Заместитель

Члены отряда Шепарда гуськом вошли в зал совещаний и распределились вокруг стоящего посреди комнаты стола. На этот раз они заняли отличные от своих обычных позиций места и теперь находились в дальнем конце помещения прямо напротив Миранды, расположившейся у консоли. Набирая код безопасности, женщина смотрела, как они безмолвно проходят мимо нее: — Джейкоб, ты не мог бы присоединиться к нам в зале совещаний? — Сейчас буду, — ответил ей тот по комму. Тали и Гаррус последними вышли из лаборатории. Кварианка заняла место в группе в конце комнаты, недовольно качая головой. Когда она остановилась и упрямо сложила руки на груди, глядя на Миранду, каждый смерил ее обеспокоенным взглядом. Миранда скосила глаза набок, ожидая увидеть Гарруса, намеревающегося пополнить ряды собрания напротив, но к ее удивлению, тот встал по ее левую руку и на манер Тали сложил руки на груди, при этом внимательно изучая лица своих партнеров по команде. Они выглядели как школьники в кабинете директора, ожидающие оглашения наказания за свои проделки. Тали и Мордин выражали всем своим видом чистую и незамутненную непреклонность и готовы были столкнуться лицом к лицу с огнем. Тейн, Самара, Джокер и доктор Чаквас сохраняли более стоические выражения, в то время как Заид откровенно скучал, расслаблено прислонившись к стенке. Люк, служивший переходом в оружейную, отворился, и Джейкоб вошел в зал совещаний. Несмотря на то, что он был все еще зол на Миранду за случай утром, он все равно занял место рядом с ней. К удивлению мужчины, Гаррус стоял по левую руку его начальницы, в то время как вся остальная часть команды выстроилась на другом конце стола. Никто не улыбался и не смеялся даже друг с другом. Джейкоб понял, что это не будет привычным для всех брифингом: — Что тут происходит? Гаррус и Миранда одновременно открыли рты, чтобы ответить ему, но женщина оказалась быстрее. Гаррус закрыл рот и дал ей начать. — Нам всего лишь нужно прояснить некоторые моменты по части субординации на корабле. — О, ничего тут прояснять не нужно, — спокойно вставила Тали, не отрывая взгляда от Гарруса все это время. — Мы отчитываемся коммандеру Шепарду. Ни тебе, ни кому-либо еще. Разве не так, Гаррус? Турианец смело взирал на нее в ответ. Он всегда побуждал девушку не стесняться говорить за себя, и в любое другое время был бы горд ей. Однако сейчас она сознательно искрила на пол, залитый легковоспламеняющейся жидкостью. Проблема состояла в том, что она, будучи в подобном настроении, своей упертостью ослепляла сама себя и не видела, что имеет все шансы сгореть вместе с остальными. — Не смотри так на меня, — продолжила кварианка. — Если ты не собираешься защищать нас, то это буду делать я. Ты навязал этот разговор тем, что привел ее сюда. Поэтому теперь мы будем разбираться со всем этим на месте. Остальная часть команды, в особенности Джокер и доктор Чаквас, с тревогой наблюдали за происходящим. С таким контрастом в жизненных укладах и точках зрения, рано или поздно кто-нибудь бы обязательно начал бодаться с другими на борту, но Гаррус и Тали никогда не доходили до чего-либо серьезнее дружеской перепалки. Атмосфера сплоченности между ними служила для других стабилизатором, державшим все под контролем, особенно когда Шепард отсутствовал на корабле. Теперь этот нерушимый бастион разваливался на глазах. Миранда пыталась сохранять свой голос таким же невозмутимым: — Именно это мы и хотим сделать, Тали. — Уже, значит, Тали, да? — переспросила кварианка. — Ты можешь продолжать называть меня «мисс Зора». Гаррус прикрыл глаза. — Ладно, давайте не заходить за рамки приличия. Тали, вы с Мордином хотели обсудить структуру командования на корабле. Я даже слов подобрать не могу, чтобы объяснить, насколько важно, чтобы мы обговорили этот вопрос. Но нравится тебе это или нет, Миранда и Джейкоб являются частью этой структуры. Поэтому они также должны участвовать в дискуссии. — Они работают на Цербер, — Тали указала пальцем на людей, стоящих рядом с Гаррусом, — а не на коммандера. — Эй, так не честно, — возмущенно ответил Джейкоб. — Шепард — наш капитан. Точка. Он дает нам приказ — мы его выполняем, и не о чем тут больше говорить. Ты говоришь так, будто мы все ждем момента, чтобы всадить ему нож в спину. Миранда подняла руку у него перед лицом: — Я разберусь, Джейкоб. — Нет, я хочу послушать, — сказала Тали. — Я хочу знать, насколько преданными вы окажетесь, когда ваш Призрак скажет вам устранить Шепарда, когда он перестанет приносить вам пользу. Джейкоб нахмурился: — Тали, ты, черт подери, не знаешь, о чем говоришь. — Неужели? А может, это ты не знаешь, о чем говоришь? — Тали повернулась к сообщникам на другом конце стола. — Те, кто был с нами на Нормандии — настоящей Нормандии, знают многое. Мы сами видели, на что способен Цербер. Неописуемая жестокость. Невероятное вероломство. Слухи, о которых знаешь ты, не оправдывают истину. Она взглянула на пару человеческих друзей, которые сейчас носили форму ее врага: — Я знаю, о чем говорю? Джокер? Доктор? Вы провели аутопсию адмиралу Кахоку, не так ли? Доктор Чаквас опустила взгляд в пол и кивнула: — Да. Провела. И другим тоже. Я бы не поверила, если бы сама этого не сделала. Джокер бросил быстрый взгляд на другую сторону комнаты, чтобы увидеть, как рассерженные Джейкоб и Миранда смотрят прямо на него. Он поправил свою бейсболку и прокашлялся: — Думаю, прежде чем отвечать на какие-либо вопросы, мне следует поговорить со своим адвокатом. Тали снова повернулась к турианцу: — Гаррус? Как думаешь, скольких агентов Цербера ты убил? — Лично? — на минуту Гаррус задумался. — Шестнадцать, если учитывать время между Бинту и Нефероном. Разделил с командой. Думаю, мы были ответственны за шестнадцать или семнадцать людей в их организации, если учитывать, что они не были наемниками, с которыми Цербер заключил контракт. Джейкоб нахмурился, услышав, как безэмоционально Гаррус подсчитывает количество убитых им людей. Как и говорил Джейкоб Гаррусу утром, он никогда не слышал о подобных операциях Цербера на упомянутых планетах до тех пор, пока Шепард сам не рассказал про них. Он не спрашивал о результатах тех миссий, но слышать, как привычно Гаррус оглашает такие цифры, было крайне неприятно вне зависимости от причин. Не потому ли, что Гаррус — инопланетянин, он так легко нажал на курок? Или все из-за того, что Джейкоб знал, что из всех тех, кто находится на корабле, Гаррус единственный никогда не выстрелит, если это принесет вред невинным? Миранда же наоборот и глазом не моргнула. — А ты? — вежливо спросил Гаррус. Тали опустила взгляд: — Я не веду счет. — Тринадцать, — невозмутимо ответила за нее Миранда. — Я предполагала, что ты знаешь, — обратилась Тали к церберовскому статистику. — И я не жалею ни об одном из них. Как и Гаррус. — Вот это — правда, — подтвердил тот. — Тогда почему ты стоишь там с ними?! — неожиданно закричала Тали. Ее голос содержал в себе равные доли злобы, неверия и боли от предательства. Мордин, Тейн и Самара глядели на нее с удивлением на лицах. Даже Заид, не испытывающий интереса к делу, вздернул бровь. Джокер в очередной раз беспокойно поправил свою бейсболку, а доктор с тревогой в глазах и, закрыв рот и подбородок руками, переглядывалась между двумя друзьями и ждала ответа. В конце концов Гаррус понял. Для остальных членов экипажа, не важно, были ли они представителями человеческой или другой расы, сложности в отношениях с Мирандой базировались только на ее характере. Но для Тали Цербер был врагом настолько же непримиримым, насколько были геты. И дело тут не просто в подсчете убитых и оглашении результатов. Цербер напал на нее, на ее самых близких друзей, и что самое главное — угрожал безопасности всего Мигрирующего Флота. Одно только это Тали бы не смогла простить или забыть. Большая часть команды, в отличие от Джокера и доктора Чаквас, по-видимому, не знала о темной стороне организации и о преступлениях, за которые они несли ответ. Тали с этим уживалась нормально. Однако Миранда была единственным бесцеремонно верующим на борту… с должностью, находящейся достаточно высоко в иерархической цепочке, чтобы быть ответственной лично за то, что видел старый состав экипажа. Предположение это не было безосновательным, учитывая близкие связи женщины с Призраком. Миранда терпеливо ждала, пока Гаррус даст ответ. Его не последовало, поэтому она наклонилась вперед и облокотилась локтями о стол, начав говорить медленно, словно объясняя маленькому ребенку, как устроен мир: — То, с чем столкнулась оригинальная Нормандия, являлось ничем иным, кроме как наемниками и самозваными оперативниками, действовавшими по собственной прихоти. Не Цербера. Никто на борту данного корабля не был вовлечен в подобные операции или потворствует им. Она посмотрела на Гарруса: — Или осуждает твои. Коммандер оправданно приказал устранить их. Скорее всего, если бы вы не добрались до них, это бы сделали мы. — Еще одна черта, присущая Церберу, — сказала Тали. — Потери для них ничего не значат, даже если они с собственной стороны. — Замечание Тали достаточно уместно, — встрял в разговор Мордин. — Периодически беспокоюсь о собственной выносливости. Цербер известен своей безжалостностью. Не известен преданностью. Тали кивнула, соглашаясь: — Именно. Особенно, когда в дело вовлечены не люди. Джейкоб сделал шаг вперед: — Ты думаешь, что мы прошли через все это ради того, чтобы взять тебя на борт и убрать? Ты серьезно думаешь, что мы настолько злые? — О, Тейн, не стоит волноваться, — внезапно обратилась к сокоманднику Тали. — Только люди должны беспокоиться о том, чтобы не быть скормленными молотильщику или не стать хасками. — Мы, скорее всего, получим одну дешевую пулю в лоб, пока спим. — Ты и понятия не имеешь, о чем говоришь, — выкрикнула Миранда, делая широкий шаг по направлению к Тали. Кварианка отставила назад одну ногу, словно бы готовилась к штурму или же сама готовая его начать. Мордин и Тейн, стоявшие позади нее, напряглись, готовые ко всему. — Вот дерьмо, — сказал Джокер, отводя доктора Чаквас к другой части стола. Неподалеку Заид, все еще бесстрастно наблюдавший за разворачивающейся дискуссией у стены, скользнул правой рукой за спину и продолжил смотреть. Только он и Самара находились вне зоны активных действий. И хотя азари пока не предприняла ничего агрессивного, ее мрачное выражение лица говорило том, что она находится в полушаге от этого. — ДОСТАТОЧНО! — прогремело в комнате. Всегда тихий и гибкий как волна голос Гарруса звучал словно из громкоговорителя, эффект от чего усиливался благодаря его вибрирующим голосовым связкам. Все до одного в зале повернули головы к нему. Он поставил руки на стол, распластав перед собой острые когти. Гребень на его голове приподнялся, а мандибулы оттопырились в стороны, придавая обычно спокойному турианцу чрезвычайно зловещий и хищный вид. — Заканчиваем. Это. СЕЙЧАС ЖЕ, — прорычал он. — Мы не собираемся… — Тали вытянула палец в сторону лица Миранды. — ТАЛИ! — Гаррус бросился в сторону кварианки, источая достаточно злобы, чтобы два оперативника Цербера без лишних слов уступили ему дорогу. Он затормозил там, где только что стояла девушка, вынуждая ее отшатнуться назад. — Достаточно! Ты хотела, чтобы я командовал? Так выполни сейчас мой приказ. Заткнись и послушай! Все вы! Глаза турианца описали круг: — Меня не волнует, кто остается за главного в то время как Шепарда нет на корабле до тех пор, пока выполняются его приказы. Но меня волнует то, если он придет сюда в разгар гражданской войны. Я этого не позволю! И все, кто верны коммандеру, тоже! Все внимательно смотрели на Гарруса. Потом в унисон повернули головы друг к другу. Никто не двинулся и не издал ни звука. Гаррус оглядел зал совещаний, понемногу успокаиваясь. — Хорошо. Итак, если кто-либо здесь еще хочет драки… — его коготь прочертил линию перед собой, в то время как он смотрел на собеседников, — …я обязуюсь исполнить ваше желание лично. Но я гарантирую, что к приходу коммандера, здесь снова наступит мир и покой. Так или иначе. Тейн выпрямился и тихо вернулся на прежнее место. Джейкоб кивнул, и отошел на шаг от Гарруса. Широкий рот Мордина сузился в тонкую линию, но он также отступил. Стоя по обе стороны от Гарруса, Тали и Миранда продолжали испепелять друг друга взглядом. Наконец, его гребень опустился назад, а голос снова вернулся к своему обычному тону: — Дамы? Миранда отвела свои глаза от двух полыхающих пурпурных точек за маской Тали и остановила их на Гаррусе. — Ты абсолютно прав, — сказала она ему. Напоследок снова взглянув на Тали, женщина отошла с Джейкобом к изголовью стола. Тали, в свою очередь, осталась стоять на месте, пытаясь прожечь взглядом дыру в спине Миранды. Гаррус слышал, как тяжело она дышит за своим шлемом. — Тали, — начал он тихо. Она резко перевела на него глаза. В них читалась необычайная горечь. Затем она тяжело вздохнула и, опустив голову, пошла к концу стола. — Ну ладно, — облегченно произнес Гаррус. Он надеялся, что остальные испытывают то же самое. — Для всех очевидно, что у нас на борту возникли определенные трудности, затрагивающие вопрос того, кто стоит у командования. Я сомневаюсь, что на данный момент кто-либо сможет принять решение, устраивающее всех. Важно сейчас то, что сейчас мы не пытаемся переломать друг другу шеи, а это значит, что есть одна вещь, которую мы все уважаем. Может, от этого и стоит отталкиваться. Члены команды принялись переминаться с ноги на ногу, неуверенно поглядывая друг на друга и тех, кто стоял за другим концом стола. Угрюмые взгляды сменились еле заметными кивками. Гримасы и сердитые взоры уступили место неловкости и дискомфорту когда все поняли, что только что чуть не случилось. В самом дальнем углу комнаты Заид неслышно переместил вес на другую ногу, а руки сложил в замок на груди. Джейкоб посмотрел на Миранду, а затем на остальных: — Ну так что теперь делать будем? — То, что мы собрались делать, когда только пришли сюда, — ответил Гаррус. — Решать, кто командует…