UTOPIA

      Какого это быть лидером?       Что ж, помимо постоянной нервотрёпки с прессой, где ты должен сидеть с самым, что ни на есть ответственным лицом, пытаясь делать вид, будто сам обдумываешь каждый ответ на вопрос, а не просто вспоминаешь сценарий, выданный любезным менеджером накануне. Так ещё и постоянно следить за неугомонными детьми, возраст которых давно перевалил за 20. Корчить из себя «Мамочку» на камеру и быть ей за закрытыми дверями совершенно разные понятия. Ибо, когда режиссёр кричит: «Снято», начинается самое интересное. И конечно, после сотого поломанного Чанёлем кулера и развалившегося на полу Кая, приходится незамедлительно действовать, устраняя все их пакости.       Сегодня мы возвращаемся домой в двенадцатом часу и это вполне приемлемо. Благо сейчас нет никаких промо-шоу и студийных записей, что значительно облегчает жизнь, мою уж точно.       В общежитии горит свет, вероятно, что менеджеры привезли еду. Голодный взгляд Сюмина слегка пугает, потому что он смотрит на меня. Я замечаю это, отворачиваясь от окна, прощаясь с ночным Сеулом.       -Хён, ты голоден?       Его уверенный кивок и умоляющий взгляд, будто это катастрофа невиданного масштаба. Благо в моей куртке имеется некоторый запас миндального печенья, которое я припрятал как раз для такого случая. Не знаю почему, но со мной в машине всегда оказывается голодный Сюмин.       -Держи.       Протягиваю ему печенье и он незамедлительно засовывает его в рот, произнося благодарность с набитыми щеками. Такой милой картине можно только улыбнуться.       На подъезде к воротам нас останавливают, как и всегда проверка. Один и тот же человек на протяжении нескольких лет осматривает наши машины. За такой долгий срок он мог бы уже и запомнить наши номера и расписание. Его сверхответственность поражает. Когда сигнал о пропуске получен мы снова возобновляемых движение, но это не надолго, мы приехали. Ворота закрылись с характерным треском и наша команда повыскакивала из фургонов, разминая затёкшие конечности.       Сюмин, Кай, Кёнсу, Чанёль, Крис, Чен, Бекхён, Тао, Сехун, Лухан и заспанный Лей, смешно потирающий глаза и оглядывающий местность. Его лицо каждый раз выражает такое любопытство, будто он впервые видит общежитие и нас всех. Иногда это смешит меня, но всё чаще я нахожу это довольно милым.       Уже в доме мы разбредаемся по комнатам, но безусловно, как по расписанию, спускается вниз в столовую. Это походит на традицию, но кажется, что так оно и есть, ведь никто не прикасается к еде, до тех пор, пока последний участник не спуститься на поздний ужин. И так же по традиции это Тао.       -Предположим, что у меня нет переднего зуба. — После небольшой паузы Чанёль разворачивается к Крису. — Ты всё так же любишь меня, хён?       Ифань закатывает глаза, бросая раздражённый взгляд на лестницу, по которой должен непременно спуститься Тао.       -Кто сказал, что я вообще люблю тебя?       Крис поправил съехавшие круглые очки, складывая руки на столе.       -О, неразделённая любовь, как это мило. — Чен сложил руки вместе, произнося слова на распев.       Стол взорвал смехом, как ни странно в основном принадлежащем Чанёлю, Крис закатил глаза, рассматривая давно интересовавшею его говядину.       Прислонившись к колонне я отчаянно пытался абстрагироваться от этого шума. Текст завтрашнего выступления на пресс конференции прокручивался у меня в голове, отчаянно борясь с чувством дикого голода.       Спасительные быстрые шаги послышались на лестнице и всё ещё красный после душа Тао плюхнулся на диван рядом с Луханем. Все, как по команде накинулись на еду, постепенно опустошая тарелки с мясом и овощами. Аккуратно прихватив белые палочки, я как самым цивилизованный человек ел стоя, придерживая тарелку на руках. И это совсем не из-за отсутствия места за столом, просто мне нравилось есть стоя. Такое вот странное желание посещало меня, но не всё было так просто. Пожалуй, главную роль во всём этом спектакле чистой воды играл Исин. Он спокойно сидел в кресле, рядом со мной, пережёвывая жёсткий лист салата. Страшно признавать, но если бы не Исин я бы спокойно присел рядом с Сехуном или Ченом, свободных мест было достаточно, просто мест с Леем не было, а это маниакальная потребность в нём пугала, но всё равно не давала сдвинуться с места.       Как же это получилось, что я стал зависим от него? Неверное, это как и всякая симпатия приходит неожиданно, случайно и навсегда. Просто это как привязанность. Хочется постоянно быть рядом, видеть, чувствовать и слышать.       -Сухо-хён, что сказал менеджер, завтра мы в эфире? — Голос Сехуна выдернул меня из собственной реальности.       -Конечно, Сехуни.       Подцепив маленький кориандр из миски с соусом, я вновь облокотился на колонну. Мой текст на завтра опять закрутился перед глазами и слова журналистов вторили ему.       После ужина мы решили не заморачиваться по поводу грязной посуды и оставить всё менеджерам, которые утром приедут. Очереди в ванну не было, поэтому я без проблем попал в душ. Наша ванная комната была небольшой и совсем не такой, чтобы в красках описывать её убранство. Всё просто, как и в любом гостиничном номере трёх звёзд.       Над раковиной висело настенное зеркало, запотевшее стекло встретило меня радушно и со всей его холодной теплотой. Моё лицо, как говорили люди было идеально, знали бы они, сколько боли оно мне принесло. Переодевшись в просторные штаны и простую футболку я вышел в коридор, смахивая на ходу холодные капли с волос. Приятно, когда на лице нет ни грамма макияжа.       На кухне горит свет маленькой лампы, что довольно часто происходит здесь, так это долгие посиделки на кухне. Видимо мягкая мебель и набитый едой холодильник способствуют началу разговора. Что странно, но голосов не слышно, кажется, что кто-то просто забыл выключить свет. Ругнувшись пару раз про себя, я сбежал вниз. Но мгновенно замер на месте, ведь всё в том же кресле сидел Лей. Он был расслаблен, голова запрокинута на низкую спинку кресла, глаза закрыты, словно бы под тяжестью сна. Сколько себя помню не разу не испытывал такого желания кого-либо. Сейчас это самое желание намертво приковало меня к паркетному полу.       Медленно и максимально беззвучно я приблизился к спящей фигуре, он был прекрасен. В свете неоновой лампы его кожа казалась бледной и даже прозрачной, что порядком заводило. Всё мой фетиш на бледную кожу…       Исин смешно дёрнул носом, слегка приподнимая глаза, такие неестественно чёрные. Я находился в паре сантиметров от него, так что наши глаза смотрели друг на друга, а носы едва соприкасались. Такой любопытный, изучающий взгляд заставил меня впасть в некоторую панику.       -Йа, Лей, не смотри так.       Обойдя его кресло, я упал рядом на другой стороне, сегодня за ужином здесь сидел Крис.       -Сухо, почему ты не спишь?       Его голос был мягким, будто он говорил весь день и такая неформальная речь, за которую его бы следовало поругать ничуть не заботила меня.       -Я как раз собирался, но увидел свет на кухне. Если ты будешь мало спать, у тебя будет много проблем.       Исин как-то неразборчиво улыбнулся, отворачиваясь к светильнику и выключая его. Комната погрузилась в кромешный мрак, что заставило меня понервничать.       -Эй, Лей-я, здесь слишком темно.       Поворачивая голову в разные стороны я и думать забыл обо всём, только эта темнота и звуки, слишком много, будто кто-то стоит прямо за спиной. Мелкая дрожь прошла по телу и я уже был готов распрощаться с жизнью, как на меня резко упал Исин. Он улёгся на моих коленях, свесив ноги на подлокотнике, его рука нашла мою и сразу переплела наши пальцы. Его тонкие и аккуратные, тёплые и сухие, но мягкие и приятные. Он поместил наши ладони у себя на груди, принимаясь с интересом разглядывать их, сквозь темноту ночи. О всяких моих страхах пришлось позабыть, потому что всё что меня волновало сейчас, так это приятное тепло, вместо тысячи холодных мурашек.       -Тебе страшно?       -Нет.       Конечно нет, всё чего я боюсь так это того, что это тепло пропадёт, это и вправду вселяет страх. Исин заёрзал на коленях, опускаясь ниже, его капюшон спал с головы, от чего чёрные волосы неестественно поднялись. Свободной рукой я залез в это «мягкое море», перебирая прядки, любуясь их красотой.       Исин следил за переменами на моём лице, я чувствовал как он всякий раз рассматривал меня, наблюдал за моими глазами. А я просто смотрел на его волосы и мою руку в них, это казалось мне таким правильным, будто даже законным.       -Наклонись ко мне, Джунмён, я хочу поцеловать тебя.       Мои размерные движения рукой в его волосах немедленно прекратились и я замер пытаясь понять значение его слов. Настолько красиво это звучало, моё имя, оно ещё никогда не казалось мне таким красивым.       Я медленно наклонился, все мои мысли покинули меня и многострадальный сценарий, который я изучил вдоль и поперёк, я едва ли смог бы сейчас что-то вспомнить. Были только эти губы, к которым я приближался так долго, что казалось время остановилось.       Нетерпеливый Исин подался вперёд, завлекая меня в долгожданный поцелуй. И он был мягким, нежным и трепетным, будто ешь самое вкусное пирожное на свете, медленно пережёвывая и глотая. Так я поглощал и эти божественные губы, слегка посасывая нижнюю, оттягивая на себя, а потом и верхнюю, покусывая нежную кожицу. Одного тихого стона, растворившегося у меня во рту, хватило, чтобы я сошёл с ума. До того приятно это было, что хотелось большего, чего-то сумасшедшего и невменяемого.       Потянув Лея за переплетённые пальцы, я заставил его подняться, усаживаясь на мои колени. Мой язык с нажимом прошёлся по ложбинке между его сомкнутых губ, на что он сразу раскрыл их, встречая мой язык своим. Чуть шероховатая поверхность его язычка приятно соприкасалась с моей. Очертив ровный ряд его зубов, я откровенно лизнул его губы, хватая ртом протяжный стон. Это было последним, что я успел сделать, перед тем, как Исин отстранился, но моментально прислонился своим лбом к моему, громко дыша, будто рыба на суше. Так близко он сейчас был, что я мог спокойно разглядеть чуть припухшие губы, красные и прокусанные в нескольких местах, такие соблазнительные, что удержаться невозможно. Легко чмокнув эти алеющие лепестки, я снова отстранился, продолжая рассматривать его лицо. Оно не выражало ничего, но присущее любопытство всё ещё присутствовала в разрезе его глаз.       -Обещай, что это ещё повторится.       Стоя у стены на втором этаже, Лей смотрел прямо в мои глаза.       -И не раз.       Словив последний мимолётный взгляд, я проскочил в свою комнату, медленно приближаясь к кровати.       Всякий раз, задумываясь над произошедшим я чувствую нереальную радость, но вместе с тем приходит и страх, ведь это слишком сильная радость для простой симпатии.