Преданная

      Небольшое предисловие автора с благодарностью Drommer-om-Doden за помощь в написании этой главы.       Вериния глубоко вздохнула, выходя из полудрёмы, и села на ложе, грациозно поджав ноги: науку выглядеть красиво всегда, даже если тебя никто не видит, она освоила быстро. Адара улыбнулась, протянула госпоже шёлковую тунику и поспешила за своим идангом*.       Пока служанка устраивала барабан на подставке, юная жрица сидела на ковре и растягивала мышцы. Взгляд её скользнул к сосредоточенному лицу и ловким пальцам Адары, и госпожа улыбнулась, тонко приподняв углы губ: эта девушка служила ей столь же преданно, как и она сама служила Принцу. Немногословная редгардка была, пожалуй, единственным человеком, в котором она ошиблась при первом знакомстве. Да и само знакомство тоже оказалось весьма неожиданным.       В ту памятную ночь танцовщица не стала оставаться в новом доме: она лишь обошла его, отметила про себя всё, что ей хотелось бы изменить, закрыла дверь на тяжёлый висячий замок и вернулась в Храм.       Утром следующего дня Вериния отправилась к зданию Гильдии бойцов: теперь, когда есть свой собственный дом, можно и даже нужно позаботиться о личной охране. По слухам и сплетням других жриц девушка знала, что в Гильдии дела идут сейчас плохо, и её бойцы охотно идут в телохранители к любому купцу или вельможе.       Стоявший у входа привратник узнал танцовщицу, он вежливо поприветствовал её и спросил о цели визита.       - Я хочу посмотреть на тренировочные бои воинов Гильдии, - ответила Вериния с лёгким поклоном. – Сейчас это возможно?       - Конечно, - посторонился страж, освобождая путь. – Мне проводить вас?       - Да, - улыбнулась девушка, - я здесь впервые.       Шагнув в гулкий полумрак тренировочного зала, жрица наморщила изящный носик: она привыкла к благовониям Храма, а не к резкому сочетанию запахов пота, железа и запёкшейся крови. Однако быстро придала лицу безмятежное выражение и уселась недалеко от маленькой арены, в тени колонны.       Воины разминались лениво и однообразно, пока не пришла очередь молодого редгарда Себастьяна. Старый тренер усмехнулся и сложил руки на груди, когда он появился на арене: походка воина была неспешной, но в ней не чувствовалось ни лени, ни скуки, только холодная отрешённость: казалось, что Себастьян идёт сейчас в последний бой.       Вериния выпрямила спину: она уже слышала перешёптывания в толпе, что «новенький» сейчас задаст жару «старичкам» и всё её внимание было приковано к высокой поджарой фигуре воина. Первым его соперником был имперец Гай Фабий, вооруженный мечом и щитом. Все его обманные выпады Себастьян отбивал с удивительной лёгкостью, хотя казалось, что спокойные карие глаза редгарда вообще не следят за действиями противника. Вскоре имперец лишился щита и был вынужден уже не нападать, а защищаться.       Тренер похвалил Себастьяна и сказал Гаю, что если бы сейчас был настоящий, а не тренировочный бой, то редгард точно бы убил его. Старый воин вздохнул и вызвал на арену второго соперника: это был высокий и мускулистый норд Вальгард Хальсен, вооружённый двуручным мечом. Себастьян взял второй скимитар и замер в ожидании, готовый к любой атаке. Солнечный луч, заглянувший в сумрачный зал, осветил фигуру редгарда: рядом с массивным нордом он казался уязвимым, а яркий золотистый свет заставил его сощурить глаза. Вальгард, воспользовавшись маленьким преимуществом, немедленно атаковал противника, но тот ловко увернулся и долго уходил от прямого боя, выбирая нужный момент, и ему было достаточно сделать всего один выпад, чтобы обезоружить норда. Вальгард засмеялся и ушёл с арены, похлопав по плечу редгарда и утирая пот.       И так было с каждым из десяти, кто выходил на бой с Себастьяном: невозмутимый и быстрый, он легко угадывал любое обманное движение противника и ни разу не дал даже поранить себя. К концу тренировки лишь тонкие струйки пота, проложившие дорожки на покрытом пылью торсе и слегка учащённое дыхание свидетельствовали об усталости редгарда. Себастьян пересёк арену, улыбнувшись тренеру, а солнечный луч поймал рисунок на обнажённой груди воина: над сердцем его красовался чёрный скарабей.       Вериния, довольная зрелищем и немного заинтригованная незнакомой татуировкой, поднялась и бесшумно нырнула в тень колонны, рассчитывая быстро догнать редгарда. Её выбор был очевиден: этот воин лучше всех подходил ей в качестве охраны.       Себастьян остановился и оглянулся, услышав своё имя: у лестницы, ведущей наверх, к жилым комнатам стояла молодая девушка и подзывала к себе жестом, приветливо улыбаясь ему. Воин узнал её: пару раз его новые знакомые из Гильдии обращали его внимание на юную красавицу. Когда бывали на рынке. Однако денег на то, чтобы насладиться её искусством, ни у кого из них не было.       Жрица не стала пускаться в долгие разговоры и сразу перешла к сути своего дела, как только редгард подошёл к ней.       - Сколько ты хочешь платить за мою службу? – спросил Себастьян, почти не удивившись предложению.       В Гильдию за последний месяц уже неоднократно заходили наниматели, и часто обращались именно к нему, но всегда получали отказ: воин оценивал свои услуги значительно дороже, чем они могли или хотели заплатить. Однако эта юная особа предложила Себастьяну самому назвать условия контракта, а услышав ответ, лишь тонко улыбнулась и сказала, что согласна на столь дорогого телохранителя.       Именно в тот момент воин сильно удивил жрицу: лицо его изменилось, он оглянулся по сторонам и предложил отойти в тень лестницы.       - Если ты, прекрасная госпожа, можешь заплатить достойную плату телохранителю, то может быть, ты согласишься помочь мне?       - Какая именно помощь нужна тебе, Себастьян? – тихо произнесла девушка.       - Я здесь прозябал только для того, чтобы получить хороший контракт и заработать денег для выкупа сестры.       - Выкупа? – удивилась Вериния.       - Да, - с волнением выдохнул Себастьян. – Здесь, в Анвиле есть тайный невольничий рынок, содержит его Кастул Милий.       - Я знаю этого торговца, - нахмурилась жрица, - он торгует дорогими шелками и бархатом с Саммерсета.       - Да, он получает прекрасный доход, - кивнул редгард, - однако главный его товар – это рабы. Моя сестра сейчас у него.       - Сколько же тебе нужно денег? – поинтересовалась девушка, склонив голову на бок.       - Я не знаю, - сокрушённо вздохнул Себастьян. – Я никогда не был в его доме и не видел торгов, но за живой товар он точно не запросит меньше, чем за свои ткани.       - Что же ты хочешь от меня?       - Я хочу, чтобы ты купила Адару у Кастула, госпожа. Сколько запросит торговец – я не знаю, но я отработаю тебе эти деньги. Буду служить бесплатно, сколько потребуется.       - Но ведь ты и так будешь получать хорошее жалование за службу и сможешь быстро накопить необходимую сумму. Зачем служить бесплатно?       - Госпожа, ты единственная, кто не отказался платить достойно, только я могу не успеть… К Милию каждый день ходят покупатели, и вовсе не за шелками. Адару пока не купили, но это может произойти даже сегодня.       - Себастьян, - устало вздохнула Вериния, - я всего лишь танцовщица и не занимаюсь благотворительностью. Если Адара молодая и сильная, тогда она тоже будет должна отработать эти деньги…       - Но как? – встревожился редгард. – Я не позволю ей служить в вашем Храме!       - Я же не настоятельница, чтобы набирать жриц для Дибеллы, - покачала головой девушка, - Я просто недавно купила дом, и мне нужна служанка.       - Хорошо, - не раздумывая, ответил воин, - мы будем служить тебе вместе. Только сейчас нужно поторопиться, скоро начнутся торги.       - Как же мне попасть на эти торги? Не думаю, что туда пропустят любого, кто захочет войти.       - Об этом не беспокойся, госпожа!       - Даже так, - усмехнулась жрица. – Идём, Себастьян.       Редгард собрался быстро и по дороге рассказал, каким образом можно будет попасть на тайный рынок рабов: у него уже давно была припасена обрубленная по краям старинная монета, с изображением дракона, служившая своеобразным пропуском и знаком для торговца, что к нему пришёл «особый» покупатель.       Дом Кастула Милия знали в городе многие: это был один из самых красивых особняков Анвила, окружённый белоснежной высокой стеной, с которой спускались роскошные гроздья лиловой глицинии. Вериния предусмотрительно оставила Себастьяна за углом, не позволив ему даже показаться вблизи от ворот. С проникновением на территорию сада сложностей не возникло: вместо привратника у ворот дежурили два стражника, часто сопровождавшие Кастула на храмовые концерты и хорошо знавшие её в лицо.       Милий был не только давним поклонником искусства Веринии, но и неоднократно продавал ей дорогие ткани для нарядов. Он вышел на крыльцо, как только ему доложили о визите жрицы, чтобы лично встретить её. Увидев тайный знак в нежной ладони девушки, торговец не стал скрывать удивления, но и допытываться о том, откуда у Веринии эта монета тоже не стал: многие покупатели попадали к нему самыми разными путями, и многие не желали раскрывать своих секретов. Кастул лишь поинтересовался – какого рода товар желает осмотреть прекрасная танцовщица.       - Мне нужна служанка, - деловито ответила девушка. – Молодая, сильная и расторопная. И не слишком дорогая, - добавила она с усмешкой.       - Сегодня вы первая, моя прекрасная госпожа, - вежливо улыбнулся Кастул, - и можете выбрать любую рабыню, какая вам понравится.       На осмотр торговец выставил девятнадцать девушек. Все стояли в ряд, как на параде, все были прилично, но легко одеты и с некоторым удивлением рассматривали юную покупательницу: видимо, нечасто заглядывали на эти торги женщины, подумалось Веринии. Каждая рабыня была по-своему хороша, но у многих взгляд был выжидательный и настороженный, а у некоторых – заискивающий и даже оценивающий, и только одна среди них стояла, скромно опустив глаза: это была рослая и молодая чернокожая рабыня. Других редгардок в «ассортименте» Милия не было.       Вериния остановилась напротив неё и склонила голову на бок, словно приценивалась.       - Не советую брать Адару, - поморщился Кастул, - она слишком строптива. Пусть не обманывает тебя её показная скромность, моя прекрасная госпожа. Посмотри на других: они тихие и послушные.       - У неё крепкие мышцы, - возразила жрица, прикоснувшись к тёмной коже плеча девушки, - это то, что мне нужно. А чтобы сделать её послушной, у меня есть немало способов. Сколько вы хотите за неё, Кастул?       - Как скажете, моя госпожа, - склонил голову торговец, - но я вас предупредил. Триста пятьдесят септимов золотом, - назвал он сумму и выпрямился в ожидании ответа.       - Хорошо, - кивнула Вериния, - я заплачу.       - Тогда пройдёмте к столу, - улыбнулся Милий, - нужно составить договор. А вашу рабыню пока приготовят для выхода.       Девушка понятия не имела, какой именно договор имеет в виду Кастул, но не стала спрашивать: возможно, что покупатели его были хорошо осведомлены об этом документе. Она лишь присела у письменного стола и напряжённо следила за рукой торговца, выводившей условия договора. Оказалось, что Милий просто страховался: это был договор о передаче долга. В нём говорилось, что долг Адары с названной суммой теперь переходит к другому кредитору – Веринии, а сама Адара обязуется поступить в услужение к жрице в счёт уплаты своего долга на десять лет.       Пока Милий составлял документ, редгардку переодели и привели в кабинет. Девушка настолько безропотно подписала бумагу, делавшую её рабыней на долгий срок, что Вериния даже усомнилась в её строптивости. Однако эта покорность действительно была обманчива: стоило госпоже и её новой служанке выйти из дома и завернуть за угол, как Адара пустилась бежать что есть силы, но была поймана Себастьяном, с волнением и надеждой ожидавшим Веринию на улице. Когда жрица подошла к тенистому дереву, под которым спорили брат и сестра, воин успел сказать главное, но не выпускал руки Адары. Вериния усмехнулась и лишь кивнула ему, предлагая идти за ней.       Всю дорогу они шли молча, и только у себя в доме, полупустом и пока не обустроенном, девушка заговорила со своими необычными слугами.       - Ты передумала бежать, Адара? – спросила она прижавшуюся к груди брата девушку.       - Это она от отчаяния, - ответил Себастьян. – Адара не убежит, госпожа, - вздохнул он, поглаживая спину сестры. – Да и некуда нам бежать: наш дом не пережил войны с Талмором, его больше нет.       - Я буду служить тебе, госпожа, - повернулась к Веринии редгардка, - но…       - Но что? – подняла бровь жрица.       Адара, поняв не только смысл сегодняшнего визита юной танцовщицы, но и то, что её с Себастьяном связывает какой-то договор, решилась на просьбу.       - Я хочу отомстить Кастулу, - шумно вздохнула она.       - Каким образом? – спросила с усмешкой Вериния.       - Убить его! – сверкнула глазами Адара.       Жрица с новым интересом посмотрела на служанку: она не жаловалась и не плакала, в её взгляде читались лишь ненависть и гнев, но именно это лучше всяких слов говорило о том, что пришлось пережить сестре Себастьяна в доме работорговца. Эта потенциальная жертва очень понравилась Веринии: Кастул был достаточно известным и богатым человеком, и убить его было не так просто, как незадачливого Талиндила.       - Чтобы убить такого человека, как Милий, и не понести за это наказания, нужно серьёзно готовиться, - спокойно произнесла танцовщица, глядя в сухие глаза девушки. – Поэтому нужно ждать подходящего момента. Я обещаю тебе, что Кастул умрёт. Но не сегодня и не завтра. А пока… - подняла голову жрица, осматривая пустые стены, - наберись терпения, Адара.       Так оба редгарда остались в доме Веринии. Себастьян исправно выполнял свои обязанности телохранителя, Адара же – понемногу привыкала к новой жизни и лечилась: в первый же день обнаружились на её теле следы от множественных побоев. Жрица не стала расспрашивать об их происхождении, но дала служанке лечебных мазей и несколько зелий, чем очень расположила к себе не только девушку, но и её брата.       Никого в городе не удивило, что у танцовщицы появились слуги, и никто даже не поинтересовался у неё, каким образом она их наняла и откуда они прибыли в Анвил: ведь граница Хаммерфелла находилась совсем рядом, а редгарды были частыми гостями Золотого Берега и до войны.       Через пару недель Адара совсем поправилась, стала больше интересоваться служением Веринии и ходить с ней на выступления в Храм. Однажды в день концерта заболел один из музыкантов, игравший на барабане, и Адара вызвалась его заменить: оказалось, что девушка неплохо играет на этом инструменте. Веринии настолько понравилась её исполнение, что она даже купила для служанки иданг и попросила играть ей во время репетиций. Редгардка с удовольствием выполняла и эту работу, постепенно привязываясь к своей молчаливой госпоже. Не забывала Адара и об обещании, что дала ей жрица в первый же день их знакомства. Однако Вериния пока ничего не предпринимала и мало интересовалась делами Милия: она просто зарабатывала деньги на концертах и обустраивала свой новый дом.       Но не только интерьеры и перепланировка особняка интересовали танцовщицу, деньги ей были нужны ещё и для путешествия в Имперский город: пора было уже навестить Валса и забрать у него изваяние Мефалы. До конца года Вериния терпеливо откладывала деньги и готовила для своей богини новый алтарь… * иданг – барабан с двумя мембранами