Odd-Job Tsuna

Следующая работа Тсуны, о принятии которой он действительно жалел, потому что та требовала слишком много заполнения документов и усилий, хоть и зарплата была огромной, появилась из-за одного происшествия. Забивания до смерти. И его собственной неосторожности. Окей, их было два. Он так сильно устал после того, как всю ночь печатал свою историю, что забыл убрать одну очень важную вещь из своей сумки, когда он пошёл в школу после раздачи газет на следующий день. (Между прочим, Тсуне теперь не нужно было прилагать много усилий для доставки, не считая езды на велосипеде, потому что Шоичи установил на руле специальный механизм, который автоматически отправлял газеты в почтовые ящики). Он забыл про электрошокер. И так, он был забит до смерти Хибари-саном не только за пять месяцев отсутствия, но и вдвойне за то, что принёс оружие в школу. И вот как он оказался в госпитале. Тсуна сел, постанывая от боли и вглядываясь в слишком чистую комнату. Его живот громко заурчал от голода. Он покраснел, радуясь тому, что никого больше не было рядом, прежде чем вздохнуть и вылезти из постели. Страдая от хулиганов и прежде, он мог игнорировать свои раны ради того, чтобы выйти босиком из комнаты и пойти по коридору в поисках пищи. Тсуна заглянул в одну из палат, куда его привлёк аппетитный запах. Комната вмещала только одну кровать и была, видимо, частной. Испускавшие сладкий аромат цветы стояли на подоконнике. На кровати сидел пожилой мужчина, а вокруг него тихо пиликали аппараты. Рядом с ним был поднос с теплой пищей: кусок всё еще дымящегося яблочного крамбла, керамическая чаша с крышкой, а также несколько кусков хлеба. Тсуна сопротивлялся желанию пустить слюни, отступая к двери и радуясь, что старик был занят чтением книги и не заметил его. — Наставник, тут у вас юный посетитель у дверей. Тсуна подскочил и споткнулся, приземляясь лицом на плиточный пол. Он поднял глаза и покраснел, оказавшись лицом к лицу с темнокожим мужчиной, одетым в безупречный костюм. Слишком близко Тсуна издал своё коронное «Хи-и-и» и поднялся, морщась, когда потревожил свой новый набор синяков. Он пялился на предложенную ему руку, одетую в белую перчатку, словно это был абсолютно незнакомый предмет, пока его мозг снова не перезагрузился, и он осторожно принял её. Он понятия не имел, как относится к последующему, когда его неожиданно подняли, как маленького ребенка (хотя он и был маленьким ребенком) и вручили старику, как будто он был мягкой игрушкой. — Эм, меня зовут Тсуна, приятно познакомиться, — вежливо сказал Тсуна, когда его наконец-то поставили рядом с кроватью по взмаху руки пожилого мужчины. Старик улыбнулся и собирался ответить, когда живот Тсуны решил дать о себе знать и пожаловаться на то, что он слишком долго не ел. Лицо Тсуны сильно покраснело, он наклонил голову, почти скрываясь за чёлкой. Рот старика изогнулся в широкой ухмылке, и он посмеивался, указывая Тсуне на поднос. Мальчик покачал головой, но потом он всё же не смог отказаться, когда мужчина пристально посмотрел на него взглядом, который, казалось, замораживал. Пока он ел, узнал, что имя пожилого человека было Лори-сан и у него был рак. Лори рассмеялся от сочувствующего взгляда Тсуны и начал рассказывать мальчику истории о днях его молодости, которые он прожил с полным удовлетворением. Тсуна ответил взаимностью, поделившись несколькими рассказами о своей недавней поездке по Европе. Он нашёл компанию старика вполне приятной и был очень разочарован, когда вошла медсестра и отругала его за то, что он покинул свою комнату. Лори-сан посмеялся над выражением лица Тсуны и сказал мальчику приходить снова. * * * На самом деле, лишь спустя несколько недель и множество посещений Тсуне предложили эту работу. — Хммм, Тсуна-кун, — Тсуна поднял взгляд от книги, которую читал вслух по-французски. Очевидно, Лори-сан хорошо разбирался во многих языках, и был довольно приятно удивлён, что и Тсуна тоже знал немало. — Не хотел бы ты поработать на своего удивительного дядю Лори? — спросил старик, подмигивая маленькому мальчику. — Э-э, — Тсуна мог только ошарашено смотреть в ответ, начиная паниковать внутри. Он не упоминал о других своих работах, кроме доставки по утрам, потому что, честно говоря, эта работа была, по крайней мере, нормальной для маленького ребенка. — Это будет просто! Всё, что вам нужно сделать, — это оценить и организовать группы людей, которым будет хорошо работать вместе и парочку других вещей! Говард-сан поможет тебе разобраться! — Лори выглядел слишком восторженно для прикованного к постели старика. А также слишком энергично. Говард, темнокожий мужчина, который всегда был недалеко от Лори как тихий страж, элегантно поклонился Тсуне. Взгляд Тсуны сместился в сторону, пока он размышлял, смог бы он заставить себя сказать «нет». Лори сделал очень милое выражение лица с глазами, точно у побитого щенка, которое заставило Тсуну чувствовать себя крайне неудобно. Разумеется, не смог. — Э, ну… я могу попробовать. * * * — Ты где?! Шоичи думал, что эта рутина закончится, раз уж Тсуна вернулся. Он не должен был предполагать что-либо в этом духе, когда дело доходит до его друга. К счастью, он также знал, когда стоит думать наперёд, и мальчик был рад, что он очень просил Тсуну сохранить тот шикарный телефон, который он сделал и связал со спутниками, которые он и Спаннер взломали. — Я в Токийской башне, Шоичи-кун, и мне действительно нужна твоя помощь! Взглянув на другой монитор, на котором отобразилась карта и красная точка в центре Токио, он увидел, что его друг действительно говорит правду. Не то, чтобы он когда-либо сомневался в словах Тсуны, конечно. — Что случилось? — спросил он в беспокойстве, когда Спаннер наклонился над ним, чтобы послушать. Они сидели в задней комнате магазина Браун-сана, которую они нечаянно превратили в мастерскую. Суровый мужчина, похоже, не возражал, и давал мальчикам использовать это место так, как им нравится, пока они не мешали бизнесу. Тсуна паниковал на другом конце линии, но изо всех сил старался не показывать этого. Он чувствовал себя неуместно, ещё когда шел по тщательно оформленному залу, направляясь прямо к еще более экстравагантной паре дверей. — Я собираюсь на какую-то важную встречу или типа того как помощник Лори-сана, и я понятия не имею, что должен делать! — он закричал шёпотом в свой телефон. По крайней мере, маленький костюм, который посоветовал надеть Говард-сан, не выглядел таким уж неуместным здесь по сравнению с обычными дорогами Намимори. Тсуна не боялся толпы до тех пор, пока играл какую-то роль, как было с цирком или передвижной группой. Проблема здесь заключалась в том, что он понятия не имел, какую роль он должен был играть здесь. Он даже не знал, что делал Лори-сан на работе. Совет Говарда-сан звучал так: «Просто играйте и получайте удовольствие, Тсуна-сама. Это то, что Наставник всегда делал». И это НЕ помогло. — Лори-сан? — спросил Шоичи. И он, и Спаннер знали о старике, которого Тсуна навещал в больнице. — Эм… Это случайно не мог быть Такарада Лори, генеральный директор международной компании Такарада…? — голос рыжего нервно затих. — Или мог? — Это не они владеют кучей отелей, развлекательных центров и крупных акций? — вставил Спаннер свои 20 копеек. Тсуна в ужасе уставился на свой телефон, прежде чем повернуться к Говарду-сану, идущему рядом с ним. Когда темнокожий человек кивнул на невысказанный вопрос, Тсуне захотелось поплакать в углу. Почему он не может получить нормальную работу? К счастью, встреча прошла гладко. Или настолько гладко, насколько это было вообще возможно, когда взрослые удивлённо таращились на восьмилетнего ребенка, который внезапно стал во главе. Хотя Тсуна не имел абсолютно никакой склонности к цифрам, бюджетам и тому подобному, о чём говорили взрослые (Говард-сан был достаточно любезен, чтобы переводить ему коммерческий жаргон в нормальные слова и быстро записывать всё, что было сказано, на планшет, откуда Тсуна мог читать, так как текст появлялся на другом планшете перед его сиденьем в конце стола), но вполне успевал за происходящем, и его удивительно точная интуиция также помогала ему. К счастью, Шоичи устроил ему краткий курс о том, как работают акции, незадолго до того, как он вошёл на встречу. — Окей, я думаю, мы сможем купить эти акции с тем, что у нас осталось… — сказал Тсуна, щелкая мышью. Монитор на одной из стен комнаты отображал то, что он делал, во всём полномасштабном великолепии. Несколько взрослых издали задыхающийся звук, прежде чем один храбрый человек решил озвучить общую мысль: — Эта компания всегда колебалась, Тсуна-сама, на самом деле это не очень хорошая идея… — он замолчал. — Все будет хорошо, — пожал плечами Тсуна. Обычно он боялся тратить чужие деньги так безрассудно, но сегодня он чувствовал себя смелым, да и Лори-сан сказал, что он может делать всё, что ему захочется. «Если что-то пойдёт не так, это отучит старика доверять эту нелепую работу кому попало», — размышлял Тсуна. Взрослые испытали самый большой шок в своей жизни, увидев, насколько их акции возросли к концу недели из-за небольших изменений, внесённых Тсуной здесь и там в бюджет компании. И так, Тсуна согласился на то, чтобы его затащили на очередную работу, в которой он особо и не нуждался. На этот раз он не мог оправдаться тем, что даже не был гражданином этой страны. И он снова должен был установить некоторые правила. — Я не могу пропускать школу, чтобы лично посещать Токио, я также не могу ездить заграницу в другие филиалы. Если вы действительно хотите, чтобы я занимался всем этим, тогда вы должны отправлять мне отчёты в цифровом виде, хорошо? Лори просто усмехнулся, в его выдохе слышался хрип. — Конечно, всё, что захочешь, Тсуна, — мальчик в беспокойстве посмотрел на старика. Лори просто взъерошил волосы твердой рукой и махнул на прощание. * * * И так, его жизнь снова стала нормальной. С щепоткой странных поручений. Или же нормальность была лишь щепоткой? В любом случае, у Тсуны не было времени размышлять об этом. — Я думаю, нам действительно нужно найти свое место, — сказал Тсуна, однажды зайдя в маленькую мастерскую в задней части магазина Браун-сана. Она была полностью завалена наполовину построенными роботами, валяющимися тут и там, проводами, покрывающими почти всю площадь, и компьютерными мониторами, неуверенно закреплёнными над другим хламом. — Мы не должны так сильно навязываться Браун-сану. — Я не думаю, что Маме хотелось бы видеть всё это в своём доме, — сказал Спаннер, пожав плечами и сдвинув леденец. Тсуна задумался, почему блондин не чувствовал стыда, называя так его мать. — Моя комната открыта, но… — Шоичи замолчал. — Она слишком маленькая, — прямо сказал Тсуна. Даже это место было почти переполнено запчастями. Они решили подумать об этом позже. Позже, как оказалось, случилось где-то через месяц, когда Тсуна получил внезапное прозрение, глядя на новый дизайн здания для торгового центра в центре города Намимори, в который инвестировала компания Такарада. Он усмехнулся и достал чистый лист бумаги, чтобы набросать новый дизайн. * * * Был один случай, который произошел вскоре после возвращения Тсуны в Японию, не имевший никакого отношения к его работам. Или его нынешней жизни в принципе. Они настраивали спутниковое телевидение по просьбе Браун-сана. Это было наименьшим из того, чем они могли отплатить после того, как захватили задворки его магазина. В верхней части помещения, частью которого был магазин, уже была установлена временная спутниковая антенна, теперь они просто настраивали телевизор. По чистой случайности они включили русский выпуск новостей. — Эй, а разве это не…? — пробормотал Спаннер, глядя на мерцающий экран. Тсуна взглянул и остолбенел. Это был концерт, где вместо сцены был большой открытый грузовик. В центре стояла маленькая фигура, одетая в рогатую маску с домино, и с электрической гитарой. Он пел в микрофон. — Что я делаю на телевидении?! — Тсуна-сан выглядит так круто, — с трепетом сказал Шоичи. Согласно сообщению, они пытались найти загадочного певца «Х», потому что ему удалось затронуть сердца многих своим страстным пением. Тсуна чувствовал приближающуюся мигрень. Это был последний раз, когда Тсуна позволил Спаннеру выбрать ему псевдоним. Он также был рад, что вернулся в Японию, где его вряд ли можно было найти, хотя электрическая гитара всё ещё стояла в его комнате… * * * Тсуна признал, что он несколько ступил, не заметив, сколько денег он заработал с тех пор, когда ему было десять. Только весёлый комментарий от Спаннера и дружеское соревнование заставили его увидеть, сколько у него на самом деле было. — Тебе нужно установить брандмауэры получше, чем сейчас, Тсуна. Шатен ворчал, печатая как можно быстрее, чтобы заблокировать цифровые атаки блондина, прислонившегося к его спине. Это было проигрышное дело. Тсуна вздохнул, признавая поражение, когда Спаннер получил полный доступ к его ноутбуку. Откинувшись назад, он ударился спиной о спину блондина. — Чего я вообще парюсь? — спросил он, сжимая переносицу. — Не волнуйся, твоя безопасность достаточно хороша, чтобы заблокировать всех любителей. Тсуна улыбнулся этому, зная, что это комплимент, потому что два года назад он не отличил бы, левую сторону компьютерной мыши от правой. Спаннер издал слабый свист, привлекая его внимание. — Что? — Ты уже мог бы купить себе особняк. Тсуна посмотрел на ноутбук и понял, что его друг смотрит на выписку с его счета. — Ого, — а потом блондин удивлённо спросил его. — Серьёзно? Спаннер почти ласково смотрел на Тсуну. — Ты практически управляешь транснациональной компанией, и при этом не можешь точно сказать, сколько у тебя денег на счету? Тсуна покраснел в возмущении. Это не его вина, что он всё ещё терпел неудачи в математике, несмотря на все попытки Шоичи и Спаннера обучить его проклятому предмету. Он знал, сколько стоит еда, инструменты, детали машин, ткани и книги, так как покупал их часто. У него было смутное представление о том, сколько стоило бы построить здание в двадцать этажей в центре делового района, но Тсуна никогда не смотрел на цифры. Это были просто чувства вроде: «эта цена выглядит подходящей для того, что я покупаю», или «о, нет, это пахнет надувательством». Теперь, когда он снова посмотрел на свою выписку и количество цифр, он предположил, что это действительно приличная сумма. Хах. Позже, когда Тсуна мыл посуду, а Спаннер вытирал стол, Тсуна решил поговорить со своей матерью. — Эм, мам, у меня накопилась уже приличная сумма денег, поэтому тебе больше не нужно просить их у отца. Нана напевала что-то с закрытым ртом, улыбаясь её Тсу-куну. Она знала, что у ее сына было несколько работ, наблюдала, как он встает очень рано утром, и случайные эскизы, которые он оставлял лежать тут и там. Разумеется, она не совала нос в его дела, пока он вполне наслаждался своей жизнью. Он не настолько наслаждался, как казалось матери, особенно, той частью с работой в транснациональной корпорации. — Действительно, Тсу-кун? — спросила она, нежно взъерошив его пушистые волосы. — Ты так вырос! Тсуна чувствовал себя неловко, краснея. Он был слишком милым! — Мы можем перевести деньги на ваш счет, мама, — добавил Спаннер. Нана задумалась, а потом покачала головой. — Всё в порядке, это тяжело заработанные деньги Тсу-куна, поэтому они должны быть потрачены на то, что хочется ему. Тсуна быстро покачал головой и скинул перчатки для мытья, которые были на нём надеты. Повернувшись, он решительно посмотрел на свою добрую мать. — Я хочу потратить их на свою семью. Лицо Наны разрумянилось — её Тсу-кун становился всё более мужественным с каждым днём! Она согласилась, задаваясь вопросом, должна ли сообщить Иемицу о внезапном чувстве ответственности сына. Она решила, не беспокоить его этим. Даже у Наны был свой предел терпению. Если ее муж хотел узнать больше о своем сыне, он должен был узнать это сам. Позже, увидев, сколько денег было добавлено к ее счёту, она позаботилась о том, чтобы осторожно убедить двух мальчиков, живущих в ее доме, что она не хочет никаких незаконных денег. Довольно иронично, учитывая сомнительное место работы её мужа. Спаннер и Тсуна быстро успокоили ее. Спаннер несколько более нерешительно, так как работа хакером была всё-таки не совсем в пределах закона.