещё ни разу. Диппер ошалело моргнул. — Допустим, я тебя совсем чуть-чуть, самую малость простил. Широко осклабившись, Сайфер погладил своего мальчика по волосам и, отчётливо чувствуя его присутствие внутри, втянул в ещё один поцелуй, одновременно щедро делясь собственными ощущениями. — Ладно, — тихо выдохнул демон, когда Билл разорвал поцелуй. — Прощу тебя еще немного, если сделаешь так еще раз. Переходить к более решительным действиям Билл не стал, хотя поцеловал Диппера снова с большой готовностью. А когда отстранился, стиснул худое тело тесным кольцом рук и, уже не сдерживаясь, затопил мальчишку своей нечеловеческой нежностью. …кажется, в самом деле пора было подобрать сопли — но Билл не чувствовал для этого ни сил, ни желания. — Можно еще одну шпильку в тебя воткнуть? Последнюю, богом клянусь. Сайфер согласно промычал что-то ему в грудь. — Двести пятьдесят человек. Это почти четверть населения города. Ты мясник, Билл. — Твоя семья жива? — Только чудом. На этот раз старший демон не поднял даже головы. Только усмехнулся. — Ты теперь не хуже меня знаешь, что смерть — это не конец. Только прицельный пинок к новому уровню. И я был слишком слаб, Деревце. Если бы не сделал этого, мне либо не хватило бы мощи, чтобы вытянуть тебя, либо я прямо там помер бы сам. Ты вроде не хотел, чтобы я тебе врал? Так вот, не вру: мне не жаль, и я бы не задумываясь поступил так снова, если бы мне пришлось. — Кажется, нам обоим надо пересмотреть свои жизненные приоритеты, — спокойно ответил Диппер и улыбнулся. — Сколько времени займёт твоё восстановление? Билл изобразил глубокий тягостный вздох. — Точно сказать не могу. От нескольких десятилетий до тысячи-другой лет. Но, вообще-то… — Он осекся, прикидывая объемы восстановленной энергии за эту пару дней. — Думаю, можно надеяться, что тридцати-сорока лет будет достаточно. — А сейчас ты пытаешься надавить мне на жалость, — расхохотался Пайнс. — Я и подумать не мог, что читать мысли и в половину не так полезно, как читать эмоции. Сайфер, не выдержав, рассмеялся следом. — Мне определенно нравится, какой занозой в моей заднице ты становишься! — Ты что-то говорил про пополнение резервов. — Можно потихоньку собирать эмоциональные избытки от людей, можно научиться медитации, можно устроить грандиозное побоище астральных паразитов, но… скоро начнутся твои земные похороны, ты ведь уже в курсе? — Сколько времени у нас в запасе до начала? — Служба начнётся часа через полтора. Само… закапывание, — Билл настороженно прислушался к эмоциям молодого демона, — через три, или типа того. — Закапывание? Ну вашу же мать, — полыхнул мгновенной злобой Пайнс. — Порвали-таки моё старое завещание. Успокаивающе коснувшись его сознания, Билл достал из кармана джинсов золотое кольцо, снятое перед самым уходом с мёртвого тела, и бесцеремонно нацепил мальчишке на палец. — О… Спасибо, — смутился демон. К вещице он за последнее время успел прикипеть всем сердцем. — Ты ведь можешь поджечь гроб со своим телом, — улыбнулся Сайфер. — Ещё в церкви. А может, на кладбище. А ещё можешь занять моё тело и… поговорить, возможно, со своей роднёй. Если захочешь. — Мне нравится эта идея. И с поджиганием, и с поговорить. Чем займемся сейчас, Пинки? — Если это не заденет твои трепетные чувства, я бы с превеликим удовольствием чего-нибудь сожрал, — хмыкнул Билл и уселся на постели. — Наколдовать сможешь? — Я… попробую, — не очень уверенно протянул Пайнс и закрыл глаза, сосредотачиваясь.

***

Спустя час с небольшим Билл уже стоял на пороге церкви. Диппер в нём пока не перехватывал контроль над телом и, более того, начисто заблокировал от старшего демона все эмоции. Сайфер не настаивал. Понимал — его мальчику сейчас тяжело и очень, очень странно, так что он, кажется, даже сам поддался моменту. Людей в церкви было совсем не так много. Родители, странно безучастная ко всему и будто бы даже потерянная Мейбл, двоюродные деды — близнецы, чьи фотографии Диппер пару раз показывал своему демону, пара учителей и несколько ребят из школы — преимущественно девушки и даже Марлен, сидящая в первых рядах от открытого гроба и утирающая слёзы уже насквозь мокрым тканевым платком. Билл шагнул внутрь и кашлянул, прочищая горло, фантомный комок в котором раздражал до жути. «Сосёныш, как ты?» «Надо будет обязательно подойти после всего этого балагана к Мейбл» «Её транквилизаторами накачали так, что она не совсем понимает, где находится» «Может, оно и к лучшему» Билл молча прошёл вглубь церкви и сел на скамью рядом с девушкой. Один из пожилых Стэнов обернулся на него, нахмурившись, спросил что-то у Питера, но тот очевидно вспомнил в Сайфере якобы школьного психолога, так что внимания на них стоящие у гроба взрослые больше не обращали. При виде сестры никакие эмоциональные блоки не могли заглушить острый и пронзительный отклик Диппера — точно так же, как и лекарства не могли до конца спрятать эмоции самой Мейбл. Билл не стал ввязываться в разговор. От Мейбл в таком состоянии всё равно было бы мало толку. Но сделал то, чего Диппер делать ещё не умел — принялся медленно, чтобы не привлекать её внимания, выкачивать избытки душевной боли, которой в девочке было слишком и слишком много. …с каждой секундой, прислушиваясь к эмоциональному фону вокруг себя и разбивая его на составляющие, Диппер всё лучше понимал — не надо было сюда приходить. По-настоящему убитых горем в церквушке было трое: деды и Мейбл. Остальных, так или иначе, занимала тысяча других мелочей. Не то чтобы Диппер собирался осуждать учителей или пришедших поддержать Марлен девочек, или даже саму Марлен, в душе которой робким, слабым пока что ростком расцветала наведённая Биллом любовь к другому парню. Самое паршивое впечатление осталось после родителей. Диппер прекрасно понимал, что похоронили его ещё тогда, в шестнадцать, и всё это время просто ждали, когда пороховая бочка рванёт по-новой. Но раздражение?.. «Давай подождём снаружи» «Как скажешь, малой» Билл, не обращая внимания на удивлённые взгляды, всё так же молча двинулся к выходу из церкви. На пороге, усевшись прямо на ступеньках, потянулся за сигаретами и едва не подпалил огоньком зажигалки взметнувшиеся порывом ветра волосы. …о том, что ноющая в груди боль вызвана чувством вины, он предпочитал не задумываться. — Да, ты виноват, — шепнул молодой демон чужими губами. — Но, в конце концов, всё повернулось очень интересным образом. Теперь мне не надо будет метаться между тобой и жизнью обычного школьника, между тобой и семьёй, мы с тобой почти на равных, и… Кстати, ты понимаешь, что желание курить — моё желание? Билл, согласно хмыкнув, выдохнул горький дым и заставил себя не прислушиваться к начавшейся церемонии за закрытой дверью. Лежащее в гробу тело интересовало его не больше эмоционального состояния мистера и миссис Пайнс, но прийти сюда, пожалуй, было верным решением. Просто чтобы Диппер навсегда мог закрыть эту страницу. — Расскажешь сестре, что с тобой произошло? — Не знаю. Скорее всего, мы будем просто рыдать друг у друга на плече и ничего толкового не сможем сказать. — А разве это плохо? — Нет, — улыбнулся Диппер. — Как думаешь: поджечь гроб сейчас или на кладбище? — Подожжёшь сейчас — избавишь всех от лишней пары часов патетического размазывания соплей над твоим хладным телом. Впрочем, решай сам. — Эм… А как поджигать? — Знаешь, назвался демоном — думай самостоятельно. Или хотя бы вспомни, как растопил комету, и как лес у кладбища поджёг… принцип тот же. — Как-то фигово ты не подсказываешь, Билл, — с отчаянной веселостью улыбнулся Пайнс и, сосредоточившись, щёлкнул пальцами. Из церкви послышались удивлённые и испуганные крики. …тело, вспыхнувшее, догорело быстрее, чем огонь успели затушить. Билл усмехнулся и полез за ещё одной сигаретой. После вымершей округи самовозгорание покойника в церкви — определённо то, о чём даже в этой полубезумной стране забудут ещё не скоро.