Алиса в Стране Не Чудес

      Кол Майклсон. А ведь она знала это имя. Часто до неё доходили слухи о его похождениях а-ля Казанова, и она даже видела его пару раз в компании развесёлых девиц. Но Алиса даже не могла тягаться с ними в своей обольстительности! Вне клуба она обычная, нецепляющая взгляды серая мышка, и только в танце она может показать себя. Она вкладывает в него душу, все чувства и эмоции, захлестнувшие её в этой жизни, и только своими движениями девушка самовыражалась. Да, в школьные времена Кендел посещала всевозможные дополнительные занятия, так вот танцевальные постановки и пьесы она тоже стороной не обходила. В детстве она мечтала быть актрисой, у неё хорошо получалось вживаться в роль, но всё же танцы были ей ближе. Однако Алиса не могла даже предугадать, что это маленькое увлечение принесёт столько проблем! Кто знал, что она привлечёт внимание такого существа, как Кол?       И теперь, выходя на улицу, она каждый раз оглядывается по сторонам. Девушка всё ещё мало знала о Майклсоне, его сущности, но не собиралась и дальше оставаться в неведении. Поиски в интернете казались бессмысленным занятием, поэтому она направилась к дому шерифа Форбс, надеясь застать там Кэролайн. Не зря же блондинка так беспокоилась о ней в тот вечер? «В любом случае, даже если я не права, и она понятия не имеет об этой мистике, я могу спросить у её мамы: шериф-то должна знать, кого покрывает», — с угрюмым злорадством подумала Алиса, поднимаясь на крыльцо.       Она постучала в дверь и, поправив лёгкий шарфик на своей шее, оглянулась в очередной раз. В доме было тихо, и девушка уже хотела постучать ещё, но дверь резко распахнулась, и на пороге показалась Кэролайн. Сонная и взъерошенная, она потёрла руками глаза и непонимающе уставилась на гостью:       — Алиса, ещё даже шести нет, — в её голосе слышалось возмущение, а глаза снова прикрылись, ожидая сладкий зевок.       — Кэролайн, помнишь... Ты говорила, что я могу обратиться к тебе? — брюнетка замялась, представляя, как глупо будет выглядеть, если Кэролайн действительно ничего не знает. — Ну, насчёт Майклсона?       Глаза девушки широко распахнулись, и в следующее мгновенье она, уцепившись за рукав Алисы, затянула её в дом. Усадив гостью на диван, блондинка начала суетиться на кухне, что-то шепча себе под нос, а на её лице то и дело сменяли друг друга то решительность, то сомнение. Через пару минут она поставила на журнальный столик две чашки с ароматным кофе и, присев рядом с Алисой, отвела взгляд в сторону. Алиса несколько секунд смотрела на её сжатые в нерешительности губы и напряжённую позу, но вскоре ей надоело ждать, когда Форбс разрешит спор в своей голове.       — Кэролайн, Кол он... Не человек, да? — осторожно поинтересовалась она с нотками утверждения в голосе. Кэролайн тихо вздохнула и, переведя взгляд на гостью, коротко кивнула в ответ.       — Расскажи мне, — попросила та, стараясь вытянуть её из этой молчаливости. Блондинка обхватила чашку руками и поднесла к губам, глубоко вдыхая ароматный запах:       — Он первородный, — выдохнула она, — он и его семья — самые первые вампиры на Земле, от них пошли и все остальные.       Алиса сидела в полном ступоре. Она догадывалась, нет — знала, что он вампир, но чтобы окончательно принять это как факт ей нужно было услышать это своими ушами. «Первородный, это же сколько ему может быть лет?» — промелькнул вопрос в её голове, но озвучить его она посчитала лишним, решив спрашивать только то, что может оказаться полезным.       — Есть способ защититься от вампиров? — спросила девушка, нервно сглотнув. Она никак не могла привыкнуть говорить слово «вампир» вслух, да ещё так серьёзно. Что ж, вот сказочки и обрели плоть.       — Вербена. Её добавляют в еду или в украшения, эта трава защитит тебя от внушения и может нанести вред вампиру, — произнесла Кэролайн, и её взгляд метнулся к платку на шее брюнетки. Алиса небрежным движением прикрыла его волосами и взяла в руки горячую чашку. Со стороны всё это похоже на встречу давних подруг за утренним кофе, вот только тему для разговора они выудили из хроники происшествий в дурдоме...       — Внушение — это гипноз, я правильно поняла?       — Именно, вербена препятствует его действию, — пояснила Форбс. «Я не хочу проникать в твой разум...» — вспомнились девушке слова первородного, и она догадалась, что только эта его секундная прихоть, можно сказать, сохранила ей жизнь.       — Также вампир не сможет зайти в дом без приглашения хотя бы одного из жильцов, — продолжала блондинка. Алиса невольно похолодела, поняв, что Кол мог запросто внушить ей или бабушке впустить его в дом. Но он не сделал этого. И теперь даже в собственном доме нельзя чувствовать себя в безопасности, ведь в любой момент вампир может исправить своё упущение.       — Алиса, — голос Кэролайн вывел брюнетку из мрачных размышлений, — тебе стоит уехать отсюда.       Та лишь обречённо покачала головой на это предложение:       — Я не могу, Кэролайн. Бабушка не уедет из этого города, она не оставит свой дом, в котором прожила большую часть жизни, а я не брошу её здесь одну.       — Ты не можешь вечно терпеть это! — воскликнула Форбс, указывая взглядом на шарф девушки. — Я знаю, каково это, поверь, и это просто удача, что я сейчас сижу здесь и разговариваю с тобой.       С грохотом поставив чашку на стол, Кэролайн откинулась на спинку дивана и сложила руки на груди. Она была неестественно серьёзной сейчас, и Алисе даже непривычно было видеть её без улыбки.       — И давно ты посвящена во всё это? — полюбопытствовала она, так же отставив чашку. Блондинка тяжело вздохнула и как-то виновато посмотрела на гостью.       — Я тоже... Не совсем человек, Алиса, — произнесла она. Кендел невольно выпрямилась, чувствуя, как мышцы напряглись в готовности сработать в любой момент и помочь ей убраться из этого дома. Кэролайн заметила её реакцию и крепко взяла девушку за руки:       — Я не причиню тебе вреда, я питаюсь донорской кровью, понимаешь?       Но нет, Алиса не понимала, как вот это ходячее солнышко может быть такой же, как он — убийцей, чудовищем. Это абсурд.       — И как давно? — выдавила она из себя, ощущая прохладу от ладоней блондинки.       — Больше года. Не все вампиры питаются свежей кровью, некоторые даже сидят на животной диете. Стефан пытался научить меня этому, но у меня не вышло, да и сам он бросил эту затею, правда не по своей воле, — начала лепетать та, даже не замечая, что посвящает свою знакомую всё в новые и новые секреты жителей Мистик-Фоллс. За какие-то пару часов Форбс успела рассказать такое, что Алиса ещё долгое время не могла отойти от переизбытка информации а-ля Тарантино. И теперь она знала, что избавиться от Кола не представляется возможным, если она, конечно, хочет остаться в живых при этом.       «Несомненно, план был великолепен, сработан четко и со вкусом.       Единственной проблемой было то, что она не имела ни малейшего представления, как его исполнить. Так Алиса шла, погрузившись в раздумья и время от времени озабоченно вглядываясь в просветы между деревьями, пока какое-то отрывистое тявканье прямо над головой не заставило посмотреть ее вверх.       Увиденное повергло Алису в ужас. Сверху на нее смотрел чудовищных размеров щенок, хлопая огромными глазами-тарелками. Он осторожно протягивал к Алисе лапу, пытаясь дотронуться.       — Ах, бедняжка, мой ты маленький! — выдавила из себя она как можно ласковее, силясь при этом посвистеть. Однако вместо свиста получился хрип, поскольку Алиса была страшно перепугана. К тому же ей не давала покоя одна кошмарная мысль о том, что щенок должно быть голоден, и в таком случае с удовольствием съест ее, не смотря на все эти нежности».       — Ужасная сказка, — фыркнула Алиса себе под нос, осторожно откладывая книгу в сторону и слегка приподнимаясь на локтях, чтобы переместить залезшую на неё Саманту на кровать и убрать с себя пушистый серый комок, который сонными лазурными глазками наблюдал за манипуляциями потревожившей его девушки. У неё самой глаза слипались, а под тихое сопение Сэмми под боком она просто вырубалась. Но нет! Надо встать и пойти домой, хотя опыт её предыдущих ночных прогулок показывал, что лучше не рисковать. В этот раз Алиса с радостью отозвалась на предложение Тома подвезти её и ни капли не жалела. Он всю дорогу рассказывал забавные истории, случавшиеся у них в компании, и весело смеялся, чем только добавлял девушке хорошего настроения. Миссис Кендел заснула в кресле-качалке с книгой в руках. Брюнетка убрала книжку и укрыла бабушку пледом: сегодня прохладно. Кол не объявился за целый день ни разу, но Алисе было не легче от такого затишья. И это временное спокойствие закончилось на утро следующего дня.       Проснулась девушка от телефонного звонка и намеревалась устроить нотацию тому гаду, который силком вырвал её из сна. Звонил неизвестный номер, но этому бедолаге даже фраза «Извините, я ошибся» не предвещала спасения от набора жаргонных речевых оборотов юной Кендел. Но вся её злость улетучилась, когда из трубки послышался радостный голосок Саманты:       — Привет, Алиса!       — Доброе утро, солнышко, что-то случилось?       — Мы с дядей Колом гуляем в парке и хотим тебя пригласить!       Неестественный озноб коснулся каждого миллиметра кожи, и сон как рукой сняло. Алиса лихорадочно соображала, но лопочущая в телефон Сэмми напрочь выбивала её из трезвых размышлений. Но тут голос девочки стих, и брюнетка чуть не задохнулась от кровавых картин, созданных её воображением.       — Здравствуй, милая, не хочешь составить нам компанию? — этот голос въелся в её рассудок, растекаясь адреналином в кровотоке и опустошая голову от всех мыслей.       — Да как... Как ты можешь?! Она же ребёнок!       — У тебя превратная фантазия, — послышался насмешливый ответ, — мы просто гуляем. Саманта успела рассказать мне много нового о тебе...       — Если ты хоть пальцем её тронешь, то я найду способ заточить тебя в гроб ещё на сто лет! — выпалила девушка в трубку.       — Во-о-у, успела навести обо мне справки? Польщён, однако. И всё же, сейчас мы на детской площадке и очень надеемся, что ты придёшь, — произнёс Кол игривым голосом, и Алиса была уверена, что сейчас он смотрит на Сэмми... Только она хотела поразить его всем своим нецензурным арсеналом, как снова услышала голос Саманты:       — Алиса, приходи, здесь мороженое продают!       — Да, Сэмми, я сейчас приду, — сдавленно произнесла брюнетка и ещё несколько секунд слушала сухие гудки, раздавшиеся в ответ.       Наспех собравшись и влив в себя две кружки настоя вербены, Алиса ураганом вылетела из дома. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Я не позволю сделать ей больно. Чего бы мне это не стоило. Подавись ты своим Вип-танцем, только не прикасайся к ней».       Приблизившись к площадке, девушка услышала знакомый звонкий смех и невольно прибавила шагу. Кол держал Сэмми над своей головой и кружил её, радостно улыбаясь. Девочка расправила руки в стороны, изображая самолёт, и продолжала заливисто смеяться. Алиса не знала, как реагировать на это, со стороны он был похож на старшего брата, решившего провести время со своей младшей сестрёнкой. Но сейчас ей казалось, что Саманта лишь смешная игрушка для него, которая в любой момент может надоесть и стать ненужной. А юноша выглядел каким-то земным, обычным, почти человеком, словно совсем недавно не убивал этими руками невинных людей.       — Алиса! — воскликнула Сэмми, заметив свою няню. Вампир опустил девочку на землю и посмотрел на брюнетку, его улыбку тут же сменила надменная ухмылка, а в глазах загорелся победный огонёк. Саманта уткнулась своим носиком в живот девушки, и только сейчас та позволила себе отвести взгляд от Майклсона и облегчённо выдохнуть.       — Всё хорошо? — спросила она, смотря в большие, светившиеся задорностью и весельем глаза девочки. Сэмми быстро закивала.       — А мы скоро поедем в цирк! — с невинным хвастовством сказала она, на что Алиса нахмурилась:       — В смысле «мы»? — спросила она и резко подняла взгляд на Кола. Тот лукаво ухмыльнулся и начал подходить к ним, отчего Кендел поспешно схватила Саманту за руку и загородила её собой.       — Это значит я, ты и Сэм, — пропел первородный и подмигнул стоящей позади брюнетки девочке. Алиса не успела среагировать, как Сэмми выудила свою ручонку из её ладони и, подбежав к парню, с радостным видом повисла на его руке. Кол с улыбкой взглянул на неё и многозначительно посмотрел на девушку. «Что ж, его притворства хватило на маленькую девочку, но я его насквозь вижу. Он убийца, вампир, неспособный на эти маленькие человеческие радости, ему чуждо это» — подумала та, чувствуя нарастающее желание стереть гаденькую ухмылочку с лица Майклсона, но всё же держала себя в руках. Ради Саманты.       — Я опоздаю в школу, — осведомила своих нянек девочка и вприпрыжку направилась к скамейке, где лежал её рюкзак. Кендел продолжала сверлить вампира взглядом, пытаясь выразить в нём всю ненависть и презрение, которое он вызывал в ней. Но его лишь забавлял этот враждебный настрой с её стороны, а уж мера её ненависти к нему и вовсе его не заботила. В одну секунду первородный приблизился к Алисе вплотную.       — Ну, как я тебе в роли доброго волшебника? — спросил он, небрежно опустив одну руку ей на плечо, тем самым не позволяя девушке отстраниться, и приблизился к её губам, заговорщически улыбаясь:       — А знаешь, какая сладкая кровь ребёнка на вкус?       Алиса ощутила, как к горлу подступил ком, а по телу пробежалась мелкая дрожь. Вот она — его сущность. Его маски искусны, а он, будто умелый актёр, слишком часто сменяет их. Но всё же есть возможность разглядеть его истинное лицо, он сам показывает его, тем самым доказывая, что играть с ним не хватит ни сил, ни образов.       — Я всё сделаю, — прорычала девушка, пытаясь оттолкнуть вампира от себя, но он лишь улыбнулся и невесомо прикоснулся тыльной стороной ладони к её щеке, продолжая сдерживать её в стальных объятьях. Она почувствовала горячее дыхание на своей шее, а затем и знакомый холодок, но вдруг Кол крепко приложил свою ладонь к её затылку и недовольно посмотрел ей в глаза:       — Не порть свою кровь вербеной, она тебя всё равно не спасёт, а меня будет лишний раз раздражать, — заявил он и до боли сжал пальцы на её талии. — Сегодня вечером ты приедешь в клуб. К твоему выступлению уже всё готово, осталось только подготовить спецэффекты, — произнёс вампир, после чего его рука скользнула под её майку, и брюнетка прерывисто выдохнула, стараясь не зацикливаться на ощущении прохладной ладони на своей спине. Ей было гадко от него. Майклсон цепко сжал пальцами её подбородок и, на секунду задержав взгляд на тёмно-сапфировых глазах, напоминавших чистое ночное небо, обернулся. Саманта стояла в нескольких шагах, удерживая в руках рюкзак и с интересом разглядывая перешептывающуюся парочку. Алиса поспешно выкарабкалась из объятий первородного и отошла на шаг, невольно смутившись развернувшегося перед девочкой представления, но быстро собралась с духом и, подойдя к ней, потеребила её за золотистые кудри:       — Ну что, идём? — спросила девушка, беря её за руку и пытаясь улыбнуться как можно более естественнее.       — Да! — кивнула Сэмми и, посмотрев в сторону Кола, помахала ему рукой:       — До свидания!       — До встречи, малышка, — раздалось из-за спины. И пусть Алиса не видела его лица, но это прощанье прозвучало так, словно адресовалось ей...       Время шло предательски быстро, но Алиса не торопилась, пыталась занять себя чем угодно, надеясь тянуть резину до своей «участи» как можно дольше. За это время она успела написать письмо бабушке, в котором говорилось о том, что её любимая внучка уезжает путешествовать и оставляет ей большую сумму на банковском счету для оплаты долга. Конечно, та сумма не покрыла бы всего долга, но всё же... И пусть старая миссис Кендел никогда не узнает, почему она не навещает её, не звонит и вообще никак не проявляет себя. Девушка со скрежетом в сердце вложила письмо в книгу и оставила её на своей кровати, зная что бабушка не пройдёт мимо вещи, лежащей не на своём месте. Но час «х» неумолимо приближался. И вот Алиса выходит из душа, одевается, приводит себя в порядок и, сказав бабушке, что отправляется к подруге на девичник, покидает уютный, в какой-то степени безопасный дом. Девушка даже не удивилась, увидев чёрный лимузин, стоящий на дороге и выжидающе глядевший ярким светом фар на мокрый асфальт. Как только она подошла ближе, из салона вышел водитель и открыл перед ней дверцу, молчаливым жестом приглашая сесть внутрь. Сев в пустой холодный салон, брюнетка невидящим взглядом уставилась в окно, чувствуя удушающую невесомость в теле. Она ненавидела безысходность. Это самое гадкое чувство в мире. Чувство, когда ты ещё пытаешься противиться, сопротивляться, всё исправить, но в какую-то минуту понимаешь: бесполезно, выхода нет, остаётся только прекратить попытки плыть против течения и покорно следовать за ним, опустив руки в своём бессилии. И Алиса заранее ненавидела Кола за эту ночь, представляя его ядовитую ухмылку, взгляд с намёками на превосходство, контроля над ситуацией, над ней самой...       Машина легко притормозила у знакомого здания. Всё тем же молчаливым жестом водитель выпроводил девушку из лимузина и в следующий момент она стояла совершенно одна, бегающим взглядом оглядывая обшарпанные стены и рваную, потускневшую бумагу от былых объявлений и рекламы. Толкнув тяжёлую дверь чёрного выхода, Алиса стала спускаться вниз по лестнице, считая ступеньки по пути. Вскоре она оказалась в знакомом коридоре, дальше можно было увидеть тыльную часть подиума, скрытую занавесом, через который пробивался неоновый свет главного зала. Оттуда же доносились приглушённые голоса и ритмичная музыка. Брюнетка повернула в нужный коридор и отворила неприметную дверь, за которой располагалась так называемая гримёрка.       — Алиса, почему ты так долго?! — тут же возмутилась молодая девушка, уперев кулаки в бока и с преогромным недовольством смотря на подругу.       — Ким, ты уже здесь... — уныло прокомментировала та, скидывая с себя верхнюю одежду и подходя к зеркалу.       — Ничего себе, больше ничего не хочешь сказать? — продолжала Ким, подойдя ближе и буравя Алису своим выразительным взглядом. Брюнетка закатила глаза, ибо знала, что если не ответит, то это не остановит череду вопросов этой неугомонной авантюристки. Ким одна из самых популярных девочек в «Кортесе»: её природное обаяние и способность поддержать абсолютно любой разговор просто притягивает к ней людей, особенно мужчин. Она второй человек в этом клубе, который знает настоящее имя загадочной Рико, плюс ко всему — именно ей обязаны зрители, которые платят за возможность побывать на главном выступлении недели, ведь именно её кисть облачает известную, но в тоже время незнакомую всем танцовщицу во всеми любимого дракона.       — Что ты хочешь услышать от меня? - поинтересовалась Кендел тем же безразличным тоном. Безысходность породила волну апатии, и Алиса молила все существующие в мире силы, чтобы этот порыв безразличия продлился как можно дольше, чтобы он как можно сильнее заглушил какофонию эмоций в душе.       — Ты. Согласилась. На. Вип. Танец, — по пальцам подсказала ей Ким, наблюдая, как она закалывает волосы и скидывает оставшуюся одежду.       — Мне срочно нужны деньги. — Бессовестная ложь, но что она ещё могла сказать? Что древний вампир принуждает её к этому, угрожая жизням близких ей людей? Шатенка бы тут же вынесла вердикт о невменяемости стоящей перед ней с отсутствующим видом танцовщицы. Ким опустила голову и, глубоко вздохнув, взяла со столика небольшую чашку с мутновато-белой массой и кисточку. Девушка относилась к Алисе тепло с первого дня появления той в «Кортесе», так что Кендел с полной уверенностью может назвать её своей подругой, а не просто знакомой.       — Страшно? — спросила она, прикоснувшись влажной щетиной кисточки к щиколотке брюнетки.       — Мерзко, — ответила та, смотря на своё отражение в зеркале, и ощущая прохладную дорожку краски на своей коже.       — Думаешь, это аморально?       — Да, — сказала Алиса и пробурчала себе под нос:       — Особенно в моём случае.       — Не стоит придавать этому слишком высокое значение. Когда-то бордели были неотъемлемой частью любого состоятельного города и работающих там девушек почитали и благодарили, знаешь, почему? — Кендел отрицательно качнула головой. — Мужчины приходят сюда со своими целями: снять стресс, отгородиться на время от удушающего семейного быта, потратить лишние деньги, просто хорошо провести свободное время, но всех их объединяет одно — одиночество. Пусть рядом с ними всегда находятся какие-то люди, та же самая семья, но это не избавляет их от одиночества, внутреннего одиночества. Они потеряны и пытаются найти иллюзию тепла в чужих объятьях. И находят её здесь. Если бы у них было это тепло, был бы тот, кто дарил им его, то они и не приходили бы сюда, не искали бы альтернативы, а вбирали бы его сполна, оберегали и ценили.       — Хочешь сказать, что в борделях они находят проекцию любви? — скептически усмехнулась брюнетка.       — Это слишком громко, но, в каком-то смысле, да. Проекцию, замену... Но значительная роль этого лежит на девушке, насколько правдивой будет созданная ею иллюзия.       — Я не сильна во всей этой философии.       Ким улыбнулась и от её улыбки Алисе стало немного спокойнее, но это давящее ожидание всё же не покидало её. В словах подруги был смысл, но всё это было не про Кола. По мнению Алисы, он не ищет никакой иллюзии, ему просто нравится пользовать и выбрасывать.       Вскоре татуировка была закончена, осталось лишь подождать, когда высохнет краска. Ким, сказав напоследок что-то подбадривающее, оставила танцовщицу одну в комнате. Если бы она знала, что ждёт её подругу... Впрочем, та и сама не знала. Предугадать действия и настроение этого вампира у неё не выходило. Убьёт ли он её или просто использует и забудет о существовании своей жертвы, живущей двойной жизнью? Но её ни это и ни то не устраивало! Алиса через силу надела на себя бельё, шёлковое кимоно сверху, чёрную маску и фарфоровую улыбку на лицо. Осталось лишь заставить себя сделать несколько шагов до нужной комнаты...