Жизнь Энтерпрайз

      Капитан сидел в своем кресле на мостике, уткнувшись в падд. Прошло две недели с той злополучной ночи, когда они со Споком узнали о том, чье сердце (и не одно) покорил неприступный вулканец.       И что же было дальше? Ничего. Абсолютно ни-че-го.       Спок на следующее утро был собран и сдержан как обычно, спокойно смотрел на капитана, который надеялся на… На что? Он и сам толком не знал, на что рассчитывал.       Зато Джим на следующий день мучился от похмелья, но идти к Маккою и рассказывать о том, как вулканцы ведут себя по ночам, он не собирался.       И они просто сделали вид, что ничего не было. В принципе, в следующих одна за другой напряженных миссиях это было несложно.       В данный момент они проводили анализ планеты, недавно обнаруженной в этом секторе: группа научных сотрудников собирала данные и пересылала их к Споку, а тот, рассортировав и сопоставив с уже имеющимися, отправлял Кирку.       А Джиму было скучно. Как сказал бы Маккой, «шило в заднице давало о себе знать». Но отчеты были настолько пресыщенными научными терминами и приходили так редко, что тут бы заскучал любой.       И тут Кирку пришла очередная блестящая идея.       Свернув служебную почту, он открыл личный канал текстовой связи со старшим помощником. Пальцы на мгновение замерли над высветившейся клавиатурой, а потом быстро набрали:       «Мистер Спок».       Ответ пришел незамедлительно, и Джим удивился, что Спок даже не попытался ответить вслух — видимо, не хотел отвлекаться.       «Чем могу помочь, капитан?»       «Хотел спросить, не было ли новых подарков от вашей поклонницы?»       Ответа не было минуту, и Кирк не знал, как это понимать. Наконец на экране появилось:       «Нет, к счастью, этот человек, похоже, прекратил попытки вызвать мою эмоциональную заинтересованность таким образом. Могу я узнать, зачем эта информация понадобилась вам?»       Джим усмехнулся и написал, не оборачиваясь на вулканца:       «Просто беспокоюсь о личной жизни экипажа, как всякий хороший капитан». «Хороший капитан не использует служебное время для личных переписок».       «Да он издевается!» — подумал про себя этот самый капитан.       «Вы предпочли бы, чтобы я задавал вопросы вслух, мистер Спок?»       «Возможно. Но не при всем экипаже, личной жизнью которого вы так обеспокоены».       «Вот и прекрасно».       Переписка прервалась, Джим оглянулся на Спока, но тот, похоже, целиком ушел в анализ странного газа, входящего в состав атмосферы планеты.       — Мистер Спок, — сейчас капитан позвал его вслух. Вулканец обернулся. — Вы закончили отчет об атмосфере этой планеты? — вопрос был задан самым обычным тоном, но лицо капитана, когда он его задавал, видел только старший помощник.        — Почти, — коротко ответил Спок с нажимом.       Они еще пару секунд молча глядели друг на друга, Спок первым отвернулся, вернувшись к работе.       Джим бы не признался никому ни под какими пытками, но у него от внимательного, немного раздраженного вулканского взгляда по спине поползли мурашки. Он снова открыл падд, и, проигнорировав присланный Споком отчет, открыл личную почту.       «Вы хорошо играете в гляделки, мистер Спок».       Ответ, на удивление, пришел незамедлительно.       «Если под понятием „играть“ вы подразумеваете продолжительный зрительный контакт, то вынужден вам напомнить, что вулканские глаза более устойчивы к воздействию внешней среды, и, значит, могут дольше обходится без моргания.»       На лице Джима появилась усмешка.       «Я не совсем это имел в виду».       «А что же, капитан?»       «Каждый раз, когда я встречаюсь с вами глазами, мне кажется, что вы делаете про себя какие-то сложнейшие расчеты».       «Кстати, о расчетах, вы снова отвлекаете меня».       Джим поерзал в кресле. Терять все равно было нечего — едва ли Спок сделает ему выговор перед всем экипажем.       «Я имел в виду, что ты меня глазами трахаешь».       Послышался слабый скрип подлокотников кресла Спока. Джим не решился обернуться, но буквально чувствовал, как вулканец прожигает его взглядом.       «К вашему сведению, я встречаюсь глазами со всем экипажем. И какие выводы вы можете сделать из этого?»       «Абсолютно никаких. Но я мало что знаю о вулканских заигрываниях, мистер Спок».        «Шансы, что вы можете что-то знать о них, практически равны нулю. Зато и я имею более чем скромное представление о действиях такого характера в человеческом обществе».       «Вам привести пример, Спок?»       Джим ждал ответа целых пять минут, четыре из которых он потратил, чтобы бегло просмотреть отчет. Наконец пришло краткое сообщение:       «Если вас это не затруднит».       Спок. Просил. Чтобы. Джим. С. Ним. Флиртовал.       Поразительно!       Кирк едва сдерживался, чтобы не начать потирать руки, как злобные герои давних мультфильмов.       «Скажите, вам больно?»       «Я не совсем понимаю, как мое физическое состояние должно влиять на тему нашего разговора».       «Просто ответьте, да или нет».       «Мое физическое состояние удовлетворительно».       Кирк хмыкнул.       «Но ведь было больно, когда вы упали с небес».       «Нелогично. Вам известно, что я родом с Вулкана».       «Тогда ясно, почему вы такой чертовски горячий».       Следующие несколько сообщений были отправлены Споком подряд:       «Капитан, вам известно, что нормальная температура тела вулканца даже чуть ниже человеческой».       «О».       «Путем логических умозаключений я пришел к выводу, что это была попытка признания моей физической привлекательности».       «Джим».       «Можете считать, что я эмоционально скомпрометирован».       Кирк едва удержался, чтобы не рассмеяться в голос. Он повернулся к Споку, и увидел, что острые кончики ушей немного позеленели. Это зрелище неожиданно умилило капитана.       «У вас ушки горят, мистер Спок».       «Вовсе нет, капитан».       И тут, когда Джим уже почти закончил продумывать коварный план по эмоциональному компрометированию вулканца через текстовые сообщения, Скотти сообщил, что отряд разведки поднимается на Энтерпрайз.       — Понял, сейчас буду в транспортаторной, — ответил Кирк и отключился.       Спок тоже неожиданно поднялся со своего места.       — Я пойду с вами, мне необходимо узнать последние данные от разведгруппы, — сказал он и первым прошествовал к турболифту.       Джим даже не успел оспорить или хотя бы ответить ему. Ему осталось только оставить мостик на Сулу, и пройти следом за первым помощником.       Двери лифта еще не успели закрыться, а Джим уже скосил глаза на Спока. И наткнулся на такой же осторожный ответный взгляд.       — Вам и сейчас кажется, что я вас «глазами трахаю»?       Только из уст истинного вулканца эти слова могли звучать настолько спокойно. Джим сглотнул.       — Нет.       Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы двери лифта не открылись на палубе транспортаторной.       Спок еще раз угрожающе — Джим мог бы поклясться, что именно так! — посмотрел на капитана и направился к вернувшимся на борт разведчикам.       Планета оказалась опасной, газ — ядовитым, и вообще, кажется, этот день был потрачен впустую.       Но с этих пор Джим иногда ловил на себе задумчивый, непроницаемый взгляд. И каждый раз по спине у него бежали мурашки.