Секретарь

Они ехали в центр города. Куда конкретно, Джастин так и не выяснил. Эрик пожимал плечами, делая вид, что не знает. Марго же напустила какого-то тумана, длинно и витиевато, что совершенно не в ее стиле, рассказывая, про важность подготовки к рождественским праздникам. Он смирился с этим неведением и просто уставился в окно. Ехали они недолго и минут через пятнадцать остановились перед шикарным зданием с надписью арт-студия «Beauty». Роскошным здание было и внутри. Современный дизайн, оборудование по последнему слову техники, если так можно сказать применительно к парикмахерскому делу и огромные фото моделей на стенах. Царство красоты бурлило, сверкало и благоухало. На встречу к ним вышел довольно экстравагантный мужчина, совершенно неопределенного возраста. Волосы на голове, подстриженные коротким ежиком, были выкрашены в ядовито-зеленый цвет. Чуть подкрашенное лицо, сережки-гвоздики в ушах, розовая свободная рубаха, желтый галстук и голубые брюки в облипку, а на ногах мокасины с разноцветными шнурками. Сочетание несочетаемого вводило в ступор. Джастин застыл с открытым ртом, не в силах преодолеть этот цветовой барьер. - Маргоша! Господи! Как я рад! – манерно нараспев произнес человек, распахивая объятия. - Монти!!! Блин, Монти, тебя когда-нибудь пристрелят за издевательство над цветовой гаммой. Очевидно, это очередной протест? – Марго обнялась с этим Монти. – Я тоже рада тебя видеть. - Ты права. Ты всегда понимаешь меня. Можно сказать, ты единственная, кто понимает. Они обменялись еще несколькими фразами, пока Марго не озвучила свою просьбу. - Дорогой, нам очень нужна твоя помощь. Ты же знаешь завтра Рождество... - Конечно, поэтому, как видишь, у меня аншлаг, - Монти махнул рукой на зал. - Все хотят быть не просто красивыми, а сногсшибательными. - Нам тоже нужно сделать сногсшибательным вот этого мальчика, - женщина кивнула на Тейлора. - Меня??? Я не… меня не надо, - наконец, обрел дар речи Джастин. Он был уверен, что они приехали договариваться об услуге для моделей, но совершенно не ожидал, что это коснется его. - Марго, ты же видишь, у меня нет свободного… - начал, было, Монти, совершенно не обращая внимания на Джастина. - Конечно, но только ты у нас волшебник. Я отблагодарю, ты же знаешь, - Марго кивнула на фото, висевшие на стенах. - Это правда. Больше тут пойти некуда, - ничуть не смущаясь, ответил мужчина. Монти подошел к Джастину, разглядывая его. И Тейлору показалось, что он насекомое, на которое смотрят через микроскоп и решают - придавить или оставить. Он невольно поежился. Стилист бесцеремонно покрутил его, потрогал волосы. Джастину все это совершенно не нравилось. - Маргоша, я даже не знаю, тут… тут все так запущено. И этот кошмар на зубах… Нужен полный комплекс, и я не уверен, получится ли с первого раза что-нибудь, - он снова уставился на парня, что-то прикидывая. – И депиляцию полную будем делать, во всех местах? - Я знаю, у тебя получится. С твоими-то волшебными руками! Я хочу, чтобы стрижку ты сделал лично, - улыбнулась женщина. Джастину надоело, что его не воспринимают и не спрашивают мнения, а услышав про депиляцию, Тейлора прорвало: - Спасибо, но я не нуждаюсь ни в каких стрижках, тем более в депиляции. Меня все устраивает, абсолютно все. Я такой, какой есть и… - Нет, вы это слышали?! Он, оказывается, лучше знает, чем сам мастер! И как, скажите, я могу что-то сделать, если клиент сам ничего не хочет? - пожаловался стилист. - Дай нам минутку, - остановила его женщина. Она приобняла Тейлора за плечи и отвела чуть в сторону: - Джастин, не будет ничего плохого в том, что тебе приведут в порядок волосы. Они у тебя такие красивые, но… но совершенно не ухоженные. А Монти, он просто волшебник. Он лучший стилист Майами, - зашептала ему Марго на ушко. - Но он хотел какой-то комплекс, да еще эту… депиляцию… - Ну, он всегда увлекается, если его не остановить. - Но, все равно, у меня нет денег, чтобы оплатить такие услуги, - снова попытался Тейлор. - А это мой тебе рождественский подарок, - остановила его Марго. - Но это очень дорогой подарок. - Господи! Ну что ты уперся? Я же не остров тебе дарить собираюсь, а просто возможность подстричься у хорошего парикмахера, - закатила глаза женщина. - А почему? – тихо спросил Джастин. - Что «почему»? – не поняла она. - Почему ты все это делаешь? Я ведь… Ты меня мало знаешь… и вообще… Марго внимательно посмотрела на парня и улыбнулась: - А ты мне нравишься. Сразу понравился. А еще, я бы задала хорошую трепку тому засранцу, который обидел тебя. - Но… но у меня все в порядке, - сразу напрягся парень. - Конечно, в порядке. Слушай, пойдем, а то Монти уже начинает дергаться. - Да. Но только стрижку, - занервничал опять Тейлор. Марго что-то начала говорить стилисту, он попытался спорить. Они переговаривались еще пару минут. - Но хоть маску я могу сделать? – спросил обиженно Монти. - Джастин, маску для лица можно? - они так умоляюще смотрели на него, что Тейлор сдался. - Ладно, но больше ничего. - Замечательно. Тогда вы погуляйте часика три, а мы, пожалуй, начнем. Прошу за мной, молодой человек, - жестом пригласил мужчина. Тейлор вздохнул и поплелся за Монти, как на казнь. После трех часов ада стилист, наконец, удовлетворенно вздохнув, развернул кресло к зеркалу. Джастин в немом изумлении уставился на свое отражение. Он был так поглощен преображением, что не заметил еще пары глаз, наблюдавших за ним. - Ну-с? – Монти с довольной улыбкой обратился к нему. – Что скажете, молодой человек? Но Джастин продолжал молча таращиться на себя в зеркало. Он никогда не думал, что может так выглядеть. Теперь он был настоящий блондин. Тейлор дотронулся до волос. Они были мягкие и шелковистые на ощупь. Тусклость исчезла, появился золотистый блеск. Их слегка осветлили и сделали легкое, еле заметное мелирование. Длина волос осталась, но пряди были подстрижены неровно, словно специально, создавая гламурный беспорядок на голове. - Ну, что же, полагаю, немой восторг – лучшая похвала для мастера. - Спа-спасибо! Это, это здорово! – пролепетал Тейлор. - Слава, Богу! Немые заговорили! – Монти взглянул на часы. – Можешь подождать Марго вон там, за столиком. Кофе? - Нет, спасибо. Я на улице, на воздухе лучше подожду. - Хорошо, - стилист еще раз окинул его взглядом, любуясь своей работой. Джастин вышел на улицу. После запахов салона, воздух показался свежим и чистым. Он поискал глазами Марго и Эрика. Вдруг, кто-то коснулся его плеча. Тейлор обернулся и замер. — Джастин?! — приятная моложавая женщина с такими же светлыми волосами стояла в шаге от него. — Мама? — такой встречи он просто не ожидал. Они стояли и смотрели друг на друга. После того, как его выставили из дома, он ничего не слышал о семье. Они вычеркнули его из своей правильной жизни раз и навсегда, и боль этой утраты затаилась где-то глубоко внутри, но не прошла, хотя со временем она притупилась и почти не беспокоила. Вот только память, такая капризная штука. Хочется порой стереть что-то, забыть, но она не дает и не отпускает. Джастин прекрасно помнил тот день, как будто это было вчера. Отец орал, потрясая телефоном, а мама молчала, глядя на него полными слез глазами. Она, как будто оцепенела, так и не проронив ни слова. И даже когда уходил — не защитила, не остановила. Казалось, что это было так давно, где-то в другой жизни. Джастин вдруг почувствовал, как тугой ком сжимается внутри. Мамины руки, глаза, голос, тепло объятий — все это остается с нами на всю жизнь. Порой так хочется уткнуться в ее колени и почувствовать себя ребенком, чтобы теплые, добрые ладони погладили, успокоили, пожалели, и не важно сколько тебе — пять, двадцать пять или сорок. Джастину частенько хотелось, как в детстве, зарыться носом в мамины волосы, пахнущие лавандой, и ощутить умиротворение. Первое время, она почти каждую ночь снилась ему, и он надеялся, что мать обязательно придет, все поймет и примет таким, какой есть… но… Но время шло, а его надежда утекала, как песок сквозь пальцы, оставались только воспоминания и боль, тлеющая где-то в груди. Он привык к ней, к этой боли, а потом смирился и перестал замечать. Дафна — вот кто стал для него жилеткой, в которую можно поплакаться, плечом, на которое можно опереться, да и коленями, на которых он частенько засыпал перед телевизором, убаюканный нежными руками девушки. И теперь, глядя на эту женщину, Джастин пытался понять, что чувствует, осталось ли хоть что-нибудь кроме обиды и боли? Осталась ли любовь, не угасла ли она так же постепенно, как и надежда. — Не ожидала увидеть тебя здесь. Мы тут отдыхаем… Я слышала, ты вернулся в Питтсбург. Она сделала шаг, сокращая между ними расстояние, и Джастину показалось, что она хочет дотронуться до него: — Ты стал такой взрослый и такой… Как ты? — Не думаю, что тебе это действительно интересно, но у меня все хорошо. Да, я живу в Питтсбурге, а здесь по работе, — немного грубовато перебил ее парень, отступая. — Как Молли? — У нее тоже все замечательно. Джастин, я… — Джастин! Он обернулся. Эрик махал ему рукой. — Извини, но мне надо идти. — Джастин… — Мне надо идти, — твердо произнес он, и, не попрощавшись, спокойно направился навстречу Эрику, хотя ему очень хотелось побежать. Джастин почувствовал, что еще немного, и он сорвется, он просто не выдержит, вырвется та лавина чувств, которая давно была похоронена глубоко внутри. Тейлор обрадовался, что Эрик и Марго появились именно в этот момент. — Джастин! — парень восхищенно провел рукой по его волосам. — Как здорово! Тебя не узнать! Ты стал просто красавчиком! Тейлор постарался непринужденно улыбнуться в ответ. — Я же всегда говорила, что Монти волшебник, — довольная Марго, уже щелкала своим фотоаппаратом. — Мальчики, я зайду на минуту, поблагодарю мастера. — Мы с тобой пойдем, да Эрик? — Джастин схватил парня за руку и потащил в салон. Ему необходимо было скрыться от взгляда, прожигающего спину. — Хорошо, пошли, — немного удивился парень, но ничего спрашивать не стал. Появление матери выбило Джастина из того хрупкого душевного равновесия, которое только-только установилось, вернее начало устанавливаться. И вот судьбе было угодно устроить эту неожиданную встречу. Еще раз, поблагодарив Монти, они вышли из салона и сели в машину Тейлор погрузился в свои мысли и не сразу услышал, что Эрик зовет его. — Джастин? Эй? — парень пощелкал у него перед носом. — Что с тобой? Ты с нами? — А? Нет, ничего. Все нормально. Я просто задумался. — А что это за женщина, с которой ты разговаривал? — Это… это просто знакомая. Неважно. — Ладно, — брюнет пожал плечами. — Знакомая, так знакомая. Он уставился в окно, видя, что друг не расположен к разговорам, Марго что-то выясняла по телефону, а Джастин опять соскользнул в пучину своих мыслей и не заметил, как теплая ладошка Эрика переместилась ему на затылок. Парень тихонько перебирал волосы, а иногда пробегался пальцами по шее, лаская ее. Когда до Тейлора, наконец, дошло, что происходит, он вздрогнул и отстранился. Эрик сделал вид, что не заметил реакции Джастина, но руку убрал. — Мальчики! — повернулась к ним Марго. — Итак, фотосессия сегодня вечером, поэтому сейчас отдыхайте. Джастин, у нас там все готово? Ты обо всем договорился? — Да. — Отлично. Эрик, надеюсь, с костюмами не будет неразберихи, как в прошлый раз? — Нет. Я все заказал. — Вот и чудесно. Как только машина остановилась у отеля, Тейлор выскочил и, не дожидаясь никого, поспешил в номер. — Джастин, подожди! — крикнул ему вслед Эрик. — Подожди, я хочу… Но блондин, даже не обернувшись, скрылся в дверях. — Ну, и что это было? — задала вопрос Марго. — Что ты сделал, что он так припустился? — Да ничего я не делал. Женщина пристально смотрела на помощника с немым вопросом. — Я… это… просто… я погладил его по шее, — смутился парень. — Но я не думал, что он так отреагирует. — Эрик — ты идиот! У тебя что, мозги из поролона? — ткнула в него пальцем мисс Ричардсон. — Но сдается мне, что дело вовсе не в тебе. Та женщина… странно… И вообще, пора выяснить, что произошло с этим мальчиком, — задумалась Марго. — Ладно, пошли. И в следующий раз думай, когда и где пускать в ход свои ручонки. Что ты как неандерталец, напролом попер. Надо время правильное выбрать, чтобы не спугнуть. — Господи! Марго! Мы что на охоте, что ли?! И что я такого сделал? Просто легонько погладил по шее, — обидчиво заметил Эрик. — Ну ладно, не сердись, — приобняла Марго парня. — Вот только не нравится мне все это, совсем не нравится.