Wenn

20.04.14, Воскресенье

Вахта у Алексея Валерьевича закончилась восемнадцатого числа, так что на ближайшее воскресенье, то есть, сегодня, моя мать забила стрелку. Артём это так назвал, не подумайте. Его выпустили из психи ещё вчера, так что в какой-то мере сегодня даже было, что праздновать. Конечно, родителям нашим, более вероятно, было похер, но в любом случае - у нас двоих было что-то вроде персонального праздника. Опять же – всё со слов Артёма. Сам бы я такой сранью заниматься бы не стал. Уже в два мы были на месте. Погода сегодня была сносной – не облачно, не так ветрено и холодно, без дождя. В целом, уже должна была понемногу наступать "нормальная" весна, и вот, это и происходит. "Медленно, но верно..". Я рад. Сейчас сойдёт вся грязь, растает весь этот ёбаный снег, пройдёт сезон дождей (если он ещё планируется), и заживём. Скорее бы, конечно.. Не знаю, зачем Алексей Валерьевич взял с собой всех своих собак, но как было – все шестеро поехали с нами. Довольные, особенно Эрвин. Ну, я всегда говорил: держать животных в квартире – это насилие над ними. Никак по-другому не выразишься. Поэтому же, наверное, вся животина была так рада вылазке на свежий воздух. Особенно "охотники". Правда, пока их не спускали с поводков, и мне это немногим не нравилось. Дайте вы побегать животным? Зачем везли их сюда тогда? Чтобы они тут на привязи сидели? Но приходилось молчать. Алексей Валерьевич меня смущал. – Здесь весь двор ограждён? – обращаясь ко мне, спросил он, и я чуть не умер. – Да-а.. – Иди осмотри всё, – он просто отвернулся к Артёму. Тот никак не отреагировал и просто молча ушёл. Я правда не знал, в чём было дело, но не решился уточнять. Мне вообще не хотелось с Алексеем Валерьевичем как-либо взаимодействовать. Мне так страшно стало, когда он заговорил со мной.. Он точно меня ненавидит. Хотя разве были эпизоды, из-за которых можно было думать по-другому? Я с его сыном сплю, алло. Он и до этого меня недолюбливал, а теперь? Не знаю, я бы парня своего сына чморил, как в последний раз. Не дай бог мой сын геем оказался бы, конечно. Как в той новости, где мужик застрелил своего сына, после того, как спалил его с парнем. Зря я об этом подумал, конечно. Чё там, у Алексея Валерьевича же есть ружьё, да..? Вдруг я задумался, что будет если он расскажет обо всём моей матери. На самом деле, эти мысли были вызваны тем, что я раскладывал вещи на стол, и мне в руки попал нож. Это ненормально, да, но я просто беспокоюсь. Мать не должна ни о чём узнать. Даже если ради этого придётся кого-нибудь убить. Боже, Арсений. Как это будет выглядеть, по-твоему? "Знаете, я не хочу вас обидеть, конечно, но ваш сын ебётся с моим"? Но, наверное, всё равно будет лучше не оставлять их одних. На всякий случай. А то мало ли, что он ей сболтнёт, мне потом стыдно будет. Да и матери тоже неловко. Так вот сидишь с отцом одноклассника твоего сына, а он вдруг такой: "Чё, сватья, породнимся?". И у тебя вопросы сразу возникают, потому что как так. Ты, вроде, сына рожала, у этого мужика, вроде как, тоже не дочь. Непонятно. – Всё хорошо, – наконец, вернулся Артём. – Даже Вильгельм и Джуно не сбегут. Всё-таки, да, они переживали, что собаки через забор прорвутся и сбегут куда-нибудь. Пнятненько-пнятненько. Ну, за городом за животными следует следить внимательнее. Дорога рядом, там обычно машины гоняют, как в последний раз.. Эх, сразу вспоминаю, как пока я ходил в школу, постоянно видел сбитых котов и собак. Одно время даже наблюдал разложение трупа собаки. Её сбили возле остановки, и я там ходил каждый день, и имел возможность наблюдать. Как мухи объедали её, как постепенно обнажались органы, как развивались личинки. Такое себе зрелище. Но потом тело куда-то пропало. Хотя, скорее, его отодвинули в траву или скинули в канаву. Ну а хули она там лежит на виду у всех? Там дети ходят как бы. Увидят вот так эту хуйню, потом травма на всю жизнь. Я, наверное, потому таким ебланом и вырос. Почти как с Ковальским ситуация, м. Артём тут же принялся отцеплять поводки от шлеек на собаках, и из-за этого я вспомнил о Бисквите. Конечно, было бы не вариантом брать сюда и его, но блин. Он, наверное, тоже сейчас не отказался бы от побегать где-нибудь тут, что-нибудь поделать своё привычное. Но мы бы потом заебались его ждать, а привязывать его на шлейку, как собаку.. Это как-то дико, всё же. Коты должны гулять, а не сидеть на привязи. Да и хер бы знал, как у него сложилось с этими собаками. Обычно городские равнодушны к котам, но эти ведь охотники, так? Заточены на "вижу какую-то мелкую хуйню – хватаю". Да и Бисквит в любом случае воспринимал бы их враждебно. Он же у нас простой деревенский пацан. Видит собаку – кидается ей в ебло. Или залезает на ближайшее дерево и сидит там с ехидным видом, пока эти низшие твари носятся где-то внизу. А ты снимай его потом оттуда. Сам же слезть он не может, блять, это не по-божески. Когда Артём что-то спросил у меня, я аж дёрнулся от испуга. Не знаю, что именно меня напугало, но в любом случае, мне тут же стало стыдно за себя. Ладно хоть, из рук ничего не выронил, тогда бы совсем зашквар был. Надо мной и так посмеялись, блин.. И ладно бы, если бы это Артём делал – я уже привык к его издёвкам, да и в сравнении, это не так страшно. Но Алексей Валерьевич.. Он тоже хохотнул.. Блять, а. Вот чё он меня расстраивает. Я же не виноват, что мне странно, когда со мной заговаривают, и при этом вокруг есть ещё люди. Обычно, когда мы с человеком не наедине, мне внимание не уделяется. А тут Артём ещё и при своём отце ко мне лезет. Только потому такая и реакция. Но ладно это было простое "Хех", а не какой-то там лютый хохот. Тогда я бы точно обиделся и в себя ушёл. Со мной же, неженкой-хуеженкой, так нельзя. Артём спрашивал о жильцах – куда они делись. Его, видимо, в курс дела никто не ввёл? Хотя, может, Алексей Валерьевич и сам не знает, в чём проблема. Не знаю, почему мать должна была информировать о таких вещах.. – Не насовсем, – ответил я. – Скоро вернутся. Тут как раз подошла мать – она отходила домой, помыть руки или ещё что.. Я не сторож матери своей, м-м. Но, скорее всего, да – руки мыть. Сейчас же надо будет с мясом возиться, и всё такое.. Хотя вряд ли это будет делать она. На меня всё свалят, как обычно, блять. Хотя не то чтобы это реально важно. Мне и правда сказали заниматься мясом, то же и с Алексеем Валерьевичем, мать занялась столом, а Артёма отправили разжигать огонь. Я бы не доверял ему такое, но ладно – ножи ему в руки давать тоже как-то не очень затея. Вдруг его зажуёт, и он как кинется, и как перережет нас всех. А с костром.. Гореть тут сейчас нечему, земля и трава вокруг мокрые – не страшно, если что-нибудь вниз улетит. Хотя вот если до построек доберётся – это, конечно, уже другой разговор.. Мда. У меня хоть иногда нормально вещи будут проходить? Или всегда буду выдумывать всякую дичь? Единственное, что Артём может натворить – это себя покалечить. Но никто же не давал ему легковоспламеняющиеся жидкости, да? Он не сможет облить себя какой-нибудь гадостью, и потом начать зажигалкой чиркать.. Мать с Алексеем Валерьевичем быстро разговорились, а я пока подыхал от стыда. Во-первых, из-за случившегося чуть ранее, во-вторых, из-за того, что я опять самый асоциальный чмошник в округе. Даже мужик-психопат и женщина, которая уже несколько лет ни с кем особо не зависает, всё равно могут говорить так, будто знакомы уже дохуя лет. А я стою и охуеваю, как так вообще можно. Блять, вы даже не знакомы толком, какого хуя вообще? Хотя все нормальные люди как-то так и делают. Это я чмо ебаное, раз так удивляюсь обычному человеческому общению. Боже, как жить эту жизнь? Где тут заново начать можно? Я слишком много сделал неправильно. Легче просто прогресс снести и заново всё переиграть, чем исправлять текущее положение. Разговор начался с мяса – мать спросила, что они привезли. Алексей Валерьевич сперва волновался, видимо? Раз говорил медленно и осторожно. Но в конце концов он развязался. Не знаю, всё ли понимала моя мать, но недоумения или задумчивости на её лице я не видел, а потому.. – Вы будете пить? – уже потом, доставая винцо, спросила мать. Алексей Валерьевич тут же закивал головой. – Конечно. – Вы же, - мать сломалась подыскивая слова. - За.. Машиной. Тот лишь махнул рукой, типа "Похуй, пляшем", а я задумался – надо ли гуглить глубину реки, по мосту через которую мы поедем обратно, и есть ли какие-то тонкости в том, чтобы выбраться из машины, которая упала в воду. Ну так, на всякий случай. Хотя там же везде ограждения. И пост ГАИ, куда можно позвонить, наверное..? Да, можно. И сдать нахуй номер машины, чтобы нас остановили и не дали Алексею Валерьевичу проехать дальше. Да, всё продумано. – Чай же есть? Вдруг мне вспомнилось, что он сказочно быстро пьянеет. Артём же рассказывал о чём-то таком? Ну всё, пиздец. Сейчас напьётся и начнёт хуйню творить. Ладно, всё. Мне просто надо успокоиться и перестать параноить. Не могу я по-другому, что поделать. Ему же реально нельзя пить. Мало того, что он нас всех потом домой повезёт, так ещё и может руки начать распускать. Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал из-за этой хуйни? У-го-мо-нись, ёб твою мать, блять. Всё будет хорошо. Никто не пострадает. Ты больше себе мозги ебёшь, как обычно. Нет бы просто расслабиться и отдохнуть, не-ет, зачем нам. Надо представлять себе всякую хрень и волноваться почём зря. Молодец, Арсений.

******

Вино было пиздец ядрёным. Или это со мной было что-то не так, что меня так быстро развезло, но в любом случае, это был как дополнительный повод поохуевать. Матери и Алексею Валерьевичу было вообще похер, хотя пили они больше. Свалить бы на возраст и всякое такое, но это глупо, нет? Причина была явно в чём-то другом. И я слишком тупой, чтобы её понять. Артём же вообще не пил. Когда речь зашла про то, можно ему или нет, у него был такой выразительный взгляд. Но куда он пойдёт против отцовского "Нет". Видимо, дело было в препаратах. Нельзя же всякие такие штуки с алкоголем мешать? Так что сейчас он сидел самый адекватный из всех здесь присутствующих. И грустный. Мда, вот ему обидно, наверное. Типа, все пьют, всем хорошо, и он один как этот. Ему же теперь и на тусовочках пить нельзя? Мда, хорошо, что я об этом вспомнил – надо будет следить за этим (ой, посмотрите на него, нашёлся тут, блять, рыцарь). А то что-то мне подсказывает, что Артём не будет так уж строго следить за собой, и рано или поздно точно сорвётся. И будет не весело. "Ты только смотри сам не ужрись в говно ебанное раньше всех" Бля, да не бывает такого обычно, ну? Не знаю, что сейчас со мной не так, но это ненормально. Надеюсь, что это единичный случай. Хотя мне нравится – ощущения от этого далеко не неприятные. Быть пьяным – это вообще прикольно. Почти как быть под веществами, только не так классно. Но по ощущениям если посмотреть – то так же приятно жить становится. Люблю это чувство. Когда начинает казаться, что не такое уж ты и говно, и есть у тебя ещё хоть какое-то желание продолжать всё это дело. Неприятно немного, что такое возникает только из-за алкоголя, но что поделаешь. Это хоть не наркота. Я был таким пьяным, мне было так хорошо, и вот прям не терпелось написать кому-нибудь об этом. Ну, один вариант у меня есть – Кристина. Я бы Артёму написал, но он сидит тут, да и давайте честно, я бы не стал этого делать. Мне бы стыда не хватило. В чём вообще прикол, как это должно выглядеть? "Бля, я такой пьяный))"? Фу. Но что мне хорошо – это да, это глупо отрицать. Мне никогда в жизни так охуенно не было. Ла-адно, я преувеличиваю, но за последние несколько лет это точно самое охуенное, что я испытывал. Даже странно немного, хах.. И хочется забить на всё хуй и пойти, лечь спать. Отличная идея, кстати. Правда, если объективно, то не так уж это и хорошо. Хотя тут же Артём есть. Он за всем последит. Продолжит дозор, хех. Так что можно не беспокоиться и уходить спокойно. Просто немного отлежусь и вернусь обратно. Минут пятнадцать хотя бы. Главное – не уснуть. – Ты куда? – спросила мать, когда я поднялся с места. – Голова болит. Я не сильно думал над ответом, и да, это было неправдой. Просто не хочу, чтобы они думали обо мне плохо. Да, такой зависимый от мнения окружающих. Настолько, что беспокоюсь даже о всякой хуйне, вроде этой. О, боже, какие-то люди могут подумать, что я плохо выношу алкоголь. Надо напиздеть про головную боль, чтобы уйти и придти в себя. Отличная идея, Сений. Ты молодец, ты уже знаешь это? Кажется, да – я уже сегодня себя дрочил с этим. В комнате я сразу же завалился на кровать, стараясь не обращать внимание на очевидно девчачий запах в комнате и пропахшую духами подушку. Было немного (до пизды, вообще-то) непривычно из-за этого, но я думал, что скоро привыкну. Ничего страшного в этом всём нет. Да-а.. Сейчас бы только не уснуть. Хотя какая уже разница.. Всем похуй. Ладно бы была возможность проебать момент, когда мясо пожарится. Но я уже поел. Дважды обожрался. Так что можно с чистой совестью поспать, и ничего не упустить. Шаги на лестнице я услышал совсем скоро. Даже думать долго не надо, кто это был.. И не сказал бы, что я доволен или рад этому. Вот чё он припёрся? Чё ему там не сиделось с родителями? Пиздуй давай обратно к ним и следи там за порядком. – Ты не спишь? – заходя в комнату, спросил Артём. Вот бы я ещё уснуть успел, ага. – Нет. – Хочешь? Голос раздавался уже ближе, так что пришлось открывать глаза – чтобы видеть, что происходит снаружи. – Нет. Я хочу поскорее вернуться в нормальное состояние, чтобы пойти к вам. Раз ты там сидеть не собираешься, я должен поскорее вернуться на пост. Артём что-то подозрительно долго осматривался, и это даже напрягало. Что-то интересное увидел? – Вы жили здесь? – вскоре выдал он, и я про себя выругался. Это вот никак не могло остаться в тайне, да? Пиздец. И это для этого Артём узнавал, хочу ли я спать? Чтобы попиздеть со мной? – Ну, типа того. – По обоям понял. Находится тут пару секунд, а уже что-то понял. Догадливый какой. Но вообще, это ненормально. Это всего-то одинаковые обои. Нахуя высматривать в этом что-либо? Мда, блять. Я мог назвать его сейчас тупым параноидальным ублюдком, и не раскрывать этот секрет, но в итоге снова всё сам же и слил. Хотя не похоже, что Артёму это реально важно. Ну ладно. Но если он хоть раз пошутит про то, что я из деревни, я ему по ебалу надаю. В деревнях же мы только так вопросы и решаем, ага. – Мать выбирала, я её не просил. Серьёзно. Не надо плохо обо мне думать, что я совсем задрот там какой-то. Мне нравится, конечно, но я бы хорошо справился и без этого. Доёбываться до того, что я пиздабол ебанный, Артём не стал, ну и славно. Просто пододвинул один из стульев ближе к кровати и уселся на него. Хочет со мной посидеть? Мило, спасибо, но я бы предпочёл, чтобы он побыл там, с нашими родаками. Так что поднимайся, возвращай стул на место и проваливай. Следи, чтобы там всё было хорошо. Но хуй там он ушёл бы, даже если бы я его попросил. Не знаю, чё ему надо. Строит из себя опять тут кого-то, выёбывается. Нет бы нормально себя вести. Не нравится со мной время проводить – ну не проводи, боже, я же всё понимаю. Навыдумывает себе всякой хуйни, а страдать потом нам обоим. Пиздец, Артём, вот чё ты делаешь? Прекрасно же знаешь, к чему в итоге это приведёт. – Почему мне кажется, что ты опять о какой-то хуйне думаешь? Ах-ах. Я в последнее время немного нервничаю. Надо будет не только для головы себе что-нибудь купить, но и что-нибудь успокаивающее. Невролог, вроде, говорил летом о чём-то таком? Что выписал какую-то хуйню, как раз для всяких чмырей вроде меня. Ну, что после приёма может стать немного "весело". Мать где-то все рецепты себе заныкала. Надо будет спросить у неё. Хех, или у Артёма. Ему же там тоже что-то выписывали? Дяденьки в белых халатах. У него-то рецепты наверняка на что-нибудь поядрённее есть. Можно попробовать..? "Ага, и будете потом оба с бессонницей возиться" Надо сделать выбор, что лучше – бессонница или вечная параноидальность. Хм.. – Это просто ты еблан, – хмыкнул я. – Выдумываешь себе что-то вечно. – Ты слышь, блять. Обиделся, у-тю-тю. Вечно меня дрочит, а как ему что-нибудь скажешь – так сразу начинается. Хотя ладно, я что-то опять всё утрирую и переворачиваю. Не так уж и много в его поведении всякой херни. Он же не прям по жести на меня агрится из-за этого. – Выдумываю себе что-то я, а с больной головой лежишь ты. – И где тут связь? – Опять задрочил себя, разнервничался и слёг. Вы только посмотрите на него. Никто даже не говорил, что я здесь именно поэтому. Хотя да, блять, точно, я же сказал, что у меня голова болит. Но всё равно, Наташа, блять. Вариант, что это из-за алкоголя, вообще не рассматривается? Ты сразу же начинаешь думать о том, что это из-за того, что я тупой уебан? Ну понятно. – Ты всегда таким умным был? – Сейчас точно по ебалу получишь. А, не знаю, как это работает, но хочу его побесить. Ещё я пьян. Не так сильно, чтобы хуйню творить, но есть у меня немного.. Чего-нибудь. Желания побыть долбоёбом. – Или это из-за бухла? – видимо, подумав немного, уточнил Артём. – Я не знаю. – Но ты же больше не переживаешь? Интересно, с чего он взял, что я должен был перестать это делать? Уже всё за меня решил, блять, да? Ну понятно всё с тобой, урод ёбанный. Думаешь, что все должны под тебя подстилаться и делать так, как ты того хочешь? Нахуй сходи, окей? Тут таких не любят. – Если хочешь поебать мне мозги, дверь там. – Ты с этим и сам прекрасно справишься, – фыркнул Артём, скрещивая руки на груди. Обиделся или по привычке? Или руки некуда деть? Бля, так странно, что из нас двоих в ничто ужрат я один, а не мы вместе или не один Артём. Вот такого-то точно никогда не было. Жутко непривычно, вот правда. Я только собрался с решимостью и набрался смелости попросить Артёма лечь ко мне, как он, похоже, почуяв, что я хочу, решил всё хорошее настроение мне сбить. – Жаль, ты в армии не был. Сейчас бы всё объяснил. Я неплохо так выпал с его слов. Это за что такое он мне там пояснять собрался, интересно? И то он сам, я смотрю, прям вот три года по контракту там просидел. Чё, ВДВ или артиллерия? – А без этого никак нельзя? Реально, причём тут армия-то вообще? Как это связано с происходящим вообще? Что-то не понимаю я нихера. – Типа ты переживаешь, что мой батя сейчас начнёт за твоей матерью ухлёстывать? – Артём, похоже, для начала решил уточнить, из-за чего я бешусь. Хотя, вроде как, мы в ту субботу всё это обсудили, нет? Забыл уже всё? Ну понятно, товарищ, всё с вами ясно. – Ну, возможно. Или что она к нему. Что-то не то начала чувствовать. – Бля, это в любом случае безнадёжно. Бате похуй. С чего ему похуй-то? Хотя возраст уже такой. Хотя как будто я знаю, что там у мужчин за сороковник с организмом происходит. Меня же та-ак занимают такие вопросы, ну. – Знаешь, как потенция спадает, когда у тебя много физических нагрузок? Эм.. Мне вообще эта дичь не понятна, окей? Если бы не ты, я с этой самой потенцией сталкивался в лучшем случае раз в пару месяцев, и без всяких там нагрузок. И вообще, это странно – говорить о таком. Что с друзьями, что со своим батей. – Я когда летом на стройках подрабатываю, вообще ебаться не хочется. Даже по утрам не так стоит, как в обычное время. Вау, блять. Нет, погодь, серьёзно, что ли? Хотя это логично, как-то, нет..? Типа, все силы уходят на работу, и "Какая там ебля?" – как бы говорит тебе твой организм. Сиди отдыхай, долбоёба кусок. Ебаться он тут захотел. Ну или "дрочить". – И типа у твоего бати такая же дичь из-за работы? Артём покачал головой. – Он сам тебе об этом рассказал? Я просто уточню, потому что дичь какая-то получается. Типа, все отцы говорят о таких вещах со своими сыновьями? Мне просто интересно. Пушо, как по мне, это неправильно. Это как ходить при маленьких детях голыми. Что за бред, блять. – Обсуждал это при мне с кем-то там по телефону. Типа, "А, бля, вообще ебаться не хочется. Вроде, и не импотентом стал, а что-то как-то всё не то". – А армия тут причём? – А так там всё то же самое, – Артём усмехнулся. – Чё, не знаешь все эти шутеечки про армеечку? Ага. Как оттуда возвращаются и сразу едут удалять отбитую селезёнку или разбираться со своей ниоткуда возникшей эпилепсией. Ну и да, аники про "разгружать зерно вилами" не из ниоткуда взялись. Хотя.. Как-то слышал, как одна дама рассказывала про службу её парня. Как она сама охуела, когда он рассказал ей, что не так уж там всё и плохо. Видимо, от места зависит. Но про физические нагрузки же речь идёт. Они всё равно будут, и пиздец, какие, более вероятно. Так что да. Не до ебли будет в любом случае. – Дедовщина и пиздец. – Ну. И дохуя делать надо. Кого угодно припряги так пахать, такая же реакция будет. Как это называется, – Артём задумался, подыскивая слово. – Влечение спадает пиздец просто. То есть.. Летом, если мы всё ещё будем вместе, и Артём будет работать, он не будет так часто меня дёргать? Ха, прикольно. Считай, отпуск прям. – Так что бате глубоко поебать, – Артём покачал головой, как бы подводя итоги. – Кто бы там и куда его ни звал. Ну-у.. Окей, с этой стороны я успокоился. Осталось ещё с моей мамкой разобраться. У неё-то нет больших физических нагрузок. Зато есть "отсутствие мужика" уже лет семнадцать. Полагается, мда. А то вдруг и правда – она там мутит что-нибудь втайне от меня? А я не знаю. Хотя вряд ли. В смысле, последние несколько лет я сидел дома безвылазно, и я бы уж знал, если бы моя мать хотя бы иногда хоть куда-то уезжала. А такого не было. Так что матери тоже, я полагаю, нахер это не сдалось всё. Ну, и очень надеюсь, да. А то реально смешно будет, если у них что-то закрутится и они поженятся или ещё там чё. Съедутся, блять. Будем все в одной квартире жить, м-м. Охуенно заживём. Я почему-то (ага, "почему-то") вспомнил, как Алексей Валерьевич пришёл к нам, когда мы с Артёмом ушли тогда. Типа ему реально хотелось узнать, чем мы там занимаемся? Или в чём там причина была, мы же так и не выяснили. Но и похер, как бы, ладно? Меня что занимает – а сейчас он не придёт? Времени-то уже побольше прошло, ну и где он? Всё, больше не волнуется? Или, типа, дома не страшно, и он тогда за машину переживал? Или чё, блять.. Непонятно. – Тебе нормально тут со мной сидеть? – Что не так? – Артём не понял, хотя я и не надеялся. Немного непонятно выложил мысль. – Вдруг там твой отец что-нибудь подумает. Мне вот немного стрёмно, если честно. Что, возможно, когда Артём поднялся и пошёл сюда, Алексей Валерьевич мог подумать о чём-нибудь вроде "К ёбырю своему пошёл, блять?". Да и про мать тоже. Я не до конца спокоен за её осведомление в этой сфере. За его отсутствие, если вернее. Вряд ли, конечно, они оба там прям пиздец циклятся на этом, но.. Дайте мне поныть и попараноить. Жизнь без пострадашек – не жизнь. – Охуеть, – усмехнулся Артём, и что удивительно – даже не стал надо мной стебаться. – А что он думает, когда, эм. О всех тех разах, что я жил у тебя? Мы вообще общаться должны перестать, ты думаешь? Ну, по крайней мере, на те периоды, что он здесь. Хм, так непривычно, когда он говорит такие вещи спокойно и без издёвки. Это точно Артём? А то хер знает – вдруг в этом доме есть призраки, и один их них залез мне в голову, вытащил оттуда образ Артёма, принял его облик и явился вот так ко мне? Забыв как следует изучить его обычное поведение, да. Боже, блять. Наверняка он так смягчился потому что мне плохо. Единственные периоды, когда он не ебёт мне мозги – это когда у меня болит голова хоть сколько-то. Как забавно, да? – Я бы постеснялся. – Мне уйти? – Как хочешь. Даже с места не сдвинулся, блин. Мне приятно, конечно, но это. Не переусердствуй, ладно? Раз уж начали эту тему, я просто не мог её не продолжить. Ну, Артём же пока мой парень, да? Я имею полное право ныться ему и рассказывать о всех моих внутренних переживаниях? Ну, пока да. "Потом он тебя и бросит из-за этого" Ой, да ладно, один раз можно. – Вот мы тут сейчас сидим, – начал я. – А там твой батя рассказывает моей матери, как спалил нас, и как мы ебались в коридоре, когда он спал в паре шагов от нас. – Там была дверь, – остановил меня Артём. – Это раз. Два – он об этом не знает. – Ты прям пиздец уверен в этом. – Он бы как-нибудь подъебал меня. Такого не было, значит, всё нормально. Хорошо, убедил, верю. Нет, на самом деле, но не важно. Стал бы Алексей Валерьевич шутить над Артёмом из-за этого, ага. Как это вообще должно выглядеть, блин..? Пиздец какой-то. – Ладно. Но о том, что мы встречаемся, он может ей рассказать. – Ай, да ладно. Нихуя не ладно, Артём. Вот вообще просто. То, что твоему бате похуй, не значит, что и остальные так же к этому отнесутся. Хотя я же вот думал об этом, типа.. Что я зря извожусь, и на самом деле всё будет не так хуёво, как я жду. Обычно же всё так и проходит, как бы. С Ковальским же почти так же? Хотя никто ещё не подтверждал, что он уверен в этом вот прям на все сто процентов, но бля. Подозрения-то у него есть? И ведёт себя как обычно. Хотя в его случае это напоминает ревность и желание отгонять от Артёма всех не тех. Есть вот, например, люди, в которых Ковальский уверен, что они не будут ему соперниками или типа того, и поэтому им можно спокойно общаться с Артёмом. Это все наши одноклассники, кроме Риты, разумеется, какие-то их друзья.. Есть те, кого Ковальский упорно к Артёму не подпускает. Ну и да, его к ним тоже. Как угодно изворачивается, что угодно делает, но общаться они не будут, неа. Даже если у Артёма есть желание. Мы с Ильёй не так давно говорили об этом, мда.. Чёт упились оба в говнину и каким-то хером оказались одни в одной комнате. А понеслись задушевные попизделки. Конечно же, они свелись к Артёму, и понеслась душа в рай. Да-а. – Она же знает, что ты по девушкам, – продолжил мысль он. – Ну, Кристина же есть, всё такое. К тому же, ты сверху. – Сильно сомневаюсь, что Отто будет выслушивать вот это. Ему вообще похуй – сверху, не сверху. Встаёт на парня – всё, зашквар. Позор семьи. Даже если одновременно с этим такой интерес присутствует и к дамам. Похуй. Только одна ориентация нормальная, всё остальное от лукавого. – Мы о твоей матери говорим или об Отто? Бля, велика же разница между ними в этом вопросе, ну. Хотя ладно, откуда Артёму об этом знать. – Узнает мать – узнает он. И пиздец. – Бля, но не будет же она писать ему "Бля, Отто, мой сын пидорас" сразу же, как только узнает? – Артём развёл руками. – Наверняка она обговорит это с тобой сначала. Да, я тоже об этом думал, но что-то я в охуитительных сомнениях на этот счёт. Вдруг и правда сразу же напишет? И всё, и пизда мне. "Вот ты переживаешь, а потом будет, как с Алексеем Валерьевичем" Ага. Что они оба такие: "Да? Ну ладно, пока семнадцать – можно", и отъебутся? Боже. Если это и случится, и всё пройдёт именно так, я.. Я не знаю, что я сделаю. Это будет просто верх вообще любой хуйни, которая может со мной произойти, вот серьёзно. Я никогда ничему не удивлюсь так сильно, как этому. – Ну вот не знаю. Он, кстати, приедет летом, я не говорил? А то я что-то не помню. Не знаю, конечно, зачем Артёму знать об этом, но до-опустим.. – Нет, – протянул он, сразу заметно напрягшись. – Реально, что ли? По-моему, всё-таки, говорил. Просто кое-кто опять меня не слушает, м? Да? Не слушаешь меня? О бабах своих думаешь? Ну понятно всё. – Да. Так что это. Вот тогда-то мы точно не будем видеться, только на попойках, и то не факт. Хотя что-то мне, всё же, подсказывает, что до лета мы и не доживём. Хотя вот конкретно сейчас, в данный момент, такая благодать прям. Как будто всё хорошо и нормально. Усыпляет бдительность, но я начеку. Я знаю, как у нас это работает – сегодня всё хорошо, а завтра пиздец ебанный. Да-да. Я тут недавно сидел и думал, и додумался: в немецком же есть слово "explosiv". Конечно, надо по английскому смотреть, но что-то мне сильно подсказывает, что там это слово значит примерно то же самое, что и у нас. Ну так вот. Артём же у нас эксплозивный психопат? Эксплозивный. В немецком это слово значит взрывчатое вещество, ну или "взрывной". Как описание человека тоже можно использовать. И к чему я это заладил – что вся эта срань реально как взрыв работает. Сегодня ещё всё нормально (хотя, может, это я мудак тупой, и не научился определять приближение кризиса), а завтра ядерная зима. Да, речь идёт именно о вспыльчивости и неспособности контролировать вспышки ярости, но дайте неуместных теорий построить. Я же так это люблю. – Пиздец, блять, – вздохнул Артём. – А можно будет на него посмотреть? – Только незаметно, – произдевался я. – Что за вопросы. – Ну вдруг. Хотя он же знает обо мне. Или нет? – Он знал, что летом мы общались. Не знаю, что сейчас. Но мать должна была ему рассказать. Наверное, впрочем. Не то чтобы я следил за тем, что он там знает о моей жизни и что нет. – И что, он будет жить у вас? – Да. Мне сейчас ему сказать, что я не особо планирую контактировать с ним, пока Отто будет здесь, или потом это обозначить? А то будет потом обижаться. Хотя что за детский сад. Обижаться он будет, ага. Да и нечего торопиться и планы строить. Мы, может, возненавидим друг друга к тому моменту, а я тут выёбываюсь. Это всегда так жалко смотрится – когда вы строите какие-то планы или что-то в таком духе, а потом всё обламывается, и пиздец. Смотреть противно. – Что-то меня это не радует. – Что именно? – уточнил я. Правда не понятно. Артёму-то вообще какое дело до него? Не у них же он будет жить, ну. Артём с ним никак взаимодействовать не будет. По плану, по крайней мере. Ну и что его не радует? – Что он приезжает. Я прям вижу, как ты гаситься начнёшь из-за этого. Ну.. Даже спорить не буду – что правда, то правда. Отто очень пагубно на меня влияет. Хотя раньше это бы не было чем-то таким уж реально плохим, но сейчас есть Артём. Хотя с чего ради, интересно, при выборе между ним и Отто, я выбираю его? Арсений, ты чё, охуел? Дядя твой любимый сейчас за сердце схватился – почувствовал, как ты предал его. Идиот, блять. Завязывай с этим, ясно? Мда, я реально чёт поехал. Похуй вот вообще, как это скажется на наших отношениях, и нечего даже выёбываться. Я чёт забылся опять. Всё, теперь в наказание пока Отто будет у нас, никаких встреч с Артёмом. В о о б щ е. Будет он тут семью менять на каких-то там левых людей, ага. Разбежался. Вот теперь будешь знать. – Ничего не поделаешь. – Нахуя.. Чё он вообще здесь забыл? Слышь чё, а. Отстань от него. Это мой дядя. Самый лучший на свете. Почти как родной брат, только немного нет. – Навестить свою единственную и любимую сестру. И племянника. Артём глубоко вздохнул, отвернувшись на секунду. Надеюсь, вот этот вздох был от недостатка кислорода, а не из-за того, что мы тут обсуждаем. Я не смогу жить, если они с Отто не поладят. Кхем, если Артём будет как-то не так к нему относиться. В чём дело вообще? летом он ему нравился. Отто тоже нормально к нему относился, ну, по крайней мере, мне так казалось. Я уж не прошу их знакомиться друг с другом и как-то взаимодействовать, просто не надо затирать мне, что он пидр, окей? Это к Артёму сейчас обращение, как бы, да. Не смей относиться к нему плохо. Лучше уж вообще никак. – И что, мы вообще видеться не будем, пока он тут? – наконец, снова заговорил он. – С чего ты взял? Да, я, как бы, и сам об этом думал почти только что, но бля, Артём-то с чего об этом думает? Глупый, что ли. – Ну, бля, не знаю, – он пожал плечами, и мне показалось, что это было как-то нервно. – Ты же двинутый. Извини, конечно. Но я вот обещаю, ты поедешь крышей и начнёшь отдаляться. О-о-о-ой.. Он правда волнуется из-за таких вещей? Это так мило-о~. Я сейчас поплыву. – Это знаешь. Как промывка мозгов в фильмах или типа того. Когда одному персонажу что-то вбивают в голову, и он прям основательно меняется, и всё, пизда. Хе-хе.. Отто отрицательный персонаж, получается? Лул. – Ну, обычно таких персонажей потом возвращают на место их друзьяшки, или кто они там. – Ага, то есть, ты из-за своего дяди поедешь головой, а мне потом страдать. – Не застрадайся там, ага. Не, я правда не верю, что мы всё ещё будем вместе к тому моменту. И когда Артём вот так себя ведёт, я горю, блин, просто. Ты чё делаешь-то. Я бы правда сказал ему что-нибудь в духе: "Бля, да мы же расстанемся к тому моменту, чё ты выёбываешься", но из-за вот этого его поведения я банально боюсь. Он обидится ещё потом. Или разозлится. – Чёт.. Мы тут сопли какие-то развели, бля, – я закрыл лицо руками, растирая глаза. – Мне не нравится. – О чём-нибудь другом поговорим? – тут же предложил Артём, пересаживаясь поудобнее. Я снова захотел попросить его лечь сюда, но быстро передумал. Подожду момента получше, да. А то хер знает, что там Артём придумает. Тему же он сейчас будет задавать? Аха-ха. – Что тебе снилось, когда там? Когда ты ещё распсиховался по жести. А-а-а.. Бля-ять.. Ну зачем, скажи мне, зачем ты об этом помнишь? И надо было вообще заговаривать об этом? – Почему ты вообще об этом вспомнил. – Говорил же, что люблю слушать о чужих снах. Это забавно. Иногда. Развлечения за мой счёт, значит, да? Ну понятно, Артём. – Тем более, что там такая реакция была. Только из-за "реакции" я и помнил, что именно мне снилось, вот ей-богу просто. И да, мне стыдно, что Артём вспоминает об этом. Надо или срочно придумать что-то по жести всратое, что могло бы соответствовать той хуйне, что тогда произошла, либо как-то донести до него, что распсиховался я на пустом месте почти, и во сне, на самом деле, не было ничего особенного, а я просто долбоёб тупой. В чём дело, собственно. В начале апреля, числа пятого-шестого, не помню уже, ещё когда Артём никуда не уехал, я ночевал у него, и мне приснилась какая-то срань. Дело было под утро, так что Артём застал моё пробуждение, и, как не сложно уже догадаться, было это немного хуёво. На меня прям какой-то дикий ужас напал, и я правда недоумеваю, какого хера, потому что в самом сне, по сути, ничего такого и нет. "Да ты просто не хочешь признавать это пушо тогда все подумают, что ты шмонька тупая" Возможно. В любом случае.. Я не хочу, чтобы Артём знал. Он же непременно так и подумает. Ещё и посмеётся надо мной, конечно, хули ему. Думай, Арсений, думай. Напиздеть или рассказать как есть? "Расскажи, но готовь жопу – опять будет издеваться, как в последний раз" Эх, знал бы он, как мне ранят сердце вот эти его подъёбочки вечные. Эх-эх.. В какой-то момент я занадеялся, что Артём забудет про вот эту тему и отстанет от меня, но он скоро очнулся и кивнул головой. Типа, говори давай, бля, заебал. – Ну. Я. Это стрёмно. – Рассказывай, – протянул Артём, мотнув головой. Я его уже заебал, хотя даже ломаться толком не начал, ну чё такое, Артём. Так, ладно. Ещё раз, давай, Арсений. Тебе всего-то надо начать предложение с "Я думаю". Это не сложно, давай. Раз. Два. Три. – Не думаю, что вот это.. Вот эта паника связана с содержимым сна. Ну, почти получилось. Немного не так, но в целом, покатит. Когда-нибудь и до "Я думаю" дорастём, ничего, Сений, ты молодец. – Так, блять, – с секунду потормозив, хмыкнул Артём. – Ты думаешь, что я буду издеваться над тобой, да? Вот чё угодно мне говорите, а иногда мне кажется, что он тоже умеет мысли читать. Иначе просто как, вот как, он до этого додумался? Какими путями, блять? Я вот не могу найти тут связь, хоть убейте. А Артём как-то дошёл. Понимает меня с полуслова, эх. Такое солнце. Жаль, что придётся расстаться рано или поздно. – Ну, от тебя особо много никогда не ждёшь. Сейчас скажет что-нибудь вроде "Я тебя сейчас побью", отвечаю просто. – Сейчас по лицу получишь. Ха. – Опять меня плохим пидором выставляешь. – Ну если ты такой и есть? Что я сделаю? Артём недовольно на меня посмотрел, видимо, недовольный такими выпадами в свою сторону и тем, что ему нечего сказать в опровержение, и потом продолжил. – Ты мне зубы не заговаривай. И рассказывай уже, что тебе снилось, бля. Ой, ну да твою мать, а. Как ты меня заебал. Но ладно. Рассказывать о снах легче, чем высказывать своё мнение о чём-либо. – Мы переезжали, вот из этого дома как раз. И не знаю, нахуя, но мать решила снести его, то есть, вот прям полностью. И мы не выносили мебель, ничего. Вот как дом был, вот таким его и под снос. Не знаю, лично для меня это просто всрато. Там ещё так сюрреалистично всё было. Я не уверен, что правильно понимаю это слово, пушо, по-моему, я использую его вообще впервые в жизни, но как-то так. Это не очень походило на реальность по части физики, в общем. – Мужик, который приехал работать, взял с собой собаку, и она вообще дикая какая-то была.. Хотя это потом было. Вот уже начинают сносить, а я долго копошился дома, собирал какие-то вещи, поэтому не успел выйти и отойти. То есть, моя мать с кем-то там ещё стояли дальше, у дороги, а мне пришлось срочно где-то прятаться. Пиздец страшно было, что до меня что-нибудь долетит, но и бежать как-то не прикольно. Надо было переждать, или типа того, собственно, что я и делал. Ещё я что-то забрал – уже не помню, что, но носил это в руках с собой повсюду. Вот. Теперь про собаку. – И вот я сижу, прячусь. И вижу, как к нам во двор забегает какая-то левая псина. И вот та собака, которую с собой привёз мужик, кидается на неё. И я только испугаться успел, типа, "Бля, чё делать", но вторая убежала, а первая просто унялась, когда поняла, что драться с ней никто не собирается. Сейчас Артём мне всё расшифрует и разложит по полочкам. Ахах. Нет, просто он так смотрит на меня. Я как будто на приёме у психолога. Сидит он тут, блять. С умным видом таким. – И вот выдался типа перерыв, можно спокойно дойти до матери. И то ли я выглядел как-то не так, то ли даже плакал, но мать спросила, что со мной, и я такой отвечаю: "Мою жизнь разрушают". Всё, конец. Это так тупо, господи.. Хотя учитывая мою любовь к домоседству, то ничего такого реально странного тут нет. Проблема именно в том, что у меня началось именно после пробуждения. Правда, эти две вещи никак друг с другом не связаны, не надо думать обо мне плохо. – Пиздец, – вздохнул Артём, и я, ей-богу, ждал, когда он начнёт издеваться, но ничего не было. Как ни странно. – Так умиляет твоя привязанность к. Домам, не знаю. Вечно бежишь откуда-нибудь домой. И тут вот это ещё. – Мой дом – моя крепость, как говорится. Артём усмехнулся. – И что за "вечно"? Пару раз всего было. В том сне про игру я вообще из дома выходил. Плюс ещё куча нейтральных – там дома вообще никак не фигурируют, я о них даже не думаю. Всё? Я больше не хикка-задрот? Это только кошмары про то, как я бегу домой. А не "вечно" же. – И то ты не слышал о них даже. – Ну расскажи тогда. Всё же, мне кажется, это нездоровый интерес. Насколько это гетеросексуально по шкале от нуля до пяти, где ноль – это абсолютно по-гейски, а пять – совершенно нормально? – Сейчас бы вспомнить что-нибудь, – хмыкнул я, немного подумав, и полез за телефоном. – Сейчас. – Ты всё записываешь, что ли? – спросил Артём, посмеявшись. – Просто интересно. Иногда перечитываешь, и даже если это последние записи, ты всё равно понимаешь, что не помнишь этого, вот вообще. Так странно. Артём пожал плечами. Видимо, не знакомо. Ну, что ж. У всех же это по-разному работает. – Может, ты мне просто почитать дашь? Ага, а ещё что вам дать, тварищ? Много хотите. – Нет. Артём недоумённо на меня уставился. Ну правильно – а что за "нет" за такие? Ты где таких слов понабрался? С Ковальским тусил, пока меня не было? Ла-адно, это было больше картинки ради. Ради стёба. – В смысле "нет". Дай телефон. – Нет. – Ты что, не доверяешь мне? – Ну ты сам подумай. Как вообще можно доверять кому-то вроде тебя. Один твой вид только и говорит тебе – не рассказывай ему вообще ни о чём. И вообще беги отсюда. Что ты только тут делаешь – один вопрос. – Ну читай сам тогда. Посидев немного, он договорил: – Сейчас полчаса будешь выискивать, о чём мне можно знать. – А потом скажу, что нечего, – договорил я, уже сейчас убирая телефон. – Что вообще за хрень. Ты никогда не рассказывал о таких вещах. Давай, всё. твоя очередь. Сейчас сольётся. Скажет что-нибудь вроде "У тебя же голова болит", и пока. В окно так выбежит, хех. Но Артём даже не поморщился, даже не посмотрел на меня как-то не так. Только приложил руку к лицу, типа он думает, и через секунду выдал: – А рассказывать про последнее или что я помню? – Да что угодно. Охуеть, реально расскажет..? Я правда не ожидал такого поворота событий. Но я рад немного даже. Тоже теперь смогу в психолога-хуёлога поиграть. Ладно, не то чтобы я собирался реально какие-то выводы делать. Но правда интересно. Даже немного понятно стало, чё Артём так доёбывается до этого всего. – Недавно приснилось. Сижу я в классе, никого не трогаю. А, школа какая-то другая, но хуй с ним, это не важно. И есть какая-то баба. Её или перевели к нам, или она не ходила долго по каким-то причинам. Что-то там такое было. И я не знаю, что мы не поделили, но ебать я её ненавидел, господи. Последнюю часть Артём чуть ли не рычал. Так пригорает, серьёзно? Он нормальный? Какая-то баба из сна у него такие чувства вызывает? В чём его проблема? – И вот я сижу, и тут слышу её голос из коридора. Она там чёт опять выёбывалась про баскетбол свой, или что-то такое. И я это слышу, и прям вот не выдерживаю – как же она меня бесит. И я вот выхожу из кабинета. И сразу через весь коридор так ору ей, чтобы она замолчала. Со звуком там какая-то дичь была, ну, это похер. Хм.. Значит, какая-то дама, которая очень бесит Артёма.. – Это реальный человек? – Не, я вообще не ебу, кто это, – протянул Артём, немного хмуро. – Но её зовут Лиза. Это чтобы дальше понятней было. О, там ещё люди появляются? Прикольно, бля.. Какой длинный и последовательный сон. – Там ещё Аня была. Бывшая моя которая. Да я бы и сам догадался, спасибо. Не так уж у нас тут много Ань в округе. И дай угадаю, девушка, которая тебя дико бесила – её подруга? – И они там с этой Лизой подружки дохуя, или что? – Артём скривил рот. – Не суть. Как-то там проходит несколько дней. Мы так с этой Лизой и срёмся, я вечно до неё доёбываюсь, подставляю её. Мне нравится, – он улыбнулся, закусывая нижнюю губу. – Так забавно. Я немного отвлёкся от всего происходящего из-за увиденного, но относительно быстро пришёл в себя. Артём тем временем продолжал. – Не знаю, но ей достаточно просто свой рот ёбанный открыть, чтобы я разозлился. Ну и как промолчать и не наехать? – Аня не вмешивалась? Раз они там подружки, или чё. Странно, что она ещё не появилась. Или ещё не время? – Она эпизодический персонаж, – Артём мотнул головой. – Да и чё ей там делать, это же школа, а она старше нас, получается. – Ну хз, во снах чего только не бывает. – Ну да. Но потом вот момент был. Что мы втроём чёт пиздели, и пока я отвлёкся на Аню, Лиза у меня что-то забрала и убежала. А это было что-то важное. И я такой встаю, беру с собой Аню и иду искать Лизу. А эта пизда ссученная пропала куда-то. Ну и чё делать, я отпиздил Аню. Действительно. Это был единственный выход из ситуации. – Хули? Помогла ей украсть – пусть помогает мне вернуть. Ну, там.. Я подумал, что Лиза будет сожалеть о произошедшем. Типа, из-за неё её подружке досталось, у-у, ужоснах. Но! – Артём выставил указательный палец. – Что-то было не так. Я не мог прям сильно и нормально её побить. Я или ослаб, или что-то такое со мной случилось. Но серьёзного вреда я ей причинить не мог. Это было ужасно. Я прям хотел, чтобы она страдала, как в последний раз, чтобы ей было больно, блять, а нихуя не выходило. Пиздец я был расстроен. Говорил он об этом с реальным возмущением. Что за срань, блять. Типа, "Бли-ин, я не смог отпиздить свою бывшую в своём сне(( Та-ак грустно(". – И хотя ничего серьёзного не случилось, почему-то в школе подняли тему издевательств и этого, по-модному если, буллинга. Пришла классная, не ТВха, если что, тоже какая-то левая женщина, и такая: "О-о, у нас зафиксирован случай издевательств, и нам надо об этом поговорить". Почему-то сразу же она предложила людям обсудить, типа, были ли вы в таких ситуациях, каково вам было, как вы из этого вышли, и хуё-моё там, блять. И эта блядь, Лиза которая, говорит такая: "Я бы хотела рассказать об издевательствах, это было ещё когда я училась в Беларуси". Артём и сам выразительно на меня смотрел, как будто и у него были те же вопросы, что и у меня. – Что? Беларусь? Он шутит? Где он её взял вообще? В смысле.. Бля, ну серьёзно. Во снах ничего не появляется из ниоткуда, все образы берутся из воспоминаний и всякого такого. Где, блять, мозг Артёма взял Беларусь? А-а, блять. – Я сам там сижу: "Чё, блять?". Какая, нахуй, Беларусь? – Артём склонил голову, двигая рукой возле лица. – Где ты это взял? А потом пришлось просыпаться. Но ебать я там горел, блять, конечно. Как увлекательно. Нет, вот правда. Собирательный образ какой-то девахи Лизы, её подружка Аня, какая-то срань происходит, издевательства в школе.. Артём, случайно, американских фильмов не смотрел незадолго перед тем, как увидел это? А то что-то смутно напоминает, мне кажется. – Аня тебе часто снится? Я просто узнать. Про Риту бы ещё спросить, но это мы подумаем. – Второй раз. Первый был, когда мы встречались. Мне приснилось, как она спрашивает у меня в Контакте, можно ли ей поиграть в бутылочку. Или что-то такое там было, не помню уже. Но речь точно про измену была. – А Рита? Артём склонил голову, уставившись в пространство перед собой. Это он так думает, да. – Не каждую ночь, конечно, но бывает, – это было типа шуткой. – Последнее, что я могу вспомнить, это как мы с ней ходили.. Он снова задумался. Видимо, вспоминает, или типа того. – Блять, ну где-то, по какой-то деревне, там какая-то дичь происходила, и пиздец вообще. Мало что помню оттуда, но было весело. И потом.. Как она ждала меня с школы, и мы вместе шли домой. Что-то такое. Ну ладно, как мы и ждали. Чаще появляется, и в более положительной роли. Или хотя бы с хоть какой-то. Хм. Будет слишком ужрато спрашивать про меня? Мда. Я ему вообще не снился, наверное. Что за бред. – Ещё было, как мы с ней пиздили книги в магазине, вот. У-у, как мило. Бони и Клайд ёбанные. – А я тебе снился? – я всё-таки решился на этот шаг. Это многого мне стоило, да. – Нет. – Ты охуел? – Ла-адно, – заулыбался Артём, – тоже было. В августе ещё. Я аж охуел слегка с этого. Он больной? Мы не общались тогда даже, алло, хули я ему снился-то? Не, прикольно, конечно, но не вот так же. – Ты, Ковальский и ещё кто-то, не помню, но вас там точно трое было. Вы все лежите на кровати у меня в комнате. Что-то он снова, уже в который раз, запнулся, из-за чего ситуация стала выглядеть оче-ень напряжённой. Пиздец просто, какой. Я аж занервничал немного. Чё мы там делали? Лежали и что дальше? Ой, вот только не говорите, что это какая-то дичь про ревность, а? – И вам типа заебись там. М-м-м. Это очень выразительное "М-м-м", Артём. – Чёт смеётесь там, – продолжал тот, кривя рот. – Весело, охуеть можно. И вот я прихожу, и тут ты начинаешь к Ковальскому подкатывать. Бля, Артём, ты совсем там головой поехал или что не так с тобой было? Пиздец, я хочу это увидеть. Нет, реально. Что бы я. Я, да? До кого-то домогался. Что, блять? Это пиздец просто, каким больным надо быть, чтобы что-то такое придумать? Это ко мне подкатывать должны. И то я буду реагировать как школьница двенадцатилетняя – краснеть и отворачиваться. Ладно, я уйду, скорее, но дела это не меняет. – Вещи ему там всякие плохие говоришь. Господи. А Ковальский и не против был, да? Господи, Артём, ну ты даёшь, блять. – Вот чё ты ебало корчишь. Мне не смешно было. Ты мой маленький. Вообще, это ненормально. Типа, какого хера он вообще видит подобное? Он же, ну.. Особо-то ничего ко мне не чувствует? Я полагаю, по крайней мере. А тут он, значит, говорит, что ему снилось (!), как я пристаю к Ковальскому. Не то чтобы я придавал этому такое большое значение, но бля. Это реально странно. Если бы ему реально было на меня похуй, ему бы мозг такие картины не рисовал. И Артём бы так на это не реагировал. Блин, как мило, а.. Это ненормально и мне не должно это нравиться, но это правда немного приятно. – И я так смотрю на это. И я в ахуе, Арсений, – Артём, наконец, перевёл взгляд на меня. – Какого хера? Выглядело так, будто он реально мне что-то предъявляет. Боже. – Бля, мы тогда даже не общались. – Ну, – Артём пожал плечами. – Я думал, ты любишь меня. Меня чёт аж затриггерило слегка с того, что это обозначалось. Какого хуя, Артём..? Не говори об этом больше никогда, сам же просил. – И какого хера, спрашивается, ты подкатываешь к Ковальскому тогда. Я почему-то представил, что было бы забавно, если бы Артём реально начал бычить на меня из-за этого. Типа, "Мне вот тут приснилось недавно, как ты подкатываешь к Ковальскому. Ну так вот. Я жду твоих объяснений". – Всё равно это спидозно. Тебе же похуй на меня, нет? Я, может, неправильно делаю, что высказываю ему это, но я просто хочу разобраться. И называйте это как хотите – тешением ЧСВ или вниманиеблядством, но мне надо. – Ну такое, знаешь. На троечку похуй. Но если ты начнёшь приставать к кому-то у меня на глазах. К Ковальскому, блять. Вот он сам-то может себе это представить? Я лично – нет. Что за хуйня, блять, почему люди бывают такими ебланами. – Я буду злиться. Ну.. Многие и своих друзей ревнуют, так что ладно, похер, ничего особенного в этом всём нет. Но можно поиздеваться над ним из-за корня проблемы, хы. – Сомневаешься во мне, да. – Ага, – фыркнул Артём. – Скажи ещё, что это из-за неуверенности в себе. Нет. Мне просто. Неприятно. Почему ты ко мне не подкатывал. – Бля, это был сон. – Да понимаю я. Но вот если бы ты в реальности начал это делать. Ко мне он, значит, не подкатывал, а к Ковальскому – ага. Чё за пиздец. – Дичь какая-то. Я даже не могу понять, что вообще имеется в виду под этими подкатами. Как можно подкатывать к человеку? Я далёк от таких тем. И чего, блять, Артём там выдумывает. Совсем от жизни отбился парень. – И я не дорассказал, – он щёлкнул пальцами. – Вот я смотрю на это всё. И у меня такое ощущение, будто в комнате пожар, и я вот прям в самом центре. Мне очень горячо, и что с меня слезает кожа. – Ты просто двинутый. – Просто я люблю тебя. Просто ты каким-то хером объявил меня своей собственностью, вот и триггеришься теперь с любых вещей, которые не соответствуют вот этому самому. Дебил, блять. Сам себя до этого довёл. Хотя не похоже, что ему сильно плохо с этого. Но вот эти его "горю и с меня слезает кожа" это.. Слишком ярко для реакции на что-то подобное. Я явно того не стою. Блин, доебаться бы до него. Мне же теперь реально интересно, что он там чувствует ко мне, в конце-то концов. Хотя я уже думал об этом сегодня – люди и друзей ревнуют, тут не обязательно иметь какие-то высокие чувства. Ну и да, Артём считает меня своим. Как котик. Готов поспорить, к Рите у него такое же отношение. Возможно. – А ещё было как-то раз, что я сидел у тебя, и ты играл в какую-то хуйню. Дважды, получается? Ну, хотя бы с Аней поравнялся. – Самое адекватное, что я когда-либо видел. Я должен этому радоваться, типа, или чего от меня хотят сейчас? Хотя ладно. Он просто поделился фактом, ничего такого. Закрыв глаза, я понял, что мне реально спать захотелось после всех этих наших разговоров. А, может, и винцо в мозги ударило. Как всё плохо.. Артём очень внезапно решил пересесть сюда, ко мне. Неужели, блять, а. Хотя это довольно быстро начало напрягать меня – в частности, после того, как Артём навис надо мной. Не радует меня это, ой, не радует. – Вот здесь-то точно никто не увидит, – тихо сказал он. Ой, господи, а. Давай до вечера хотя бы подождём, а. Не здесь, не сейчас, и вообще отстань. – И сейчас в окно так заглядывает кто-нибудь. Он выразительно на меня посмотрел, замерев, и немного позалипав, фыркнул: – Мамка твоя. Блин, а я вот не могу так же про его батю пошутить – это не имеет смысла, потому что он уже знает. Проклятье, а. Про Ковальского шуткануть? Хе-хе. Хотя и там уже вопрос стоит боком. Потому что он, вроде как, и знает, что у нас что-то не то происходит, а, вроде, пока и не выёбывается. Выжидает? Ждёт момента, чтобы нам предъяву кинуть? Мне, кхем. Артёма-то он трогать не будет, он же ни в чём не виноват. Это всё плохие "другие люди". Соблазняют его, бедного, а он ну просто же не может сопротивляться этому, да? Вот и ведётся. Проблема в других, конечно. А не в Ковальском и том, что он долбоёб тупой. Хотя ладно, мы же скоро разойдёмся, всё нормально будет. Мда, звучит так, как будто я буду этому рад. Хотя у этого будут определённые плюсы, конечно, но всё равно как-то.. Не надо. Ну годик осталось потерпеть, Артём, пожалуйста, всего ничего. Не бросай меня. Я же умру. Было бы забавно, если бы Артём начал сейчас на меня агриться. Ну, вот это его обычное "Вставай, уёбище" или что-то вроде этого. Я тут сопли размазываю, а Артём сейчас как начнёт выёбываться. Будет забавно. Мои влажные фантазии и реальность. Столкновение. – Чё ты делаешь? – когда я перелёг на спину, спросил Артём. – Я хочу спать. – Расхоти и захоти другое. – Блять, да нет. – Блять, да да, – недовольно протянул он. – Можно на полу, если тебя это смущает. Господи, ты совсем дурак? Как разница, где? Мы в чужом доме, в чужой комнате – в любом случае. Нельзя, понимаешь? Нет. Не собирается же он без защиты ебаться? Хотя, кажется, его это уже не беспокоит. Как-то он уже пытался заставить меня, но я не дался, какой я плохой. Но я виноват, что ли, что не хочу подхватить какую-нибудь дрянь? Это же так стрёмно, блять. И ладно ещё, если бы об этом никто не узнал бы. Но тебе же придётся идти в больницу, кому-то там показываться. Отвратительно. Хотя вряд ли кого-то удивит наличие какое-нибудь хуйни такого рода у школьника, но блять. В моём представлении с такими проблемами к врачам ходят или конченные бляди, или долбоёбы, или люди за тридцать. Я не блядь, не долбоёб, мне не тридцать. Так что нет. Никто ничем опасным заниматься не будет. – Давай дома, а. Артём сейчас поймёт, в чём проблема, и потом начнёт таскать с собой презервативы. И тогда мне уже ничего не поможет. Вообще, готов поспорить, что у него пачка в рюкзаке лежит, но сумка-то на улице. Не пойдёт же он туда? Там ещё родаки наши сидят, хех. – Ну бли-ин, – недовольно протянул Артём, вот чисто как ребёнок, толкая меня в бок. – Ждать до вечера, то есть? Ой, посмотрите. Неделю терпел, а сейчас не потерпит? – Что не так? Тебя же выписали, всё. Теперь проблем с этим. Нет особо. – Ну-у-у! Сука, как мне вот это не нравится, когда он включает режим какого-то инфантильного уёбка. Артём, тебе восемнадцать, блять, лет, жениться скоро, детей воспитывать. А ты вот так ведёшь себя, когда тебе в сексе отказывают. Совсем дурной? – Ладно, блять, – в конце концов он сдался. – Хоть пообнимаемся. Когда он лёг на меня, я кое-как собрался с силами и обнял его в ответ. Бля, как же это классно, я не могу просто. Или это из-за того, что я пьяный? Или в чём дело? В том, что не виделись неделю, и вчера не поговорили даже – Артём сбежал чёт сразу после уроков, а во время них или на переменах особо не побеседуешь. Вот и всё. Я просто соскучился. – Только не усни так, – Артём сразу же заметил, когда у меня немного ослабли руки. Какой внимательный, а. – Да нахуй это всё. – Чё, хорошо тебе, да? Звучало с наездом. Типа, "Упился, как свинья, и лежит себе сейчас, наслаждается. А я вот не пил. Мне не весело. Поэтому буду ебать ему мозги". – Кстати, сколько тебе нельзя пить ещё? Я хотел спросить у него об этом ещё когда только речь зашла, но при родителях как-то не очень это делать. А сейчас можно. – Месяца два. – Чё так не точно? Я до него доебусь, как в последний раз, если вдруг выясню, что он наплевательски относится к своему лечению. Пусть даже не думает об этом. – Я не помню, что там по рецептам. Но что ещё два месяца как минимум – это точно. Сказав это, Артём глубоко вздохнул, но опять же, это делалось больше картинки ради. Хотя кто знает, может, ему реально тяжело от осознания таких фактов. Не знаю, мне-то не понять. – Жесть, – заключил он. – Я охуею к концу, ей-богу. – А что с тобой будет, если ты выпьешь? – Пиздец. Вот мы когда таблетками закидывались, прежде чем напиться. Только ещё хуже. Возможно, это даже будет как если наркотиками обдолбаться. Не знаю я, в общем, но это явно будет что-то всратое. Я же вообще на чём-то там лютом сижу сейчас. М-м-м. Всё плохо, да? Оказалось, что ты в край ебанутый? Раз тебе что-то тяжёлое выписали. – Хер бы знал. Выпью, и как начну с ангелочками разговаривать. Они мне нашепчут спиздить у бати ружье и пострелять немного, и пока, Артём. – А умереть так можно? – В смысле, я умру от того, что напьюсь? – уточнил Артём. – От самого процесса? Или от того, что натворю с собой что-нибудь после этого? Хуя он быстрый. В смысле, рассмотреть в моих словах два разных варианта. Даже я об этом не думал. Хотя про второе очевидно же, но бля, Артём. Давай нормально всё делать. – Первое. Сердце там откажет, или ещё чё. Мозг. – Не знаю, – повторил тот. – А ты уже планы продумываешь? – Ага. Как бы так тебя убить. – Ну спасибо. – Спою тебя, ты сдохнешь, и все будут счастливы. – Ты это, – Артём замолчал ненадолго, опешив. – Не шути со мной так. Это пугает. Бля, у него это как триггер, что ли? Бли-и-ин, прости, я не знал. – Соре. Не знал, что тебя с этого триггерит. Он ничего не сказал на это, так что я решил, что его это реально напрягает. Окей, больше никаких шуток про убийство. Если его это так корёбит, больше ни слова на такие темы. А то он бросит меня, как всё ту же Аню. Она же тоже ему там чёто затирала? А Артём у нас ссыкуха, оказывается, м? Испугался каких-то бредней семнадцатилетней девули. Фу. – Поцелуй меня хотя бы, – немного помолчав, сказал он. Скучно совсем парню стало. Или это его коварный план. – А сам что? Мог уж хотя бы начать. А то всё я да я. Хотя ладно, по сути, Артём только перекладывает на меня начало. Инициатива всё равно всегда только от него идёт. Но тогда получается, что ему надоело её проявлять.. Хм, блять. Что-то я опять ничего не понял. – А сам я вечно всё делаю, мне надоело. Ой, вы посмотрите на него. Это так иронично – что мы оба считаем себя "всё делающими", а не вторую сторону. Хех. – Я уже начинаю думать, что мне одному это надо. Ну, как бы, так оно и есть..? Ебля из нас двоих нужна только тебе. А со всякими милостями я не лезу только потому, что не уверен – а вдруг ты в этот момент не хочешь ничем таким заниматься? И тогда я тупой насильник, который только о себе и думает. А я же тебя люблю и уважаю. Как я могу делать с тобой что-то, что может тебе не понравиться? Ну вот. Но ладно, сейчас с ним ссориться я не хочу. Я кое-как заставил себя сесть. Не знаю, зачем, но, допустим, я "просыпаюсь". Ну и да, хочу сверху побыть. Хех. Ещё можно на Артёма вот так посмотреть. Сидя вот так, куда удобнее это делать. Я даже завис на какое-то время, разглядывая его. Как он недовольно-выжидающе на меня смотрит.. Блять, как же я вот это обожаю, это просто невозможно себе представить. Вот этот его взгляд, когда всё уже подошло к ебле, а я всё тяну и тяну, и ему это не нравится. "А-А-А" просто. Хоть вечно так делай. – Ну? – наконец не выдержал он. – Потом меня поразглядываешь. Да на тебя хоть всю жизнь смотреть, господи, почему ты таким родился вообще, это противозаконно, Артём. И вот даже не думай гнать на кого-то потом, хули они тебя разглядывают. Ты сам в этом виноват. Что-то вспомнилось, как он упился, и захотел сказать мне, что я красивый. Так и не сказал, но не важно, как бы, важен факт того, что он хотел, и даже сообщил мне об этом. И это я к чему начал – вот если я скажу Артёму пусть даже то, что он мне тогда наговорил, он мне по лицу даст. Хотя вот уж кого осыпать комплиментами – это его. Хотя я слабо воспринимаю, как можно делать что-то в принципе, вообще, не то, что с парнем, но не суть. Я просто странный. – Я говорил тебе, что Отто приедет, – вспомнил я. Это было в один день, если не ошибаюсь. И я точно говорил ему об этом. – Зимой, в феврале. – Бля, ну извини, – Артём дёрнул рукой. – Забыл, видимо. Блять, отлично просто, я его разозлил. И нет, мне это не нравится, я не рад. Я не хотел, чтобы он психовал. – Извини. – За что? – За то, что я мудак такой, – склонившись к нему, сказал я. Артёма такие откровения не сильно впечатлили – он сразу таким ошалелым выглядеть стал. Оп, неловкая ситуация.. Я такой молодец опять. Целоваться сейчас было не самым лучшим решением, но меня же просили. Просили – значит, будем. Значит, надо. Артём немного неловко начал, но быстро сориентировался и дальше всё пошло уже нормально. Прекратилось всё, правда, так же быстро, внезапно и тупо, как и началось. – К кому пойдём после всего этого? – спросил Артём, оттолкнув меня. Я с пару секунд приходил в себя с такой резкой смены обстановки. – Как хочешь. К тебе, ко мне. – Как сложно. Дома пьяный батя. Не хочу ко мне. – Понято, – сползая пониже и устраиваясь головой у Артёма на плече, сказал я. Алкоголь уже начинал выветриваться по-понемногу, так что скоро можно будет уходить. На улице нас поджидал Эрвин, ещё и прямо у крыльца. Меня чуть инфаркт не схватил, когда я его увидел. Ну реально, во-первых, это было очень внезапно, а во-вторых – именно Эрвин, блять, никто другой. Я имею в виду, что он – самая страшная псина из всех, которых Алексей Валерьевич с Артёмом держат. Вот где милаха Джуно? Или Вильгельм, на крайний случай. Вот они миленькие. А Эрвин страшный, как скотина, ну правда. Или это моё, как сказать.. Я очерняю его образ, типа. "У страха глаза велики", хуё-моё. "Der Teufel ist nicht so schwarz, wie man ihn malt", всё такое, ну. Неважно, короче. В любом случае, я бы предпочёл, чтобы такого больше не случалось. Увидев нас, он бросился в сторону гаража. Выглядело так, будто он хотел настучать родакам на нас – типа, "Они идут, шухер, почаны". А щячло-то довольное.. Ёбанные животные. Вот почему Артём с его отцом не могут держать котиков, как все нормальные люди? Если их правильно кормить, они даже линять не будут, ну же? Хотя чё я несу, собаки же тоже линяют.. Ай, ладно, всё. Это их дело. Видимо, пока мы сидели дома, мать с Алексеем Валерьевичем тут время зря не теряли. Энивэй, когда мы пришли, моя родительница уже путалась в словах, и хотя Алексей Валерьевич выглядел и вёл себя немного получше, было всё равно видно, что и ему уже хорошо. Пиздец, господа, вы долбоёбы. Нам ещё по домам ехать, а вы упились тут, как в последний раз. Вот особенно вы, тварищ Дёрнберг. Ну разве так можно? Ну у вас же дети. Хотя даже младшему уже восемнадцать исполнилось.. Но не важно. Пожалейте себя-то хоть, ну? Печень – она не железная, а пересадку, знаете, как трудно себе запилить? Ну вот, завязывайте, значит. Судя по всему, в планах у них было именно это. По крайней мере, мать чуть ли не на пальцах сказала мне, чтобы я сходил домой и поставил чайник, а потом принёс его сюда. Видимо, близился конец. Сейчас попьём чайку, всех отпустит и поедем. Артём к нам пойдёт, хах.. Я об этом забыл уже даже. Но приятно было снова вспомнить об этом. Это почти как думать о предстоящем отдыхе дома, выезжая с работы. Приятненько так. ** – Я пойду к ним? Я снова подловил себя на мысли, что жду какой-нибудь херни от Алексея Валерьевича. Чем же он мне так не понравился.. Вроде, нормальный мужик. Кхем, мда, ладно, я не считаю его таким, хотя я правда не знаю, что и думать об этом. Вообще, Артёма уже с зимы не пиздили. Наверное, после его попытки самовыпила, его батя пересмотрел свои взгляды на такие вещи и стал как-то сдерживать себя в некоторых вопросах. Как знать, мда. Артём вообще говорил с ним об этом, интересно? Я же так и не спросил, конечно, а зачем мне. Энивэй, последние несколько месяцев он создаёт впечатление не такого уж и плохого чувака. Или это я теряю бдительность..? – Ладно, – спокойно хмыкнул Алексей Валерьевич. – На ночь вернёшься? Артём на секунду развернулся ко мне, как бы спрашивая у меня, но даже ответа дожидаться не стал. Ну а правильно, кому нужно мнение этого Арсения. Нахуй его вообще. "Так, не принижай себя" Надо работать над этим. Просто Артём знает, что можно остаться на ночь, и какой тогда смысл что-либо уточнять? Может, он даже подумал над тем, что меня это смутит..? Хех. Свои влажные фантазии я лучше при себе оставлю. Сто раз будет Артём о чём-то таком беспокоиться, ну. – Посмотрим. – Хорошо. Да ему похер вообще, блин. Его сын отпрашивается на ночь к парню, с которым встречается, а этот кроме "Ладно, хорошо" ничего больше не говорит. Хотя я даже не знаю, чего жду. Что Алексей Валерьевич сейчас так злобно на меня посмотрит с намёком? Каких-нибудь подъёбов? А что, Артём же говорил что-то такое там, мол, его батя над ним подшучивает из-за этого. Боже, только сейчас понял, насколько это всё спидозно.. Как это вообще выглядит? Пиздец. Дома первым делом пришлось помогать матери добраться до кровати, по пути успокаивая её, что да, я уберусь на кухне, разложу вещи, помою посуду, да, ты только успокойся и иди спи. Всё будет красиво, даже не переживай. Хотя ей похер, как бы, просто она пьяная. Проблемы у женщины с алкоголем, что уж тут поделаешь. Кто мы такие, чтобы её осуждать, в конце концов. Конечно, убираться сейчас в мои планы не входило – было лень, тяжело (из-за выпитого хотелось только спать), да и чё к чему вообще. Ко мне человек пришёл, а я иду посуду мыть. Класс, всегда так делаю. Хотя было бы реально неплохо для начала разобраться со всем дерьмом, и потом идти отдыхать и заниматься более приятными вещами, но нет. Это будет как-то странно, да и опять же – невежливо, когда у тебя люди, заниматься домашней работой. Всё сказал. Артём дожидался меня в моей комнате, почему-то стоя возле самой двери. Хотя чё ему – он же не пьян, стоять может спокойно. В отличие от нас всех, мда. – Даже стоять не может, но волнуется, чтобы на кухне было убрано, – только я зашёл, решил поделиться со мной он. – Женщины. Ты правда думаешь, что так только они переживают из-за такого..? Ты дебил? – Я бы тоже так делал. Не знаю, зачем я это сказал, но ладно, всё равно же сказал уже. Но можно сказать, наверное, что я уже как-то привык, что ли? Да, допустим, с Артёмом можно особо не сдерживаться и говорить время от времени всякую хрень. Да, а потом вспоминать об этом и подыхать от стыда. – Ну, не обижайся, конечно, но в некоторых вопросах ты хуже любой бабы. Я даже обижаться не стал, отчасти потому, что постыдным я это не находил (внезапно, да?), да и новым для меня это также не было. В кое-каком тесте мне выпадала женственная пассивность в графе, описывающей тенденцию к саморазрушению/разрушению, так что видели мы уже это. Подумали над этим и приняли себя таким, какой есть. Важно же жить в гармонии с самим собой? Я, конечно, не знаю, каково это, но хоть по некоторым вопросам не загоняюсь в лишний раз. Иначе никаких сил ведь не останется вообще. Так что похер, чё там Артём мне тут затирает. Хотя немного, может быть, и нет. Что ещё за "хуже любой"? Ты за выражениями следи, окей? Я сейчас тоже найду чё-нибудь обидное для тебя, а потом ещё поиздеваюсь над тем, как ты на меня обидишься. Пиздец, я ебал, Артём, ты такой аутист. Меня шатнуло, так что пришлось опереться об стену, чтобы не упасть на пол. Вышло немного неловко, плюс Артём это заметил. Позорище. Какой раз за день уже мне перед ним стыдно? Второй? – Тебя ещё не отпустило? – спросил Артём. – Ну так. Я бы сейчас поспал. Я честно не подумал, когда говорил это, но, к счастью, быстро вспомнил, что планировали-то мы другое совсем. И Артём сейчас разозлиться может из-за таких вот изменений в планах. Но он или не успел, или и не собирался даже. Но в любом случае я поспешил исправиться. – Но нет. – Хочу нажраться, да нэ нет, – протянул Артём, я аж порадовался слегка, что всё хорошо закончилось. Я так рад, когда он не злится. Ладно, шутка. На половину – я не люблю, когда он агрится на меня, и не хочу, чтобы он это делал. А чтобы он это не делал, надо не давать ему повода. Разговаривать с ним бесполезно, так что только так. Артём, ещё немного меня поразглядывав, двинулся сюда, ко мне. Я аж напрягся на секунду, но это скорее было по привычке сделано. Мда, классные у меня привычки. И сразу видно, какого я мнения об Артёме – раз мне страшно становится, как только он подходит ко мне. Что за бред, блин. Это ненормально. Но давай, Арсений, что более ненормально – вот это или когда тебе нравится, как тебя прижимают к стенке? Ещё и вот так тебя разглядывая при этом. Блять, вот так же и просит себе по лицу дать, ну как можно противиться? А-а.. – Что будем делать? – закрывая дверь на замок, спросил Артём. Второй рукой он уже полез мне под футболку, но вот это было просто до невозможного неприятно – ибо кто-то замёрз, судя по всему, и так до сих пор и не отогрелся. Как бы, известно, как это противно – когда тебя лапают ледяными ладонями, ещё и за относительно тёплые места. Я про спину сейчас. Мне не очень нравится. Может, пойдём ещё чайку навернём? Артём отогреется хотя бы. Но только я подумал о том, что Артёму наверняка не понравятся вот такие попытки оттянуть время, как он сам вдруг убрал руку, и просто обнял меня. Так крепко и так приятно.. Я аж порадовался. Ну, это из-за того, что в последний раз это было сделано как-то откровенно на отъебись. Типа, мы на неделю расстаёмся, а Артём так вот делает. Я аж волноваться начал. И даже морально подготовился немного к расставанию или какому-нибудь ещё пиздецу, но всё нормально. Наверное, впрочем. Ещё же не вечер, м? Нам же надо до конца учебного года продержаться? Вот тогда уже точно можно будет вздохнуть спокойно. "Хм, а можно будет считать одиннадцатый класс за вторую часть игры?" Хе-хе. Помоги Арсению продержаться ещё один год, не поехать головой и не дать Артёму его бросить". Шикарная игра. Я бы поиграл.