Танго с Мунго
14 января 2017 г., 00:44
В списке персонажей значится Снейп потому, что 1) Никому не интересны истории про Петунью (глубокий вздох); 2) Он все же появится, когда мальчики отправятся в Хогвартс.
Несмотря на свою способность летать верхом на метле, Петунья продолжала отчаиваться, так как палочка по-прежнему не хотела творить волшебство. Миссис Фигг предложила ей обратиться за помощью в больницу Святого Мунго в Лондоне. Сначала Петунья была категорически против: она боялась, что люди из больницы расскажут все Дамблдору или кому-нибудь из Министерства; она могла потерять детей, ведь такой магический всплеск, как у нее, рано или поздно должен привести её к безумию. — Я бы уже давно оповестила Дамблдора, — прямо сказала миссис Фигг, — если бы у меня были какие-то опасения. Но у меня их нет. И Петунья поверила. А когда старушка заверила её, что у целителей из Мунго такие же правила конфиденциальности, как и у маггловских врачей, она согласилась попробовать. Помпей с большой охотой вызвался сопроводить их обоих до больницы, так как для такого путешествия им был необходим кто-то, кто в любой момент мог колдовать. Петунья взяла мальчиков с собой, так как все еще не решалась оставить их соседке-нянечке. В приемной больницы помощь всех сопровождающих оказалась неоценимой. Петунья и опомниться не успела, как две улыбчивые девушки, похожих на медсестер, подхватили её под белы рученьки и сопроводили в какую-то комнату, пока миссис Фигг громко требовала чая, мальчики суетились, а Помпей жаловался на медленное обслуживание. В этой комнате были серые стены, серый стол напротив серого стула и серый диван за ним, больше ничего. Потом пришли трое целителей в лимонных халатах с серыми глазами, серыми или седеющими волосами и тоскливыми серыми лицами. Они дружно уселись на диван, жестом приглашая Петунью присесть на стул. Женщина постарше со всеми признаками обезвоживания представилась как Марселла Виток, худого мужчину средних лет со впалыми глазницами звали Гектором Коннолли, а маленький коренастый человек, халат на котором трескался по швам, назвался неким Титусом МакВиртером. Петунья из осторожности представилась Анграхад Айфэнсниртон. Группа целителей выслушала это имя с равнодушием. — Что Вам здесь нужно? Я знаю, что Вы сквиб, — без всяких предисловий сухо сказала женщина. — Не совсем, — спокойно ответила Петунья. — Не совсем? Что это значит? — Это значит, что у меня происходят порывы магии. И случаются они гораздо чаще в последнее время. Мне посоветовали обратиться к Вам за помощью. Все трое насторожились и одновременно перегнулись через стол. — Как часто? — Раньше раз в неделю, сейчас ежедневно. — У Вас есть палочка, — абсолютно бесцветно сказал мистер Коннолли. — Да, я купила её у Олливандера, но она не очень-то помогла. Магические вспышки продолжаются, и, сколько бы я не пыталась, палочка не может их контролировать. — Закройте дверь, Титус, — сказала Виток. Мистер МакВиртер молча встал и направил палочку на дверь, шепотом произнес какое-то заклинание, и Петунья услышала характерный щелчок замка. Виток начала допрашивать Петунью, вытягивая мельчайшие подробности. — Есть ли еще ведьмы или волшебники в семье? — Да, одна сестра, одна тётя — это все, что я знаю. — Имя сестры? — Баддуг Айфэнсниртон. — Имя тётки? — Крессида Мейхью. Обе скончались. — Дети? — Два мальчика. Вы только что их видели. Они волшебники. — Муж? — Он в Госпитале для душевнобольных преступников в Бруквуде с шизофренией. — Шизофрения? — Он утверждал, что наши дети одержимы демонами, и нанимал экзорцистов. Магглы плохо относятся к таким поступкам. — Ваши родители были сквибами? — Я не знаю, они оба погибли, но никаких видимых симптомов не проявляли. Затем команда целителей принялась тестировать Петунью. Это не были тесты или процедуры, какие обычно проводили в маггловских больницах, эти тесты вводили в заблуждение, а иногда и пугали. Петунья заметила, что у каждого члена команды здесь своя роль. Виток играла роль «плохого полицейского» и была сухой, грубой, твердой и решительной, резкой. Мужчины же разделили амплуа «хорошего полицейского» пополам: Коннолли был веселым и забавным, а МакВиртер спокойным и обладал глубоким голосом и ирландским акцентом, который успокаивал Петунью. И все же, несмотря на внушение спокойствия и защищенности, она не переставала относиться к этой троице настороженно. После тестов Виток попросила Петунью подписать разрешение на обследование мальчиков. Это сначала озадачило её, но потом она поняла, что они хотят проверить, является ли магия магглорожденного Дадли нормальной, и в итоге, хоть и с большой неохотой, подписала бумагу. Марселла Виток покинула комнату, чтобы провести испытания с мальчиками, оставив Петунью на мужчин. Они наконец поняли, что на технику хорошего полицейского я реагирую гораздо лучше. Как они правы. Прошло еще два часа разговоров и странных тестов. — Пожалуй, на сегодня хватит, — твердо, но с полуулыбкой произнес Коннолли, — продолжим завтра. — И как долго это будет продолжаться? — простонала Петунья. Она чувствовала себя совершенно опустошенной, исчерпавшей все силы. — Мы пока не готовы сказать, что у Вас за проблема, — ободряюще улыбнулся МакВиртер и похлопал её по плечу. — Но, безусловно, Вы нуждаетесь в особой терапии, и мы найдем способ Вам помочь. «Терапия» — то самое слово, которое Петунья не хотела слышать. Оно означало череду бесконечных посещений всевозможных бесполезных процедур, каждодневное пребывание в больнице и прочие неприятные вещи, которые так любили практиковать маггловские поликлиники. Тут вернулась Виток. — Как проходят тесты? — с тревогой спросила Петунья. — Мальчики в?.. — В порядке, — быстро ответила женщина. — У них достаточно?.. — Достаточно чего? — строго перебила Виток. Она надо мной насмехается. — Магии! Они будут учиться в Хогвартсе или останутья в таком же подвешенном состоянии, как я? — Вас никто не подвешивал, — сухо отрезала Виток. — Вы издеваетесь надо мной? Не моя вина, что я родилась сквибом, миссис! — Мисс, вообще-то. — Да и не сомневалась. Кто такую замуж возьмет?! — С Вами еще не все ясно, мы должны будем провести еще несколько тестов, чтобы поставить точный диагноз и назначить терапию, — Опять это мерзкое слово! — но с мальчиками уже все ясно. У них обоих вполне «достаточно магии» для того, чтобы отправиться в Хогвартс. — Это хорошо, — облегченно выдохнула Петунья. Она боялась, что сеанс экзорциста-цыгана все же возымеет эффект. Виток подарила ей ледяную улыбку, от которой по спине пробежал холодок. — Приходите завтра. Это займет еще немного времени. И это было мягко сказано! Она имела удовольствие целых десять дней любоваться серыми рожами команды целителей, чтобы завершить тестирование. К тому времени Петунья могла добраться до больницы Святого Мунго самостоятельно, а потому оставляла свою престранную семью дома. Целители были терпеливы с ней, Петунья не могла не признать этого. И терпение было необходимо, так как магическое заикание, сотворенное Лили Поттер, довольно долго заставляло целителей недоуменно разводить руками. Под конец вся команда начала называть друг друга по первым именам, даже Петунью, в конце концов, когда с загадкой заикания было покончено, Марселла сказала, что это не должно стать большой проблемой. Она позвонила специалисту по магическим вспышкам, которого помпезно назвала Магическим Манипулятором. Гектор не сдержался и буркнул под нос, но так, чтобы Петунья услышала, «Магический Хиропрактор». Как ни странно, но Манипулятор оказался действительно хорошим специалистом и, что не менее важно, хорошим человеком. Он наложил на Петунью заклинание, благодаря которому она постепенно научится владеть палочкой в полной мере и полностью контролировать свою магическую силу, но предупредил, что это улучшение займет много времени и потребует от Петуньи много практики. Но её это нисколечки не напугало. Она была полна решимости пройти испытание магического навыка и претендовать на имущество Мейхью. В последствии её амбиции помогли ей преодолевать магическое заикание и использовать магию в своих целях. Постепенно она овладевала необходимыми навыками, чему не могла нарадоваться. Если бы только моя семья видела меня сейчас, они бы рассмеялись. И я бы посмеялась вместе с ними. Я так по ним скучаю. Скучаю по Лили. Моя маленькая сестренка. Теперь я понимаю, почему ты так сильно любила магию. Я тоже люблю её. И я бы хотела поговорить с тобой об этом сейчас, если бы ты только была жива.
