Последнее дуновение надежды

      Проснувшись на следующее утро, Гермиона не сразу поняла, где она находится. Солнце не светило сквозь окно ей в глаза, что невозможно раздражало вот уже шесть лет, да и громкое хихиканье Лаванды и Парвати не било по ушам. Приоткрыв один глаз, девушка глянула на пустую кровать соседки, которая сбежала к своему парню. Осознав, что она совсем не в тесной, но веселой спальне львиного факультета, громко застонала, закрыв лицо подушкой.       Грейнджер честно надеялась, что это был всего лишь сон и сейчас она спустится вниз по лестнице, а там у камина в гостиной будут сидеть Рон с Гарри и усердно списывать ее вчерашние конспекты.       Понимая, что это невозможно, девушка приняла сидячее положение, медленно потянувшись. Спина болела, словно она до ночи сидела в библиотеке занимаясь, а голова просто раскалывалась. Гермиона была уверена, что ее волосы сейчас в ужасном состоянии после сна и глаза, наверняка, красные от вчерашних слез.       Она посмотрела на будильник, стоящий на ее прикроватной тумбочке, чтобы проверить время. Было безумно рано, до завтрака оставалась еще уйма времени, но спать больше не хотелось. Грейнджер недолго думая отправилась в душ, в надежде еще успеть что-нибудь почитать.       Было безумно непривычно надевать форму Слизерина: даже структура тканей и та была совершенно другой, нежели у ее родного факультета. Школьная обувь была удобнее, к тому же с небольшим каблучком, что смотрелось очень мило. Промучившись добрых минут двадцать с галстуком и так и не завязав его, Гермиона лишь психанула и пошла в Большой Зал на завтрак, ведь ей еще предстоял очень серьезный разговор с профессором Дамблдором. Его письмо она бережно спрятала во внутреннем кармане мантии, подальше от любопытных глаз.       Грейнджер была уверена, что придет в зал первой и она почти не ошиблась. За столом Слизерина сидел один единственный ученик. На вид он был ровесником девушки, смуглый, с растрепанными волосами и идеально выглаженной формой. На руке у него блестел перстень с семейным гербом, но волшебница не смогла рассмотреть, что это был за клан. Парень был слегка худощав, или это только казалось из-за ярко выраженных скул и вытянутого лица. Нельзя было назвать его красивым, но что-то в его внешности цепляло, заставляло проявлять интерес. Слизеринец оторвал взгляд от тарелки с кашей, в которую упорно пялился вот уже несколько минут и уставился на девушку в ответ. Он опустил глаза на небрежно болтающийся на шее, незавязанный галстук его факультета и, усмехнувшись, поманил ее рукой. Гермиона спокойно подошла и опустилась на скамью рядом с ним.       - Здравствуй, - поприветствовал ее парень, - Теодор Нотт.       Грейнджер едва смогла спрятать улыбку. Она не понимала, как же ей так везло на эти уединенные разговоры именно с теми, кто ей необходим.       - Гермиона, Гермиона Грейнджер, - слизеринка слегка кивнула ему в ответ, - я – новенькая.       - Я знаю, - он казался совсем не таким, как его правнук, которого девушка знала многие годы, юноша, с которым она вела беседу, вызывал уважение одним лишь своим видом. – Это очевидно, ведь твое лицо мне незнакомо.       - Кто знает, - пожала та плечами, - может ты меня просто не замечал.       - Да нет, такую я бы заметил, - он окинул ее взглядом, заставив девушку смутиться, - мало кто на нашем факультете осмелился бы носить галстук так небрежно в присутствии Тома.       Лицо Гермионы вспыхнуло, ведь она думала, что парень намекает на то, что она симпатичная, а он таким образом сделал ей замечание. Его насмешливо-уважительная интонация на самом деле делала больнее, чем жестокость Реддла. Студентка поняла, что зря так быстро расслабилась: она-то думала, что все будет просто, раз тот предок Теодора, того идиота с замашками Бога. А он и правда был достоин звания друга будущего Темного Лорда. Такой же холодный, однако даже более зрелый. Но Грейнджер не стала бы сдаваться так просто, это не в ее правилах.       - Ну, раз ты так заботишься о чувствах Тома, - она старалась скрыть выступивший на щеках румянец за волосами, параллельно заговаривая, - то завяжи мне галстук, и мы не станем сообщать ему о моей «невозможной дерзости».       - Грейнджер, не нужно строить из себя то, чем ты не являешься, - парень сорвал с ее шеи галстук и повесил на свою, начиная создавать узел через какие-то переплеты. – Меня раздражают люди, пытающиеся дерзить. Ну а твоя жалкая попытка могла бы впечатлить лишь идиотов, не видящих, что ты совсем еще невинная овечка.       - Не знаю про что ты, - буркнула в ответ девушка, прекрасно понимая, о чем он, - твоим друзьям я нравлюсь.       - А я и не отрицаю, что они идиоты, - он усмехнулся, снимая с шеи идеально завязанный галстук. – Ну а Том просто очень доверчивый. Ему нравится, когда высказывают свое мнение, он уважает таких невежд. Но это временно, Реддл просто слишком добрый.       - А ты, значит, злой? – девушка приняла из его рук повешение, крепко сжав его.       - Я предпочитаю называть себя честным, - он снова слегка улыбнулся. – Ладно, забудем об этом. Хочешь тыквенного соку?       Он налил ей напиток в стакан и спокойно продолжил свою трапезу, абсолютно не обращая на Гермиону внимания. Ее сердце стучало как бешенное, а голова начала болеть с новой силой. Этот разговор был до ужаса странным, и она уже не понимала, как относиться к Теодору и стоит ли вообще включать его в какой-либо план. Нотт имел невероятной силы чутье, раз раскусил ее с первого же слова. Девушке даже показалось, что легче подружиться с Реддлом, чем с этим интеллектуалом.       - Грейнджер, тебе никто не говорил, что пялиться неприлично? – Теодор снова усмехнулся и уже добрее обратился к ней, - Мерлин, ты как ребенок, у тебя все на лбу написано. Не нужно меня бояться только из-за того, что ты не можешь контролировать ход моих мыслей. Это глупость полнейшая: люди тебе не марионетки, учись принимать их такими, какие они есть.       Гермиона встряхнула головой, пытаясь понять, о чем он говорит. Девушка мечтала встретить этого слизеринца в другое время, в другом месте и стать его другом. Каждая его реплика заставляла ее задуматься и впервые за всю свою жизнь она была готова признать, что кто-то был в разы умнее нее. Грейнджер чувствовала, насколько больше он знал и через что прошел. В нем чувствовался опыт и мудрость взрослого человека, который застрял в теле постоянно улыбающегося подростка. Нотт ведь и правда был улыбчив во время их разговора, хоть это и было необязательно.       - Ты знаешь, где кабинет Дамблдора? – как-то невнятно промямлила Гермиона, боясь снова сказать лишнего.       - Да, но тебе это знать не нужно, кто-нибудь с факультета проводит, - он закончил свою кашу, но уходить явно не собирался. – Грейнджер, кстати говоря, а как ты пришла в Большой Зал не заблудившись?       Его слегка прищуренные глаза говорили о том, что он явно что-то подозревал.       - У меня хорошая память, - Гермиона постаралась отвести от него взгляд, - вчера после ужина я запомнила дорогу до гостиной, найти путь назад было не так уж и сложно.       В ответ он лишь улыбнулся не самой доброй улыбкой.       Постепенно зал начал заполняться учениками всех факультетов, Грейнджер заметила, что слизеринцев почти нет, видимо нарушение правил посещаемости их явно не страшит. Реддл появился в зале как по часам. Студенты, завидев его, начинали перешептываться и вести себя в разы тише. Он как призрак прошел мимо всех присутствующих за столом, пока не достиг того места, где сидели Теодор с Гермионой. Заметив друга, Нотт вскочил со своего места и стянул Тома в медвежьих объятиях. Будущий Темный Лорд даже не пытался скрыть радость от встречи со слизеринцем и широко улыбался.       - Тео, ты когда приехал? – он высвободился из стальной хватки и хлопнул того по плечу. – Я так рад тебя видеть, приятель.       Грейнджер стоило больших усилий, чтобы не открыть рот от удивления. Как у Волан-де-Морта могли быть друзья? Как?! Они сейчас казались нормальными людьми и это безумно сильно ее смущало.       - Том, как же я соскучился, - Нотт начал усаживать Реддла на место рядом с Гермионой, а сам сел с другой стороны от девушки, тем самым она оказалась в середине, - Отец трансгрессировал вместе со мной часа три назад. Я сразу пошел в Большой Зал, думая, что встречу тебя первым, но одна чересчур любопытная особа тебя опередила.       Слизеринец кивнул на Грейнджер, которая не знала, стоит ли пересесть или может вообще убежать. Том тоже посмотрел на девушку и слегка ухмыльнулся. Было так забавно изучать ее потерянное выражение лица, видимо и его лучший друг тоже это заметил. Новенькая не казалась дурой, однако в ситуациях, когда она не могла что-то контролировать, полностью терялась.       - Гермиона, зачем ты пришла на завтрак так рано? – Равнодушно поинтересовался староста. – Только не говори мне, что ты и тут сырость разводишь.       - Замолчи, Реддл, - зло шепнула Грейнджер, тут же забыв про свое потерянное состояние, - чего же ты объявление на весь зал тогда уж не сделаешь, что я вчера плакала? Давай, расскажи всем!       - Ну, раз ты так просишь, - парень поднялся со скамьи и громко заявил, - Прошу минуту внимания.       Все резко замолчали, никто не произнес ни единого звука, кроме Гермионы, которая вскочила на ноги и дотронулась до плеча Тома, пытаясь всеми силами его остановить:       - Реддл, я же пошутила! Прошу прекрати, не надо. Ты же знаешь, что это меня опозорит. Не поступай так, пожалуйста, - девушка тараторила с невероятной скоростью, на что Нотт просто умирал от приступа смеха.       Том тоже едва сдерживался, чтобы не рассмеяться и убедил ее, что ничего не скажет, если та будет ему должна. Слизеринка с чистым сердцем согласилась и спокойно уселась обратно.       - Это сообщение для всех старост факультетов, - спокойным тоном продолжил тот как ни в чем не бывало, - наше собрание пройдет сегодня в семь вечера в зале наград. Спасибо за внимание.       Реддл с Ноттом буквально давились смехом, пока до Грейнджер доходило, что он ее только что разыграл. Темный Лорд только что пошутил над Гермионой. Темный Лорд. До девушки добрые минут пять доходило, что он и не собирался говорить о том, что она плакала, он просто использовал момент, чтобы обмануть ее и получить с этого выгоду.       - Умно, - признала Грейнджер и тоже рассмеялась. – Засчитано, Том. Это было неплохо.       Парни явно не ожидали такой реакции, но она им понравилась. Через минуту после этого зашли счастливые Друэлла с Сигнусом, а чуть позже сонный Абраксас. Они все были безумно рады увидеть Теодора, обнимали его и спрашивали про лето. Пока ее новые друзья были заняты беседой, Гермиона использовала этот шанс, чтобы понаблюдать за другими учениками. Девушка заметила, что больше никто со Слизерина к Нотту не подходит, даже смотреть в его сторону боятся. Другие факультеты также с опаской посматривали на эту группу студентов и перешептывались между собой. Явная неприязнь читалась во взгляде почти всех, с кем она встречалась глазами. Кто-то откровенно показывал ей свою ненависть, однако там был заметен и страх. Дети не смотрели на новоиспеченную слизеринку вообще по приказу старших и становилось ясно, что теперь она уже вряд ли сможет общаться с кем-то вне этой компании, ведь по непонятной причине все их ненавидели. За исключением, наверное, Малфоя, которому игриво подмигивали легкомысленные особы со всех факультетов. Гермионе вспомнилась фраза Друэллы: «Он даже гриффиндорками не брезгует» и мелкая дрожь прошлась по ее плечам. Она окончательно запуталась в моральных устоях этого времени.       - Грейнджер, - оторвал ее от размышлений незнакомый голос, - ты – Гермиона Грейнджер?       Парень примерно их возраста неуверенно окликнул слизеринку. Все ее новоиспеченные друзья резко обернулись и уставились на него. Надменность и брезгливость были ярко выражены во взгляде каждого. Высокий, слегка полноватый парень с кудрявыми волосами попятился назад, в надежде сбежать, но остановился и решил просто не обращать внимание на недобрую энергию вокруг.       - Что тебе надо, Поттер? - спросил Малфой, выплевывая последнее слово точно так же, как это делает его потомок Драко, - Совсем жить надоело, раз подошел?       - Прости, Абраксас, я ничего такого не имел ввиду, - его голос дрожал с невероятной силой, - просто Дамблдор попросил меня проводить Гермиону Грейнджер до его кабинета, вот и все.       - Карлус Поттер, если не ошибаюсь? – Спокойный голос Реддла звучал как нож по нервам. – Тебе известно об установленных правилах, не так ли? Гриффиндорцы не имеют права подходить к столу Слизерина. Зачем ты нарушаешь наше мирное соглашение? Хочешь проблем?       Гермиона опять не понимала, что происходит. Эти резкие смены настроения у слизеринцев наводили на мысль, что у них всех раздвоение личности.       - Нет, сэр, я бы и не подумал…       - Вот ты и не подумал, - прервал его Реддл, Нотт слегка вышел вперед, поравнявшись с Томом и начал чересчур сладко улыбаться парню.       Девушка могла бы поклясться, что действия Теодора вызвали у парня нервный тик, его лицо слегка перекосило и один глаз явно поддергивался.       - Том, заканчивай уже, - Друэлла подошла к Гермионе, взяв ту под руку, - мне скучно.       - Поттер, ты – счастливчик! У меня сегодня хорошее настроение, я не стану снимать баллы с Гриффиндора, однако наказание ты будешь отбывать со мной. Мне кажется, учителя уже слишком заняты, чтобы заниматься всякими неудачниками. Я буду ждать тебя в восемь. Ты знаешь место.       Парень быстро закивал головой и пулей вылетел из зала. Грейнджер только сейчас поняла, что в зале царит полнейшая тишина. Ученики грустно смотрели вслед убегающему парню. Одна девочка, видимо его подруга, даже расплакалась, но за Поттером не побежала.       Гермионе это все жутко не понравилось. У девушки кулаки чесались врезать Реддлу и научить его манерам, но это было бы последним, что стоило сделать в данный момент.       - И это все было обязательно? – Грейнджер старалась, чтобы ее голос звучал безразлично. – Кто теперь отведет меня к директору? Ты, Том?       - Почему бы и нет? – Парень пожал плечами и на полном серьезе обратился к девушке. – Привыкай, Гермиона, если хочешь остаться с нами. Это только начало.       - Ну хватит, Реддл, - Малфой как ни странно заступился за девушку, - не нагоняй на нее жути. Видно же, что она сделана из нашего теста.       - Я бы с этим поспорил, - усмехнулся Теодор.       Реддл не стал спрашивать, что тот имел ввиду, но можно было увидеть вопрос в его взгляде. Он лишь кивнул Гермионе в сторону двери и без лишних слов направился к выходу. Грейнджер на прощание сжала руку Друэллы и поспешила за старостой. Коридоры были почти пусты, только несколько учеников, которые прижимались к стенам при виде Тома. Бывшую гриффиндорку это все безумно злило, и она уже просто не могла сдерживать ярость внутри. Но ничего не поделаешь, приходилось терпеть, сжав зубы. Слизеринцы шли в молчании где-то до половины пути, пока Реддл не начал разговор:       - Ты странно реагируешь на происходящее, - неожиданно произнес он.       - Ты странно начинаешь диалоги, - парировала она.       - Ты подозрительная, Грейнджер.       - А ты жестокий, Реддл.       - Прекрати, - разозлился парень, - не веди себя как ребенок. Отвечай на поставленные вопросы.       - Ты еще не задал ни одного вопроса, гений, - тихо буркнула та себе под нос, но Том все равно услышал.       Он схватил девушку за руку выше локтя и толкнул к стене. Его кулак стукнул над ее головой буквально в паре сантиметром от лба слизеринки с неожиданной силой. Гермиона вскрикнула, зажмурившись. Староста свободной ладонью схватил прядь ее волос и начал легонько покручивать ее между пальцев.       - Ты ведь догадываешься, что этими руками я убивал людей, Грейнджер, – его голос был спокойнее обычного. – Почему же ты не проявляешь должного уважения к человеку, который может одним движением забрать твою жизнь?       - Потому что этот человек еще не заслужил моего уважения, - Гермиона попыталась оттолкнуть его, но ей явно не хватало сил.       - Тшш, без рукоприкладства, пожалуйста, - Том провел тыльной стороной ладони по ее лицу, он вел с ней какую-то игру, а волшебница не могла понять правил, - значит, говоришь, не заслужил…, и что же мне сделать, чтобы поменять мнение столь «важной» персоны?       - Быть человечным, - чуть не прокричала в ответ Грейнджер и, успокоившись, продолжила, – Знаешь, только что Теодор сказал очень умные слова: «не нужно меня бояться только из-за того, что ты не можешь контролировать ход моих мыслей, люди тебе не марионетки, учись принимать их такими, какие они есть». Мне кажется, это было больше адресовано тебе, чем мне, не находишь? Хватит угрожать мне пустыми фразами. Я тебя не боюсь!       Последняя фраза эхом разнеслась по коридору. Том замер на секунду, и через мгновение отступил от девушки. На его лице была улыбка.       - А вот я тебя побаиваюсь, - он расхохотался и потянул Гермиону за рукав дальше по коридору. – Знаешь, ты понравилась Друэлле, а она единственная, чьей интуиции я доверяю. Но учти, если ты подведешь меня, пострадает именно твоя подружка. Мне не нужны крысы, Грейнджер. Замечу, что ты мутишь воду, собственноручно убью Розье. Поняла?       - Не надо так нервничать, Реддл, ты уже явно перегибаешь палку. Я понятия не имею, о чем ты говоришь, - врала Гермиона с невероятным усердием. – Да и вообще, что со всеми вами? Ведете себя как члены Ку-клукс-клана.       - Не смей сравнивать нас с этими магловскими отребьями, - он сосредоточенно смотрел в глаза девушки, пока наконец не выдал, - приходи сегодня вместе с Друэллой на собрание. Сама все увидишь. Может быть.       Они дошли до двери, которая судя по всему вела в кабинет профессора Дамблдора, потому что Том развернулся, собираясь уходить, но на прощанье сказал, обернувшись через плечо:       - Кстати, Грейнджер, ты скоро поймешь, что я намного человечнее, чем ты думаешь.