О ссорах
6 ноября 2016 г., 01:51
— Быстрее, быстрее! — кричал капитан в коммуникатор на мостике. — Сейчас же поднимай их на корабль, Скотти!
— Капитан, если мы транспортируем нашу группу с поверхности планеты, то нам придется опустить щиты, а это равносильно самоубийству! — отвечал ему взволнованный голос инженера.
Корабль сотряс еще один взрыв выстрела клингонского корабля, и Кирку пришлось схватиться за ручку своего кресла, чтобы не упасть.
— Щиты на 70%, еще держатся, но если клингоны продолжат увеличивать мощность выстрелов, мы долго не протянем, — сообщил Чехов, что-то торопливо переключая на панели.
— Капитан, клингоны не выходят на связь. Я отправляю им наше предложение о прекращении огня, но они игнорируют его, — сказала между вспышками огня Ухура.
— Ясно, спасибо, — быстро ответил им Джим. — Коммандер Спок, что у вас, докладывайте, — он снова вызвал транспортаторную, где и находился его первый помощник вместе со Скотти.
— Я подтверждаю слова мистера Скотта, мы действительно не можем сейчас поднять десант на борт с планеты. Мне жаль, капитан, но мы должны уходить, — отвечал ему вулканец поразительно спокойным тоном.
— Нет! — взорвался Джим. — Мы не бросим наших людей на враждебной планете.
Ему хотелось самому отправиться в транспортаторную, но он обязан был оставаться на мостике.
— Капитан, вы слышали слова мастера Скотта… — снова начал непрошибаемый Спок, но Джим перебил его:
— В данный момент вы паршиво справляетесь с обязанностями первого помощника, мистер Спок, так что прошу вас помолчать, — рявкнул Кирк. — Скотти, ты же починил варп-ядро после позавчерашнего нападения?
— Да, — последовал короткий ответ. Видимо, главный инженер тоже был поражен изменившимся голосом капитана. Спока теперь вообще не было слышно.
— Хорошо. Если мы опустим щиты, ты транспортируешь нашу группу на Энтерпрайз, мы сможем сразу же уйти в гиперпространство?
— Сэр, это рискованно.
— Но выполнимо же?
После небольшой заминки Скотти ответил:
— Да. Да, мы можем это сделать.
— Так сделайте! Я опущу щиты на счет три. Сразу же возвращайте десант и мы переходим на сверхсветовую. Мистер Спок, у вас есть вопросы? — наконец обратился капитан к первому помощнику.
— Нет, — сухо прозвучало в ответ.
— Вот и отлично, — облегченно ответил Кирк. Ему бы не хватило сил спорить с ним снова.
Он обратился к пилоту:
— Мистер Сулу, приготовьтесь опустить щиты. — предупреждая его вопрос, капитан добавил, — выполняйте. На счет три, Скотти поднимет группу с планеты, а потом переходим на гиперскорость.
Лицо Хикару стало понимающим, и он серьезно ответил:
— Хорошо, сэр.
— Так, Скотти, ты меня слышишь? Готовься. Три, два… Один. Сулу, опускайте!
В этот же момент корабль потряс взрыв, и голос главного инженер из динамика крикнул:
— Мы вытащили их, всех забрали!
— Отлично, вы молодец, теперь переходим в гиперпространство, — ответил ему Кирк. — Итак… Сейчас!
Корабль тряхнуло в последний раз, но в эту секунду в иллюминаторах Энтерпрайз замелькали звезды, и клингонские корабли остались позади.
В этот момент на палубу из лифта вышел Спок, Джим сразу же обернулся к нему с вопросом:
— Как вы думаете, клингоны будут преследовать нас?
— Не думаю, капитан, — все еще довольно холодно ответил Спок. — Им нет резона преследовать нас на территории Федерации.
— Хорошо… — ответил Джим, и тут на мостик, как маленькое торнадо, ворвался Маккой.
— Джим, какого черта? — был его первый вопрос. — Почему ты вообще послал отряд на планету, когда рядом были клингонские корабли?
Кирк вздохнул.
— К сожалению, Боунс, никто не наделен даром предвидения. Я не мог предполагать, что по какому-то древнему договору эта планета относится к клингонской собственности. Или они просто так считают. В любом случае, мы должны были выяснить, почему с этой планеты исходил сигнал о помощи. Кстати, ты же должен был осмотреть всех из десанта, что они успели тебе рассказать? Почему их пытались пристрелить?
— Потому что жители планеты думали, что на их сигнал о помощи откликнуться только клингоны. Я услышал, как один десантник говорил это другому. А когда пришли наши люди с Энтерпрайз, они просто запаниковали, а потом вдруг появились клингоны… Ну, дальше, думаю, понятно, — ответил Маккой.
— Ох… Спасибо, — поблагодарил его Кирк. Только сейчас он понял, насколько устал. Капитан оглянулся на Спока, но тот уже сидел на своем месте, отвернувшись от него.
«Надо будет потом извиниться за ту вспышку», — вяло подумал Джим.
— Чехов, доложите о потерях и повреждениях, — отдал приказ он.
— Никто из экипажа, находившегося на корабле не пострадал, шестеро из десяти человек десантной группы легко ранены, пробит корпус в отсеках 215 и 216, — быстро отчитался Павел. Кирк даже немного позавидовал его бодрости, хотя сам был ненамного старше.
— Спасибо, энсин, — ответил он.
В этот момент Джим почувствовал, что после сегодняшней встряски ему необходим хотя бы небольшой отдых, и, оставив мостик на Сулу, не ответив на вопросительный взгляд Маккоя, который почему-то не торопился в медотсек, капитан зашел в турболифт. Голову как будто зажало в тисках, но Джим все еще считал, что это из-за простой усталости.
Через несколько минут, когда он был на палубе жилых кают, его догнал Спок. Джим был готов встретить кого угодно, только не его.
— Капитан, я считаю нужным поговорить с вами, — сказал вулканец, строго глядя на Джима.
Джим был практически на 100% уверен, что разговор будет о сегодняшнем происшествии.
И он не ошибся.
Как только за ними закрылась дверь пустующей сейчас кают-компании, Спок обратился к нему:
— Вы подвергли весь экипаж опасности из-за нескольких человек. Я думаю, что это поведение было нерациональным с вашей стороны. Варп-ядро могло подвести, клингоны могли ударить именно в тот момент, когда были опущены щиты, скачок в гиперпространство мог пройти неправильно. Неужели вы не учитывали все эти вероятности? — голос первого помощника звучал одновременно жестко и непонимающе. Вулканец стоял спиной к двери, а капитан подошел к стеклу, за которым проносился космос. Наконец Джим обернулся к нему.
— Поймите, Спок, я всего лишь верил в свой экипаж и свой корабль. Я знал, что Скотти — лучший инженер во всем Звездном Флоте, я знал, что на перезарядку клингонских пушек нужно именно то время, за которое мы подняли щиты. — принялся убеждать его Кирк, хотя сейчас ему больше всего хотелось отдохнуть.
— Тем не менее, то, что вы верили в свой экипаж, не помешало вам заткнуть меня в самый нужный для корабля момент, — неожиданно напомнил Спок. Это прозвучало как обвинение.
— Потому что вы не смогли согласиться со мной, — резко ответил Джим. Сейчас ему было стыдно за тот всплеск эмоций, который не должен был себе позволить хороший капитан, но он уже не мог остановиться. — Вы предлагали бросить десять наших человек на планете, где бы их скорее всего убили.
— Если бы я был в том отряде, я бы не раздумывая отдал жизнь за остальной экипаж, — с достоинством ответил Спок.
— Но вы не были там! — воскликнул Кирк уже зло. — Вы вешаете на всех свои ярлыки, что только то, что говорите и делаете вы, может быть правильным. С вашей вулканской логикой делаете безусловно самые логичные выводы, но вы служите среди людей, Спок.
— Поясните, капитан, — в тоне вулканца прозвучали ледяные нотки.
— Пояснить? Хорошо! — Кирка было не остановить. Он мерил шагами каюту, неотрывно глядя на Спока. — Вы не знаете, что жена одного из этих десантников ждет ребенка, вам нет дела до тех, кто близок этим людям, вам вообще ни до кого нет дела, кроме себя самого! — Джим подошел почти вплотную к старшему помощнику, и тот невольно сделал шаг назад. — Вы — эгоист, которому плевать на все, кроме себя и своих близких. Только когда я когда-то давно, в наше первое знакомство, упомянул вашу мать, вы едва не придушили меня. И каждый раз, когда мне кажется, что вы стали хоть немного человечнее, вы разочаровываете меня, — Кирк тщательно выговаривал каждое слово, и с каждым словом все больше злился на себя. Он видел, как в темных вулканских глазах волной поднимается гнев.
На секунду повисло молчание.
— Хочу вам напомнить, что я человек только наполовину, — с усилием сказал Спок. — Я горжусь тем, что не принадлежу к человеческой расе целиком, и не думал, что вы в таком разговоре затронете тему моего происхождения. Видимо, мы оба иногда разочаровываем друг друга. Насчет ваших обвинений я не могу ответить ничего, потому что не считаю нужным оправдываться за ваши стереотипные выводы о вулканской культуре. Единственное, что я могу сделать, это подать рапорт об отставке с судна, с капитаном которого я нахожу работу невозможной, — с этими словами Спок отвернулся от замершего Джима и быстро направился к выходу.
До Кирка только сейчас дошел весь смысл сказанным Споком слов. Голова продолжала раскалываться, но он сделал над собой усилие и отодвинул боль на второй план.
— Нет, Спок, постойте. Стойте, это приказ, — отчаянно, слишком не по-капитански и слишком громко сказал он, делая шаг следом за Споком.
Вулканец остановился. Потом неторопливо повернулся к Джиму.
— Я… Я приношу извинения. Энтерпрайз не может потерять такого ценного офицера из-за глупости своего капитана. — сказал он. Только сейчас Кирк понял, что сильно оскорбил Спока.
— Я принимаю ваши извинения, — кивнул тот, но по всему его виду было заметно, что капитан не прощен. Капитан и сам не мог простить себя.
— Спок, я действительно сожалею о своих словах.
— Я нахожу нелогичным сожалеть о сказанном, тем более, что вы считали это правдой, — в словах Спока Джиму послышалась насмешка. Он все еще стоял на пороге, а капитан на середине каюты.
Джиму казалось, что он настолько обидел Спока, что тот и вправду хочет уйти с корабля. Из-за него. Если бы пропала эта ноющая, непроходящая боль, и он смог думать нормально!
Вулканец, не добавив больше ничего, вышел.
А Джим, все еще виня себя во всем, злой на весь мир, ходил туда-сюда по каюте, как будто был полон сил. Однако голова продолжала болеть, и эта навязчивая боль все усиливалась. Последняя связная мысль капитана была о том, что хорошо бы было сходить в медотсек, может Маккой бы сказал, что с ним.
Но в следующий миг его глаза закрылись, ноги подкосились, и Джим Кирк без сознания упал на пол.
***
Джим открывает глаза. Делает вздох. Шевелит пальцами рук, потом ногами. Ничего не болит, даже чертова голова. — Джим! — возглас Маккоя разорвал тишину. — Ты тут второй день валяешься. — У тебя поразительный талант сообщать плохие новости в первую очередь, — хмыкнул Джим и сел на больничной койке. — Почему я потерял сознание? — уже более серьезно спросил он, и поморгал, привыкая к яркому свету медотсека. — Я тебе могу целый список зачитать, раз ты просишь. Нервное напряжение, переутомление, недосып… — Ладно-ладно, я понял, — остановил его Кирк. — Ни черта ты не понял, — заявил Маккой, — ты слишком стараешься, и не бережешь себя. Джим тяжело вздохнул, и решил перевести разговор на другую тему. — Кто меня в таком виде нашел? — Догадайся, — Боунсу было явно весело. А вот Джиму не очень. — Спок? — неохотно предположил он. — В точку, капитан. Более того, он практически все свободное от вахты время проводил здесь, и довел меня до бешенства своими вопросами и советами, как будто он лучше меня знает, как тебя лечить. — чем больше Леонард разглагольствовал, тем более неловко становилось Джиму. — А как только я сказал, что ты скоро придешь в себя, он как-то стушевался и убежал, сказав, что у него какие-то срочные дела на мостике. — Просто блеск, — Кирк нахмурился и посмотрел на Маккоя. — А ты-то что обо всем этом думаешь? — Я даже не пытался узнавать у Спока, что между вами произошло, но чем быстрее ваши отношения придут в норму, тем лучше для вас и экипажа, — он фыркнул, — и для моих нервов. Я доктор, а не советчик. — Спасибо, Боунс, — Джим улыбнулся. — Я постараюсь все исправить.***
Через час Кирк уже был на мостике. Первый взгляд, который он поймал — кто бы сомневался! — был взгляд Спока. И тот, похоже, ни капли не злился. По крайней мере, Джиму так показалось. — Я рад, что ваше физическое состояние удовлетворительно, капитан, — поприветствовал он Джима, тот в ответ улыбнулся. — Я тоже этому рад. До конца смены они проработали в обычном режиме, но как только их вахта окончилась, Джим попросил зайти Спока к нему в каюту. Они оба понимали, что им надо поговорить. Как только дверь за Споком закрылась, Кирк, не медля, подошел к вулканцу и обнял его. На 99% он был уверен, что сейчас получит нервный захват, удар, или еще что-то, но прошла пара секунд, и ничего не произошло. Вообще ничего — Спок просто стоял, наверное, все еще не понимая, что происходит. — Капитан. — Спок. — Это нелогично. — Это называется объятья. Так люди выражают свои положительные эмоции. — Я понял, что эмоции положительные, я контактный телепат. Джим. В этот момент капитан как раз отстранился, чтобы увидеть его лицо. Он почти забыл, как звучит его имя этим холодным тоном. Тут Кирк как будто спохватился, и торопливо убрал руки с талии Спока. — Я тоже хочу принести извинения. Возможно, отчасти из-за меня произошел инцидент с вашим физическим состоянием, поэтому мне надо было знать, как вы себя чувствуете. Наверное, доктор Маккой именно это охарактеризовал как «приставучесть и наглость». Джим широко улыбнулся и похлопал Спока по плечу. — Боунса все раздражает, не принимайте это на свой счет. Мы оба с вами повели себя немного глупо, но я, конечно, в большей степени. Я предлагаю забыть этот инцидент, если вы можете простить мне мои грубые слова. Спок, я не думаю так, как сказал, я могу в этом поклясться. Джиму показалось, что Спок только что улыбнулся ему в ответ. — Капитан, я вас уже давно простил.
