Заместитель

— Мы можем поговорить здесь, — сказали Тали, вводя код безопасности на панели рядом с дверью в ее каюту. — Я проверила помещение на жучки. — Я помню. Ты сделала это сразу же после того, как зашла на борт. — Я про вчера. — А. Ну и как, нашла что-нибудь? — Нет, но я бы вела себя поосторожнее, чего и тебе советую. То, что Цербер ведет круглосуточное наблюдение за жизнью внутри корабля, никого не удивляло, а для самых отъявленных параноиков вообще представляло некую соревновательную игру, смысл которой заключался в поиске и уничтожении наибольшего количества камер и микрофонов. Гарруса же все это абсолютно не волновало. Постоянное присутствие СУЗИ на корабле еще с самого начала значило, что ни у кого в принципе не было как личного пространства, так и права на него. Проще говоря, Гаррус просто не был напуган тем, что Цербер знал о нем или его действиях. Если они шпионили за ним, значит и боялись тоже. Его вполне устраивало такое положение вещей. Турианец остановился в дверях и обвел глазами комнату кварианки. Со времени его прошлого визита та заметно преобразилась. Как и везде, из обстановки здесь присутствовала только койка, стол, стул и шкафчик. Но в отличие от его комнаты, выдержанной в лучших традициях спартанского стиля, Тали завесила и застелила практически каждый сантиметр помещения цветастыми тканями и полотнами, закрывающими даже лампочки на потолке. Все пространство было окутано калейдоскопическим сиянием от основного источника освещения, дополняемое светом от бесчисленного количества диодов и мониторов, которыми были усеяны вертикальные поверхности комнаты. Эластичные грузовые сетки, подвешенные за концы к стенам, были завалены электрическими и механическими деталями, инструментами и контейнерами. Создавалось такое впечатление, будто фабрика по производству электрических приборов обрушилась на магазин с тканями, произошел взрыв, и все это случилось у Тали в каюте. — Здесь может расположиться целый пост перехвата информации, и никто даже не заметит, — изумился Гаррус. Тали положила руки на бедра и приготовилась ждать, пока турианец закончит. Гаррус изумленно оглядывал пространство вокруг себя: — Ох, кажется, у меня начинает кружиться голова. Похоже, мне кто-то красного песка в завтрак подсыпал! — Я не затем тебя сюда позвала, чтобы ты потешался над моей комнатой. — Я знаю, но все это здесь, и я тоже здесь… Жаль было бы упускать возможность, — он наклонился к стене, чтобы повнимательнее изучить прибор, лежащий на одной из сеток. Около половины соединительных схем, идущих от маленького круглого инструмента, свисали вниз, но при этом к ним подавалась энергия, вследствие чего они делали… что-то. — Что это за штука? Яйцо жнецов? Откуда ты вообще все это берешь? Тали ритмично постукивала пальцем по своему скафандру. Звук напоминал таймер, отсчитывающий секунды, оставшиеся до детонации бомбы. Гаррус улыбнулся ей: — Всего лишь пытаюсь разрядить обстановку. — И у тебя получилось. Теперь я злюсь не на Миранду, а на тебя. Гаррус обошел ящик, стоящий на пути, сел на стул и устремил взгляд на Тали. — Ну что ж, давай тогда снова сделаем так, чтобы ты злилась на Миранду. Расскажи, что случилось. — О, тебе точно понравится, — Тали села на кровать напротив него. — Ну так вот. Приходит сегодня Гэбби в инженерный отсек и рассказывает мне, что Миранда вызвала к себе Кеннета по поводу какого-то дисциплинарного наказания за то, что я поручила им сделать с главным двигателем. — Что конкретно ты им поручила? — Ничего особенного, в основном поправка траектории вращения и регулировка времени фаз. Подняли выработку эффекта массы почти на три процента. Я думаю, если мы произведем некоторые механические регулировки, то сможем дойти до четырех или даже пяти процентов. — Впечатляет, — ответил Гаррус. — Но Миранда была против? — Нарушение протокола Цербера, — хмыкнула Тали. — Видимо, несмотря на то, что я главный инженер, я не могу приказать своим подчиненным делать поправки в настройках механизмов без заполнения соответствующих форм. — Ну, в общем-то, это их корабль, — заметил Гаррус. — Я знаю. Миранда очень четко дала мне это понять, — Тали облокотилась спиной о стену. — Пф. Каждый раз, когда я слышу ее имя, мне хочется плеваться. Если дело так пойдет и дальше, то я потону к концу дня. Дело в том, что она не просто не сказала мне обо всем этом лично, но еще и дождалась пока Шепард уйдет, чтобы точно сделать все так, как задумала. Шепард бы не оставил все как есть. — А ты не думала, что это просто случай из серии плохих совпадений? — отозвался Гаррус. — Может, она узнала обо всем этом только сегодня. Тали медленно повернула голову из стороны в сторону. — Я послала отчет, когда мы закончили. Причем сделала копии как ей, так и коммандеру. И было это три дня назад. Я о том, что она усложняла вещи с самого начала, оспаривала мои решения. Но так больше продолжаться не может. Она не может наказать меня, поэтому отыгрывается на других. К тому же… Внезапно Тали отвернулась и замолчала. — Продолжай, — настоял Гаррус. — Она настоящая сука! Челюсть Гарруса стремительно упала вниз. Список ругательств и оскорблений Тали, как правило, ограничивался непонятными кварианскими фразами, чтобы «смягчить удар» или уменьшить степень оскорбления того, кем она была недовольна. Использование обычной брани в ее случае можно было расценивать как объявление войны. — Она думает, что знает все обо всем и живет чтобы вертеть окружающими как хочет, — продолжила девушка. — Она никогда не начинает с кем-либо разговор, если только не собирается поучить, и вообще, я ни разу не слышала, чтобы она хоть о ком-нибудь что-либо хорошее сказала. Даже собственные люди боятся ее. Да я гета дружелюбнее, чем она, встречала. Со стороны двери раздался гармоничный перезвон, вынудив кварианку замолчать на полуслове. Маленький голографический экран отобразил лицо Мордина Солуса. — Заходите, профессор, — позвала Тали. Дверь отворилась, и саларианец быстро заморгал своими большими черными глазами. — Ох, вот это… Гипнотизирует. — Чем обязана? — сказала Тали, отказываясь попадаться на крючок. Несколько мгновений Мордин стоял недвижимый, затем дернулся, будто бы только что очнулся от наваждения. — О! Простите. Не хотел вторгаться. Ищу мистера Вакариана. Гаррус, сидевший в непосредственной близости от вошедшего, помахал ему рукой: — Я здесь, док! — А, не заметил вас. Секундная дезориентация. Пожалуйста, продолжайте. Должен восстановить ориентацию в пространстве. Тали вздохнула. — А я думал, что один тут под песком, когда увидел это, — сказал Гаррус. — Нет-нет-нет. Красный песок — стимулянт, — Мордин глубоко вдохнул. — Это же определенно галлюциноген. Тали закинула руки за голову и прикрыла глаза. — Вы двое, видимо, очень не любите регулярное кондиционирование своих кают. Я посмотрю, что можно сделать, когда мы закончим со всем этим. — Хмм, думаю, тема оформления помещений исчерпана, — объявил Гаррус. — Чем могу быть полезен, профессор? Мордин откашлялся и вытащил датапад из кармана своего скафандра. — Только что получил замечание от Цербера. Хотел купить новую антенную решетку с фазовым сканированием для лаборатории. Заказ отменен офицером Лоусон. Гаррус обменялся взглядами с Тали и взял датапад, чтобы прочесть сообщение, а после качнул головой. — «Таким образом, все покупки и поставки должны осуществляться с помощью ресурсов Цербера». Да она сегодня на высоте! — Недопустимо, — недовольно хмыкнул Мордин. — Чрезвычайно неэффективно. Нет времени ждать одобрения от бюджетной комиссии. — Она посадила обоих моих работников под домашний арест за то, что они заставили корабль работать лучше, — обратилась Тали к саларианцу. — Вероятно, попытка использования власти в отсутствие Шепарда, — ответил тот. Тали кивнула: — Ну, я сказала ей, что мной она командовать не будет. У нее явно мозгов не хватает, если она думает, что при таком обращении мы станем сговорчивее. Гаррус еще раз прочитал письмо и поднял взгляд на товарищей по команде. Хоть он и сомневался в вероятности чего-либо настолько серьезного, как бунт, раскол между командой Цербера и увеличивающимся числом представителей внеземных рас все больше выходил на передний план. — Мы не можем ничего поделать до возвращения Шепарда. Когда это произойдет, я доложу ему обо всем происходящем и, скорее всего, потом он захочет поговорить с вами обоими. Не волнуйтесь, мы все разрулим. — Само собой, — отозвался Мордин. — Спасибо. — Отлично, — сказала Тали, — потому что это должно прекратиться. Гаррус взглянул на свой хронометр: — Примерно через двадцать четыре-тридцать шесть часов. — Хмм… — Мордин задумчиво потер подбородок. — Острая необходимость в антенной решетке. Жизненно важное исследование на кону. Не могу ждать так долго. Гаррус встал и передал датапад обратно саларианцу. — Вот что я вам скажу. Мне нужно закончить с кое-какими калибровками, затем я пойду поговорю с Мирандой и посмотрю, смогу ли ускорить дела с вашим сканером… Может, даже узнаю, с чего все это началось. — Спасибо, Гаррус — удовлетворенно произнес Мордин. — Отмахнулись. Отказали в приеме. Желаю удачи. Тали закатила глаза: — Будем надеяться, что она не вышвырнет его на гауптвахту за незапланированный визит. — На Нормандии нет гауптвахты, — заметил Мордин, все еще потирая подбородок. — Порекомендовал бы комнату, в которой бы отсутствовали привычные визуальные сигналы... — Перестаньте, — прорычала Тали, — немедленно! Гаррус посмотрел на Мордина глазами, полными смущения. — Думаю, мы уже обсудили все, что касается этой темы. Твоя комната выглядит очень мило, Тали. Прости. Мордин кивнул и поклонился Тали. — Он прав. Больше никаких шуток. Не хотел оскорбить. Предлагаю свои извинения. — Спасибо, — поблагодарила обоих Тали. — Извинения принимаются. — Тогда возвращаемся к работе, — Гаррус развернулся и направился к выходу, но внезапно остановился на полушаге с вытянутой вперед рукой. — Док, помогите мне найти дверь.