The Truth Is

      Себастиан пребывал в замешательстве.       Почему все вокруг вели себя так, словно ничего не произошло?       Они все вместе сидели за обеденным столом, наслаждаясь, что называется, идеальным семейным ужином. Мистер Кларингтон вновь вернулся к сдержанной манере поведения, которую продемонстрировал в самом начале, поэтому Себастиан не мог и представить, что творилось в голове этого мужчины. Он, по крайней мере, ожидал, что миссис Кларингтон станет относиться к нему иначе. Возможно, обнимет его или же начнет осторожничать с ним. Но нет. Ничего не изменилось. Она все время улыбалась и пыталась заставить Себастиана и своего сына кушать больше. И ничто в ее поведении не казалось неестественным.       Даже Хантер казался абсолютно спокойным.       Какого черта?       – Так ты тоже соловей? – сердечно поинтересовалась миссис Кларингтон, накладывая добавку в и так полную тарелку Хантера, игнорируя его молчаливые мольбы о пощаде.       – Да, мэм.       – Ну все, хватит, больше никаких «мэм». Зови меня просто Кэролайн, милый.       Себастиану было слегка неловко, но он все равно вежливо кивнул.       – Да. Я даже был капитаном, до того как Хантер перевелся.       – О! Так ты тот самый Себастиан! – воскликнула Кэролайн, и Себастиан удивленно вскинул брови, – Хантер столько рассказывал нам о том, какой ты талантливый!       Себастиан бросил взгляд на Хантера и чуть не расхохотался от того, с каким усердием тот пытался не выглядеть смущенным. Так Хантер на самом деле рассказывал о нем… Осознание этого было незнакомым и довольно забавным.       – Хантер также говорил нам-…       – Мам, – резко перебил ее Хантер, кромсая свою дымящуюся брокколи.       – Ой, да ладно тебе, дорогой, ты все никак не мог перестать болтать о том, насколько Себастиан прекрасный танцор!       Себастиан усмехнулся, наблюдая, как Хантер нахмурился еще сильнее. Хантер постоянно доставал его, заставляя совершенствовать движения, но, похоже, все это время парень был тайно впечатлен его умениями. Ловко.       – Неужели? – протянул Себастиан, ухмыляясь парню. Хантер закатил глаза и принялся с еще большим усердием потрошить несчастные овощи в своей тарелке. Себастиану стоило признать, что видеть Хантера в окружении его домашних было занятно. Хантер всегда казался не похожим на ребят своего возраста. Он всегда был независимым и собранным, держался на расстоянии от сверстников. Однако, здесь, рядом с мамой и папой, Хантер был обычным подростком, как все.       И Себастиан находил это очень милым.       – Не обольщайся, Смайт, – проворчал Хантер.       – Ты же присоединишься к нам в День Благодарения? – мягко спросила Кэролайн. Себастиан замер, его внезапно накрыла волна страха и паники, которые он затолкал подальше и старался игнорировать на протяжении всего ужина. Вопрос мог показаться самым обычным, но все в этой комнате знали, что он значил.       Выходные по случаю Дня Благодарения будут подобны аду, если ему придется вернуться к своей семье. Все студенты обязаны были отправиться по домам на эти несколько дней, и он пытался притвориться, что этого праздника не существовало вовсе. В доме Смайтов будет проходить знаменитая ежегодная коктейльная вечеринка по случаю Дня Благодарения, и у него там будет две задачи. Первая: покрасоваться со своей семьей, чтобы впечатлить других обеспеченных людей, мечтающих урвать выгодные контракты. А вторая – быть поблизости, чтобы, так называемые, «друзья» его отца могли проведать Себастиана.       – …-астиан?       Себастиан рвано вдохнул, как только голос Кэролайн вывел его из глубоких раздумий. Он опустил глаза на свои руки и понял, что стискивал нож и вилку пальцами так сильно, что костяшки тех побелели. Под столом Хантер опустил руку на его колено и коротко нежно сжал. Себастиан выдавил улыбку и повернулся к Кэролайн.       – Простите, я эм… – Себастиан запнулся, не зная, что сказать.       – Сынок, я настаиваю, чтобы вы с Хантером приехали на праздничный ужин. Мы вдвоем не сможем осилить индейку, и нам бы не хотелось в очередной раз выбрасывать еду.       Было необычно слышать, как Аарон Кларингтон отвечает вместо Себастиана. Ответ Кларингтона, хоть и косвенно, но был свидетельством его желания помочь в сложившейся ситуации.       Глядя в глаза Аарона, юноша мог лишь думать о том, что Хантер с его отцом имели намного больше общего, чем казалось поначалу.       – Что ж, в таком случае, все решено, – добавила Кэролайн, хлопая в ладоши.       Себастиан с трудом сглотнул и продолжил доедать ужин, оставшийся в его тарелке. Он не знал, что чувствовал, и совершенно точно не имел ни малейшего понятия, что со всем этим делать.

ооо

      После того, как ребята уехали, Аарон Кларингтон сидел на балконе, погруженный глубоко в свои мысли.       Годы, проведенные на полях сражений под постоянным стрессом, научили Аарона Кларингтона, прежде всего, сохранять спокойствие. Поэтому он просто неподвижно сидел, глядя в уже потемневшее небо, усыпанное звездами.       Он размышлял обо всех возможных исходах данного дела. Он не был настолько наивным, чтобы полагать, что вмешательство полиции ему хоть чем-то поможет. Ему необходим был надежный проверенный метод, который не включал в себя применения огнестрельного оружия, что значило…       Аарон Кларингтон уже набирал номер, даже не закончив свою мысль.       – Аарон! – раздался дружелюбный голос на другом конце провода.       – Харви. Как ты? – ответил Аарон, его губы растянулись в легкой улыбке. Он не был очень уж компанейским человеком и не общался с большим количеством народу, однако Харви был одним из немногих людей, кому Аарон доверял полностью.       – Ты же меня знаешь. Весь в делах. Как там Кэролайн с Хантером?       – Они в порядке.       – Но ведь что-то явно случилось, так? Чем могу помочь?       – У нас тут очень деликатная ситуация, – сразу перешел к делу Аарон, – Другу Хантера необходима помощь.       – Да? А что такое? Я просто не могу представить себе, чтобы Хантер попал в неприятности.       – Его друг стал жертвой сексуального насилия со стороны друзей своего отца.       Между двумя мужчинами повисла гробовая тишина, и Аарон подумал, что, наверное, нужно было как-то по-другому все сформулировать.       – Если бы я плохо тебя знал, то подумал бы, что ты шутишь, – медленно начал Харви, его голос звучал странно, – И, я так понимаю, звонок в полицию – не вариант. Так, ладно, расскажи все с самого начала.

ооо

      Менее чем через неделю после поездки, Себастиан с Хантером уже полностью привыкли к уютной традиции засыпать вместе в комнате последнего. Себастиан больше не ночевал у себя, и Хантер был более, чем счастлив делиться своей кроватью. Себастиан попросту понял, что ему не снились кошмары, когда он оставался у Хантера. Вероятно, причиной тому были руки Хантера, крепко обнимающие его каждую ночь, и, скорее всего, именно они заставляли Себастиана чувствовать себя в безопасности. Ровно настолько в безопасности, чтобы не просыпаться трясясь и крича.       Они лежали на кровати лицом друг к другу. Хантер осмелился переплести их ноги и облегченно выдохнул, когда Себастиан не отстранился. Хантер протянул руку и провел пальцами по его шее, в конце концов начиная ласково перебирать мягкие пряди волос парня. Хантер понимал, что у них намечался прогресс. С тех пор, как они вернулись из дома Кларингтонов, Себастиан все время был особенно дерганным и взволнованным, постоянно беспокойно оглядываясь по сторонам, словно ждал, что его отец может появиться из ниоткуда в любую минуту.       Хантер и не думал отрицать, что ему хотелось намного большего, нежели эти невинные прикосновения. Он был всего лишь человеком, к тому же подростком, так что ничего удивительного в этом не было. Ему требовалась вся его сила воли, чтобы держать свои мысли при себе. Они прошли такой долгий путь не для того, чтобы он сдавался под натиском своих гормонов.       Но Хантер не смог сдержаться и не потянуться вперед, захватывая губы Себастиана своими. Он начал осторожно, очень медленно, двигаться, давая возможность Себастиану отстраниться, если он захочет. А когда Себастиан сам стал целовать его, Хантер притянул его ближе к себе, сталкиваясь телами и наслаждаясь теплом, которое они излучали.       В конце концов, Хантер отстранился, задыхаясь и одергивая себя, чтобы не потерять контроль. Себастиан открыл глаза и несколько мгновений смотрел в глаза Хантеру, прежде чем перевернуться на другой бок и прижаться спиной к груди парня, который тут же обнял его своей рукой. Им не нужно было задавать вопросов. Хантеру не нужно было объяснять, почему он остановился. Себастиану не нужно было изображать непонимание или обиду. Они просто знали.

ооо

      Себастиана трясло с невероятной силой, и Хантер не знал, следует ли ему свернуть на обочину или нет.       Они как раз были на пути к дому Хантера на время выходных в честь Дня Благодарения, и Себастиану казалось, что эта поездка длиться уже целую вечность. Как бы ни пытался, он не мог совладать со страхом, который мучительно скручивал все его внутренности и сжимал сердце. Было чувство, что из воздуха выкачали весь кислород и нет ни единого гребанного шанса это изменить.       Он совершал огромную ошибку. Как он мог хоть на секунду поверить, что все закончиться хорошо? Кого он пытался обмануть? Нельзя было поддаваться уговорам Хантера. Он знал, на что способен его отец. И он не остановиться, пока не уничтожит Хантера и его семью. Вот каким человеком был Тайлер Смайт.       Хантер отобрал телефон Себастиана, как только пришло первое сообщение от Тайлера Смайта. Хантеру было несложно догадаться, кто написывает Себастиану, учитывая выражение полнейшей паники, появившееся на лице молодого человека. Он вырвал телефон прямо из трясущихся пальцев и спрятал себе в карман. Это было всего за пару часов до того, как они собирались выезжать в дом Кларингтонов.       С тех пор Себастиан разбито молчал, а Хантер еле сдерживал себя от того, чтобы самому не позвонить Тайлеру Смайту. Ярость медленно ослепляла его. Он еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько дико, настолько способным причинить боль другому человеку, как сейчас. Но лишь одного взгляда на насмерть перепуганного Себастиана было достаточно, чтобы взять себя в руки. Ему необходимо доверять своим родителям.       Ему нужно набраться терпения и принять тот факт, что в данной ситуации он просто беспомощный подросток, если он и правда хочет помочь человеку, который значит для него так много. Когда они приехали, Аарон Кларингтон был на экстренном совещании, поэтому их встречала Кэролайн. Она прекрасно видела, в каком состоянии был Себастиан, но никак это не прокомментировала. Вместо этого она предусмотрительно позволила мальчикам обустроиться в своих комнатах и дала личное пространство.       Через пару минут Хантер был уже в комнате Себастиана, одетый в простые джинсы и светло–серую футболку.       – Я подумал, может, тебе что-нибудь нужно, – произнес Хантер, присаживаясь на кровать поодаль от Себастиана.       – Какой гостеприимный, кто бы мог подумать, – сказал Себастиан подрагивающим голосом с напряженной улыбкой на лице.       – Когда ты хочешь, чтобы я вернул тебе телефон? – спросил парень, делая вид, что не заметил, как Себастиана передернуло от сказанного. Они оба прекрасно понимали, что рано или поздно Себастиану придется позвонить или хотя бы написать отцу.       – Наверное, я должен сделать это прямо сейчас, – мягко выдохнул Себастиан. Хантер достал телефон из кармана и протянул Себастиану. Когда он оказался в его руках, то Себастиан просто таращился на девайс, словно тот вот-вот должен был прожечь его руку насквозь.       – Я дам тебе минутку, – тихо сказал Хантер, поднимаясь с кровати, но Себастиан тут же остановил его, окликнув по имени. Хантер сразу все понял и сел обратно на кровать, одобряюще сжимая руку Себастиана.       Себастиан никак не мог заставить себя позвонить, поэтому он быстро написал отцу сообщение, в котором говорилось, что он не приедет домой на День Благодарения. Было сложно делать это трясущимися пальцами, но он каким-то образом справился. И, как и ожидалось, отец начал звонить ему практически немедленно. Он собирался не отвечать на звонок, но, прежде чем сам понял, что происходит, уже слушал злой голос отца в трубке.       Потребовалось пару мгновений, чтобы смысл сказанного дошел до него.       – … приедешь сюда немедленно.       Все инстинкты Себастиана вопили о том, что нужно хватать ключи Хантера и быстрее ехать домой. Необходимо все исправить. Только об этом он и мог думать. Он собирался смягчить гнев отца. И ему нужно выезжать немедленно, если еще оставалась хоть малейшая надежда уберечь себя, Хантера и его родителей. Себастиан резко поднялся, готовый сорваться с места, но был остановлен рукой Хантера, крепко обхватившей его запястье. Хантер смотрел ему в глаза с твердостью во взгляде, он медленно покачал головой.       Себастиан медленно вдохнул и так же медленно выдохнул, используя Хантера как ориентир, который напоминал о том, что нужно было сделать.       – Нет. Я не приеду домой, – сказал Себастиан поразительно ровным голосом.       – Что значит, ты не приедешь домой? Я жду тебя здесь меньше, чем через час.       – Я не приеду, – повторил Себастиан уверенно. Нежная рука Хантера на его руке помогала держаться.       – Думаешь, я не знаю, что ты задумал?       Кровь в жилах Себастиана похолодела, как только он услышал эти слова.       – Я искренне надеюсь, что ты не настолько глуп, чтобы думать, будто все это закончиться добром, – продолжил ядовитый голос, – Я уничтожу этого мальчишку и все, что ему дорого, и напомню тебе, что в этом мире нет ничего такого, чего я не смог бы сделать.       Терпению Хантера пришел конец. Он слышал весь разговор. Он слышал угрозы не только в их с Себастианом сторону, но и в сторону своей семьи, и ему было уже откровенно поебать на то, что он действовал неразумно. Тайлер Смайт знал о нем, так что ему было терять?       Хантер вырвал телефон из рук Себастиана, прежде чем тот успел хоть как-то возразить. Он засунул его обратно в карман и поднял руку, останавливая Себастиана от возможных попыток вернуть телефон силой. К его огромному удивлению, Себастиан не попытался этого сделать, а просто сел на кровать и замер, его глаза расфокусированы.       – Даже и не думай начинать, – предупредил Хантер, зная, что Себастиан в секунде от того, чтобы снова начать говорить, какая все это огромная ошибка, и что он не намерен подвергать никого опасности. Хантер никогда еще не ощущал большей решимости противостоять кому-либо и готовности встретиться с проблемой лицом к лицу. Он решил, что это у него от отца, и был чертовски этому рад.

ооо

      Себастиан молчал весь оставшийся день, и это заставляло Хантера чувствовать себя на грани даже сильнее, чем если бы Себастиан срывался на нем или извергал на свою голову постоянные проклятия, от которых хотелось бы его ударить. Но нет, парень вел себя очень тихо. Он даже не был задумчивым или хмурым. Он просто сидел, болтался по дому туда-сюда, или «занимал» себя просмотром телевизора или чтением книги. Хантер решил оставить его в покое на какое-то время и просто выжидал, когда Себастиан что-нибудь надумает, и они смогут это обсудить.       Кэролайн, будучи крайне наблюдательной женщиной, не трогала мальчиков. Она знала, что Хантер сам придет к ней за помощью, если будет необходимо, и поэтому занимала себя на кухне, наслаждаясь лечебным эффектом готовки.       Ужин проходил в легкой обстановке, поскольку Кэролайн не хотела слишком наседать в преддверии завтрашнего праздничного вечера. Хантер настороженно наблюдал за Себастианом, который продолжал делать вид, что все в порядке. Он даже смеялся и шутил, а потом Хантер увидел его. Это было то самое выражение лица, которое было у Себастиана в Далтоне, когда он пытался скрыть свои истинные чувства.       Хантер решил оставить все как есть, он не хотел никаких сцен. Он собирался поговорить с Себастианом о том, чтобы тот доверял его родителями, чувствовал себя комфортно в их окружении. Ведь рано или поздно они вчетвером станут одной семьей. Он точно знал, что его мать уже относилась к Себастиану как к родному, и он достаточно верил в своего отца, чтобы утверждать, что тот будет более, чем рад вытеснить Тайлера Смайта с роли отца Себастиана.       И только после десерта Аарон Кларинтон решил обратить внимание на огромного слона в комнате*.       – Я разговаривал со своим близким другом адвокатом.       Хантер сразу же понял, о ком говорит его отец, и мгновенно почувствовал волну облегчения от осознания того, что один из самых лучших адвокатов в стране был на их стороне. Он не сомневался, что у Тайлера Смайта была в запасе целая вереница отличных юристов, но он был уверен, что Харви Спектр был им более чем хорошим подспорьем.       – И он согласился нам помочь.       Хантер обратил внимание на то, что отец использовал слово нам, вместо тебе.       – Себастиан, могу я поговорить с тобой моем кабинете? – продолжил мужчина, зарабатывая от своего сына взгляд полный шока и замешательства. Все же, Хантер понимал, что ему следовало ожидать такого от своего отца. И, конечно же, он хотел дать Себастиану некоторую конфиденциальность, учитывая все обстоятельства. Аарон поднялся со стула и, быстро поцеловав жену в макушку, направился в сторону кабинета, Себастиан торопливо последовал за ним.       Хантер остался беспокойно сидеть напротив матери, которая наблюдала за ним с понимающей улыбкой.       – Дорогой. Думаю, нам с тобой тоже есть, о чем поговорить.       Хантер вскинул бровь, в голове пробегаясь по списку возможных вещей, которые мог сделать не так. Он заметно расслабился, не заметив в ее голосе ноток обвинения или порицания.       – Так, ты и Себастиан. Как давно?       Хантер шокировано уставился на свою мать, надеясь, что ему, должно быть, послышалось. Но одного настойчивого взгляда светящихся любопытством глаз Кэролайн и ее слегка дразнящей улыбки было достаточно, чтобы развеять все сомнения в том, что его мать сейчас, на самом деле, спрашивала о том, о чем он думал, она его спрашивает. Как она…? Хантер разрывался между уходом в глухое отрицание и побегом в собственную комнату.       – Мы не… вместе, – медленно произнес Хантер. И не то чтобы он сейчас солгал ей. Разумеется, он испытывал сильные чувства к Себастиану и даже признался ему, но Себастиан не подавал никаких признаков того, что хотел бы, чтобы они были по-настоящему вместе.       – Но ты любишь его.       – Мам, не могли бы мы-…       – Как ты собираешься оставаться сильным ради Себастиана, если не можешь даже собственной семье признаться в том, что любишь его?       – Как ты вообще-…       – Матери знают все. И неплохо бы тебе уже это запомнить.       Хантер мысленно застонал. Конечно, его мать обо всем знала. Иногда он забывал, что она была той самой женщиной, которая провела годы с его отцом. Женщиной, способной интерпретировать язык тела и замечать малейшие изменения в выражении лица, остающиеся загадкой для остальных людей. Эти навыки она приобрела в момент встречи с Аароном.       – … Он мне дорог. Очень. Но мы не вместе.       – Ты говорил ему?       Хантер мрачно кивнул. Каким-то образом признание того, что Себастиан, вроде как, не отвечал на его чувства (он не был уверен, значил ли хоть что-то тот факт, что они засыпали в обнимку), заставило его ощущать себя одновременно грустным и жалким.       – Говорил, – тихо ответил Хантер, и тут его осенило, – А папа знает?       – Он ничего не говорил, но думаю, что да.       Хантер не знал, следует ли ему испытывать облегчение или ужас.

ооо

      Когда Себастиан вышел из кабинета, Хантер ждал его в коридоре. Хантер не смог ничего понять по выражению его лица, поэтому оставалось только гадать, прошла ли беседа с его отцом хорошо или нет. Хантер нежно взял Себастиана за руку и потянул в свою комнату, чтобы присесть на кровать.       – Итак…? – осторожно начал Хантер, ища признаки негативной реакции на лице парня.       – Он сказал, что… мне нужно будет выступить в суде, – голос Себастиана был едва громче шепота, но практически сразу перешел в громкое шипение, когда он встал и продолжил, – Я не могу это сделать.       Хантер тоже поднялся с кровати, терпеливо ожидая, когда парень продолжит.       – Я не могу пойти в суд. Я не могу, – повторил Себастиан дрожащим голосом. Сейчас он метался по комнате, прижимая ладонь ко лбу.       – Почему нет, – тихо спросил Хантер, обнимая парня, тем самым останавливая от нарезания кругов по помещению. Себастиан вырвался из его рук и с силой оттолкнул Хантера от себя, его лицо перекосило от гнева.       – Почему нет? Почему нет! – ядовито зашипел Себастиан, – А как ты думаешь! Я не собираюсь во всеуслышание рассказывать о том, что, дай подумать, мой отец позволял своим друзьям трахать меня!       Хантер почувствовал приступ ярости, стоило ему услышать эти слова, потому что лишь упоминание тех мужчин, что посмели прикоснуться к Себастиану, вызывало неконтролируемое желание свернуть им шеи.       – Себастиа-       – Я не сделаю это.       – Себастиан, а чего ты, блять, ожидал? Смысл в том, чтобы посадить ублюдка за решетку и удостовериться, что он больше никогда тебя не тронет! Как, по-твоему, мы должны это сделать! Мы обсуждали это!       – Нет, мы не обсуждали это. Не было никаких разговоров о том, что мне придется где-то выступать!       – Ты же понимаешь, что тебе придется сделать это, – твердо сказал Хантер, стараясь поймать Себастиана, но терпя очередную неудачу. Себастиан был уже практически в истерике, его начинало потряхивать.       – Нет! Я не должен ничего делать! Это все просто пиздецки огромная ошибка.       – Нет. Ты. Должен.       – Иди нахуй, Кларингтон! Ты не знаешь какого это, так что, блять, даже не начинай, – зашипел Себастиан, с упреком тыкая в парня пальцем.       – Серьезно? А ты тогда не начинай это свое любимое ты-ничего-не-понимаешь дерьмо, ладно? – так же сердито ответил Хантер. И ему сейчас было все равно, услышат ли их ссору его родители или нет.       – Все потому, что ты и правда не понимаешь. И ты, наверное, даже и на секунду не задумывался, что, возможно, просто возможно, это все станет достоянием национального телевидения? Может, ты забыл, но мой отец – Тайлер Смайт. – зло продолжил Себастиан, делая шаг назад, – Я не собираюсь прожить остаток жизни как тот парень, которого изнасиловали, поэтому нахуй всё, нахуй.       – Это единственный способ защитить тебя!       – Это не твоя забота, так что не лезь.       – Не моя забота? – сухо рассмеялся Хантер, – Я, блять, люблю тебя. И ты думаешь, что я просто буду стоять и смотреть, как человек, которого я люблю, добровольно идет на эшафот, да? Ответь мне, Себастиан.       – О, но ты, тем не менее, не прочь поставить меня в положение, в котором ты беспрепятственно сможешь залезть ко мне в штаны, не опасаясь, что какой-нибудь извращенец средних лет встанет не твоем пути?       Глаза Хантера застила пелена гнева, и он был на грани того, чтобы ударить что-то или кого-то. Как Себастиан мог предъявлять ему что-то подобное? Как он мог превратить его чувства во что-то настолько пошлое и мелочное? Ему следовало помнить, что во время срывов Себастиан был не в себе и чувствовал себя уязвимым, но в данный момент Хантер был не в том настроении, чтобы быть понимающим.       Прежде чем он успел понять, его кулак уже врезался в стену, оставляя на ней вмятину. Он не обращал внимания на тупую боль в костяшках, игнорировал кровь, бегущую по ним. Но он не смог не обратить внимание на то, как Себастиан испуганно отшатнулся и отступил на несколько шагов. Блять, ему, действительно, не стоило это делать.       – Я этого не сделаю, – сдержанно сказал Себастиан и выскочил из комнаты. Хантер не смог себя заставить последовать за ним.