Wenn

18.07.13, Четверг

      Артём вернулся в комнату только ближе к часу. Это было поздно для него, но при том, что у него появились воздыхательницы, я уже не удивлялся. Наверняка же он так задержался потому, что те дамы снова прицепились к нему? Ну, да, вон, довольный, как удав..       – Знаешь, какая сегодня тематика дня? – спросил Артём, пройдя сюда.       Я в душе не ебал ни о каких тематиках, так что уставился на него, молча прося пояснить. Не то чтобы мне было интересно, но раз он начинает, значит, там что-то интересное?       Артём долго не садился по каким-то причинам, но в итоге всё же перестал действовать мне на нервы и сел на своё место. Тут же достал остатки колы и начал открывать бутылку.       – Субкультуры.       Я даже удивился. И на такие темы делают кругосветки? Бля, может, сходить..? Интересно же. Или Артём может всё рассказать?       – И концерт будет вечером, – он прикрыл рот рукой, когда облизывал губы. – Зашкварище.       – Почему?       – Ну потому что более стереотипной хуйни придумать нельзя.       А Артём у нас на страже.. Чего? Индивидуальности и непредвзятого отношения? Сам-то безгрешен?       – Типа у них там есть эти листочки. И там вот первую страницу в гугле открываешь. И инфа оттуда.       – Ну..       – Меня просто бесит эта тема, – Артём уже разогнался. – У нас в школе был классный час. Пригласили какого-то психолога. И она сидела затирала нам целый час, что субкультуры – это хуета, что не надо отрекаться от нормальных людей в угоду какой-то своей шизы, что ну вы чё, думаете, вы индивидуальные личности какие-то? А, может быть, стоит выделяться умом и личностными качествами, а не вот этим всем?       Подперев бок руками, Артём подвигался из стороны в сторону. Ну такая вот язвительная сучка.       – А что.. – я кое-что заметил. – А что имеется в виду под субкультурами в данном случае тогда?       Просто в моём представлении субкультура – это маленькая часть внутри некого большинства. Ну, собственно, это и термин. Но в массе своей – это своеобразный кружок по интересам. Как можно.. Ну, типа, отречься от этого в угоду близости с условным большинством? Ну нравится тебе, я не знаю.. Ну музыкальный жанр какой-нибудь. Вот ты уже стал панком. Почему нужно перестать слушать музыку, одеваться, как тебе нравится, лишь бы быть со всеми? И ладно бы, это вред какой-то несло хоть кому-то. Но этой психологине-то что? Не нравится, что подростки могут попасть в комфортную для себя среду? Да ладно, не останетесь вы без денег, чё трясётесь так. И вообще, конечно, охуенный план внушать детям страх перед инаковостью, и учить, что безопасность – это быть как все. Это не психология, блять, это социальная дрессировка. Психологи не для этого нужны. Не говоря уже о том, что здоровое общество – это не где все одинаковые, а где все уважают друг друга. Но, конечно, уважать слишком тяжело. Мы лучше загоним всех в одно стойло и будем бить лопатой по башке всех, кто высовывается.       – Эмо, готы, панки, ска.. Хиппи, конечно же. Анимешники. Скинхеды, точно. По какому принципу сюда записывают гопников я не знаю, но есть и они.       – Блять, что за бред.       – Ты про что? – поинтересовался Артём. – Про кругосветки или про психолога?       – Да про всё. Если кругосветки – это такой же рассадник стереотипов. А психологиня – это пиздец вообще.       – Психологиня..? – Артёма смутило немного другое. – Ты чё. Чё это за слова.       – Она же женщина. "Ин".       – А, – сразу понял Артём, но я всё равно решил пояснить дополнительно.       – Я знаю, что в русском языке такого нет. Но мне похуй.       В немецком мы просто добавляем суффикс "ин", и все довольны. Хочу и буду делать это и в русском.       – Просто это больная тема, – я решил добвить . Во-первых, психолог не имеет права навязывать свою позицию. Во-вторых, очень странно, когда психолог транслирует идею стигматизации и принуждает к конформизму.       Артём поморгал, кажется, немного охуев. Ну, я к тому моменту и сам загнался. Слишком умные слова..? Простите.       – Блять, вот ты молчишь-молчишь, а потом как чё выдашь. Охуеть.       – Больше не буду.       – Да я же не говорю, что это плохо, – аж прикрикнул Артём. – Наоборот, умные вещи. Крутые. Почаще бы так, что ли?       Теперь уже моргал я. Он..? Он сказал, что хочет, чтобы я больше говорил? Ладно, не надо придавать этому большое значение. Ему просто скучно.       – А концерт почему зашкварище? – решил узнать я.       – Потому что днём вам дают максимально тупорылое описание субкультуры. А вечером вы должны опошлить его ещё в десять раз и показать со сцены.       Ага. Ну, в целом, стоило догадаться.       – Обожаю, когда готы выступают под Рамштайн, – сразу начал беситься Артём, – больше же ничего у нас нет.       Ну, в глазах большинства это, наверное, единственная более-менее подходящая по атмосфере группа. И которая среди того же "большинства" известна почти каждому. Стоит сказать спасибо уже за то, что готов не сопоставляют с сатанистами.       – А анимешники – это всегда прыгающие девочки с двумя хвостиками.       Ага, верим. Так же анимешницы в реальной жизни: Саша. В чёрном, с копной распущенных волос, просто сообщающая о всех гейских шутках вокруг себя своей подружке. Анимешники в методичке из интернета и анимешники в реальной жизни. Не такие уж и миленькие. С другой стороны, ну как можно показать субкультуру за пять минут на концерте? Это ещё и по задумке должен быть музыкальный номер. Выбора не так уж и много.       – Гопники под хардбас будут отплясывать.       Я ещё в тот раз удивился, что гопников записали в субкультуры, но сейчас сделал это снов. Может, всё же сходить на кругосветку и послушать, что про эту субкультуру расскажут? Узнаю заодно, что такое хардбас. И, возможно, посрусь с вожатым, который будет читать. Знает ли он определение субкультуры и на каком, сука, основании, они записывают гопников в субкультуру? За базар попрошу пояснить, в общем.       – А нам дали хиппи.       – Мы будем пиздиться с панками? – спросил я.       – Боюсь, за весь отряд стоять будем только мы с тобой.       – Нормально, – хмыкнул я.       – Если это восьмой отряд особенно, да? – посмеялся Артём.       – А детям могут выдать подобную тему?       Как будто это слишком? Артём же рассказывал о подобном. Родители пиздюков узнали о "плохой тематике" и пожаловались. Как будто панки, гопники, готы, что там ещё.. Но в общем, это же тоже не стоит выдавать детям? Не дай бог ещё заинтересуются, вырастут, станут готами.       – Ну да, – признал Артём, и вдруг решил сменить тему. – Чё там, скоро же идти надо будет?       Я проверил время.       – Через три минуты будет предупреждение.       – О, классно. Я на улице побуду, если что.       После этого он поднялся и ушёл. Ну, наверное, он сюда и приходил, чтобы попить? Потому долго и не садился – думал, что надолго не задержится. А в итоге заговорился со мной.. Я же ничего ему не испортил, да? А то вдруг его снаружи ждали или типа того, а я его задержал.       Когда я спустился вниз, на улицу, собраны были не все, что и говорить о построении. И я уже хотел было разныться – блин, только зря вышел, – как заметил, что к Артёму опять пристаёт Настя. Что же всё неймётся девочке.. Но зато у меня появилась причина пойти и прибиться к этой компании. Я бы и так это сделал, конечно, но..       – О, Сень, – обрадовался Артём, когда я подошёл. – Ты знал, что Брусиловский прорыв в сорок третьем был?       Я встал в исступлении, мягко говоря растерявшись. Они тут чё, ПМВ обсуждают..? Совсем дебилы, что ли? Я, социальный чмошник, всё пытаюсь понять, как люди выбирают темы для разговора, чтобы не казаться при этом странными дебилами. Но, похоже, никто из них о таких вещах и не задумывается. И чё в голову приходит, то и говорят, так?       – Ну, оговорилась, – пробормотала Настя, кажется, недовольная.       И как бы я не хотел быть мразью и зарывать её ещё глубже..       – А.. Давно девочки с мальчиками про историю разговаривают?       Особенно когда не уверены в своих познаниях? Не в обиду Насте, но такое ощущение, будто у неё вообще ни в чём познаний нет. И это типа тот самый случай, когда "помолчи – за умного сойдёшь".       – А что, нельзя, что ли? – шуточно возмутился Артём.       – Это тупо. Как-то не прикольно. Не возбуждает.       – Да почему, – Артём хихикнул и, прикрыв глаза, томно выдохнул. – О, Брусиловский прорыв..       Саня нервно усмехнулась.       – Звучит как..       Артём сориентировался очень быстро:       – Ебля в жопу, согласен.       И здесь был идеальный момент, чтобы вернуться к моим недавним размышлениям об анимешницах. Саня, для которой, очевидно, вопрос ебли в жопы (важная поправка – мужской) не был нов ни в коем разе, не смутилась ничуть, зато как испуганно вытянулась Настя. Сразу видно, кто аниме смотрит, а кто нет. Вот, про что сценки надо делать, а не прыгать под весёлую музычку.       – Как мужики в шоколадку ебутся, – Артёму зачем-то потребовалось накинуть сверху. Впрочем, возможно он заметил смущение Насти? И захотел добить? В целом, как будто в его духе.       Саня, взявшись за щёку, грустно уставилась вниз. И так как тема завершилась (блин, а так хотелось поговорить про войну, конечно), Саня тоже решила поговорить о какой-то хуйне.       – Про обувь давайте поговорим, – кажется, рассмотрев наши с Артёмом ботинки, начала Саня. – Вас не заёбывает снимать и обувать вот это ваше по триста раз в день?       – Мы не разуваемся, – невозмутимо пояснил Артём. – С утра обулся.       Он сделал небольшую паузу, так что мне показалось, что самое время и мне вступить в диалог.       – После обеда разулся.       – После тихого часа обулся, – продолжил Артём. – И потом только перед сном уже снимаешь.       – Ноги не потеют? – спросила Саня.       И как бы глупо это ни было.. Впрочем, мне следовало бы обратить на это внимание раньше. Но что-то я растерялся в связи со всеми последними событиями, а потому даже не обратил внимание. Но. Я же подозревал, что Артём встречается с Сашей? И никак не отреагировал ни на его посиделки с местными дамами, ни на то, как он обжимался с той приезжей девушкой. Сейчас же вот, Саша ясно даёт понять, что удивлена или не понимает его привычки, хотя были бы они в отношениях, у неё бы вряд ли вызывало это вопрос. Впрочем, уже и так стало ясно, что они просто друзья, и ничего такого их не связывает. Но Артём в любом случае, получается, потаскушка? Ну, раз у него девушка и где-то снаружи лагеря есть, и тут он женским вниманием обкладывается со всех сторон?       – Это летние, они лёгкие. И есть такая штука, как гигиена.       – Вау, – пискляво протянула Саня. – Реально?       – Да. Арсений вон вообще ноги с мылом моет.       Я недовольно посмотрел на него. Он думает, мне не хватило его насмешек? Надо меня и перед другими людьми опозорить?       – Чё ты, блять..       – Даже девочки так не делают, Арсений, – Артём всё не оставлял попытки меня застыдить.       Так это проблема этих девочек, а не моя..?       – Иди нахуй.       Артём похихикал, и мы снова все замолчали. Спешить пока было некуда, так что я решил тоже поднять тупую тему.       – Давайте про евгенику поговорим.       Артём удивлённо выпучил глаза, но осуждения я не видел. Но ещё бы я его увидел. Вы тут только что обсуждали войну и потные ноги. Я тоже имею право говорить о хуйне.       – Откуда..       К сожалению, я так и не додумался, как лучше сформулировать вопрос. Но я просто очень хотел узнать, почему Артём выглядит так, как выглядит? Этот нос, скулы.. Для русского паренька перебор. Впрочем, как и у меня, у него ебаные иностранные черты смягчались русскими. Без негатива, но я просто ненавидел острые черты лиц. Прямо вот до агрессии. А потому я был очень благодарен любимой маме за то, что она выбрала русского мужчину, и я получился такой вот весь мягкий и округлый. Но я бы повесился, если бы я был, как Отто..       У Артема ситуация была такой же. Средиземноморские влияние ощущалось – синие глаза, да, большой характерный нос, скулы были очерчены, но не так жутко, чтобы прям вот охуеть. И как я уже думал: внешность у Артёма был прямо выигрышной в этом плане. И лицом, и телом он вышел на пятнадцать из десяти. Нет, я не стою и не нахваливаю внешность другого парня..       Каким-то образом Артём понял, что я хочу услышать, и ответил:       – Иракцы.       – Неожиданно, – пробормотал я. – Спасибо.       – Что такое? – Настя заинтересованно воспряла.       – Арсений так пытался узнать, почему я выгляжу как уёбище. Откуда.. Вот это вот. Вот это вот.       Артём побил себя по лицу.       – Совсем не как уёбище, – бросилась успокаивать его Настя. – Ты очень красивый.       Артём на это только усмехнулся. Ну, как будто он и так отлично понимал, что выглядит охуенно. И ничьи комментарии, ни от мальчиков, ни от девочек ему не нужны.       – Но обидно, конечно, – вдруг заговорил Артём. – Из всех, кто у нас в семье понамешан, я взял именно это.       И я уже хотел было ломануться изучать национальный состав его семьи. Но всё же смог себя одёрнуть. Нет, Арсений. Ты не будешь этого делать. Ты не будешь ни с кем обсуждать евгенику. Стоп.       Мы ждали у столовой, когда к нам подошла Ксения. Я заметил её ещё на этапе поисков – как она встала вдалеке и принялся осматривать весь отряд.. Как, в конце концов заметив Артёма, довольно вздрогнула, и помчала, довольная, сюда.. Господи, дай мне сил..       – Привет, – Артём даже поздоровался первым. Похоже, он даже ей обрадовался? Но вот вопрос: это была искренняя радость, или ради Насти? Она просто так и не отходила от нас, и, может, Артём так перед ней выёбывался? Типа, смотри, как я реагирую на вот эту девушку, и как на тебя. Приятно тебе, да?       – Не хочешь сегодня к нам зайти?       – Когда? – подумав немного, уточнил Артём.       И вот как смешно, да? Меня вчера назвали предателем (в шутку, да, но всё же) за то, что я сидел с людьми. А Артём-то сам кто? После того, как буквально вчера обнимался с какой-то девочкой, а сегодня уже вот, отправляется на блядки.       – Сейчас, – Ксюша махнула рукой. – С нашей комнатой и ещё несколькими парнями с отряда.       – Ладно, – хмыкнул Артём.       Настя, было видно, знатно прихуела с такого, и даже выжидательно уставилась на Ксюшу, но больше приглашения никто не получил. Ну конечно, мы же все дно. Только Артём достоин внимания.       – Приходи тогда после обеда, – миленько поправляя волосы, сказала Ксения. Я же задумался над её макияжем. И не лень ей, да..?       – Ага.

******

      Из столовой мы выходили втроём – сегодня Саша слишком много ходила возле нас. Но хотя бы сейчас обошлось без Настасьи..       Уже делая первые шаги в сторону от нас, Артём спросил:       – Вы пойдёте?       Саня втянула голову в плечи.       – Нас никто не звал, – напомнил я.       – Мы лохи, – согласилась Саня. – Так что это только твой путь, воин.       Артём закатил глаза, и бросив напоследок "Если опять кому приспичит, я здесь", направился за корпус столовой.       В комнате было непривычно скучно. Возможно, я драматизировал только потому, что Артём ушёл вселиться с девушками, а я не хотел, чтобы он таким занимался. По каким-то причинам, ага. В другой день я бы попытался оправдаться, что забочусь о его девушке – ну, той, с которой он обнимался тогда. Типа я не хочу, чтобы и Артём был мразью, и чтобы девушек обманывал..       Но, наверное, самое время заняться рефлексией? Посмотреть правде в глаза и честно признать, перед самим собой в первую очередь, что я влюбился. И, сука, не в Ульяну, не в Саню, не в Настю и даже не в Полину. в Артёма.       Пиздец.       На самом деле, не то чтобы меня это правда беспокоило. Я был спокойным человеком по сути своей, а так же не отличался потребностью во внимании: то есть, потребности в разглашении фактов о себе я тоже не имел. Потому и страха быть убитым – hallo, Onkel Otto, – у меня в общем-то не было. Никто ни о чём не узнает и всё будет хорошо.       Как гетеросексуала я себя тоже никогда не позиционировал. Я рано понял, что немного отличаюсь от остальных людей своим отношением к половым связям, но мне всегда казалось, что просто ещё не пришло время. Не появился тот самый человек.. Человек, внимание. Привязки к полу я никогда не делал. С возрастом я узнал, что есть такая штука, как асексуальность, и так как к тому моменту у меня уже была попытка не сказать, что отношений, но попытки подката ко мне, которая ничего у меня не вызвала, я быстро записал себя туда. Биромантичный – ну, раз мысли о парнях не вызывают отвращения, да?, – асексуал. Так я себя ставил. То есть, кризис ориентации тоже мимо.       Что меня тревожило, так это крайне неудачный выбор. Опять же, да? Не Ульяна, не Саня, не Настя и даже не Полина. Артём. Который парень. Который по девочкам. И который вот так себя ведёт. Обнимается с одной девушкой, тут же общается с как минимум четырьмя.. Говорит же о человеке что-то, да? Отвратительное поведение. Я считал такое недопустимым.       Ладно, я так же не был драматичной романтичной персоной, чтобы жёско переживать неудавшуюся любовь. Ну влюбился в долбоёба, чё теперь, плакать? Как пришло, так и уйдёт. Нам всего-то надо дожить вместе десять дней, а потом мы никогда не увидимся. Если я в ближайшее время не отпущу его, то там это произойдёт уже само собой. А сейчас.. Ну, можно порадоваться, что я хотя бы узнал, каково это? Не до конца у меня мозги усохли, всё-таки, на что-то я ещё способен. Ну а то, что с моим избранным у меня ничего не получится, ну так и хуй с ним? Не получится и не получится. Я ничего не потеряю. Возможно, даже уберегу себя от тотального пиздеца. В конце концов, в жизни главное – сохранить рассудок? Не кидаться в отношения с первым попавшимся долбоёбом лишь потому, что чёто там заиграло в голове..       И это всё не говоря о том, что я и сам партнёр так себе. Эмоционально бедный, тупой, без какого-либо опыта, фригидный.. Кому такое счастье надо? С моей стороны истиной любовью к человеку будет огородить его от себя. Пусть условный мальчик и дальше кайфует среди милых красивых девушек, которые в рот ему смотреть готовы. Все от этого будут только счастливее.       От мыслей меня отвлёк стук в дверь. К нам обычно никто не приходил, ко мне так тем более, так что я ощутимо напрягся. Кого там принесло опять? Артёма нет, идите нахуй.       Но это была Саша.       – Артём ещё не вернулся?       Я растерянно осмотрелся. Да, как бы, не так уж и много времени прошло, чтобы он нагулялся? Если он сразу после обеда ушёл, это сколько времени прошло.. Так, а кто это у нас такой долбоёб и забыл выпить таблетки?       К счастью, полчаса ещё не прошло, и я всё ещё мог их принять. Фух, а я уже расстроился..       – Нет, – уже доставая из рюкзака бутылку воды, отозвался я. – Что-то случилось?       – Его ищут. Не знаю, зачем.       – Но он всё ещё там, видимо.       Саша осмотрелась ещё раз, после чего вышла из комнаты, а я отвлёкся на свои таблеточки. Слава богу, хоть вовремя вспомнил..       Уже ближе к концу тихого часа в коридоре поднялся непонятный шум. На самом деле, какое-то движение там началось уже давно, но сейчас это начало набирать обороты. Ещё и голос Жени раздавался периодически.. Наверное, стоило выйти и узнать, что там происходит, но не то чтобы мне правда было интересно. Они наверняка репетируют какую-нибудь свою очередную хуйню, и тогда лучше не ходить туда – привлекут ещё к чему-нибудь, придётся выступать потом. Нет, спасибо. Артём предупреждал, как это работает.       Тем не менее, желание выйти и всё равно осмотреться выиграло.       На отрядном месте сидело несколько человек, Женя – в их числе. Не знаю, чем они занимались, но судя по относительному спокойствию, и по тому, что все сидели, а не стояли и не дёргались под музыку, всё было нормально. Угроз не обнаружено, можно высунуться из-за угла..       – Артём ещё не появился? – заметив меня, спросила вожатая, и я даже зубы стиснул. Я вам, блять, что, его секретарь? Ничего, что вы сидели тут всё это время, и заметили, если бы он вернулся, в любом случае? Других путей в нашу комнату как бы и нет, ага?       – Нет.       – Да где он ходит? – раздражённо фыркнула Эля.       – В четвёртом корпусе, – хмыкнула Саша, которая тоже была здесь. Видимо, в комнате никогда не затыкающая рот Анастасия мешала более-менее приятно проводить время? Ну, раз Саня здесь, у неё должны быть на то причины.       – Что он там забыл? – Женя аж повернулась к нам. Почему-то она так ошалела, будто корпус четвёртого отряда был какой-то жуткой и запрещённой для посещений локацией. Или так оно и есть..?       – Я бы сказала.. – отозвалась Саня, и тут же прилетело поручение.       – Сходи за ним, пожалуйста, – попросили её.       И почему все так любят раздавать задачи другим? Я понимаю, в играх, когда ты с места сдвинуться не можешь – ты НИП, ты должен стоять тут, но мы же не в игре, алло, люди. По своим нуждам каждый самостоятельно может куда угодно сходить? Но нет, буду припрягать детей, я же могу.       Саша засопела – очевидно, ей не нравилось. Но я бы сходил – я отбитый, мне похуй, я во все локации лезу, а потом дохну там, потому что ещё слишком слаб, – но к сожалению я не знал, где этот четвёртый корпус находится. Может, какая-нибудь девочка вызвалась бы проводить меня..?       – Пойдём? – Какая-нибудь девочка Саша посмотрел на меня. – Не хочу одна туда идти.       О, ну спасательная экспедиция прям. Но ура-ура. Откроем новую локацию, и меня проводят, и мы узнаем, чем там занимается Артём. Охуенно.       – Ты уже была там? – спросил я у Сани, когда мы отошли подальше от отрядного места. Не хотелось говорить с ней при посторонних, да..       – Да. В том году он постоянно туда сбегал.       М, так Саня тоже уже бывалая..?       – Ну, там его одноклассник жил. Так что его постоянно там находили.       Обойдя здание столовой, мы пошли вдоль стены. Тут было стрёмно по двум причинам. Наверное, даже по трём. Первая: территория лагеря здесь заканчивалась и начинался лес. Жуткий мерзкий сосновый лес.       Вторая причина – само здание. Здесь подряд располагались две веранды, и обе мало того, что были знатно поёбаны жизнью, так ещё и закрыты от мира металлическими решётками. И тут типа детей держат? Классно.       И, наконец, третья. Знакомая и "обжитая" территория лагеря заканчивалась столовой – можно считать, площадью перед ней. Сюда никто не будет ходить (не считая четвёртый отряд, раз они живут тут), и это добавляло ощущения забытости и отчуждёности. Вместе со всей этой развалюхой ощущалось тем более отлично. Лес, уже разваливающееся советское помещение, все эти решётки и строительный мусор.. Красота, что ещё скажешь.       Вход располагался на второй веранде, и Саня уверенно шла туда. Решётчатая дверь здесь была открыта, а вот обычная, которая вела с веранды в само здание – нет. Ничего такого в этом не было, наверное? А вот в том, что это место реально походило на то, где можно запирать детей для каких-нибудь странных экспериментов – было. Ну да ладно. Это уже мои задротские замашки говорят, всё, спокойно.       Но внутри здания была на удивление приятная обстановка, из-за чего я даже немного растерялся. Был слишком резкий переход от какой-то жуткой разрухи к нормальному помещению.       – У Артёма разве нет девушки? – пока мы пробирались через прихожую, спросил я. Ни разу не навязчиво, ничё такого..       – Ну, – замялась Саня, – нет? С чего ты взял?       Немного я даже охуел. "Нет"? А что тогда это было? Я, может, слишком долго сидел дома, и не знаю, как сейчас общаются между собой друзья парни и девушки. Но на мой взгляд это не совсем правильно..?       – С последней расстался, эм, – она задумалась, – если не ошибаюсь, где-то в мае?       М-м.. Но раз он свободен, значит, у всех тех девушек есть шанс?       Мы остановились у двери, из-за которой раздавалась музыка и чьи-то голоса. Видимо, Саня решила, что Артём там? Впрочем, почему нет. Отлично слышно, как там веселятся люди, очевидно, там какой-то тусич. Всё, заходим.       Сначала постучав (она же не быдло ебаное, реально), Саша открыла дверь. Проходить в комнату, тем не менее, она не стала, и сперва я расстроился. Мне же так хотелось увидеть всё своими глазами и с как можно более краткого расстояния. Но быстро я понял, что пусть так. Тем более, что и со входа можно было увидеть всё необходимое.       Вся компания из десятка, может, больше, человек сидела на полу в центре комнаты, и, так я понял, они во что-то играли. Во что там играют с бутылкой в центре круга.       Артём сидел лицом к двери, так что наше появление он заметил сразу. Как и Ксюша, сидевшая рядом с ним. Я тоже сразу заметил, как он убирает руку с её колена.. У-у, братик. Попался. Но жаль, конечно, что Саня не твоя девушка. Прописала бы тебе сейчас таких пиздов..       – Что-то случилось? – когда музыку сделали потише, спросил Артём.       – Нет. Но всё равно пора домой.       Артём, шёпотом матерясь (надеюсь, от боли в затёкших ногах, а не от злости на нас?), поднялся, но с места пока не сдвинулся – видимо, привыкал к вертикальному положению. И хотя Саня ушла после обозначения требований, я остался здесь, и пока осмотрел комнату. Она и правда была больше, чем комнаты в нашем корпусе, ещё и раза в четыре, наверное? Но зато тут было аж пять двуспальных кроватей. Что, наверное, жутко неудобно – жить вдесятером в одной комнате? О, мне надо было как-то сюда попасть. Я имею в виду, с самого начла смены, по распределению по отрядам. Вот это бы я из зоны комфорта вышел основательно, вот это бы социализировался сразу..       Ксюша что-то спросила у Артёма, но я не расслышал. Ответив ей, он направился к выходу, прихрамывая на одну ногу.       – Возвращайся потом, – вслед ему бросила Ксения. – Светлого можешь с собой взять.       Я показал ей средний палец, из-за чего она, похоже, немного разозлилась? Но ещё меня всякие вот эти так не называли. "Светлого", блять. Где-то тут должна быть шутка про пиво, но нет. Вообще, разве мы не представлялись? Хотя не удивительно, что она забыла моё имя.

******

      Как Артём и говорил, они начали играть на огоньках. И даже при том, что гитара была Ульяны, играл преимущественно именно что Артём. За весь вечер Ульяна спела только "Северный ветер" и ещё что-то такое же грустное и затяжное. Больше, опять же, играл Артём – он знал охуеть как много песен, и чего тут только не прозвучало. Какие-то песни они даже всем отрядом пели, но мне не понравилось. Отчасти потому, что сидевшие рядом со мной люди не умели петь, но почему-то делали это, ещё и довольно громко. Надо было садиться между Сашей и Артёмом, или хотя бы рядом с ними – первая молчала, а второй играл. И петь умел, как ни странно. Почему только сегодня все расселись именно так.. Больше ни на метр от Артёма не отойду.       В общем, после задушевного и глубокого разговора о дружбе (да, группа шестнадцатилетних подростков сидит и размазывает сопли), они достали гитару и уже минут сорок играли что-то. Меня это раздражало – я постоянно проверял время в надежде, что хватит с нас уже, и нас отпустят в корпус, но ничего подобного, похоже, даже не намечалось.       В чём же дело и почему я паниковал? А просто огонёк проходил на улице. Специальная площадка для проведения таких мероприятий была возле четвёртого корпуса, и рядом с оградой. Той самой оградой, за которой был тот самый ебучий лес. Я бы так не реагировал, если бы не темнота, но я был не терпим к этому сочетанию: "темнота-лес". Логично, сидеть тут сейчас и осознавать, как всё плохо, мне не доставляло. Я хотел в комнату. Да, Арсений, шестнадцать годиков.       На часах было без десяти одиннадцать (мы уже должны были давно спать), когда Женя с Сашей решили, что пора заканчивать. А я уже подумал, что они решили всю ночь тут просидеть. Идиоты, блять.. Нет, просто что это за ненужное разнообразие? Почему нельзя было провести этот вечер в комнате? Типа, мы бы шумели и не давали спать ближайшим расположенным отрядам? Вполне возможно, кстати. Но всё равно как будто нихуя не причина.       – Так, ребят, – потирая руками и улыбаясь, начала Женя, и я недовольно засопел. Ну что опять такое? Можно хотя бы это будет ненадолго?       – Мы решили провести Тайного друга.       Все сразу оживились и поднялся тихий гомон. Похоже, многим эта идея зашла? Но я не понимал, о чём речь, конечно же, как обычно, так что следил за Артёмом, который после слов Жени обменялся мнениями с Сашей: склонившись к ней, он что-то тихо ей сказал, а та согласно кивнула и что-то фыркнула в ответ. А вот сидел бы я с ними, я бы услышал, о чём они говорят..       – Все же знают, что это такое, не надо объяснять правила?       Я не знал, но спрашивать постремался – я опять был в абсолютном меньшинстве, похоже? Да и зачем. Всегда можно задать все интересующие тебя вопросы Артёму.       Женя тем временем достала какую-то коробочку и немного потрясла её. Судя по шороху, там были мелкие бумажки? Похоже, это игра по типу фантов. Что ж..       – Сейчас каждый достанет по бумажке, – начала информировать нас Женя. – И это будет ваш тайный друг. Если кому-то попадётся он сам, конечно, надо будет поменять.       А там наши имена, что ли? Эм, а я вообще могу в таком участвовать? Ну, "тайный друг" же. Вряд ли я являюсь другом хоть кому-то здесь. Не говоря уже о том, что.. А если мне попадётся какая-нибудь Настя или Егор? Какие вообще дальнейшие действия после того, как мы узнаем, кто нам попался? Нужно будет что-то сделать или что вообще? А кому попадусь я? Надеюсь, мне тарелку еды на голову не выльют? В качестве знака тайной дружбы.       Артём взял бумажку и сразу же сунул её в карман, хотя все остальные, я видел, раскрывали их сразу же. Кто-то даже показывал её соседям, хотя большинство старалось сделать это так, чтобы никто не видел. Значит, никто не должен знать, кто тебе попался? Ну да, друг-то тайный. Видимо, это в правилах игры.       Я не стал особенно интенсивно пробиваться к Жене, и по факту просто дождался, пока все остальные возьмут своё и разойдутся. В конечном счёте, забирал я самую последнюю бумажку, и кто же это мог быть? "Артем Дернберг", ну конечно. Мда..       Под конец предстояло спеть эту ущербную прощальную песню. Саня, как истинный социопат и человек, который всегда сваливал раньше положенного времени, направилась в корпус почти сразу, как забрала бумажку. Потопталась немного на месте для вида, а потом рванула.. Обычно никто не замечал, как она исчезала, так что она спокойно могла это проворачивать. Я же, немного пораскинув мозгами, пошёл за ней, надеюсь, что её аура сокрытия от посторонних глаз охватит и меня. Я не хотел тут оставаться ещё больше, и хотел слинять, пока из леса не вылезла какая-нибудь ебака и не поубивала всех. Я не столько боялся смерти, сколько ебаки..       По приходу в комнату я сразу же включил свет везде, где только можно было. Сразу стало значительно спокойнее.       Далее надо было готовиться ко сну. Снять ботинки снять, переодеться, вымыть ножки и почистить зубы. С мыльно-рыльными делами следовало разобраться в первую очередь, чтобы когда Артём вернулся, ванна была уже свободной. Наверняка ему надо будет помыться, ещё что-нибудь, из-за чего он запрётся там на семьсот лет..       Отряд по каким-то причинам задержали – их не было слишком долго. Одна песенка точно бы не заняла столько времени, а потому я с усмешкой вспомнил свои мысли про ебаку из леса. Сожрали всех, всё-таки? А мы с Саней умные, мы съебались, мы выжили и молодцы.       В любом случае, когда Артём вернулся, я уже почти засыпал. Но его приход ознаменовался громким "Еба-а-ать" на всю комнату, так что о том самом мне пришлось вмиг забыть. Видимо, мне стоило выключить свет – чтобы Артём, решив, что я сплю, вёл себя потише. Не то чтобы мне не всё равно, но зачем так орать? А так хорошо было..       – Ой, ты уже спишь? – осёкшись, спросил Артём.       – Нет.       Мне надо было ещё узнать про эту непонятную игру. Не сказать, что это было срочно, но раз всё так совпало, то займёмся этим сейчас.       Усевшись на кровати, Артём вытянул ноги и полез в карман, куда не так давно он сунул бумажку с именем. Мне даже стало интересно, кто попался ему. Он же расскажет? Тогда и узнаю, что с этим делать.       Я следил за реакцией Артёма, чтобы хотя бы примерно угадать, кто мог ему попасться. Судя по отсутствию недовольства или раздражения, это кто-то из более-менее приятных ему людей? Которых на весь отряд пара человек, мда.       – Кто у тебя? – поняв, что Артём ничего сам говорить мне не будет, спросил я.       – Ты, – он даже показал мне листочек, потом усмехнулся. – Прикольно.       Я какое-то время таращился на своё имя, и потом ещё немного – в пустоту, когда Артём опустил руку. Это пиздец. Вот, блять, какая была вероятность, что мы попадёмся друг к другу?       Я сам отдал Артёму свой листок. Смотри, мы тайные друзья друг другу, вот охуеть, правда?       – Пиздец, – выдохнул он, мотая головой. – Вот какая вероятность была, что мы выпадем именно друг другу? Хотя я могу посчитать..       И он реально принялся считать. Сощурившись с крайне сосредоточенным видом, он принялся чёто бормотать и загибать пальцы иногда. Хотелось остановить его – ну, типа, нахуя он вообще это делает. Это никому не интересно, я не смогу оценить его знания, потому что знаний по алгебре у меня было буквально ноль.. Артём что угодно может сейчас сказать, я поверю просто потому, что тупой.       – Я только что об этом же подумал, – решил сообщить я, когда он всё же закончил.       – Один к четыреста шестьдесят примерно, – выдал Артём. Ну Turing Bombe, блять. Это не про расшифровку, да, но такая же умная херь.       – Я всё равно не умею считать, – сказал я, и Артём посмеялся.       – Плохо с математикой?       – С техническими предметами, да.       – Парень-гуманитарий.       Самое время было вспомнить утреннюю шутку, которая "Звучит как ебля в жопу", только немного адаптировать под эту тему. Типа, парень-гуманитарий, звучит как педик. Но зачем зарываться и чморить себя.       – Ну типа. Так что это значит?       – А, ты же не знаешь, – зевая, проговорил Артём. – Короче, это флешмоб такой. Все должны сделать какой-нибудь подарочек тому, кто им попался. По правилам это нужно сделать так, чтобы он этого не заметил. Так что. Ха.       М, да..? Но похуй, в целом. Никто же не будет отчитываться о результатах? Тайно ты это сделал или нет. Сделал ли вообще – или нет.. Нет, конечно, я не собирался косить от подарка. Но просто я понятия не имел, что можно подарить Артёму. Я вообще ничего никому никогда не дарил, если уж на то пошло..       – Что ты мне подаришь? – спросил Артём, уже аж пересаживаясь поближе. Заинтересовался сразу как, м..       – А что ты хочешь?       – А что можно взять? – Артём довольно заулыбался.       – Что хочешь.       – Что я хочу, – задумался он. – Футболку с совой?       Я пожал плечами и потянулся к рюкзаку. Футболку так футболку. На мне она всё равно сидела ущербно из-за моей широты в груди и плечах. Я мог носить её только с кофтами, что не было проблемой, учитывая, что верхняя одежда в нашем регионе была нужна девять месяцев в году.. Но вот Артём как раз потоньше в теле. На нём будет хорошо сидеть и так. Хотя рисунок мне, вообще-то, нравился.. Но ладно. Будет причина поискать такую же, но размером побольше.       Пока я рылся в рюкзаке в поисках той самой футболки, Артём снял с себя чётки со шнуром. Он носил эти украшения с самого начала смены, но я не обращал на них внимания, потому что ну не похуй ли? Но сейчас, когда мы обменялись – а да, произошёл обмен, – у меня появилась замечательная возможность узнать, что это вообще. На шнурке висел металлический под серебро амулет в форме молота. Хотя сперва я подумал, что это якорь, но вскоре уловил скандинавские мотивы, и всё стало понятно. Молот Тора, символ мужества и силы, ух.. Артём реально этим увлекается, интересно, или так..? Просто интересуюсь.       Чётки же были просто чётками. Из чёрных бусин, плетение которыми перебивалось на плетение шнуром. И заканчивалось всё чёрной кисточкой, повязанной золотой нитью.       – Ручная работа, между прочим, – похвастался Артём. – Так что считаю, обмен плюс-минус равноценный.       О, какие мы..?       Не то чтобы меня беспокоил этот вопрос. Но я, вообще-то, отдаю ему официальный мерч. А он мне что? Да пусть даже что-то рукодельное. Я могу попросить что-то ещё..?       – Можешь проколоть мне губу?       Я хотя бы попытаюсь. Сам такими вещами я заниматься не хотел, а Артём, вроде, с опытом даже.. То есть, есть вероятность, что за этот прокол не будет стыдно, и я не умру от заражения крови, менингита и паралича лицевого нерва.       Артём, сразу напрягшийся, уставился на меня ещё более заинтересованно.       – Ты серьёзно?       – Да.       Конечно, было страшно, но я думал, что ему можно довериться. И не такая уж тут антисанитария, чтобы бояться? Артём и сам рассказывал, как прокалывал кому-то язык в подъезде..       – И чем? – он развёл руками. – Булавками?       Булавок у меня при себе не было, зато была игла для пирсинга. Да, лучше не спрашивать, почему она со мной. У меня в рюкзаке часто можно найти то, что не должно там быть. Это не странно.       Достав из потайного кармана рюкзака пакетик с иглой, я протянул его Артёму, который тут же вскинул брови и с выражением на меня уставился.       – И часто ты с собой иглы таскаешь?       – Случайно вышло.       – И сама серьга у тебя тоже совершенно случайно в рюкзачке окажется? – спросил Артём, издеваясь, и я, так же издеваясь, показал ему свой пакетик с железками. Я сюда при полном вооружении приехал, пусть не шутит мне тут. Ладно, в свою защиту могу сказать, что носить с собой запасные штанги и накрутки не такая уж и тупая идея. Что-то открутится, потеряется, бог знает что ещё – ты просто берёшь новую. Как будто лучше, чем в панике искать, чем занять прокол, чтобы не зарос. А то хрящи – они суки такие..       – Блять, я нихуя не понимаю, – вздохнул Артём. – Но раз всё есть, то.. Доставай.       Бутылёк хлоргексидина лежал на самой поверхности – одна из самых нужных вещей, всё-таки, так что долго искать её не пришлось. Я всё пытался вспомнить прочитанное на тему "Как прокалывать себе губу", чтобы понять, что ещё я могу сделать, но, похоже, теперь всё, что от меня требовалось – это, собственно, подержать губу в процессе?       Артём поднялся с места и, захватив иглу и хлор, ушёл в ванную. Обрабатывать всё и руки мыть, по всей видимости. Я же пока вспомнил про железки и решил достать украшение – тут было слишком много всего, и следовало вообще ещё выбрать, а что я хочу. А то до самого заживления придётся ходить с хуйней какой-то. Мы же так не хотим.       Вернувшись, Артём сразу прошёл ко мне. Да, сейчас бы делать пирсинг на лице по случайному порыву..       – Два прокола, я правильно понимаю? – спросил Артём, рассмотрев украшение, которое я ему вручил.       Я покачал головой, пересаживаясь ближе к краю кровати.       – Ты уверен? – напоследок уточнил Артём. – Мамка пизды не даст, когда увидит?       – Если бы ты знал, как ей похуй, – уже оттягивая нижнюю губу, сказал я.       Стерев ватой слюну с внутренней стороны губы, Артём взял иглу и, приставив её к коже, огласил:       – Колю, – и дёрнул рукой.       Было не так уж и больно. Я так же себе уши во второй раз прокалывал – вроде, игла уже прошла насквозь, а ощущений никаких. И третий раз, и четвёртый.. Кхм.       Из плюсов бодмода – первое время после процедуры бьёт адреналин, есть какой-то кайф от того, что ты сделал с собой. Из минусов – это состояние проходит. Приходится постоянно добавлять сверху что-то. И что меня не радовало – я перешёл с ушей (что типа более-менее приемлемо) на лицо (что уже ближе к маргинальному). Ну, просто понадеемся, что дальше ничего не зайдёт.       Я старался не смотреть на Артёма в процессе, чтобы не выглядеть странно (я и так, наверное, смотрелся не очень), хотя и длилось всё это недолго. Когда сделали второй прокол, я и вовсе ничего не почувствовал. Мда, а я думал, что я только эмоционально тупой сухарь, а нет – и физически тоже. Пиздец..       Когда с процессом закончили, Артём начал убираться – сложил всё, закрыл бутылёк с хлором и отодвинул всё ко мне, затем пошёл в ванную, захватив весь мусор по пути. Я хотел напомнить ему про иглу, но был занят – аккуратно трогал кожу вокруг прокола, пытаясь понять, что всё, у меня проколота губа. Охуенно. Семья вряд ли оценит, но как будто мне не похуй. Может, ещё нос проколоть..? Или это уже совсем будет? Нет, ладно, это мне уже точно не простят. Отто не одобрит. Хотя он и губу не одобрит, но то другое. Короче, ладно.       Артём, вернувшись в комнату, подозревающе меня оглядел, после чего не то возмущённо, не то огорчённо воскликнул:       – Пиздец. И зачем я это сделал?       Поздновато к нему осознание пришло, конечно.. А, вроде, умный. Вон, как резво вероятность посчитал.       – Как ты будешь тут следить за ним нормально? – продолжал возмущаться Артём. Выглядел он при этом так обеспокоенно. Волнуется обо мне? Но вообще, нашёл, из-за чего изводиться. И что значит "нормально"? Обрабатывать пару раз в сутки, следить за гигиеной рта и хватит, нет?       – Как-нибудь, – продолжая прикасаться пальцами к железкам, сказал я. Никогда не думал, что это так прикольно. Или дело в том, что это Артём сделал? Потому такое отношение?       – Когда я тянул вот этот тоннель, я рвал его два раза, и он полгода не заживал потом.       Не знаю, зачем я решил это рассказывать, но пусть будет. Допустим, что это познавательно и интересно, а ещё даёт понять – что даже если ты разъебёшь себе всё к хуям, всё равно есть шанс, что всё наладится само собой. Правда, вряд ли это применимо к пирсингу губы, но раз уж начал рассказывать, то закончу.       Артём с таким ужасом уставился на меня, что мне даже смешно стало. Ну, было вполне ожидаемо, что ему это не понравится. Но я всё ещё поржался тому, какой он неожиданно ответственный и участливый человек.       – Я каждый день сдирал с него гной.       – И ты его не снял? – возмутился Артём.       – Как видишь. Так что похуй.       – А, ну да. Пиздец.       – Ну, в любом случае, тебе-то что.       Понимаю, если бы он в салоне работал, и всё это там бы происходило. Хотя даже так меня бы заставили подписать отказ от претензий. Так что Артёму сейчас вообще похуй должно быть. Кончится смена и мы больше никогда не увидимся. Так что может не притворятся.       – В январе надо будет встретиться, – тем временем начал строить планы Артём.       – Зачем?       – Полгода, – раздражённо пояснил Артём, аж повысив голос. Но я просто правда не понял, о чём он.       А, он об этом..       – Ты за всеми своими.. Клиентами, – мне было неловко так говорить об этом, но что оставалось. – Так следишь?       – Стараюсь. Я должен знать, всё ли нормально. И, вообще-то, все нормальные мастера так делают?       Хотелось поспорить. Видимо, я ни разу не был у нормальных мастеров? Отто меня забивал, и что-то он не справлялся о моём самочувствии. Наверное, потому что сам всё видел – мы тогда жили вместе, как-никак. Наверное, поэтому я и не воспринимаю такую заботу. Хотя я не думал, что в косметических салонах, или тату-, реально волнуются о клиентах. Работу сделали, деньги получили – всё, нормально. Что там дальше – уже не их проблемы. Лишь бы отказ от претензий был подписан, конечно же.       – Ты собираешься эти штуки прикручивать? – указав на накрутки, спросил Артём.       Надо было, конечно, но мне не хотелось идти и мыть руки. Грязными же я туда не полезу? Свежий прокол. А так.. Кожа удержит. Ничего не вывалится. Не страшно, если закручу попозже.       – Давай я? – Артём как будто только ради этого и заговорил.       Так как я уже успел отползти обратно к стене, и сейчас просто не успел придвинуться, Артёму пришлось залезть прямо сюда, ко мне. Очень близко, и вот зря он это сделал.. В смысле, не надо было. Ему нормально вообще так делать? Я, может, чего-то не понимаю.. Но это же ненормально, когда парень вот так резво залезает на колени другим парням? А как же гомофобия? Опасения за свой статус гетеро в глазах окружающих? Нет, что у всех разные границы и понятия о дозволенном. Может, для него это не по-гейски.. Но просто зачем..       Стараясь не думать ни о чём плохом, я смотрел на надпись у него на футболке. "Море", английское "ты", "в" и "светло". Хотя здесь же все слова на английском, не только "ты".. Надо будет потом вбить в переводчик, узнать, что тут написано. Не то чтобы интересно, но в конкретный данный момент надо хоть на чём-то внимание сконцентрировать.       Закончив, Артём невозмутимо вернулся к себе на кровать и зачем-то взял в руки иглу, которая до этого лежала на тумбочке. Я только хотел узнать (на самом деле, я бы промолчал, молча пронаблюдал бы, как обычно), что он собирается делать, как он начал вытворять такую хуйню, что у меня ж дар речи пропал.       Взяв тупой конец иглы в рот и подставив свободную руку к острому, он со всей силы выдохнул через рот. Я был слишком удивлён, чтобы самому разобраться, что это и нахуя, но он сам пояснил. Легче от этого не стало, правда.       – Смотри, – он показал мне свою ладонь, на которой остался небольшой красный сгусток: кусок моей кожи, который остался в игле.       .. И Артём брал её в рот, даже не обработав после этого..? Нет, если бы у меня на руке оказалась кожа другого человека, я бы унёсся руки мыть, и поскорее. Хотя у меня и к своей собственной коже такое отношение было бы. Артёму не мерзко? Он брал эту иглу в рот.       Только успел подумать я. Как вдруг Артём, не сводя с меня пристального взгляда, лизнул свою ладонь.       – Ты.. – не выдержал в конце концов я. – Еблан, что ли?       – Теперь мы всегда будем вместе. Частички твоей кожи встроятся в мой обмен веществ и станут моей частью. Ха-ха.       После этих слов он направился в ванную, а я так и остался сидеть, нихуя не понимая в этой жизни. Он реально съел мою кожу..? О, да ладно. Наверняка он лизнул просто рядом. А так этот кусок остался там же, на его ладони, и сейчас, вместе со слюной, Артём просто смоет его. Да же..?