Алиса в Стране Не Чудес

      В этот вечер гостиная комната была переполнена голосами и смехом. Целый день был перенасыщен хорошим настроением, подарками и добрыми словами. Чуть ли ни каждый встречный заставлял миссис Кендел задорно улыбаться и слегка краснеть от комплиментов и поздравлений. И сейчас некоторые школьники собрались в доме своей любимой учительницы, дабы поздравить её с праздником и окончательно растрогать воспоминаниями о временах, когда они только пришли в школу. Марианна, на глазах которой они выросли из маленьких бесенят во взрослых, самостоятельных людей, искренне смеялась, припоминая, кто из них подкидывал мышей в портфели девочек, сколько визгу было в классе и как долго эти хулиганы, подобно тем же мышам, разбегались от своих разъярённых одноклассниц. Алиса с улыбкой слушала все эти истории, ощущая такую тёплую и дружелюбную атмосферу, наблюдая мягкие улыбки и радостные взгляды гостей. Большой торт, сделанный на заказ в виде огромной корзины с разнообразными цветами, был съеден только на половину, но сил на одоление этой красоты уже ни у кого не осталось.       — Подумаешь, мне было тринадцать лет!       — Не отпирайся, все помнят взрыв разноцветных дредов на твоей голове.       — И как умело ты прятала в них шпаргалки.       Хрупкая русоволосая девушка насмешливо поморщилась, глядя на смеющихся одноклассников, и деловито сложила руки на груди:       — Я просто самовыражалась.       — Не обращай внимания на этих зануд, Мила, — сидевший рядом парень приобнял её за плечи и усмехнулся:       — Твои радужные волосы были просто божественны!       — Иди ты, Брайан! — Мила пихнула одноклассника локтем в бок, заставив его отодвинуться, и хитро прищурилась, смотря на довольные лица своих друзей.       — Всё не упускаешь возможности поиздеваться, да? — с улыбкой полюбопытствовала миссис Кендел, глядя на брюнета. Тот откинулся на спинку дивана и, закинув руки за голову, расплылся в ухмылке:       — Это святое, миссис Кендел, но вы извините меня за кнопки и мыльную доску в пятом классе.       — Так это был ты? — женщина театрально удивилась, на что гости засмеялись, а Брайан залился румянцем, смущённо заулыбался и потупил взгляд. Алиса скептически хмыкнула и, поставив на поднос несколько пустых кружек, изобразила вид а-ля злая училка:       — Сейчас будет третий подход чая. И только попробуйте не доесть этот торт, вы же не хотите оставить его на меня?       Послышались измученные стоны и смех Марианны:       — Будет вам, — махнула она рукой, — ещё по одному кусочку и всё.       — Я больше не могу, — выдохнул местный квотербек, Мэтт, и, прикрыв глаза, откинулся на спинку дивана рядом с Брайаном.       — Плюс два часа в день в качалке, — прохныкала Мила, проделав тот же манёвр.       — Слабаки, — хохотнул Брайан и посмотрел на Алису с улыбкой. Девушка взяла поднос в руки и, гордо вздёрнув подбородок, направилась на кухню. За спиной прозвучал дверной звонок, и юная Кендел, оставив чашки, поспешно направилась встречать новых гостей, но Марианна опередила её. Девушка увидела гостя только когда женщина отошла в сторону и сделала приглашающий жест рукой.       — Бабушка! — испуганно крикнула Алиса, но она не успела предупредить именинницу об опасности.       — Прошу, проходите, — с улыбкой произнесла миссис Кендел и недоумевающе нахмурилась, обернувшись к внучке.       — Может, действительно хватит уже чая?.. — предложила та, прожигая взглядом вошедшего в прихожую Кола. Он с видом победителя улыбнулся ей и перевёл взгляд на Марианну:       — Позвольте поздравить вас, — бархатным голосом произнёс вампир и вручил имениннице объёмный букет из незнакомых брюнетке цветов пёстрого фиолетового цвета.       — Спасибо... «Тень луны»*? — удивлённо спросила женщина, с интересом осматривая крапинки на шёлковых лепестках.       — Именно. Я подумал, что здесь не место банальным розам, юбилей всё-таки, пятьдесят лет, если не ошибаюсь?       — Какой там, восемьдесят.       — По вам не скажешь, — расплылся он в лукавой ухмылке, и миссис Кендел заметила его обращённый к Алисе взгляд, а потом насмешливо прищурилась, краем глаза замечая реакцию внучки на позднего гостя.       — Да вы льстец, молодой человек. — Она с притворным укором покачала головой. — Алиса, дорогая, проводи гостя к столу, а я пока поставлю цветы в вазу. Перехватив букет и сдержав многозначительную улыбку, женщина ловко оставила молодых людей наедине. Девушка тут же подошла к Майклсону в упор, одаряя его пронзительным взглядом:       — Какого чёрта ты здесь делаешь?       — Соскучился, — произнёс он с видом невинного Ромео. Она шумно выдохнула, пытаясь вложить в это всю свою нарастающую злость, но вместе с тем она чувствовала страх, пусть и старалась завуалировать его под неприязнь и ненависть. Алисе казалось, что так проще, и постепенно она сама начала путать эти чувства. И понимание того, что Кол может в любое время зайти в дом, что не осталось больше пусть и мнимого, но всё-таки безопасного места, нагоняло в закрома души призрачный туман безысходности. Девушка развернулась и молча пошла в гостиную, надеясь, что этот вечер закончится быстро.       Всё те же радостные, смеющиеся взгляды встретили её, но когда следом вошёл первородный они разбавились удивлением, страхом, настороженностью. Не у всех, конечно, но Кэролайн еле заметно побледнела, лицо Мэтта пошло красными пятнами, что знаменовало не совсем доброжелательный настрой к нежданному гостю, улыбающийся до этого Брайан одарил вошедшего надменным взглядом, а затем внимательно посмотрел на Алису. Та с невозмутимым видом прошла на кухню и вернулась с новой порцией чая.       — Не расслабляйтесь, ребятки! — В гостиную зашла миссис Кендел. — За вами ещё по кусочку, а за вами, юноша, целых три.       — С удовольствием, — пропел Кол, усаживаясь напротив Алисы и пододвигая к себе чашку с горячим чаем. Брюнетка невесомо водила холодной ложкой по своей нижней губе и выжидающе смотрела на то, как Майклсон делает глоток и морщится, принюхиваясь к содержимому своей чашки.       — Невкусный чай? — непонимающе спрашивает Марианна, разрезая остатки торта.       — Нет, всё в порядке, просто, — немного погодя ответил он и стрельнул взглядом в сидящую напротив девушку:       — Слишком горячий.       Та же ехидно улыбнулась, наблюдая как вампир снова берёт чашку и делает глоток стопроцентного настоя вербены, но вдруг почувствовав прикосновение к своей руке, Кендел перевела взгляд на рядом сидящую Кэролайн. Во взгляде голубых глаз было беспокойство и немое предостережение, но Алиса не желала думать о последствиях своей детской мести. Она хотела лишь смотреть, как Кол пьёт персональный яд для вампиров и терпит разъедающий пожар, прокатывающийся по горлу. Хотя держался древний довольно стойко: наверняка за свою долгую жизнь успел выработать какой-никакой иммунитет.       Несмотря на бессмертное пополнение в рядах гостей, все продолжали бурно обсуждать весёлую школьную жизнь, даже посвящённые в мистические тайны присутствующие немного расслабились, заметив, что первородный не собирается устраивать побоище, но всё же не переставали кидать в его сторону настороженные взгляды. Но всё когда-то заканчивается, и гости начинают постепенно расходиться, прощаясь с именинницей и говоря последние слова поздравлений. Алиса в очередной раз понесла на кухню поднос с грязной посудой:       — Я справлюсь сама, — сказала она, заметив, как на кухонную столешницу рядом поставили оставшуюся посуду.       — Не нужно строить из себя Снежную королеву, — раздался голос позади неё. Девушка усмехнулась и, обернувшись, сложила руки на груди.       — Что тебе нужно, Брайан?       Нерадивый ученик подошёл ближе и неловко потёр шею ладонью.       — Ну, в общем-то, я хотел извиниться, — сказал он, чем вызвал крайнее удивление на лице юной Кендел.       — Да ладно? То есть понял, что в образе плохого парня ко мне под юбку не залезть, и теперь хочешь провернуть это, прикинувшись джентльменом?       — Если бы ты хоть раз за всё время пребывания в Мистик-Фоллс надела что-то помимо джинс, всё было бы намного проще, — театрально оправдался парень и опередил ответный выпад Алисы:       — Но пока я хочу лишь помириться с тобой, не более.       Девушка смерила его внимательным взглядом, силясь подавить улыбку, которая так и норовила появиться в ответ на невинные побуждения своего ученика.       — Наверняка ты что-то задумал.       — Может быть, — уклончиво ответил Брайан и мягко улыбнулся:       — Но для этого мне просто необходим образ интеллигента, ведь, как я понял, плохие парни не в твоём вкусе.       Алиса вскинула бровь, смотря на игривые огоньки в нефритовых глазах парня:       — Что ж, — протянула она, — пока ты идёшь по верному пути.       — Но весьма рискованному, — услышав до боли знакомый голос, девушка посмотрела поверх плеча Брайана и увидела Кола, стоявшего в проёме межкомнатной арки и с интересом наблюдавшего за развернувшимся на кухне милым флиртом.       — Детка, твоя безрассудность плещет через край, — продолжил первородный, после чего шагнул им навсречу, намереваясь подойти к Алисе, и встретил на своём пути преграду в виде Брайана:       — Шёл бы ты отсюда, мажор, — с кривой усмешкой проговорил тот, готовясь познакомить хитрющую мину Майклсона со своим кулаком, но от резкой вспышки боли в плече перед его глазами рассыпались чёрные точки, а из груди вырвался сдавленный хрип.       — Прекрати! — воскликнула Алиса, наблюдая, как пальцы вампира буквально рвут светлую рубашку вместе со смуглой кожей, и, казалось, даже был слышен хруст костей. Кендел схватила Кола за руку, пытаясь ослабить хватку и освободить корчащегося от боли парня, но через мгновенье вампир сам прекратил превращать его плечо в месиво и посмотрел бедолаге в глаза:       — Сейчас ты выйдешь через задний двор и будешь помнить из этого вечера только то, что эта милая девушка — последний человек, с кем бы ты хотел разговаривать, — вкрадчивым голосом проговорил Майклсон и толкнул Брайана в сторону выхода.       Алиса проводила парня взглядом и раздражённо посмотрела на первородного, который с безмятежным видом включил воду в раковине и начал смывать кровь со своей руки. Злость застелила разум подобно наваждению, и девушка, резко приблизившись, схватила его за предплечье, поворачивая к себе лицом:       — Великолепно, что же ты сразу не убил его, прямо здесь? Смутился целой гостиной свидетелей?!       — Не хотел марать кафель, — обворожительно улыбнулся он, смотря в её полные ярости глаза, — а свидетелей я, обычно, в живых не оставляю.       После этих слов Кол развернул её и прижал спиной к своей груди:       — И вообще, слишком много вопросов, моя маленькая Алиса.       — Не называй меня так, — раздражённым голосом сказала Кендел и попыталась отстраниться, но его руки крепко удержали её за талию.       — Признаться, я был приятно удивлён твоей маленькой пакости, — продолжал первородный, считая рёбра брюнетки ласковыми прикосновениями пальцев, — но, согласись, твоя выходка была глупой.       Пальцы вампира до боли вонзились в кожу, отчего Алиса поморщилась и вцепилась ноготками в его руки.       — Сохрани свой пыл до моего визита, но знай, что мою кровь ты не получишь, — промурлыкал он, уткнувшись носом в её висок, и многообещающе улыбнулся:       — А сдерживаться я не буду.       Девушка, наконец, освободилась от цепкой хватки Майклсона и отстранилась, недовольно потирая будущие синяки на своей талии. Кол окинул брюнетку взглядом и, подмигнув ей, вальяжной походкой покинул дом, оставляя за собой гнетущее ожидание подступающей ночи...       Холодный свет полной луны безжалостно пронзал прозрачные дымчатые облака, подгоняемые сильным, настойчивым ветром. Ночь хранила в себе сон города, дарила спокойствие и поглощала в себя всё, что норовило нарушить её тёмную тишь. А любопытная луна-бесстыдница заглянула в окно сквозь лёгкие занавески, тревожимые лёгким сквозняком, и ледяным светом скользнула по двум разгорячённым юным телам, сплетавшимся в безумном танце желания.       С губ девушки то и дело срывался бессвязный шёпот, и она ещё сильнее стиснула торс своего любовника ногами, пытаясь максимально глубоко принять его в себя. А он медлил, безжалостно мучая этим бившуюся в изнеможении брюнетку. Она вонзала свои ноготки в его спину, оставляя за собой горящие красноватые полосы, вплетала свои пальцы в его мягкие каштановые волосы, сжимая их в кулаке, пытаясь заставить его прекратить эту пытку. Ощущение его губ на шее, его рук, блуждающих по бёдрам, провоцировало сладкую испарину, перерастающую в невыносимый жар тела. Неожиданные, но такие долгожданные резкие движения вырвали из груди сладостные крики, которые в это же мгновенье перехватили губы вампира. И девушка чувствовала, как он улыбался сквозь поцелуй, но ей было плевать на неизменные издёвки, и лукавый блеск в его тёмных глазах не вызывал в ней ничего, кроме желания. Плотный туман, заполонивший разум, вынуждал позволить буре ощущений поглотить себя без остатка, отдаться этому безумию с головой. Задыхаясь от тяжести тела на себе, от тягучей эйфории, которая разгоралась внизу живота и словно хлыстами била по сердцу, заходившемуся в сбивчивом биении, брюнетка чувствовала неестественную, приторную лёгкость от этой близости. Но ведь это не правильно, не должно быть так, не должно...       Будто почувствовав неладное, она распахнула глаза и увидела перед собой его лицо. Вампир ухмыльнулся, обнажая белоснежные клыки и плавно, почти нежно проводя ребром ладони от живота своей любовницы до шеи, сжал подбородок девушки пальцами. Можно было подумать, что сейчас он поцелует её, но вместо этого он отводит её подбородок в сторону, удобно располагая перед собой оголённую шею, и медленно приближается к тёмной венке, бившейся под светлой кожей. Горькая, острая боль разбавила сладкую истому, наполнившую тело, и тут же окутавшая разум дымка развеялась, донося понимание происходящего...       Тишину комнаты нарушил судорожный вздох. Алиса резко открыла глаза и села на кровати, чувствуя, что сердце намеревается застрять где-то в горле. Тело заходилось мелкой дрожью, щёки горели, дыхание было тяжёлым, девушка вскочила с кровати и распахнула окно, впуская в комнату холодный ветер.       — Что б тебя, — произнесла она на выдохе, отчего тёплое дыхание сгустилось в прозрачное облачко и тут же развеялось в ночном воздухе. Наслаждаясь прохладными касаниями ветерка к своей горячей коже, брюнетка пыталась успокоить сердцебиение и привести мысли в порядок. Этот сон был слишком, череcчур реальным, но с чего бы ей приснилось подобное? Однако ничего не говорило о присутствии здесь первородного, а разум Алисы успешно защищал изящный браслет, который она старалась не снимать. Рука автоматически потянулась к запястью, намереваясь нащупать там тонкую цепочку с маленьким сердечком, в котором находилась вербена, но украшения на месте не оказалось. Чертыхнувшись, девушка тут же ринулась шарить по кровати, мысленно надеясь на то, что этот сон действительно был только сном. Невероятное облегчение наполнило её, когда взгляд наткнулся на серебряную цепочку, зацепившуюся за простыни. Устало опустившись на кровать, Кендел застегнула браслет на своём запястье и чуть не подпрыгнула, услышав голос позади себя:       — Доверяешь своё подсознание какой-то безделушке, глупо.       Обернувшись, Алиса встретилась взглядом с первородным, удобно примостившемся на узком бортике внешнего подоконника. Вампир расплылся в улыбке а-ля чеширский кот и протянул сладким голосом:       — Мм, твой сон так и просит воплотить себя в жизнь...       — Так это твоих рук дело, — догадалась девушка, поспешно поднимаясь на ноги и нисколько не стесняясь своей короткой майки, заменяющей ночное одеяние. Кол неотрывно следил за её манипуляциями, а потом лениво перекинул ноги через подоконник и, оказавшись в комнате, подошёл к кровати. Брюнетка попятилась, напряжённо следя за каждым движением древнего, ощущая на себе нетерпеливый взгляд и абсолютную беззащитность перед ним. Конечно, она не смирилась со своей ролью, ролью игрушки, но, пока у неё не было идей по избавлению от этой напасти, приходилось следовать правилам главного игрока. Первородный медленно приблизился к ней:       — Повеселее, моя маленькая Алиса, — произнёс он с улыбкой и, обняв девушку за талию, провёл языком по её губам.       — Не называй меня так, — процедила она, с присущей ей ненавистью взглянув в его глаза, но в ответ Майклсон потянул тонкую майку вверх, тем самым освобождая брюнетку от главного излишка её одежды, и небрежно толкнул её на кровать. Девушка с напавшим на неё безразличием наблюдала, как вампир нависает над ней с хищной ухмылкой, как в его взгляде разгорается желание, когда он, смакуя момент, ребром ладони чертит невидимую линию от её плоского живота до шеи, повторяя манёвр из сна. Кол взял подбородок Алисы пальцами и, остановив свой взгляд на её глазах, накрыл губы девушки своими, не давая шансов отстраниться. Но она и не собиралась сопротивляться ему сейчас, её утомила эта борьба, где уже заранее известен победитель. Любые попытки подстегнуть себя и вдохновиться на продолжение навязанной ей войны терпели неудачу. Она так устала бороться. Вся жизнь, как одно грандиозное сражение, а ей так надоели беспрестанно наступающие батальоны проблем и артиллерии эгоизма окружающих. Хотя однажды явилась надежда на то, что всё наладилось и белая полоса жизни сместила чёрную, но, видимо, мирное время подошло к концу. Наступила новая война, ещё более мрачная. И Алиса сквозь помутневший рассудок осознавала свои действия. Как судорожными пальцами расстёгивает рубашку первородного, как откликается на каждое, пускай грубое, но воспламеняющее какую-то нездоровую страсть прикосновение, как ловит поцелуи своими губами и старается как можно резче оторвать своё сознание от реальности, чтобы не было возможности трезво взглянуть в эти карие глаза, блестящие в темноте неприкрытой насмешкой, и впустить в голову постыдную мысль о том, что сдалась без боя...       Осеннее солнце мягким светом проникло в комнату, придавая началу дня позитивный оттенок. Но в душе были лишь чёрно-белые краски, а разум назойливо и непреклонно напоминал о проявленной этой ночью слабости, не желая признавать безвыходности положения. Алиса уже несколько минут бездумно наблюдала за стрелками на часах, задним числом понимая, что сегодня выходной, и ей не придётся цеплять на губы улыбку и лепить из своего лица радостное выражение, дабы окружающие не заметили перемен. «Сколько это может продолжаться?» — возник вопрос в её голове. Стремительно вскочив с кровати, девушка раздражённо начала срывать с неё постельное бельё, после чего, собрав его в кучу, запихнула всё это дело в стиральную машинку. Кинув взгляд на своё отражение в зеркале, юная Кендел заметила несильные отметины на своих руках, шее, но ещё более яркие пятна проступили на талии, в области рёбер. Не долго думая, она залезла в ванную, намереваясь смыть с себя ощущения Его прикосновений со своего тела, словно грязь. Помогло, но несильно.       Она уже сумела убедить себя в том, что даже если он теперь и может овладеть её телом, то в святилище души ему не проникнуть. Никогда. И она ярым порывом заглушила в себе едкое ощущение собственной ничтожности, ведь ещё не всё потеряно, ещё остались силы для гордости и чувства достоинства.       Убедившись, что бабушка ещё спит, Алиса вышла из дома. Ноги сами привели её к старому пансиону, а мысли подталкивали на отчаянный шаг, за который первородный, наверняка, убьёт её. Дверь распахнулась, и перед девушкой предстал Дэймон Сальваторе собственной персоной:       — Ты меня преследуешь, так мило. — Он состроил умилительную гримассу и ухмыльнулся, заметив как брюнетка прячет взгляд, стараясь не смотреть на его оголённый торс.       — Высота твоей самооценки даст фору Эвересту, — пробубнила она, а затем смело подняла взгляд:       — Я хочу поговорить.       — А говорят, что у меня ужасные манеры, — скривился Сальваторе, пропуская гостью внутрь. — Что ты сделала с Колом? Этот старче ни в какую не берёт трубку.       — Хотелось бы надеяться, что он лежит сейчас на дне моря с кинжалом в сердце, — проговорила Алиса и осмотрелась. Тёмная мебель, дорогие ковры, кучи книг и всевозможные антикварные вещицы, встречающиеся чуть ли ни на каждом шагу — всё это привлекало внимание и манило рассмотреть каждую деталь. Но стоило помнить, что она здесь не для этого.       — Я знаю, что у вас должен был сохраниться один кинжал с пеплом белого дуба, — как-бы между прочим заметила Кендел.       — Ну, допустим. — Дэймон не спеша натягивал рубашку и с интересом поглядывал на девушку, словно пытаясь понять, почему она всё ещё жива. — Хочешь устроить подарок своему любимому?       — Хочу. Ты ведь тоже не прочь избавиться от древних?       Вампир со смехом уселся в кресло и взял в руку стакан с виски:       — Что же подтолкнуло тебя на мысль, что я предам своего друга?       — Он не может быть чьим-то другом. Я не знаю, зачем ты ведёшь себя так, но... — Алиса замолчала, подбирая слова, а потом села рядом с вампиром и заглянула в его глаза, пытаясь найти в них хоть какие-либо эмоции, отличные от насмешки:       — Если ты что-то задумал против него, то я могу помочь, я хочу помочь.       — Девочка, не говори так, словно видишь меня насквозь, — ленивым тенором ответил Сальваторе, — благодаря этому парню я вернулся к самому себе. Его смерть мне не выгодна.       С этими словами Дэймон схватил свою гостью за руку, до боли сжав запястье и лучезарно улыбнувшись:       — А твои эксперименты по его умерщвлению мне не по душе, так что у меня есть веский повод разорвать тебе глотку, как тебе такой план?       Девушка попыталась сохранять спокойствие и не обращать внимания на невыносимую боль в руке, которая словно попала в стальные тиски, сжимавшиеся всё сильнее и сильнее. Провалилась. Она с треском провалилась, а ведь ей казалось, что старший Сальваторе действительно что-то замышляет, да и по рассказам Кэролайн он никогда не жаловал древних, а тут прямо «друг».       Послышались шаги, и через мгновенье на лестнице появился Стефан. Настороженно посмотрев на представшую перед ним картину, он остановился:       — Дэймон, что происходит?       — У нас гости, братишка, — довольно заявил черноволосый и отпустил уже похолодевшую руку Алисы. Стефан подошёл к брату и, посмотрев, как девушка разминает затёкшие пальцы, пытаясь разогнать кровь, подал ей руку:       — Я провожу, идём.       Одарив Дэймона гневным взглядом, Кендел приняла руку младшего Сальваторе и прошла за ним к выходу. «Безвыходных ситуаций не бывает», — упорно твердила она себе и не сразу заметила, что Стефан решил провести её чуть дальше двери:       — Кэролайн рассказала мне всё, — начал он, мельком глянув на брюнетку, — мы можем помочь друг другу.       — Тебе-то какая выгода? — уныло поинтересовалась та, продолжая смотреть себе под ноги.       — Я, кажется, знаю, почему Дэймон связался с Колом, и хочу воспрепятствовать их «дружбе». Мне ли не знать, чем чревато общение с первородным.       — Ну и почему же? — Остановившись и сложив руки на груди, девушка вопросительно посмотрела на вампира. Тот же вздохнул и отвёл взгляд, что говорило о том, что данная тема ему неприятна.       — Елена, моя девушка. Дэймон влюблён в неё... Точнее, был влюблён. Сейчас этого чувства за ним как-то не наблюдается...       — Подожди, подожди, — прервала его Алиса, пытаясь переварить информацию, а потом продолжила:       — Намекаешь на внушение?       — Да, у меня нет других объяснений, — кивнул Сальваторе и пошёл дальше, побуждая её последовать за ним. — Кинжал, способный умертвить первородного, находится у Дэймона. Я не знаю где, но если мы найдём его, то у нас будет оружие против Кола.       — И внушение потеряет свою силу, если Кол умрёт, — догадалась Кендел и почувствовала, как сердце начинает биться быстрее, подгоняемое поступившим в кровь адреналином и чувством авантюры. Губы тронула улыбка, а мысли сменяли друг друга с огромной скоростью:       — Ты знаешь своего брата — найди этот кинжал, а я собственноручно воткну его в сердце Майклсона, — произнесла она, чувствуя предвкушение своей мести.       — Не ликуй раньше времени, — одёрнул повеселевшую брюнетку Стефан, — пока у нас ничего нет, и ты должна вести себя как прежде, но не перегибай палку.       — Об этом не беспокойся, я неплохая актриса, — чуть ли не промурлыкала та и, кивнув своему союзнику, направилась в сторону дома, планируя обдумать предстоящий переворот ещё раз. *Сорт цветов глоксиния.