Без тебя ненавижу

– Стильно, мистер Малфой, одобряю... Вполне... очень даже достойно представителя столь чистокровного рода. Кровавый Барон грациозно проплыл мимо, откидывая за спину заляпанные серебристой кровью локоны и аккуратно поддерживая под локоток неожиданно миловидную белокурую девушку в длинной мантии. Сама Серая Дама? Неужто? Впрочем... Драко фыркнул и с отвращением промокнул шелковым платком стекающую по подбородку кровь, которая тут же проступила опять. Мордред задери Блейза Забини и весь змеиный факультет с их проделками в полном составе... Нервно поправил свой нелепый плащ в стиле какого-то там магловского легендарного вампира родом аж из Румынии (не к ночи будет помянуто семейство Уизелов), одернул манжеты и постарался не вглядываться в собственное отражение в начищенных по случаю праздника парадных доспехах – тех самых, что столько лет пылились в нишах верхнего коридора, и даже Филчу с его облезлой миссис Норрис до них не было дела. Время Хэллоуинского пира, а за ним – бала, стремительно приближалось. Домовики наверняка перевернули вверх тормашками кухню, стараясь над особыми праздничными блюдами. Большой зал однозначно уже успели украсить громадными, как лесник Хагрид, тыквами и сотнями плывущих над заваленными снедью столами свечей. И тыквенный сок сегодня будет особенно приторным, а пирог и пудинг... даже думать о них не хотелось... – Драко, так и будешь стоять тут, как... как окаменевшая летучая мышь? Ха... Дрей, не злись, ну, пошутили, подумаешь... все хоть какой-то колорит, а то такая бледная моль постоянно... Не злись, после полуночи чары развеются. Получай удовольствие, друг, – Забини, перемотанный какими-то подозрительно ветхими грязно-бурыми бинтами (оживший труп он что ли изображает? Мерлин великий...), весело подмигнул черным глазом из-под повязки и заковылял прочь, приволакивая ногу. Со стороны казалось, будто она выворочена из сустава... Получать удовольствие, как же. Когда обрядили, как скомороха у этих нелюдей... В львятне наверняка ставки сделали на образ, который слизеринский принц изволит явить миру... то есть, ученикам и профессорам Хогвартса только, конечно... А теперь – только позор... несмываемый позор ждет наследника рода Малфоев. Вырядиться упырем, выдуманным презренными маглами... Нет, разумеется, светлая сторона в войне победила, и Волдеморт пал вместе со своими идеями, но все же... Чистота крови и Малфои, репутация... А что подумает герой... Мерзко даже предположить, ч_т_о скажет Золотое трио при виде этого... вот этого... Впрочем, легенда и спаситель всего Волшебного мира, скорее всего, по привычке скривится, будто у него зуб болит, и удерет куда-нибудь поскорее, наверняка тискаться с этой своей... предательницей крови. Настроение, которое и так скатилось куда-то в вонючую задницу горному троллю, стремительно жваркнулось еще ниже, и Драко пожалел, что лучший друг успел благоразумно уковылять куда подальше, а то нарвался бы на проклятие... прямо здесь и сейчас. Может, хотя бы от этого стало легче?.. Додумать Малфой не успел, потому что лохматый придурок в тот же миг практически сшиб его с ног, кубарем скатившись с так некстати повернувшей в этот закуток лестницы. – Смотри, куда пре... придурок шрамоголовый, – закончил по инерции Драко, растерянно уставившись на потрепанную национальную легенду в самом дебильном, кажется, во всем Хогвартсе, гриме. "После тебя, Драко", – услужливо хохотнул внутренний ехидный голос, который слизеринец пинком отправил назад в подсознание. Или как называется то место внутри, где хранятся твои самые мерзкие альтер-эго? – А... Драко, это ты что ли? Прикольный костюм. Поттер поправил очки (все те же уродливо-круглые, как на первом курсе еще), стряхнул с рукавов паутину и, кажется, даже прогнал запутавшегося в шевелюре паука. Драко хмыкнул, представив, как заорал бы сейчас благим матом рыжий Уизел... Но тут же нахмурился и высокомерно задрал подбородок. – Все приличные, цивилизованные маги, Поттер, – напыщенно начал он, но продолжить не получилось, потому что Гарри, совершенно не слушая давнего недруга, как-то очень рассеянно вздохнул, стащил очки и принялся протирать их полой своей черной не то мантии, не то какой-то накидки с придурочным воротником, отороченным алым... Почти, как у... почти... – Поттер, ты что... вампира изображаешь? – Граф Дракула, – кивнул легендарный мальчишка, и растрепанная челка упала на лоб, закрывая не менее легендарный шрам. Вытер что-то пальцами в уголках губ, обреченно глянул на измазанную пунцовым ладонь и как-то доверительно добавил: – обещали, что чары спадут после полуночи, но разве можно им верить, накладывали-то своими силами, без Гермионы... напортачили, скорее всего... – Хочешь сказать, и тебя обставили, как первокурсника неумытого? Злость странным образом куда-то исчезла. Наверное, в тот момент, когда Драко понял, что не его одного друзья развели так легко, особо и не стараясь даже... Или это от того, что они с Поттером сейчас не орали друг на друга, не пытались подраться или поддеть, говорили спокойно, будто друзья. Так, как никогда до... никогда еще... в жизни. – Странно, что и тебя твои в вампира обрядили... Пивз их что ли чем подкупил? Хотя... все равно. Осточертело. – Гар... Поттер, ты чего? Уставился на мальчишку, что, не обращая внимания на пыль, уселся прямо на ступени, даже не думая, что заляпает и безвозвратно испортит свой какой-никакой, но наряд для пира и бала... Хотя, чему удивляться, это же... Поттер. Да и вообще, приди он на бал в наволочке, как домовик, и это сочтут новой магической модой. – Устал, Драко. Так сильно устал делать все, что другие от меня ожидают. Рон вон и Молли с Артуром... вцепились, как мантикора в ногу, и ждут, что со дня на день Джин кольцо притащу. А думаешь, хоть раз спросили, чего хочет сам Гарри? Может, ему нравится кто-то другой? Они же ни разу и не задумались о том, что лучше именно для меня, Малфой. Будто я обязан жить так, как они считают нормальным и единственно правильным. – Др...ругой? – ошарашенный какой-то надрывной тирадой героя, Драко выловил в общем вале информации одно только слово, за которое зацепился рассудок. – Не другая? – И что теперь, Малфой? Проклянешь? Высмеешь перед всеми? К Скитер в "Пророк" поспешишь? Герой Второй магической – по мальчикам. Наследие великого Дамблдора... Как тебе, Драко, такой заголовок? Достаточно громко? Дарю... Махнул устало рукой и завозился в складках кармана, выудил эти вонючие магловские палочки, прикурил не пойми от чего. А Драко почему-то даже обидеться не успел, потому что Поттер говорил и говорил. Так, будто его прорвало, словно вскрылся давний нарыв, выпуская наружу всю боль, точно гной. – Я так устал, Малфой. Воевал за них, умирать ведь шел, и не раз... А в итоге? Думаешь, хоть один из них вспомнил, какой сегодня день? Нет, Хэллоуин, конечно, и праздник, но... – Годрикова впадина, – пробормотал вдруг Малфой. – Твои родители... в этот день. Все же знают. – Только помнить предпочитают хорошее, знаешь ли. Кому какая разница, столько лет уж прошло... Сжал благодарно холодные пальцы Малфоя и расстроенно замолчал, никак не реагируя на присевшего на соседней ступени "вампира", на тихое дыхание у щеки, на светлую прядь, щекочущую висок. – Мне жаль, Поттер. На самом деле жаль, что все это... у тебя ведь должна была быть совсем другая жизнь. Если бы не Лор... если бы не Волдеморт... "Мы могли бы подружиться в самом начале, если бы не война, не ПСы, не ненужное по-сути никому, кроме красноглазого садиста, противостояние", – подумали вдруг оба, но ни один не озвучил то, что было ясно без слов. Всегда, наверное, было ясно. – Мы задолжали тебе, Поттер. Без дураков. И меньше всего сейчас ты должен делать что-то из того, чего ты не хочешь. Только потому, что этого ждут или считают правильным. Бред все это... – Кто бы подумал, правда, Малфой? Гарри вдруг хохотнул и зачем-то закатал рукава, щелчком отшвырнул магловскую вонючую гадость. – Кто бы подумал, что в конце концов, мы придем к этому, правда? И, хмыкнув в ответ на так нелепо вздернутые на вампирском лице брови, прижался губами к холодным, измазанным наколдованной кровью губам. "Думал, я думал об этом прорву раз и ненавидел за это, мордредов Поттер, мальчик-герой", – мог бы прошипеть Драко в лицо уже давно не врага. Он мог бы, если бы не был так занят, отвечая на поцелуй.