Ангелы мертвы.

Эмма непроизвольно застонала сквозь стиснутые зубы, прикладывая руку к расцарапанной коже чуть выше груди и впиваясь в нее ногтями, оставляя новые отметины. Казалось, что по венам растекается плавленное железо, оставляя ожоги, но это было бы все, если бы жгучая боль просто оставалась, но по факту, кислота, растекающаяся вместо крови, лишь продолжала разъедать, причиняя еще большую боль. Новый хриплый стон сорвался с губ и Свон согнулась пополам. Слезы потекли неконтролируемыми потоками, застилая глаза. Она подняла голову, обращая мутный взгляд на дверной проем. Откинув одеяло, она поднялась на ноги и с трудом начала идти, желая забрать с кухни свой телефон. Ухватившись за дверной проем, ее пронзила резкая боль. — Реджина! — Возглас резко оборвался, она сделала бесконтрольный шаг к лестнице, а затем ноги Эммы подогнулись и она полетела вниз, ударяясь виском об угол перил. Тело безвольно катилось с грохотом, пока лестница не закончилась и поверженная Спасительница не замерла в безмятежном оцепенении тьмы.

***

Реджина взволнованно мерила кухню шагами, то и дело бросая взгляд на часы, свой ужин, к которому она так и не притронулась и бокал вина, темного насыщенного цвета. Одернув саму себя, она села на место и вперила свой взгляд в красное вино, пылающее изнутри алым багрянцем. — Точно кровь, — пробормотала она рассеяно и опустила глаза, поежившись от собственных мыслей. Брюнетка наколола на вилку кусочек курицы и принялась его крутить перед глазами, балансируя каплей соуса. Она сидела, словно ожидая какого-то чуда и когда услышала стук в дверь, то бросила вилку в тарелку и моментально вскочила на ноги. Стуча каблуками, Миллс подошла, открыла дверь и замерла, вперив удивленный взгляд в Дэвида. — Я Генри привез, — спокойно пояснил мужчина, а подросток вынырнул откуда-то из-за спины и обнял мать. Растаяв на мгновение в объятиях, Реджина улыбнулась, наслаждаясь теплом, которого ей не хватало, но неприятное чувство тут же вернулось с удвоенной силой, отдаваясь на нервах тревожным звоном. — А кто с Эммой? — Снежка. Она заранее знала ответ, но получив его, заглянув в безмятежное спокойствие глаз мужчины, все внутри нее рухнуло. — Мам, ты чего? Брюнетка отрешенно закачала головой, сделала шаг назад, а затем окутала себя клубами дыма, с замиранием сердца она оказалась в квартире Прекрасных, больше всего на свете, желая увидеть Эмму в постели, но оказавшись в прихожей, она закрыла рот руками. Свон лежала на спине, повернув голову в сторону Реджины. Ее губы были плотно сжаты, а остальное лицо было закрыто белокурыми волосами и из-под головы растекалась алая лужа, ярко контрастируя со светлыми локонами, впитываясь и окрашивая в красный цвет. И правая рука согнувшись, тоже купалась в крови. Реджина на ватных ногах начала медленно приближаться, продолжая закрывать руками рот, не в силах оторвать взгляд от жуткого зрелища. Она опустилась подле блондинки и с ужасом дотронулась до холодного лица. Подцепив прядь, волосы плавно заскользили вместе с пальцами брюнетки и когда Реджина увидела закрытые глаза Эммы и нервно подрагивающие ресницы во сне, с ее губ сорвалось судорожное рыдание. — Свон! — Миллс сама не поняла зачем закричала, но ей так захотелось убить Эмму, чтобы та никогда так больше не делала, что не сдержалась. Она приложила руки к голове блондинки и принялась залечивать раны, даже не замечая, как по ее щекам текут слезы, а когда она закончила с телесными ранениями и принялась за душевные, то ресницы Свон задрожали и серо-зеленые глаза распахнулись. — Реджина? — Хрипло и удивленно спросила блондинка. Мадам мэр резко вскинула горящий взгляд на Эмму и та в ужасе уставилась на женщину. — Что с тоб… И прежде чем она успела договорить, Реджина влепила Свон звонкую пощечину. Блондинка в шоке вытаращила глаза, брюнетка резко вскочила и отвернулась, сжимая и разжимая кулаки. Эмма в полной прострации поднялась, наблюдая за трясущимися плечами женщины, а когда та резко обернулась, вперив в светлые глаза разъяренный взгляд, то ей стало неловко. — Никогда не смей так делать! — Рявкнула она, со злостью вытирая дорожки слез. — Я думала, что ты умерла! — Она обняла саму себя за плечи, словно утешая. Свон просто стояла и не верила своим глазам, наблюдая за Реджиной, такой беззащитной и яростной в данный момент. — Почему ты плачешь? — Задала глупый вопрос блондинка. — Потому что ты напугала меня! — Миллс поджала губы и отвела взгляд. Эмма неуверенно сделала шаг навстречу, подняла руку, но так и не дотронулась до женщины. Ее взгляд опустился на лужу на полу, затем на свою испачканную руку и алые волосы. — Прости, — она вернула взгляд Реджине и принялась неосознанно следить за эмоциями, скользящими по прекрасному лицу. — Я не хотела тебя напугать. Воцарилось молчание, Реджина перевела взгляд на слипшиеся в крови белокурые пряди. Подняв руку, она указательным пальцем дотронулась и повела им по волосам, окрашивая подушечку в алый. А затем подняла взгляд и встретилась с завороженными и недоуменными серыми глазами. Какие-то странные эмоции появились в душе, вытесняя злость, но стоило двери в квартиру распахнуться, как ярость вновь затопила глаза и Реджина отстранилась, возвращая руку себе. Мэри Маргарет вбежала с сыном на руках и улицезрев лишь итог, завизжала. Нил проснулся и истошно заплакал. — Где ты была? — Зарычала брюнетка, не давая женщине пройти. — Я… — Где ты была?! — Рявкнула Реджина, пугая Снежку еще больше. — Я уходила купить корицу, — глаза наполнились слезами, а за спиной вырос Дэвид. — Что случилось? — Мужчина забрал надрывающегося младенца и прошел в квартиру, тут же останавливаясь при виде лужи крови и переводя взгляд на дочь. — Ничего, — огрызнулась брюнетка, убирая весь беспорядок взмахом руки и затыкая ребенка. — Вы чуть не лишились дочери. — Реджина, — Эмма попыталась успокоить ее, положив руки на плечи, но та их смахнула. — Где был твой телефон? — Накинулась на блондинку мадам мэр. — Я же говорила: станет плохо, звони мне! — Я и шла за телефоном! — Повысила голос Свон, гневно указывая рукой на кухонный остров. — Но упала, — еле слышно сказала она и, казалось, что это услышала только Реджина. Ее взгляд резко изменился и стал подавленным, а воображение услужливо нарисовало жуткую сцену вновь. — Прости, — Снежка кинулась к дочери, обхватывая ту за шею, — прости меня! Мне следовало вспомнить про твой телефон. Эмма продолжала смотреть в огненные глаза, пока те не исчезли в фиолетовом дыме. Оказавшись дома, Реджина глубоко вздохнула и на нее тут же налетел Генри. — Мам! Что случилось? — Ничего, — она вымученно улыбнулась. — Эмма упала, сильно ударилась, но я ей помогла. Теперь все хорошо. Генри несколько секунд напряженно вглядывался в лицо матери, но не уловив никакого вранья, утвердительно кивнул своим мыслям. — Спасибо. Выдавив еще одну уставшую улыбку, она посмотрела на время и подросток поняв все без слов, обнял брюнетку. — Спокойной ночи, мам. И спасибо, что не оставляешь Эмму. Генри быстро ушел, даже не дожидаясь ответа, а Реджина устало опустилась на стул, замечая все такую же кровавую пульсацию внутри бокала с вином и разогретую курицу. — Спасибо, — прошептала она сыну, беря в руки бокал, наклоняя его из стороны в сторону, играясь со светотенью и алым биением темного вина. Вернув бокал на место, Миллс отодвинула тарелку, поставила локти на стол и спрятала лицо в ладонях. Она и сама не заметила как слезы вновь потекли из глаз. Ее трясло от увиденного, а нервы обнажились до предела. — Идиоты! — Прошипела Реджина. Она злилась на Эмму за ее неуклюжесть, на Мэри Маргарет, забывшую позаботиться о своей дочери, на Крюка, что лишил всего города Спасителя, на себя, за то, что взвалила на плечи всю эту ношу, на Злую Королеву и снова на себя, за глупость. Почему на них постоянно что-то сваливалось? Почему не было и часа на передышку? Только они расправлялись с одной проблемой, как сыпалась другая или появлялся новый злодей. Но мысль о том, что Эмма могла умереть, холодным ужасом сковывала тело. А если бы Генри лишился матери? Как ей пришлось бы успокаивать сына? Как ей пришлось бы объясняться перед городом? И все бы винили в случившемся ее. Она не смогла быть героем, не смогла спасти Спасителя. Реджина подняла голову, вытирая слезы; боль привычными тисками сковала голову. Она поднялась со стула и еще раз посмотрела на пульсирующее сердце вина, затем отвернулась и пошла в гостиную. Схватила первую попавшуюся книгу и устроилась на диване, подогнув под себя босые ноги. Но стоило ей попытаться понять текст, как буквы не достигли ее сознания, захваченного Эммой Свон. Реджина продолжала думать обо всем случившемся, откинув голову на подушки и когда сон накрыл измученную женщину, то она с радостью провалилась в царство Морфея.

***

Эмма лежала в абсолютной темноте и время от времени посматривала на свой телефон в руках, отмеряя секунды минуты и часы, плавно текущие друг за другом. Эмма со стоном села, тут же делая глубокий вдох и морщась. Голова болела после падения, а вены знакомо жгло. Она посмотрела на время и решила еще немного подождать. Перед глазами всплыло залитое слезами лицо Реджины, испуганные глаза и дрожащие ресницы. Эмма думала о брюнетке и не могла понять: почему она так испугалась? Что случилось, что она научилась плакать беззвучно, лишь роняя слезы? И почему явилась к ней? Тяжело вздохнув, Свон сжала зубы, сдерживая болезненный стон. Посидев так еще десяток долгих минут, она все же написала Реджине и прошло несколько секунд, прежде чем та появилась. Эмма смотрела на замершую женщину посреди комнаты, но, словно, поняв, что выглядит странно, Миллс вскинула руку к стене. — Свет включить? — Тихо спросила она. — Нет, — в тон ответила Эмма. Рука брюнетки безвольно опустилась вдоль тела, затем она подошла, села на кровать к женщине и подняла руку, ладонью вверх. Вспыхнул мягкий огонь, освещая причудливыми тенями их лица. Свон заметила уставший взгляд Реджины и легкий прищур ото сна. Безмолвно она приложила руку к груди Спасительницы, чуть наклоняясь вперед. Эмма втянула носом почти выветрившиеся духи мэра, удивляясь тому, что раньше она не обращала внимание на то, как пахнет Реджина, а затем задохнулась от магии, резко ворвавшейся в ее кровеносную систему, залечивая растерзанную душу. Она не могла понять, почему от этого на ее глазах выступали слезы, то ли от резкого контраста ощущений, то ли от облегчения. Эмма смотрела на сосредоточенное лицо женщины, чуть нахмурившейся и удивлялась, почему раньше ей не было интересно откуда у той шрамик над губой. Когда Реджина вернула руку себе, то Свон почувствовала какое-то разочарование от прервавшейся близости. Брюнетка потушила огонь на руке и встала, собираясь телепортироваться. — Стой, — поспешно сказала блондинка. Руки Миллс застыли в воздухе, затем левая ладонь перевернулась к верху и снова озарила лицо мягким светом огня. — Тебя беспокоит что-то еще? — Спросила брюнетка, возвращаясь на край кровати. — Я не могу уснуть, — прошептала Эмма, опуская глаза. — Оу, — неопределенно высказалась мадам мэр. — Могу помочь, но ты уснешь не моментально. — Хорошо. Правой рукой Реджина прикоснулась ко лбу женщины и начала чертить неуловимый узор легкими прикосновениями. Эмма завороженно следила за лицом брюнетки, отмечая теплое дыхание, долетающее до лица слабым эхом. Но когда Миллс закончила колдовать, то вопреки ожиданиям Свон, она не ушла, а осталась сидеть. — Ложись, — спокойно приказала она. Эмма послушно легла, укрываясь одеялом. — Спасибо, — прошептала она, смущая Реджину. — И не только за это. Ты спасла мне жизнь. Сторибрук не лишился Спасителя, а обрел нового. — Не говори так, — покачала головой брюнетка, рассыпая по лицу короткие волосы. — Это правда, — продолжила Эмма, неосознанно беря правую руку женщины в свою, начиная рассматривать тонкие пальцы, плененные кольцами. — Если бы не ты, я бы уже умерла. И не только от падения, от болевого шока или чего-нибудь такого. Реджина удивленно застыла, позволяя Свон перебирать свои пальцы. — Почему мы никогда не общались? — Внезапно задала риторический вопрос блондинка. — Я имею ввиду, что, может, мы по началу и ругались, но потом стало все нормально, а друзьями так и не стали. Ты спасаешь мне жизнь, а тебе и спасибо толком не говорят. Ты встаешь в три ночи, чтобы избавить меня от боли просто потому что так надо? Почему ты так сильно испугалась за меня? — Эмма не смогла подавить зевок. — Тебе должно быть все равно. — А ты бы не испугалась, если бы увидела меня в крови на полу? — Спросила Миллс, возвращая руку себе и кладя ее на простыни. — Испугалась бы, — ответила Свон, поворачиваясь на бок и продолжила изучать королевские пальцы. — Но ты всегда такая холодная, а руки теплые, — она снова зевнула и закрыла глаза, машинально переплетая свои пальцы с чужими. — Я так спать хочу, — невнятно пробормотала блондинка. Реджина не ответила, лишь молча изучала умиротворенное лицо женщины, пребывая в странных эмоциях. Подождав несколько минут, она расцепила их руки, убрала белокурую прядь со светлого лица и в голове пронеслось, что Свон и вправду похожа на ангела. — Спи спокойно, Эмма. — Она затушила огонь и исчезла в фиолетовых клубах.

***

Но усыпив Эмму, Реджина не смогла уснуть сама. «За магию приходится платить.» Послышался топот ног по лестнице и в следующее мгновение на кухню вошел Генри. — Доброе утро, — бросил подросток, усаживаясь за стол. — Доброе, — устало улыбнулась Реджина, поставила перед сыном завтрак и села напротив. — Мам? — Он нахмурился, вглядываясь в безупречное лицо. — Ты спала? — Да, просто не выспалась, — отмахнулась она, делая глоток кофе. — Ешь и я отвезу тебя в школу. — Ладно, — он принялся за яичницу, поедая ее с завидной скоростью, а Реджина настолько вымоталась, что была не в силах сделать даже замечание. Уткнувшись в свою чашку, она и не заметила, как Генри вышел из-за стола, помыл тарелку и встал с портфелем прямо перед ней. — Мам? — Он обеспокоенно дотронулся до ее плеча. — Все нормально? — Да, — поспешно ответила женщина, поднимаясь со стула. — Ты готов? — Да, — в тон ответил Генри, протягивая Реджине ее сумку. — Спасибо, — рассеяно поблагодарила она и пошла на выход, попутно роясь в сумке в поисках ключей. Миллс быстро довезла сына до школы и поехала дальше, готовясь морально к тяжелому разговору. Остановившись у дома Прекрасных, она вышла, закрыла машину и начала медленно подниматься по ступеням, придумывая, что сказать Эмме. К ее несчастью, лестница закончилась быстро и она остановилась перед дверью. Разозлившись на саму себя, она решительно постучала в дверь. Спустя несколько мгновений перед ней появился Дэвид. — Привет. Реджина сдержанно кивнула в своей манере и вошла. — Эмма наверху? — Да. Преодолев еще одну лестницу, она оказалась в дверях блондинки, обеспокоенно мечущейся во сне. Миллс быстро подошла и тут же приложила руку к груди, выпуская магию. Бегающие зрачки под веками успокоились, дыхание выровнялось, но стоило ей отнять ладонь от теплой кожи, как глаза Свон распахнулись. Несколько секунд они скользили взглядами по лицам друг друга, прежде чем Реджина сказала: — Извини, я разбудила тебя. — Нет, мне плохой сон приснился, — Спасительница нахмурилась и резко села. Их взгляды встретились, изучая лица друг друга. Эмма отметила бледность и усталость на лице брюнетки, идеально все скрывшей макияжем, а Реджина отметила спутанные волосы, которые придавали блондинке некую миловидность, немного мутный взгляд после сна и что-то непонятное в глубине глаз. — Эмма, — осторожно начала Миллс, присаживаясь подле, — вероятно, что я знаю, как спасти тебя. — Правда? — Серые глаза вспыхнули привычным блеском, но тут же потухли. — В чем подвох? Реджина опустила глаза на свои руки, нервно вцепившиеся друг в друга. — Суть в том, что, вероятно, поцелуй истинной любви вернет магию в твое сердце. — Что? — Эмма задохнулась от эмоций. — Ты хочешь, чтобы я вновь полюбила Киллиана? — Я хочу, чтобы ты перестала страдать, — брюнетка поджала губы и подняла тревожный взгляд на собеседницу. — Он убил меня! — Внезапно закричала Свон. — Я была Спасителем, я была героем! А теперь я развалина, которую нужно спасать! Реджина нахмурилась, а Эмма покачала головой. — Он убил меня, — тихо повторила она, сжимая и разжимая кулаки. — Знаешь в чем заключается весь парадокс? — Тихо спросила Миллс. — Мы живем, спасаем Сторибрук, жителей, друг друга, ищем счастье, находим и теряем, и вновь начинаем искать. И вот сейчас, потеряв все, тебе нужно пересилить себя и полюбить человека, разрушившего твою жизнь, — она судорожно выдохнула, — и ты сделаешь это, ибо в каком состоянии ты бы ни находилась, ты все равно остаешься героем, а это значит, что тебе нужно спасти город и полюбить пирата. Судьба жестоко смеется над нами. Эмма молча слушала, сжав губы в тонкую линию. — Я даже не представляю, как ужасно ты сейчас себя чувствуешь и боюсь представить, но… Черт, вся эта ситуация… — Реджина сбилась, лишь качая головой, она закрыла лицо руками, пытаясь сосредоточиться. — Ты права, — внезапно ответила Свон и Миллс подняла шокированный взгляд на женщину. — Я должна пересилить себя, потому что во мне нуждается Сторибрук, — она помолчала, что-то напряженно обдумывая, а затем добавила: — во мне нуждаешься ты и я должна помочь тебе со Злой Королевой. Реджина пораженно наблюдала за блондинкой, узнавая прежнюю Спасительницу: по упрямо вскинутому подбородку, по решительному блеску глаз и готовности устремиться навстречу опасности. — Эмма, — она не знала, что сказать, — ты уверена? — Да, — Свон встретилась взглядом с шоколадом темных глаз и слабо улыбнулась, — не могу же я вечно звонить тебе и просить помочь. — Можешь, — слова слетели прежде, чем Реджина успела подумать и Эмма удивленно округлила глаза, но тут же благодарно улыбнулась. — Спасибо, — прошептала она, накрыла сцепленные руки женщины своими и чуть сжала. — Подождешь внизу? Мне нужно переодеться. — Хорошо, — брюнетка плавно поднялась, окинула Свон еще одним долгим взглядом и ушла. Не успела Реджина спуститься, как на нее налетела Снежка, схватила за руки и бесцеремонно потащила к кухонному острову, усаживая. — Что случилось? — Нетерпеливо спросила женщина, уперев руки в бока. — Ничего, Эмма возвращается к капитану. Поцелуй истинной любви может заполнить ее душу магией вновь. — Что? — Мэри Маргарет задохнулась от возмущения. — Почему ты не сказала сначала нам? Мы ее родители! — Вы, может, и родители, но со своей жизнью Эмма должна разбираться сама. — Невозмутимо ответила мадам мэр. — И такое решение должно исходить чисто от нее, а не от вас. — А если он еще что-нибудь с ней сделает? — Снежка выглядела так, словно вот-вот расплачется. — Среди всех недостатков Киллиана, есть один неоспоримый факт того, что он любит нашу Эмму, — Дэвид обнял жену со спины. — Не думаю, что он упустит второй шанс. — Но, а если… Белоснежку прервали шаги Спасительницы по лестнице. Эмма спустилась и неловко убрала руки в карманы под тревожные взгляды своей семьи. — Я бы тоже хотела знать, что поступаю правильно, не надо на меня так смотреть. — Мы просто боимся за тебя, — Снежка подошла к дочери и заключила в крепкие объятия. — Если что-то случится, сразу звони. — Хорошо, — Эмма улыбнулась Реджине, пытаясь показать, что звонить она будет не родителям. — Отвезешь меня? Мэри Маргарет удивленно отстранилась, наблюдая за переглядываниями дочери и мачехи. — Эмма, может все-таки Дэвид тебя отвезет? — Нет, я хочу, чтобы меня отвезла Реджина, — Свон твердо посмотрела на мать, а затем вновь на мэра. — Ты ведь отвезешь? — Хорошо, — обескураженно ответила Миллс и тут же перевела взгляд на Дэвида, который лишь пожал плечами. Эмма двинулась к двери, увлекая жестом за собой и Реджину. — А как же завтрак? — Удивилась Снежка. — Я не хочу есть, — быстро бросила Свон и поспешно ретировалась. Стоило Миллс закрыть дверь квартиры, как Эмма облегченно вздохнула. — Все в порядке? — Нахмурилась брюнетка, спускаясь по лестнице. — Да, я просто рада выйти из квартиры, — отмахнулась блондинка, вылетая на улицу. Она раскинула руки в стороны и подставила лицо тусклым лучам солнца, с наслаждением вдыхая прохладный воздух. Ветер подхватил белокурые пряди, а сзади остановилась темная фигура. — Может пояснишь, что происходит? Эмма обернулась, взяла Реджину за руки и с надеждой заглянула в ее глаза. — Мы можем заехать к «бабушке», а потом пойти погулять в парк? Пожалуйста, я не могу больше сидеть в четырех стенах и не могу прямо сейчас пойти к Киллиану, как и не могу остаться одна. Мне очень жаль, что тебе приходится терпеть мои капризы, но… пожалуйста? — Эмма, — Миллс нахмурилась, блеск серых глаз померк и Свон отошла, обнимая саму себя. Ее взгляд безразлично прошелся по Сторибруку, а затем апатично остановился на Реджине. — Ничего, все нормально, — она помотала головой. — Я понимаю, тебя ждет работа. Мадам мэр тяжело вздохнула, достала свой телефон и позвонила секретарю. — Перенесите все аудиенции во вторую половину дня, я занята. Глаза Эммы шокировано округлились. — Ты серьезно? — Более чем, — сухо ответила Реджина и чуть не упала от внезапных объятий Свон.