Вот так дуэт

Не то чтобы Гермиона влюбилась в Малфоя или они стали друзьями, но из-за его постоянного присутствия в жизни девушки Драко стал важным компонентом будней Гермионы. Она виделась с ним чуть ли не так же часто, как с Роном и Гарри. К реакции «надо срочно рассказать Рону и Гарри» на какую-либо новость добавилось еще и раздражающее «интересно, а придурок Малфой уже знает?». Это было странное чувство. Новое для Гермионы. И она не знала, что с ним делать. Девушка вовсе не была другом Малфою, она не испытывала к нему теплых чувств, но чем тогда были их отношения?.. Гарри и Рон все еще дописывали тест, а Гермионе приходилось ждать их возле кабинета в коридоре. Рядом стояла Лаванда Браун и без умолку трещала о любимых пирожках Рона. Гермионе было настолько скучно, что она даже подумывала попроситься обратно в кабинет, соврав Макгонагалл, что забыла ответить на один вопрос в тесте. Но вдруг Лаванда замолчала и, легонько ткнув Гермиону в бок локтем, указала ей на другой конец коридора. Оттуда, лениво рассевшись на подоконнике, на нее взирал Малфой. — Чего это он? — шепотом спросила Лаванда Браун, а Гермиона за секунду попыталась решить для себя, которое из двух зол меньшее. Посчитав, что это все же Малфой, она поспешила ретироваться. — Ой, — наигранно протянула она. — Я совсем забыла, что должна была передать ему послание от Снейпа. Он меня, наверно, сейчас прикончит. Мне нужно бежать. И Гермиона поспешила к Малфою. — Грейнджер, — кашлянул тот, — не хочу показаться грубым, но тебя сюда никто не звал. Но Драко все же подвинул свои книги, освобождая место для Гермионы. — А я вовсе и не ради приятного общения с тобой сюда пришла, — закатила глаза девушка. — Это все Браун. Терпеть ее уже не могу. Ну неужели так сложно быть нормальным человеком? — Вот-вот, — усмехнулся Драко, — нечто подобное у меня к Уизли. Есть простой способ предотвратить общение с такими людьми. Говорить им правду. Это очень просто, поверь. Давай, повторяй за мной: «Уизли, ты слизняк». — Рон не слизняк, — улыбнулась Гермиона. — Ты ведь его даже не знаешь. — А зачем рисковать? — всплеснул руками Драко. — Вот дашь слабину один раз — и уже приходится терпеть таких, как эта Лаванда Браун. — Да ты философ, Малфой, — рассмеялась Гермиона, ставя сумку на подоконник рядом с собой. Каждый раз, когда Гермиона улыбалась или смеялась над его шутками (что было крайне редко), в животе у Малфоя с цепи срывался табун гиппогрифов. Они скакали, хлопали крыльями и клевали друг друга за бока. — Ну что же… — кашлянул он, пытаясь привести мысли в порядок. — Что ты думаешь о Турнире? Скоро огласят участников, все только об этом и болтают. — Меня это не особенно интересует, — пожала плечами Гермиона. — Я не фанат таких мероприятий. — Вот как? — приподнял бровь Малфой, будто бы думая о чем-то своем. — А ты, Малфой, не хотел бы поучаствовать в Турнире? — испытывающее посмотрела на Драко Гермиона. Сама Гермиона никогда бы не стала участвовать в подобном действе. Неоправданный риск никогда ее не прельщал. Она не понимала, зачем идти на такие безрассудства и подвергать себя опасности, если это только игра. От этого не зависит чья-то жизнь. А значит, это бессмысленно для Гермионы. Но она была более чем уверена, что Малфой был в числе обожателей Турнира. Поклонником опасных игр. — Вот еще, — закатил глаза Драко. — Пусть в этом участвуют такие псевдогерои, как твой дружок Поттер. Для меня же в этом нет никакого смысла. — А как же то, ради чего туда идет большинство? — хитро улыбнулась Гермиона, которая была слегка удивлена нестандартной реакцией Малфоя. — Например? — насмешливо протянул тот. — Всеобщая любовь, уважение, трофеи, — принялась перечислять Гермиона, хотя вовсе и не думала защищать Турнир. Ей хотелось докопаться до истинных взглядов Малфоя. — Все это можно получить и не участвуя в дурацких турнирах, — усмехнулся Драко. — Только не говори, что ты бы хотела во всем этом участвовать. Малфой говорил так уверенно, что складывалось впечатление, будто он знает Гермиону, как свои пять пальцев. — Я? — протянула Гермиона. — Нет, конечно. Но, признаться честно, я думала, что ты будешь одним из обожателей Турнира. — С чего бы? — приподнял бровь Малфой. — Я всегда был по типу характера созидателем, а не героем, рвущимся в бой. Пусть это делают всякие Поттеры. В конце концов, именно такие как я будут на вершине. — Не говори так уверенно, Малфой, — сощурила глаза Гермиона. — Ты не знаешь, что будет дальше и кто в итоге сыграет главную роль. — Ты меня заболтала, Грейнджер, — покачал головой Малфой, будто бы стряхивая остатки какого-то сна. — Пора идти на обед. Он поднялся с подоконника и, собрав свои вещи, медленно прошел дальше по коридору. Гермиона бросила грустный взгляд на двери кабинета, откуда все еще не появлялись Гарри и Рон и где все еще ошивалась Лаванда Браун, уже успевшая завести новую беседу с Джинни Уизли. — Ты не идешь? — послышался равнодушный голос Драко, который выжидающе смотрел на Гермиону своими ледяными глазами. Гермиона удивилась, что он ждет ее, но виду решила не подавать. — И ты что же, — хитро прищурилась она, — не боишься, что тебя увидят с грязнокровкой Грейнджер? — Ты сейчас доумничаешься, — фыркнул Драко. — В этой школе нет людей, мнение которых меня бы интересовало. Тем более не за стол же слизеринцев я тебя собираюсь сажать. Будешь есть за своим нищенским гриффиндорским. Никуда не денешься. Драко и Гермиона шли рядом. Шли вместе по Хогвартсу и делали это в дневное время суток. Это было так глупо и необычно. А если кто-то подумает, что они друзья? — А я все думала, куда это подевалась твоя надменность, — проворчала Гермиона. — Ах, вот же она! Тут, как и всегда, на месте. — Не стоит в ней сомневаться, — усмехнулся Драко. — Она еще ни разу меня не подводила.

***

— Расскажи мне о Гермионе. Малфой разинул рот, изумленно пялясь на Крама, который не сводил взгляда со стола гриффиндорцев уже несколько минут. — Рассказать… тебе про Грейнджер? Про эту грязнокровку? — Малфой чувствовал какое-то неприятное покалывание у себя в груди. — Но зачем? — Вы ведь вместе ходите на зельеваренье, — игнорируя последнюю фразу Малфоя, проговорил Крам. — Ты, наверно, неплохо ее знаешь? — Но это же Грейнджер… — покачал головой Малфой, не понимая, с чего вдруг Краму задавать такие вопросы. — Да что ты, — закатил глаза тот. — Ладно, — недовольно пробурчал Малфой. — Она очень умная. Невероятно умная. Просто жуткая зазнайка. Она общается с этим Поттером. Ну, ты знаешь, лицо со шрамом. И с Уизли. Их семейку ты уж точно видел, они как тараканы. Куда ни глянь — везде их рыжие макушки. Неотесанные, рыжие, наглые… — А с Гермионой-то что? — Она тоже недалеко ушла. Везде пытается впихнуть свой нос, вечно впутывается в какие-то передряги со своими дружками, полжизни провела в библиотеке. В общем, странная она. На втором курсе целых два раза попадала в Больничное крыло. Сначала она превратилась в женщину-кошку из-за Оборотного зелья, а потом на нее напал Василиск. В общем, заняться этой троице явно нечем. А в том году ни с того ни с сего нос мне разбила, между прочим. — А мне кто-то говорил, что они уже несколько раз спасли Хогвартс от Того-Чье-Имя-Нельзя-Произносить, — нахмурился Крам. — Да при чем тут это, — махнул рукой Драко. — Похоже, она именно такая, какой мне ее описывали, — усмехнулся Крам. — Умная, смелая, сильная… — Ты вообще слышал, что я тебе тут говорил? — воскликнул Малфой. Крам словно игнорировал реплики Драко. Освещенный свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора. Рон и Гарри уже дописали тест и присоединились к Гермионе за гриффиндорским столом. Скоро должны были огласить участников Турнира. Все вокруг ерзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит трапезу? Кто будет Тремя Волшебниками? Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Дамблдор поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессор Каркаров и мадам Максим замерли в напряженном ожидании. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дамблдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. — Осталась одна секунда, — сказал Ли Джордан. Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Зал замер…

***

После того злополучного вечера прошла неделя. Рон и Гарри снова рассорились. Что уж говорить, Рон был ослеплен завистью и не верил, что Гарри не бросал свое имя в Кубок и вовсе не собирался становиться одним из участников Турнира Трех Волшебников. Но делать было нечего. Гарри им стал, хоть и совершенно не понимал, как это произошло. В шоке были все. Гермиона даже помнила, как непроизвольно устремила взгляд на стол слизеринцев, выискивая глазами Малфоя, когда прозвучало имя Гарри. По глазам Малфоя и Крама было совершенно ясно: в ближайшее время Поттеру лучше из комнаты не выходить. Но и за столом Гриффиндора настроения были не радостнее. Даже лучший друг Гарри Рон смотрел на приятеля так, будто собирался задушить во сне подушкой. С этого дня Гермиона возненавидела Турнир еще сильнее. Их с Гарри и Роном ждал очередной неспокойный год в Хогвартсе.