Отражения. Паззлы личности

Машинально разувшись на пороге и кивком поприветствовав выглянувшую из кухни тетушку, Гарри поспешил на второй этаж, где уже больше недели жил со своей «сестренкой».  — Танцуй, — швырнув на колени читающей Платоновой плотный конверт, потребовал он, и с размаху рухнул на кровать. — С сегодняшнего дня ты официально Поттер.  — Мне пройтись вприсядку или сразу стриптиз? — вяло поинтересовалась Аня, вытряхивая на стол стопку документов и внимательно вчитываясь в сухие строчки, подтверждающие ее существование в этом мире.  — Конечно стриптиз!  — Обойдешься, — отрезала девушка. — Ты встретился с представителем Колдовстворца?  — Жестокая ты женщина, дорогая, — душераздирающе вздохнул Гарри состряпав несчастную мордашку. — Сначала Бергиз из меня наводящими вопросами вытянул такие подробности моей жизни и взаимоотношений с окружающими, о которых я или не подозревал, или забыл давно. Потом познакомился с госпожой Карловой — милейшая леди с улыбкой голодной самки крокодила. И меня пытали по поводу твоих талантов. Я все пересказал как ты велела, что воспитывалась у отшельницы, которая называла себя бабой Музой, что как наставница она вложила в тебя знания своей семьи и умерла. После чего стихийным выбросом тебя перенесло к единственному родственнику, ко мне, то есть. И сейчас мы вместе намерены поступать в Хогвартс на пятый курс.  — И что она? — рассеянно поинтересовалась девушка, хмурясь и зачитывая внушительный список с официальной «шапкой» поверху.  — Покивала, изобразила сочувствие и потребовала внушающую дрожь сумму, за которую комиссия прибудет, беспристрастно протестирует и выдаст тебе табель, всеобъемлюще отражающий твои знания, как госпожа Карлова изволила выразиться. Нам повезло, что в Колдовстворце практикуется заочное обучение. Немалая часть русской аристократии предпочитает обучать детей на дому, сдавая необходимые экзамены в конце года. Поступают на очное отделение только на старших курсах. И в большей степени, думаю, для заведения нужных знакомств, связей и заключения помолвок. Поэтому из общей массы ты выделяться не будешь. Факт, что тебя тестировали на нашей территории нигде озвучен тоже не будет. Бумажки я подписал как твой официальный опекун, экзамены назначены с двадцатого по тридцатое августа, список прилагается.  — Нехилый списочек, — скривилась Платонова, возмущенно потряхивая листом, исписанным мелким убористым почерком практически сверху донизу. — Почти три десятка предметов, сдохнуть можно!  — Повезло тебе, что я поделился знаниями, — самодовольно ухмыльнулся Поттер.  — Что ты сделал? — выпучила глаза охренев от такой наглости Аня и схватив первый подвернувшийся под руку учебник кинулась в атаку. — Знаниями?! — «Бах!» — Поделился?! — «Трах!» — Ты вообще, чем четыре года занимался?! — «Дамс!» — Не мозги, а решето, где две мысли случайно заблудились! — «Бабах!» — Я тебя заставлю учиться, балбес, на следующий год все пересдавать будешь, как миленький! Фух!  — Ты сейчас последние мысли и выбила, — обиженно пробубнил Гарри, потирая «благословленные» места. — Не был бы столько лет ловцом убила бы, садистка. Я же не виноват, что каждый год какая-то хрень вокруг меня творится!  — Еще как виноват! — категорично отвергла оправдания Платонова, поправляя растрепавшиеся волосы и многообещающе косясь на «близнеца». — Тебя вообще, кроме учебы, ничего колебать не должно было. Школьные проблемы обязаны решать учителя, а террористы и маньяки — дела госструктур. Сними уже корону с головы, мир не вращается вокруг тебя! Закончишь школу куда пойдешь? Думаешь кого-то будет интересовать, по какой причине ты знаешь чуть больше, чем нихрена? Опомнись! У тебя нет никого, кто поможет и поддержит, до тебя есть дело только тебе самому! Дергающийся от каждого слова, как от удара, Поттер к концу обвинительной речи имел отчаянно-жалкий и болезненно бледный вид, в потускневших глазах набухли слезы, а плечи ощутимо сгорбились. Впервые с судьбоносного тринадцатого числа, впервые, как он перестал быть одинок. Тяжело, с мукой вздохнув и устало потерев занывшие виски, девушка мягко взяла замершего скорбным памятником самому себе Поттера, и мягко притянула к себе на кровать, прижав лохматую голову к груди.  — Гарри, я не хотела сделать тебе больно, — осторожно поглаживая упругие вихры, Аня нежно баюкала большое дитя, запутавшееся и растерянное, до беспомощности не приспособленное к жизни. — И понимаю все, что тебя мучает, сама жила одинокой и никому не нужной. Наши жизни действительно отражения друг друга. Но мне, наверное, больше повезло с характером. Я приняла жизнь, как она есть, жестокой и не прощающей ошибок. Одиночество мучительно, но подпускать к себе кого попало я не согласна, если идти вперед с широко распахнутой душой — окружающие не упустят шанс плюнуть в нее, перед этим использовав в своих интересах. Люди подлы и безжалостны к слабым и беззащитным. Мне больно понимать сколько ты пережил, родной. Если честно, если бы я была на твоем месте наверняка бы не выдержала. Внимательно прислушивающийся Поттер чуть слышно фыркнул и крепко обнял «близняшку», поудобнее устраивая голову на её коленях и утыкаясь лицом ей в живот. — Зря не веришь, ты был мягким и слишком добрым. Что тогда с нами случилось я не знаю, но четко ощущаю, как изменилась, как будто черты твоего характера теперь живут во мне. Думаю, со временем я стану отдаленно напоминать девушку, — невесело хмыкнула Аня с разрастающимся внутри теплым, непривычным чувством, смотря на парня, бестрепетно на весь мир объявившего, что отныне они семья и понимавшего, сколько проблем это принесет в дальнейшем, но не задумываясь выбравшем ее. — Гарри… Мой Гарри… Теперь мы навсегда вместе и не позволим кому бы то ни было нами пользоваться. Правда, мой хороший?  — Угу, — счастливо муркнул Поттер, щекоча горячим дыханием чувствительный живот Ани, чмокнул куда-то в район бедра и выразительно потерся носом, выпрашивая больше ласки.  — Кхм, — раздалось выразительное и очень недовольное от двери. Петуния недоуменно-упрекающе смотрела на нежничающих подростков. Брюзгливо поджав губы, тетка явно сдерживала комментарии, сухо оповестив, что обед будет через десять минут и демонстративно оставив дверь открытой, с достоинством удалилась.  — Ее намеки, что не приличествует девушке с парнем жить в одной комнате и спать в общей кровати, становятся все менее прозрачными, — констатировала Платонова.  — Мне плевать, — честно признался Гарри, задирая девушке футболку и с довольным урчанием прижимаясь щекой к обнаженному животу, дьявольски кося ярким глазом на захихикавшую от щекотки Аню. — Аналогично, дорогой, но нарываться мы не будем, нерационально.

***

 — Бесит! Гарри автоматически увернулся от полетевшей в него подставки для карандашей, не отрываясь от толстенного издания «Права и обязанности совершеннолетнего волшебника», экзамен по которой обязан сдать в конце лета для смены предварительной опеки над Аннет на постоянную. Мистер Бергиз обещал подобрать максимально беспристрастную комиссию, поэтому слава Мальчика-Который-Выжил впервые, наверное, не пойдет Поттеру ни в плюс, ни в минус. И это его полностью устраивало. Хотя зубрить великое множество пунктов и подпунктов не доставляло не малейшего удовольствия. Радовало, что проблем с памятью, спасибо «близняшке», парень больше не имел.  — Ладно арифмантика, рунология, астрономия, чары и подобные адекватные предметы, у нас были похожие дисциплины. Ладно история, география, зельеварение и прочая специфика конкретно вашего мира. Выучу, не впервой. Но что за ересь ваша трансфигурация и ЗОТИ?! Откуда такая ересь без малейшего научного обоснования? Ни как, ни зачем непонятно! — в очередной раз разорялась корпевшая над учебниками Аня. — Дебилизм какой-то! Вот у нас все понятно. Имеешь боевые таланты — отправляйся к боевикам, не имеешь — добро пожаловать на факультатив по самообороне. Боевики в абсолютном большинстве напрочь лишены талантов к визуализации образов, какая им, нахрен, трансфигурация?! С двойки на тройку перебиваться и мозг себе насиловать? Каждому должно быть по талантам, но ваше образование не идет легкими путями, предпочитая всех валить в одну кучу. Бесит, блин!  — Не психуй, — в очередной раз потребовал Поттер. — Я тут вообще ни при чем, сам мучаюсь который год.  — Молчал бы, — тут же взъелась «близняшка». — Кем надо быть, чтобы выбрать как дополнительный предмет прорицания, где преподаватель — шарлатанка-алкоголичка?  — Согласен, я идиот, но менять предметы запрещено.  — Как миленький будешь весь год потеть, и только попробуй не сдать СОВ по нормальным предметам. Сколько бы ни осталось тебе денег от родителей, после школы нужно подобрать максимально выгодную и удобную профессию. Семейное благосостояние нужно приумножать, а не бездумно тратить. — Хм, — смутился Гарри и попытался отвести глаза, но не преуспел.  — И где еще ты успел налажать? — напряглась Платонова, подозрительно прищурившись. — Кайся, грешник.  — Я рассказывал, что был признан победителем Турнира, — дождавшись утвердительного кивка Поттер неохотно продолжил копчиком предчувствуя приближение неприятностей. — Призом была сумма в тысячу галеонов. — И-и?  — И я отдал их близнецам Уизли на эксперименты для их будущей лавки приколов, — едва слышно выдохнул парень.  — Договор? — без особой надежды спросила Аня, совершенно не удивившись принявшему самый виноватый вид Поттеру. Прямо щеночек, напрудивший на пол любимой хозяйки. Того и гляди, хвостом начнет вилять. — И в кого он такой неприспособленный? — риторически вопросила она в потолок. — Запомни, милый, дружба никогда не проверяется общим бизнесом. Вы можете прикрывать друг друга от смерти, доверять самое дорогое, но кошельки лучше держать порознь. Деньги… портят людей, Гарри, и пока они не успели распробовать халяву и не ступили на скользкую дорожку, решив, что ты не вложил деньги, а подарил — мы составим с поверенным грамотный договор с четко прописанными обязательствами сторон. Как только вы подпишете его — либо останетесь друзьями, либо же только деловыми партнерами, что тоже не плохо, если ты не преувеличил таланты этих кадров. Выслушивая хоть и не самый приятный для самолюбия, но полезный разнос, Гарри с удивлением прислушивался к себе и понимал, что совершенно согласен с Аннет и сейчас такой ошибки бы не повторил. Заново анализируя действия, разбирая их пошагово он все больше признавал логику Платоновой, осознавая постепенные изменения исподволь, незаметно перекраивающие его мироощущение. Практичная и эгоцентричная Аня тоже на глазах будто оттаивала, чаще улыбалась и стала чуть более порывиста, словно к ней разгорался пока крошечный огонек страсти, той самой, что всю жизнь горела и в его груди.  — Анют, а Анют, — подлез под руку задумавшейся о чем-то своем девушки Поттер, преданно заглядывая ей в глаза. — У нас завтра день рождения. Как насчет того, чтобы послать учебу куда подальше и оторваться по полной? Предлагаю разменять в Гринготсе фунтов и весь день гулять по Лондону. Я всю сознательную жизнь мечтал так провести хоть один день рождения. Хоть раз устроить настоящий праздник: чтобы и кино, и аттракционы, и море вредной, но очень вкусной еды, и кто-то любимый рядом. А теперь возродился Воландеморт, и чертов психованный министр пишет обо мне гадости, выставляет неуравновешенным уродом. Что ждет в школе даже думать не хочу. Снова ненависть и презрение со всех сторон. Пожалуйста, Аннет, давай пойдем, а?  — Хороший мой, — с нежностью стирая кончиками пальцев слезинки, неудержимым потоком хлынувшие из родных и зеркально похожих глаз, Аня горько улыбалась с тоской вспоминая собственную жизнь и то, как больно бьет чужое отношение, без вины выставляя виноватым и заставляя сомневаться в самом себе. — Я понимаю, как ты натерпелся и тоже очень-очень хочу отпраздновать наш общий день вместе, но нам нельзя покидать дом. Слишком опасные события проворачивают вокруг тебя. Наш выход в Косой переулок был чистой воды безумием, но это жизненная необходимость. Сейчас единственный выход из этих, и мне до смерти опротивевших, стен — портключ в контору Бергиза. Мы не имеем права совершить ошибку и потерять друг друга. А праздник… у нас будет еще множество дней только для нас двоих, но для этого нужно выжить. Мы же никому не позволим нами воспользоваться, правда, милый?  — Четыре стены… четыре стены… — внезапно нахмурившись, забубнил Поттер, напряженно что-то обдумывая. — Точно! Четыре стены! Внезапно просветлев лицом, Гарри вскочил, и чмокнув удивленную Платонову в макушку, схватил портключ в виде элегантной ручки и решительно выкрикнув: «Бергиз и сыновья!» с хлопком исчез из комнаты, оставив после себя легкие завихрения воздуха. Растерянно пожав плечами на очередной пассаж Поттера, которого жареный петух клюнул в мягкое место, девушка с тяжелым вздохом вернулась к заучиванию очередного учебника. Чтобы в ней не менялось, благоразумие решительно отказывалось покидать насиженное место и добросовестно продолжало ставить правильные приоритеты для достижения светлого будущего. Тем более, теперь оно внезапно стало куда ближе и засверкало яркими оттенками зеленого, подозрительно напоминая блеск глаз одного взбалмошного Национального Героя. Ее личного Героя.

***

Бамс! Бамс! Бамс!  — Не смей носиться по моему дому, мальчишка!  — И я вас люблю, тетушка! Грохот и звенящий счастьем голос «близнеца» заставил Аню отвлечься от чтения старого конспекта и, потерев слезящиеся глаза, с любопытством посмотреть на дверь. Через секунду та распахнулась и влетевший лохматый вихрь подхватил девушку, подкинув, закружил по комнате в безумном танце. И вот уже она не в силах сопротивляться распирающему Поттера заразительному позитиву, она и сама безумно хохочет и игриво попискивает, упрашивая ни в коем случае ее не уронить, а то затопчет и не заметит, носорог. — А почему носорог? — с деланной обидой переспросил Гарри, забавно надув губы, но в глазах прыгали веселые чертики.  — Потому что у носорога тоже плохое зрение, но при его весе это не его проблемы, — поучительно подняв палец вверх, пояснила Аня с самым серьезным видом, но не сдержавшись рассмеялась от избытка чувств, чмокнув продолжавшего держать ее на весу парня в нос. Улыбающийся от уха до уха Поттер поставил наконец ее на пол встав в картинную позу и горделиво задрал подбородок:  — Я может и носорог, но добытчик. И сегодня торжественно заявляю тебе, женщина, мамонта я может и не убил, зато нашел симпатичный просторный домик. С выходом на Лондон между прочим, не Тьмутаракань какая-нибудь, — внезапно он сбился с пафосной речи и робко, но до слез светло, улыбнулся. — Ань, у нас теперь есть собственный дом. С днем рождения нас, родная.  — У-и-и!!! Теперь уже девушка с визгом висла на груди Поттера болтая ногами и целуя везде куда дотягивалась: — Ураа! Ты моя умничка! Мой герой! Добытчик мой! Чтоб я без тебя делала! Гарри бережно придерживал разошедшуюся «близняшку» и с удовольствием подставлялся под мягкие губы, впервые в жизни понимая, почему дядя Вернон после работы обязательно подставляет тете щеку и становится чуть более добродушным, чем обычно. Оказывается, ощущать себя главой семьи удивительно приятно, словно древнейшие мужские инстинкты довольно скалятся, как большой кот, которого приласкала хозяйка. И ты готов свернуть горы, лишь бы снова и снова ласковая рука чесала за ухом, и хвалил самый дорогой голос.  — Да я такой, — кокетливо похвалился парень и, взвалив Платонову на плечо, предупредил держаться покрепче. Потом шепнул: «Цветочный сквер, 12», и активировал парный портключ. Секунды неприятных ощущений, и подростков «выплюнуло» на чистенькую светлую улицу с целой россыпью клумб разных цветов и размеров. Улица была пустынна, только вдали, на одной из скамеек, виднелись женщины с колясками. Будний день, все на работе. Позволив девушке оглядеться, Поттер картинным жестом взмахнул палочкой и шепнул какое-то заклинание, отчего стоящие вплотную дома аккуратно разошлись, открывая двухэтажный дом, сильно выделяющийся среди соседей своими размерами. В бежево-шоколадных тонах, красиво оформленный каменной крошкой и с просторной верандой, дом выглядел словно мечта большой семьи с достатком выше среднего. В нем обязаны звучать детские голоса вперемешку с притворным ворчанием отдыхающего после работы отца, умывающимся откормленным котом, и доносящимися из кухни вкусными запахами, со счастливым женским «щебетанием». Переглянувшись между собой, Поттеры без слов поняли, что думают об одном и том же и, взявшись за руки, вместе шагнули на посыпанную гравием дорожку. Робкий шаг, второй…  — Нет, так не пойдет! — внезапно рявкнул Гарри, решительно схватив взвизгнувшую от неожиданности Аню на руки и в несколько широких шагов покрыв расстояние до входной двери, пинком распахнул ее и бережно поставив «близняшку» за порогом торжественно провозгласил:  — Этот дом построил мой отец, чтобы защитить семью от войны, каких-то несколько дней и наша жизнь сложилась бы совершенно по-другому, но он не успел. Сюда никто и никогда не сможет проникнуть без нашего разрешения. Мы в безопасности. Добро пожаловать домой, родная. Двое похожих, как отражения, подростка обнимались на пороге невидимого для прочих людей дома, радостно планируя, как именно они завтра проведут свой первый совместный праздник. Спустя долгих четырнадцать лет Поттер-хаус начал отсчет своей жизни.