Wenn

12.03.14, Среда

Я проснулся из-за грохота. В комнате было непривычно и даже как-то жутко темно. Как, впрочем, и на улице – небо было сплошь серым, слышался шум дождя. Где-то вдали грохотало, с другой стороны дома слышался вой сирен. Видимо, машины реагируют на слишком громкие звуки? Ёбнешься.. Неожиданно прогремело прямо над домом, и я даже вздрогнул, знатно охуев. Это было по-особенному жутко. Никогда такого не было. И я, по-моему, даже поморщился – и так голова болела, а тут ещё и это. Из-за давления, наверное? Оно повысилось, вот и я как пиздец себя чувствую. Но это не приступ, судя по всему. Ну и славно – меньше страдать. Снова раскаты грома раздались прямо над домом. Артём вздрогнул или проснувшись из-за этого, или просто сильно напугавшись. Не знаю. Да и не важно. – Ёбаный свет, блять.. – прорычал он, закрывая лицо рукой. – Охуеть гром. Ага. Как в школу пойдём только – не ебу. Хотя, если честно, я не собираюсь это делать. Вряд ли голова пройдёт к полудню, и проводить это время на занятиях я не хочу. Среда же ещё сегодня. Я вообще не знаю, зачем ходить в школу по средам. Семь уроков, и все отсосные. Если бы не моя принципиальность, я бы и не ходил. А сегодня, раз уж есть уважительная причина.. Грех не воспользоваться случаем. – Уже семь двадцать. Сегодня мы что-то запозднились. Из-за погоды тоже, наверное? Потому что вчера, вроде, нормально спать легли. А в итоге спали так долго, что проспали. Так бы и опоздали, если бы не погодка. – Я никуда не пойду, – сообщил Артёму я. Пора бы уже, наверное. – Чё, опять? – он сразу нахмурился. – Недавно же было. А то он прям запоминает? Недавно – это когда? В январе? Где-то там в конце месяца, дату точно не помню уже. Пиздец "недавно". Чуть больше месяца прошло. Всего-то, ну. Теперь, когда об этом заговорили, я заметил, что в последнее время приступы происходят относительно часто. Раз был в июле, потом в октябре, если не ошибаюсь, и потом ещё раз в январе. Дело в Артёме? Это он меня доводит, что у меня от стресса уже всё обостряется? Ну я понял. – Нет, просто голова болит. Артём сразу улёгся обратно, пристраиваясь головой у меня на груди. – Ну похуй тогда. – Тоже не пойдёшь? – Ну. Не оставлять же тебя одного тут. – Я бы не умер. – Что, сплавить меня хочешь? Если я чего-то и хотел, то это обнять его покрепче и.. Эм. Я бы сейчас не отказался от поебаться. Но у меня же голова болит, я и хотеть-то не должен? Ну, лучше подождать до вечера. Если мы не пересрёмся опять на десять раз. Это в последнее время тоже случается довольно часто, можно уже привыкнуть. Нельзя нам долго находиться наедине в одном закрытом помещении. – Не сказал бы, что мне вообще дело есть. Артём ударил меня по щеке, несильно, но из-за того, что он даже не смотрел, куда бьёт, вышло не очень приятно – попало прямо в глаз. Что ж, драться так драться, друг мой. Ты сам начал эту войну. В какой-то момент мы оказались в совсем другом положении и в итоге всё свелось совсем не в ту сторону, куда шло изначально. Хотя, похоже, с Артёмом только к такому всё и может свестись. Что-то я вечно забываю, что его такие вещи возбуждают. Ну да блять. Я лежал на нём, придавливая собой и удерживая за руки. Артём в свою очередь давил мне ногой на пах, и сейчас смотрел мне прямо в глаза, нехорошо усмехаясь. Тоже уже понял, видимо, чем всё закончится? Но в кои-то веки я не возражаю. Даже "за". Не знаю, сколько мы вот так лежали, но по ощущениям – довольно долго. И всё это время смотрели вот так друг на друга. Кажется, у нас уже были такие эпизоды? Да, ещё осенью, я вспомнил. Как мы стояли в ванной, и Артём что-то мне затирал, при этом стоя очень близко. Мне, вроде, понравилось. Даже сейчас, если вспоминать, хорошо становится. Можно ещё раз что-нибудь такое устроить? И поговорить мне что-нибудь в губы. Я же не много прошу. – У тебя, вроде, голова болела, – вдруг вспомнил Артём. Это было не очень уместно, надо отметить. Но раз он не хочет.. – Ну ладно. Как ещё это можно было понять? Явно же тонкий намёк на то, что ему сейчас не до этого, а я тут лезу, когда не надо. Господи, ну просто закон подлости – стоит мне только захотеть, как Артём не хочет. – Эй, ну нет, – протянул он, когда я отстранился. – Если не настолько болит, то давай. Во время секса у меня пошла кровь из носа. Это никак не помешало, конечно, но учитывая, что у меня бывали моменты, когда нос прорывало, как трубу, я всё равно успел испугаться, что сейчас залью Артёма кровью, и будет просто охуенно. Ничего страшного не было, ладно – надо было только дышать осторожнее. Ну, ещё я запачкал подушку. Немного совсем, но стыдно было всё равно. Позорище, блять.

******

Больше грома не было, но погода улучшаться особо не спешила. Никто и не ждал, мне кажется? Весна обещала пройти хуёво, как Ковальский и прогнозировал.. Хотя тогда речь про зиму шла, но тут у нас что зима, что весна – одна хуйня. До середины апреля снег ещё не везде сойдёт. А в мае будут ебучие дожди. Что может быть увлекательнее весны в Сибири? Даже не знаю. – У тебя.. – начал Артём, но быстро замолчал. – Ты хочешь, можешь сейчас разговаривать? Он так мило заботится обо мне. Жаль, это редко бывает, и куда чаще он по жести ебёт мне мозги. Особенно в то же последнее время – о, что тут у нас началось. Настоящий кризис отношений прям. С позволения называть отношениями ту хуйню, что мы тут развели? Мне было всё равно, так что я просто хмыкнул. – Вот эти твои приступы. Они же не случаются просто так? Я не смог удержать недовольный вздох. Господи, опять? Хотя, кажется, он никогда не спрашивал про это. В лагере после такого случая он интересовался моим здоровьем в целом, но не конкретно этой хуйнёй. Хотя даже при том, что это первый раз, я всё равно раздражён. Мне это не нравится. Говорить о своих болезнях как-то стрёмно? В любом случае, я бы предпочёл этого не делать. Тем более, с Артёмом. Я люблю его, и не хочу, чтобы он знал обо мне что-то хуёвое. Разлюбит меня ещё, больного такого, бросит, и мне потом грустно будет. Не хочу грустить. Из-за этого могут быть приступы. Предположительно – мы так и не выяснили, почему они происходят. Но по основной версии – после эмоциональных потрясений или каких-то нагрузок на голову. Так что кто знает. – Не знаю. Не могу выследить связь между паршивым самочувствием и приступами. У меня это вообще по-спидозному работает. Иногда для того, чтобы у меня разболелась голова, достаточно просто выйти на улицу. И поебать, что ты в шапке и в капюшоне (если предполгать, что причина может быть в переохлаждении), ты всё равно будешь страдать. Я не знаю, что происходит, но ладно хоть, что это случается редко. Хоть что-то хорошее. – Тебе нельзя волноваться? – Ну, типа того. Волноваться вообще никому нельзя. Это отрицательно сказывается на состоянии всего организма. Поэтому если есть возможность не волноваться – не волнуйтесь. Охуенные советы подъехали. – Чё волнуешься? – подперев голову рукой, спросил Артём. Он шутил, и было и правда немного смешно. Ха-ха просто. – Спросила причина большей половины всех моих переживаний. На самом деле, конечно, мне похуй, но иногда бывает. Вот когда он пропал, например, я правда волновался. По первой поре. Потом стало похер, конечно, но нервы у меня тогда помотались изрядно. Артём, конечно, в этом виноват лишь косвенно (хотя тут с какой стороны посмотреть), но да ладно. Ситуаций, где его вина прямая, хоть пруд пруди. – Когда я в больнице лежал, такого не было? – он, к счастью, не стал особо зацикливаться на этой моей фразе. – Нет. Как ни странно, к слову. Но я совсем против – мне они нужны, как будто. – А говоришь, что волновался, пиздабол ебучий. Сейчас бы степень волнения определять наличием приступов.. Не, ладно, логика может быть. Но это же не обязательный критерий? – Ещё бы у меня приступы были, когда ты был в больнице. Я бы точно тогда умер нахрен. Ну правда. Мало того, что Артём пропал и ничего неизвестно, так ещё бы у меня приступ начался. Если и есть Ад в этом мире, то как-то так там будут выглядеть мои пытки. – Ты мой маленький, – умилённо протянул Артём. – Тогда как это работает? – Я ебу? Отстань от меня, заебал. Я просто так это сказал, не от чистого сердца, скажем так. Все же так делают? Начинают вдруг агриться и чморить друг друга ни с хуя. Я видел, да-да. – Спасибо, – обиженно проворчал Артём. – Ты к человеку со всей душой, а он заебался. Пидр, блять, ненавижу тебя. Ну вот, о чём я и говорил. Это типа оскорблять человека, когда не так уж ты бы и хотел его оскорблять, просто.. Просто. Ты просто это делаешь, и всё. Никто серьёзно к этому не относится. Я поцеловал его в губы – так, вернее будет сказать, чмокнул. Тоже для нагнетения атмосферы и контрастов. Сегодня ебанутый день, можно немного похуеть. – Что-то сегодня не то происходит, – когда я лёг обратно, вздохнул Артём, выглядя немного ошарашенно, но в то же время слабо улыбаясь. – Не то чтобы я против. Это из-за погоды, да? – Ага. Пусть сильно не радуется. Хотя ему похер, скорее, но да всё равно.

******

– Ты всё уже, да? Давай сходим куда-нибудь? Признаюсь, я сперва подумал, что он опять захотел поебаться. Я даже успел побеситься – господи, неужели ещё раз? Несколько часов же прошло. Хотя после некоторых эпизодов это уже не должно вызывать удивления.. ладно. Всё равно же оказалось, что это я тупой мудак, который только об одном и думает, и у Артёма вообще другие планы. И хотя я думал, что возможны другие варианты, всё равно охуел с неожиданности. Хотя смущала именно сама просьба. Сходить куда-нибудь? Он хочет пойти куда-то со мной? Он адекватный? – Чё, блять. Нет, правда, он совсем головой поехал? Он понимает, что это будет ужасно? Мы.. Что он собирается делать вообще? – Я не буду повторять, мне стыдно. Блять, что за говно. Ему стыдно говорить об этом, но не стыдно идти со мной куда-то. Как-то неправильно у него приоритеты расставлены. – И, – я даже говорить не мог, – чего ты хочешь? – Поесть. Пошли в КФС. – Его разве уже открыли? – Ещё неделю назад. Оу.. Блять, а. Артём понимает, что это будет просто до пизды как неловко? Типа, мы будем тупо сидеть молча? И смотреть, как ест другой? Серьёзно, нам будет не о чём разговаривать, и всё в итоге пройдёт просто ужасно. Я не хочу никуда идти и потом убиваться из-за того, какое я чмо. Может, Артём там один управится..? А я тут посижу? Или я могу пойти домой. Ну правда.. – Что? – спросил Артём, когда понял, что ждать ответ смысла не имеет. – Ты стесняешься? – Эм. Это вообще нормально? – Что? – Идти куда-то. Вдвоём. Когда вы оба парни. Артём вскинул одну бровь, очень выразительно на меня глядя. Кажется, та какофония, через которую я пытался донести своё мнение, смысла особо не имела? Ну, для него. Хотя я не очень хорошо выражаю свои мысли, так что неудивительно, что Артём ничего не понял. Но было бы славно. Ещё было бы просто охуенно, если бы он меня понял и оставил в покое. Но, учитывая, что у нас в последнее время происходит, можно даже не надеяться. Ладно, господи. Просто сходи с ним поесть, и никто не пострадает. В этом нет ничего такого. И как бы да, но.. Во-первых, это вообще нормально – ходить куда-то двум парням? Ладно, господи, нашёл, до чего доебаться. Тогда второе. Это же реально будет очень неловко. Хотя ещё хуже, похоже, будет, если я откажусь. Артём уже сейчас выглядит готовым меня задрочить. Ну, я сам виноват. Покормил тролля, так сказать, теперь надо страдать. – Что? – протянул он, сощурив глаза. – Ты нормальный вообще, нет? Опять сейчас поругаемся.. – Писос некроз, Арсений. "Писос некроз" – фраза Ковальского, он так обозначал наиредчайшие случаи человеческого долбоебизма, видимо, под некрозом подразумевая некроз мозга. Сейчас, тем не менее, всё это дерьмо звучало смешнее, потому что звучало это как перечисление каких-то слов. "Писос, некроз, Арсений" – это правда смешновато.. Чуть-чуть. Недостаточно, чтобы разрядить ситуацию. – Типа, это недостаточно гетеросексуально? – продолжал Артём. – И раз вы оба парни, то вам сразу нельзя делать какие-то вещи? Как ты со мной в школе-то сидишь? Это вообще другое, мудак тупой. Там мы как бы вынуждены это делать, это обязательно. А вот ходить куда-то – нет. Это же просто и понятно, мне кажется? Или я опять как-то не так к вещам отношусь..? – Одевайся, пойдём, – резко подскакивая, хмыкнул Артём. – Поедим, заодно посмотрим, как много натуралов у нас в городе. Что-то как-то.. Нет. – Спорим, там одни бабы будут? – продолжал Артём. – Ковальский просто говорит, что у нас лесбух дохера развелось в последнее время. – Никого там не будет, – попытался я. – Середина рабочего дня. Все лесбухи сейчас в школке должны быть. А после школки, усталые и измученные, бежать по домам, уроки делать, ага. – Но уроки-то уже закончились. А даже если и мало, то в очередях стоять не будем, м? Одевайся давай быстрее. Как же он загорелся.. Не к добру это. До Изумрудного – того самого нового торгового центра было пятнадцать минут пешком, так что много времени дорога не заняла. Я, тем не менее, всё равно успел себя задрочить. Хотя мне только волю дай – в секунду уложусь. Хотя сейчас это сделать было проще из-за того, что тут были другие люди. Шли мимо нас, о чём-то разговаривая. А мы вот не разговаривали. Потому что нам не о чём. И всё потому, что я чмо ебаное. Надо же было таким задроченным вырасти? Даже поговорить с человеком не о чём. Я уж не выделяю его положение для себя, потому что тогда ещё хуже станет. Ладно, когда ты с рандомным человеком не можешь говорить – нахер он тебе сдался, как бы? Но когда этот человек тебе важен или даже нравится. А если вы ещё и встречаетесь, то это вообще пиздец. Хотя я уже думал, почему у нас так вышло. Хотя даже если бы мы всё делали, как надо, вряд ли бы что-то было по-другому. Мы бы перестали общаться вообще, скорее всего. Потому что с такими чмырями, как я, очень тяжело вести общение. Вечно надо выступать инициатором, стараться, чтобы хоть слово из них вытянуть. В хуй это кому упало, при условии, что вокруг много людей, общение с которыми не отнимает столько сил. Даже если ты будешь любить такого человека, рано или поздно тебя всё равно заебёт такая игра в одного. И ты пойдёшь к своим более социально активным друзьям.. А чмошники, вроде меня, будут сидеть одни дома, нахер никому не нужные, и грустные. Смешно, что одно следует из другого. Никому не нужные, потому что грустные, и грустные, потому что никому ненужные. И получается замкнутый круг. Что-то меня понесло. Но правда – вдруг вся эта хуйня, которая у нас началась – это из-за того, что Артём устал, но по каким-то причинам не может сказать мне об этом? Тупо получается, конечно. Как говорить мне всякие стрёмные вещи – это мы рады, а как сообщить о весьма важном – так это нет, так это пусть Арсений сам догадается. Ну вот, Арсений догадался. Артём хочет меня бросить, просто стремается заговорить со мной об этом. Почему-то, да. А его поведение – это попытки довести меня, ли заставить разлюбить его и бросить.. Я читал, что люди так делают. Нельзя же нормально сказать партнёру, что он тебя заебал. Поэтому начинается мозгоёбство. И потом у нас все обиженные и несчастные ходят. Я даже решился на то, чтобы спросить у Артёма об этом прямо, но как же жаль, что это было не очень уместно сейчас. Вряд ли, конечно, кто-нибудь непременно нас услышит и случится какая-нибудь жуткая дрянь, но я бы всё же предпочел выяснять отношения у кого-нибудь из нас на дому. Да, вот. Обязательно спрошу при случае. Заказ нужно было ждать, и Артём решил пока занять место – за столом у окна, чтобы можно было смотреть на прекрасный вид за ним. На парковку. И дорогу. И лес за всем этим. Очень живописно, знаете, да? В общем-то, мне было похер. Это место было хорошо тем, что тут было светло и тебя мало кто видит – остальной зал у тебя за спиной, и тебе похуй, кто там где и что делает. Наверное, в обычное время эти места быстро занимаются? Что ж, хорошая причина приходить сюда, когда тут меньше людей. Хотя с моей социофобией только так всегда и делать.. Пф, блять. Артём сел наоборот – спиной к окну и лицом к залу. Я сначала как-то (сам не понимаю, как) связал это с тем, что он следил за происходящим на кассе, чтобы пойти за заказом, но дело было немного в другом. – Ну чё, как думаешь, – наклонившись ко мне, зашептал он, – мы одни тут натуралы, или ещё есть? – Может, хватит? Серьёзно, что за хрень. Я думал, мы закончили, но он опять начинает паясничать. Какого хера, Артём. Тебе мало было, блять? – Да чё ты. Смотри, – он кивнул головой, видимо, указывая на кого-то у меня за спиной. – Вон те точно ебутся, только посмотри на его волосы. И штаны подвёрнуты. Точно пидорас. А вон с бабой сидит. Наверняка она его френдзонит, а он потом уйдёт к своему другу, который сейчас поддерживает его, но на самом деле влюблён в него, и уже давно. Комму-то с такими фантазиями пора фанфики писать? – Это не смешно. – Да, Арсений, это не смешно. Потому что ты – ты, чел, который ебётся, блять, с парнем – не может сходить с ним куда-нибудь поесть, потому что переживает, что это будет выглядеть не гетеросексуально. Я хотел доебаться, типа "предложение построено неправильно, лохпидр", но решил этого не делать. Во-первых, это похоже на смену темы, что как-то по-пидорски (да), во-вторых, я просто не успел это сделать – Артём продолжил пиздеть. – Серьёзно, как думаешь, сколько из всех этих людей думали об этом же? Им-то зачем об этом думать? Они-то нормальные – все или большая часть, им не о чём переживать. А я клозетник, чтобы ты знал. И очень боюсь, что кто-то меня раскусит, почему не хочу подавать даже малейшие поводы для подозрений. А ходить с парнем по разным помещениям – это странно. Хотя вот серьёзно – в чём проблема просто пойти с другом куда-нибудь поесть? Это же нормально, вот совершенно. А я просто параноидальный мудак.. Но это не так работает. Отъебитесь. – Чё ты отворачиваешься от меня? Думаешь, что сейчас кто-нибудь увидит, как ты на меня смотришь во время разговора, и подумает, что ты пидр? Ему самому не кажется, что он перегибает? – Всё, заткнись. Мне уже плохо стало, блять, со всего этого, вот правда. – Сердце болит? – догадался Артём. Тон у него, тем не менее, не сбавился ни разу. Или я неправильно делаю, что надеюсь на его снисхождение? Или хоть что-нибудь. Что заставит его заткнуться и прекратить доводить меня? Есть в нём вообще такое? – Сейчас холодненького попьёшь, и нормально станет, – сказал Артём и поднялся с места. – Пойду заказ заберу. Я остался сидеть на месте, изо всех сил стараясь не думать об уходе домой. Идея была очень заманчивой, стоит отметить. Артём как раз отлучился, правда, вряд ли у меня получится быстро покинуть фудкорт, но да какая разница? Артём же не побежит за мной? Хотя он может забрать еду с собой и тогда ему уже ничего не помешает броситься в погоню. Правда, на кой хуй ему это надо? Что я есть, что меня нет – какая разница? Разве что чморить некого. Но и отдыхать от такого надо, Артём в курсе? Вот, пусть отдохнёт, поест. Сил наберётся. Непроизвольно я подался вперёд, чувствуя, что в животе что-то намечается. Было опасно и дальше тут сидеть, так что я обернулся назад – посмотреть, где там Артём есть. Судя по всему, он не собирался надолго задерживаться у касс, так что я спокойненько, не переживая за наши вещи, поднялся и пошёл к выходу с фудкорта. Где здесь туалеты? Меня сейчас вывернет, будет неприятно, если я прямо тут выскажусь, м. Не пришлось даже долго ждать – только я зашёл в кабинку, как тут же меня вырвало. Охуенно просто. И вот что это? Серьёзно – меня вывернуло из-за того, что Артём меня доебал? Охуеть. Такое и правда бывает? Буду знать теперь. Вещи я оставил на наших местах в фудкорте только чтобы вернуться – я слишком хорошо себя знаю, чтобы наивно полагать, что я пошёл туда, если бы мог пойти домой. Хотя если я сейчас уйду, то Артём принесёт их.. Но там моя еда. Купленная на мои деньги. В целом-то, Артём может и её принести, но что-то как-то нет. Да и что за бред вообще – уходить вот так. Надо его предупредить. А ещё лучше не выёбываться и не вести себя, как шмонька какая-то. И просто взять себя в руки, вернуться туда и поесть нормально. Ага, "нормально". Пока там Артём сидит. Сейчас дальше будем играть в игру "Задрочи Арсения". Отличная игра. Любимая у Артёма, наверное. – Я думал, ты там сдох, – только я подошёл к столу, сказал он. – От стыда, м. А я говорю, ему нравится надо мной издеваться? И весь тот бред, что со мной так нельзя, у-у, это всё хуйня и неправда. С чего бы ему вообще так считать? Я ему и не верил, в общем-то. "После всего того, что между нами было..". Было бы странно считать, что он реально так считает. А даже если и да, и он считает, то хера с два он будет стараться и следовать этому всему. Я по себе знаю, что так бывает – когда ты что-то делаешь, тебе за это стыдно, но ты не можешь прекратить по каким-то причинам. И вот у Артёма, похоже, то же самое. Я не стал говорить ему о произошедшем – зачем, как бы, да и мы тут есть собрались, нечего аппетит перебивать неуместными рассказиками. Сейчас надо всё съесть как-нибудь по-быстрому.. Быстрее закончим – быстрее пойдём отсюда. Надеюсь, этот пидр никаких планов не строит на время после? Типа, что я пойду к нему или типа того. Потому что я не пойду. Всё, наобщались на сегодня. Надо отдохнуть. Из-за всего происходящего и своих недавних мыслей я начал подозревать, что всё плохо ещё сильнее. Через неделю Артём не выдержит и бросит меня? Только вот почему сразу нельзя это сделать? Ну так скажи, если тебе хуёво? Я же понимаю. Хотя причина для меня не совсем понятна, но кто знает. Разница восприятия же, и хуё-моё. Это для меня всё славно и хорошо (более-менее, да), а вот Артёму так не кажется. Но вот опять же – в чём проблема? Сказал бы, и разошлись тихо и мирно. Нет же, обязательно надо делать из меня обиженного на весь мир чмошника. Это очень подло. Что за хуйня-то вообще? Он правда хочет меня бросить, да? Мне это совсем не нравится, если честно. Мда, всего четыре месяца вместе пробыли. Хотя не так уж и плохо..? В общем-то, даже если он меня и правда бросит, изменится не так уж и много. Ну да, пропадёт единственный человек, с которым я мог хоть как-то провести время и поговорить. И единственный человек, которого у меня поворачивается язык назвать другом, но, в целом, не так уж и много, да. Уж явно не умру. Но я немного неправильно сейчас делаю. Может, стоит поговорить с Артёмом сначала, узнать, что происходит? Может, он совсем не хочет меня бросать, ну, или пока не планирует? Хотя как ещё тогда расшифровывать его поведение? Это шутка такая? Даже захотелось обнять его вот прямо сейчас. Или каких-то других прикосновений. Банально – за руку взять, или ещё что-нибудь такое мелкое. Вот раньше, если мы сидели рядом или напротив друг друга, Артём задевал меня ногой. А сейчас он так не делает. И вообще давно такого не было? Почему-то я только сейчас на это внимание обратил. Артём боится, что нас заметят? В школе чёт не боялся, хотя там чувства проявлять должно быть страшнее, чем в каком-нибудь там ебучем торговом центре. Какая вообще вероятность, что эти люди запомнят нас, что мы пидоры, доебутся до нас, выследят или вообще ещё когда-нибудь нас увидят? Ага. А с чуваками из класса нам ещё полтора года вместе зависать в одном помещении. Как-то глупо выходит. Артём сидел, развернувшись лицом ко мне, так что ему прекрасно было видно и весь зал за нами. Собственно, из-за чего вся хрень и началась. – О, – вдруг он уставился куда-то в сторону, выпрямившись в спине. Я тут же повернулся – хотелось выяснить, что там такое, и да – к нам направлялась какая-то компания. Когда я понял, что да, это к нам, и да, я никого из них не знаю, то даже про себя выругался. Отлично просто, блять, лучше и придумать нельзя. Хотя если сейчас тут где-нибудь нарисуется Ковальский, будет в разы лучше. Хотя тут как посмотреть.. Но Ковальский иногда меня защищает. И успокаивает одним своим присутствием. Как-то всрато у нас всё распределилось? Но как будто я виноват. – Привет! Только по голосу я узнал Ксению – ту самую, которая ещё в лагере к нам приходила. Вместе с Юлей, да? Её же так звали? Вторую, относительно невзрачную даму. Хотя мне нравилась шапка. Кто из них был в шапке..? Ёбаный свет, а. Вот это встреча сквозь время. Ничего лучше сценаристы не смогли придумать? Или было лень нового спрайта для персонажа рисовать? Уж поднапряглись бы – в конце концов, женских персонажей создавать прикольно. Такое разнообразие, что пиздец. А они старых берут. Фу, осуждаю лень. Ладно, теперь серьёзно. Что, сейчас ещё Артём у меня на глазах будет с дамами няшкаться? Отличное завершение дня, что тут ещё сказать можно. Я не слушал, о чём они говорили, и пока разглядывал лес за окном, попивая колу. Это немного успокаивало. Может, зайти потом в магазин и поискать колы? Там же должны быть холодильники. То есть, у меня будет целая бутылка такой же холодной газировки. Компания долго тут не задерживалась, но я даже не знал, как к этому относиться. С одной стороны, пусть отвлекают Артёма от меня. С дугой, а чё они, блять, не могут это делать, когда я не рядом? Артём всё равно освобождаться планирует, так что пусть через недельку-другую приходят. Вдруг что выйдет. Хотя с чего я взял, что они до сих пор хотят отношений с ним..? Внезапно я задумался, как мы будем ходить в одну школу, если расстанемся. Молча, наверное? Всё же просто, как пить дать. Хотя если так подумать.. Ну, это не должно быть сложно. Просто не будем общаться, как со всеми остальными людьми из класса. Может, иногда он будет списывать у меня на истории и биологии, и всё. Станем самыми обычными одноклассниками. Сентябрь же как-то так и прошёл? Хотя тоже было неловко. – Можем поговорить о чём-нибудь, – через какое-то время оповестил меня Артём. То я сам не знал, что можно это делать. Спасибо, что напомнил мне, какое я чмо. Люблю тебя. Почему-то первое, что пришло мне в голову – это рассказать ему о чешуйницах. Плохая тема для разговора за едой. Да и вообще лучше ни о чём не разговаривать, пока вы едите, потому что так и подавиться можно, вся хуйня.. – Нет идей для темы, – сообщил ему я. Вот дома есть, о чём поговорить. Но не сидя где-то там. Тем не менее, немного подумав, я нашёл, о чём можно поговорить уже сейчас. Раз Артёму так хочется. – Вы с Ксюшей не общались после лагеря? – Нет. Если бы я с ней общался, ты бы об этом знал. Вы посмотрите на него, а. Совесть вообще позволяет мне такие вещи говорить? Хотя, кажется, я опять придаю вещам не то значение, которое они несут. – Мало ли, вдруг ты с другой страницы с ней няшкаешься. – Они мне не для этого нужны. Интересно тогда, для чего, но вряд ли Артём мне расскажет. Правильно я понимаю, что могу не спрашивать? Какое-то время мы молчали – надо же было и поесть хоть чуть-чуть? Для этого сюда и приходили, вообще-то. Если долго пиздеть, всё остынет. Артёму бы свою картошку долго так не держать.. – Ты чисто принципиально не хочешь в Контакте регистрироваться? – вскоре он опять развернулся ко мне. Никак вот не заткнётся. – Смысл. Мать, Отто и Кристина со мной через Ватсап общаются, Артём, если срочно надо, пишет в диалог с собой же, Ковальский, когда ему хочется поиграть, в скайп.. Кто там у меня ещё-то есть? Вроде, всех перечислил. И зачем мне ВК нужен тогда? Музыку чтобы слушать? Прикольно, это же очень важно. В тупых паблосах зависать? Отлично. Тоже очень важно. Дальше беседа как-то не заладилась, так что мы замолчали, и я снова начал думать о всякой хуйне. Жаль, что на улице сейчас не темно. Это глупо, конечно, но так бы можно было пройтись, взявшись за руки. Если Артём не будет против, конечно. А то вдруг он меня возненавидел и не хочет вообще ничего такого? Да, как ебаться – это он всегда хочет, а как дать себя за руку подержать – это фу? Хотя вдруг я ему нравлюсь только в этом плане? А всё остальное ему противно, и со мной он ничем, кроме ебли, заниматься не хочет? М-м.. Стоит ли спрашивать у него об этом? "Ты меня ненавидишь?", ага, охеренно. Это вообще нормально? Не похоже на размазывание соплей? А то мы не в том месте, чтобы таким заниматься. Это и в принципе плохо, и не важно, где вы. Я ещё хотел сказать, что двум парням этим тем более не пристало заниматься, типа эта шуточка такая, очень злободневная, особенно ввиду последних событий, но да ладно. Не будем эту тему ворошить. И так уже тошнит от этого, у-у. – Чё притих? Нет, вы посмотрите на него. Сам сидел тут, изо всех сил старался меня посильнее унизить, а теперь спрашивает, чего я такой тихий. Но раз уж спросили.. – Ты меня ненавидишь? – Нет. Врёт опять? Пиздабол блядский. – Я люблю тебя. Говорил же даже. Мне слегка поплохело от этих воспоминаний, и я отвернулся, поджимая губы. Это было двадцать восьмого числа, когда я делал Артёму массаж и попросил его сказать что-нибудь. Он тогда ответил, что чтобы всё прозвучало, как мне надо, надо спрашивать во время секса. Потом я ни о чём его не просил, но он всё равно выдал "Я люблю тебя". Это было очень не к месту и неприятно. Нет, ладно, приятно, конечно, но это из немного другой серии. Артём, конечно, потом объяснил, что это шутка, что он просто не знал, что ещё можно сказать, но всё равно пиздец. Дурак человек, блять. Сам же просил обходиться без всей этой ванильной поебени, а потом сам и устраивает. Артёма моя реакция почему-то рассмешила. Ну, нравится ему, говорю же, на нервы мне действовать. Весело это. – Отстань. – Всё хорошо. Не беспокойся, или чё ты там делаешь. То есть, ты меня не бросишь через неделю? Ну, через месяц тогда бросит. Можно засекать.