Секретарь

Когда Джастин, наконец, добрался до дома, он обрадовался, что Дафны нет. Вести какие-то разговоры он был сейчас не в состоянии, а Дафна бы захотела знать все и подробно. Он прошел в свою комнату. Взгляд сразу упал на картину, закрытую покрывалом. Он так мечтал подарить ее Брайану на Рождество. Тейлор на мгновение остановился, а потом подошел и сдернул тряпку. Брайан смотрел на него с полотна своими большими умными, озорными глазами. Это был его Брайан. Брайан, который спрятался за всем этим его скептицизмом, сарказмом и бравадой. Брайан, которого видел только он. Во всяком случае, так ему казалось. А теперь… Джастин легко коснулся пальцами нарисованных губ: «Видимо, это ошибка, и я тебя придумал». Еще мгновение он смотрел на портрет, а потом схватил и со злостью швырнул его: «Ты не такой! Ты совсем не такой!» Найдя сумку, Тейлор начал собираться, складывая самое необходимое. Потом принял душ, расслабляясь под теплыми струями, стараясь ни о чем не думать. Но стоило закрыть глаза, тут же всплыло лицо Брайана в момент оргазма, и он даже почувствовал его губы у себя на губах, а руку на своем члене. Джастин застонал: «Разве можно одновременно любить и ненавидеть?» Он выключил воду и вылетел из душа. Осталось набрать на компьютере заявление об увольнении, что он и сделал. Сохранив его, чиркнул записку Дафне, где просил отправить заявление по факсу в понедельник утром. Подумав, добавил еще несколько строк и положил деньги за квартиру. Тейлор понимал, что поступает не совсем честно по отношению к подруге, но ничего сделать не мог, только не сейчас. Потом они все обсудят, она поймет. Подхватив сумку, он направился к выходу, но не успел открыть дверь, как появилась Дафна. — Я, конечно, понимаю, что у тебя был романтической ужин, но сегодня-то уже можно было включить телефон, — начала она с порога. — И как все прошло? Джастин совсем забыл о телефоне. Он отключил его еще вчера. Тейлор ничего не ответил, только крепче сжал сумку. Дафна, наконец, разделась, взглянула на друга и отшатнулась. — Джастин, что случилось? — волна паники окатила ее. Глаза Тейлора были пусты, в них не было жизни, не было Джастина. Единственное, что едва промелькнуло — это боль и отчаяние. — Куда ты собрался? Да не молчи ты!!! — Прости, Даф, я не могу сейчас ни о чем говорить. Объяснять тоже ничего не буду. Я написал тебе там записку и оставил деньги за квартиру. Я уезжаю, но со мной все будет хорошо. Позвоню тебе позже, как… как… вообщем, позвоню. Джастин пошел к двери, а Дафна не могла произнести ни звука. Вдруг она рванула вперед и перегородила выход: — Нет! Ты так просто не уйдешь! Ты не можешь вот так уйти, ничего не объяснив! Я хочу знать, что случилось! Это из-за него, да? Из-за него? Он что-то тебе сделал? Но под взглядом парня, весь ее боевой пыл вдруг как-то испарился. Она кинулась на грудь Джастина, обхватила его шепча: — Пожалуйста, не уходи! Я не хочу жить тут одна. Что бы ни было, мы справимся, мы переживем. Расскажи, я помогу. Тейлор обнял подругу, нежно целуя в висок: — Я вернусь, обязательно вернусь, и мы поговорим, но сейчас… сейчас я не могу остаться. Если я останусь, я просто развалюсь на куски, и уже не смогу собрать себя, в этот раз даже ты мне не поможешь… Ты оказалась права. Как всегда во всем права. — В чем права? Расскажи! — Он не такой, — прошептал Тейлор. Джастин последний раз поцеловал девушку и вышел, больше не сказав ни слова. Дафна еще какое-то время смотрела на закрывшуюся дверь, а потом скользнула на пол и тихо заплакала. *** Все выходные Брайан провел в алкогольном забытьи. Он глушил этот свой выигрышный виски, а вечером выбирался в «Вавилон» и трахался до умопомрачения. Так было легче. Так не мешали мысли, не снились сны и не грызло чувство вины. Кинни садился на пол у дивана с бутылкой и косяком и начинал листать альбом Джастина. Ему казалось, что мальчишка рядом, что он даже чувствует его запах. «Все-таки, я сошел с ума, — в который раз думал мужчина. — Блядь, да я не просто им увлекся, похоже, я… влюбился!!!» Друзья, конечно, оборвали весь телефон и домашний и сотовый. Сначала Брайан услышал какое-то еле внятное лепетание Майкла, попытку извиниться и что-то там еще, потом пафосную речь Эммета — он даже и не пытался вникнуть о чем — и только Тэд, спросив как дела и услышав, красноречивое молчание, тут же отключился. Первый раз Кинни молча всех выслушал и положил трубку, не утруждаясь ответом. Но звонки не прекращались, продолжая его нервировать. В конце концов, он очень витиевато послал на хуй и Майкла, и Эммета, сказав, чтобы они не волновались, так как топиться, вешаться, стреляться или резать вены он не собирается, затем отключил все телефоны. Единственный человек, голос которого он хотел бы услышать, не позвонит ему, а остальных он сам слышать не хотел. Брайан несколько раз набирал номер Джастина, но телефон был отключен. Хотя, что он мог ему сказать по телефону? Кинни тупо таращился на трубку, а потом отшвыривал ее. Уже прилично набравшись, Брайан начинал злиться. Он не понимал, как его угораздило так увлечься этим смешным нескладным мальчишкой. Там и смотреть-то было не на что. Он вспомнил, как первый раз увидел его и ужаснулся. Одни только брекеты, и цвет костюма чего стоили! А эти прилизанные волосы! Брайан улыбнулся своим воспоминаниям. И если бы не спор…если бы не спор… — Блядь, в конце концов, он мог бы проявить хоть немного взрослости, выслушать меня. Даже на суде дают последнее слово. А этот засранец… не дал мне и рта раскрыть. И вообще, если разобраться, то… то я… А дальше мысли ускользали и никак не хотели складываться в стройную логическую цепочку. После таких «бодрящих» выходных, утро выдалось жутким. Кинни еле оторвал голову от подушки. Он вообще с трудом помнил последние двое суток. Душ, конечно, реанимировал его, но лишь наполовину. Полностью взбодрить его могла только ударная доза кофеина, поэтому перед работой он заехал в кафе. Брайан заказал чашку крепкого черного кофе, но не успел сделать и глотка, как Дэби с подозрением, оглядев его с ног до головы, заключила: — Краше в гроб кладут. Веселенькие были выходные? — Да, повеселился от души, — натянуто улыбнулся Брайан. С удовольствием смакуя крепкий напиток, Брайан почувствовал, как внутри растеклось блаженное тепло. Стало легче. — Что у вас с Майклом случилось? — вдруг спросила она. — С чего ты взяла? У нас все нормально, все, как обычно. — Ну да, нормально! Он был, как побитая собака все эти выходные. А так он может выглядеть, если только что-то случается между вами. — Все хорошо, Дэб. Ладно, мне надо идти. Можно мне еще кофе с собой? — Конечно, милый. А где Солнышко? Тот милый мальчик, который был с тобой. Брайан застыл, почувствовав, как внутри все сжалось. Только вот расспросов ему сейчас и не хватало. — Надеюсь, уже в офисе на рабочем месте, — прохрипел Кинни и заторопился к выходу. Подъехав к «Киннетику», Брайан посидел немного в машине, собираясь с мыслями. Разговор предстоял не простой. Хорошо, если Джастин вообще будет его слушать. Он надеялся, что парень остыл за эти дни, и все же даст ему шанс. Но кабинет встретил Кинни тишиной и пустотой. Джастина на работе не было. Неприятный холодок пробежал по спине. Он постоял в дверях, оглядывая помещение, как будто парень мог где-нибудь спрятаться, потом прошел, разделся, сел за стол и попытался сосредоточиться на работе, полагая, что Тейлор просто опаздывает. Но где-то в глубине души он уже знал, что Джастин не придет. И сразу, как по команде ожил факс. Брайан смотрел на этот белый листок, гипнотизируя его, как будто пытался загнать обратно. Он медленно встал, подошел и взял его в руки. Пробежав глазами текст, Кинни ухмыльнулся, смял листок и швырнул бумажный комок в мусорную корзину: — А вот хрен тебе! Я не отпускаю. Где я сейчас замену найду? И вообще, придумал! Увольняется он! Придешь писать заявление сюда. Брайан вернулся за рабочий стол, попытался поработать немного. Ничего не получалось. Он набрал номер своего секретаря. В трубке опять ответили, что абонент временно не доступен. — Блядь! — Кинни схватил пальто и ринулся к двери. Но не успел он ее открыть, как она сама распахнулась и в кабинет, как фурия, влетела Дафна. — Как ты посмел? Как ты посмел обидеть его? — она тяжело дышала, глаза гневно сверкали. — Я хочу знать, что произошло? Что ты сделал? — И тебе здравствуй, Дафна. Где Джастин? — спокойнее, чем сам от себя ожидал, хотя внутри все кипело и клокотало, спросил Кинни, снова вешая пальто. — Я не собираюсь с тобой здороваться, я хочу знать, что ты сделал? — снова спросила Дафна, не обращая внимания на вопрос Кинни. — А я хочу знать, где Джастин? Он не пришел на работу. — А ты разве не получил его заявление об уходе? — ядовито осведомилась девушка. — Получил, но я его выбросил. Я его не отпускаю. Личные отношения не должны мешать работе, — нравоучительным тоном сказал Кинни. — Так, где Тейлор? — Ну ты и фрукт!!! Говорила я Джастину держаться от тебя подальше, — Дафна пылала праведным гневом. Брайан сжимал и разжимал кулаки. Он уже начинал терять терпение. Его злило, что он не может получить ответ на очень простой вопрос. — Пожалуйста, Дафна, скажи, где он, мне нужно с ним поговорить. — Я не знаю. А если бы и знала, то тебе не сказала бы, — девушка вызывающе смотрела на Брайана. Но вдруг, она как будто сломалась, как будто кончился завод и раскрутилась пружина, державшая ее. Она просто рухнула на диван и слезы покатились по щекам: — Он ушел, собрал вещи и ушел, и я не знаю куда. Сказал, что уезжает. Брайан был ошеломлен, не так этой информацией, как резкой сменой поведения Дафны. Он растерялся, стоял, как вкопанный, не зная, что делать. У Кинни как-то не очень получалось успокаивать девушек. И вдруг, глядя на рыдающую Дафну, до него дошла еще одна простая истина, что делая больно одному человеку, ты невольно делаешь больно и тем, кто рядом с ним. Единственное, чем Брайан смог помочь, это порыться в столе, достать салфетки и протянуть их девушке.