Цена

      Ни звука. Ни шороха. Люди вокруг бредут словно в замедленной съёмке немого кино, будто тени самих себя, серые и невзрачные. Лампы то гаснут, то загораются, они даже не щёлкают, настолько тихо. По полу клубится туман. Леденящий мороз пробирается плоть. Но никто этого не видит, будто все сговорились игнорировать эти странности. Все как ни в чём не бывало неспешно шагают по коридорам больницы. Никто не замечает. Никто кроме них.       — Что происходит? — голова у Лидии начинает раскалываться от тишины. Её, нет, их всех давит безмолвие.       Они оглядываются, стараясь понять откуда ждать опасности, ведь это не может происходить просто так. Лидию и Мелиссу оттесняют назад, закрывая собой, стараясь в случае опасности уберечь их.       Раздаётся треск.       И все как один в полной боевой готовности поворачиваются на источник шума к лифту.       Стилински и Арджент медленно подходят к нему, в вытянутых руках держа пистолеты. Раздаётся щелчок, говорящий о прибытии лифта. Напряжение нарастает, когда двери медленно, самопроизвольно открываются. Но там никого не оказывается.       И они практически выдыхают, когда черта нормальности и спокойствия разрушается до основания. Лампочки в лифте резко взрываются. Все слышат, как лопается трос. Это оглушает даже больше, чем с шумом падающий лифт.       Дверцы со щелчком смыкаются. И никто не может отвести от них ошарашенного взгляда.       Ноа, минуя ступор, оборачивается, он должен контролировать себя, он несёт ответственность за окружающих. Но посмотрев по сторонам, шериф понимает, что падение лифта видели только они. Наверное, никто кроме них и не предал значения, пролетевшей вниз и разбившийся несколькими этажами ниже, железной коробке. Никто не обратил внимания. Никто. И это заставляло землю уходить из-под ног.       — Шериф, Арджент, отойдите оттуда подальше, — беспокойно проговаривает Талия. Её глаза уже пылают ярко-красным, а сама она обращена в слух. И то, что она слышит ей совершенно не нравится.       Стенки дверей, с той стороны, царапаются, режа слух. Скрежетание метала доставляет почти физическую боль.       Это как бы стучит изнутри, пробуя насколько вынослив мешающий материал.       Чьи-то когти врезаются в железо, оставляя следы, но не прорези. И это паршиво, потому что и так видно, как они могут с лёгкостью прорезать и без того тонкие стенки. Но от чего-то Это пытается отпереть створки дверей.       Показываются острые когти перетекающие в чересчур длинные и абсолютно белые склизские пальцы.       Свет снова гаснет.       Банши хочется кричать. Она буквально чувствует дыхание смерти на затылке. Губы девушки подрагивают, и она жмурится, жмурится так сильно, чтобы забыть, как только что упал чёртов лифт, как что-то особо опасное лезет к ним. Это заставляло трепетать от ужаса, хотя она и видела вещи гораздо страшнее, и этот опыт был построен по большей части на нахождение трупов и бывшем парне, что оказался канимой. То, что было за железными и как никогда хрупкими дверьми настолько устрашало, что все звуки и голоса в её голове сливались в вой. Девушка слышит рядом рык оборотней, видит как они передёрнув плечами обращаются, но она знает, что они едва ли справятся с Этим. Ей нашептывают, что им не выжить.       В коридорах выбивает несколько ламп. Лидия закрывает уши, шум дезориентирует.       А в шахте раздаётся клацанье зубов.       Но люди, те которые ничего этого не замечают, бьются плечами друг о друга, проходя мимо.       Лидия падает на колени, тело пробивает дрожь, и она не чувствует кончики пальцев. Она не мигающим взглядом смотрит на дверцы лифта. Видит, как там во мраке шахты мелькают чьи-то холодные светящиеся фиолетовые радужки глаз. И когда она насчитывает их четыре штуки, смаргивает. Её грудь тяжело вздымается. Импульсы внутри неё нарастают. Она набирает воздух, чтобы закричать, но...       Кто-то, расталкивая окружающих, пробегает мимо, создавая лёгкий ветерок.       Совсем близко, чтобы Лидия смогла уловить что-то знакомое в запахе и образе. Слишком быстро чтобы она могла ухватиться за мимолётное воспоминание.       Она завороженно смотрит на юношескую напряжённую спину, и как человек стремительно подбегает к дверцам лифта. И не сразу осознаёт всю глубину опасности, которой Он, этот незнакомец, подвергает себя. Совсем неожиданно Лидия видит в его руках огнетушитель.       Всё становится слишком сюрреалистично, когда этот парень несколько раз прицельно бьёт огнетушителем по бледным пальцам чудовища. Хватка существа ослабляется. Но Это, оставляя вмятины, тут же наваливается на двери с новой силой. И тогда на это существо обрушивается напор пены, сбивая с толку. Кажется Это скользит, ударяясь изнутри об стены шахты, вниз.       Огнетушитель валится из рук, и звук отрезвляет всех.       Мальчишка тяжело и хрипло дышит, сгибается будто от тяжести собственного веса, комкая рубашку на груди. Неверяще смотрит на свои ладони, устало проводит пятернёй по лицу и тёмно-каштановым, торчащим в разные стороны, волосам.       Парень оборачивается. Его беспокойный взгляд медово-карих глаз метается от одного человеческого лица к другому.       В глубине шахты лифта слышится злое шипение, а за тем скрежетание металла. И с каждым мгновение звуки становятся громче, оповещая о приближении существа.       Юноша с мгновение пялится на закрытые двери, и круто поворачивается на босых пятках.       — Нужно уходить, — сипит парень.       — Ты... — Кристофер направляет пистолет на юношу.       — Арджент, — просит шериф, оборонительно вскидывая руку.       — Сейчас не время, — твёрдо произносит мальчишка и разводит руками, показывая на лифт.       Звуки становятся отчётливее.       — О, Боже, да бежим же уже, — восклицает парень, подталкивая шерифа к остальным. И тот неуверенно смотрит в мучительно знакомые черты лица. Но не желая страдать ещё больше, оглядывается по сторонам. — Это не тронет других людей.       — Если так, — медленно произносит шериф, — то стоит поскорее убраться. Что бы это ни было, кажется, Оно настроено недружелюбно.       — Мы не знаем можно ли ему верить, — упрямится Кристофер.       — У нас не так много времени для рассуждений, — замечает Талия.       Скрежет метала разрывает слух.       — Видимо, Это решило, что двери ни к чему, — пятится парень, — так что поторопимся.       На железе остаются следы от когтей. Это яростно бьёт по дверям, желая стереть препятствие с лица земли.       Лидия не шевелится, она всё ещё отрешённо сидит на полу. В голове снова поднимается шум. Если она закричит, то это даст им время...       — Не сейчас, — отдалённо слышит она молящий тон.       Несколько раз моргнув, Лидия фокусируется на лице парня, усыпанном родниками.       Когда он успел к ней подбежать? И как долго она была в трансе?       — Пожалуйста, — он встряхивает её за плечи, — если ты закричишь, то сделаешь его только сильнее, — в его глазах столько муки, что она не может долго смотреть в них. Парень рывком поднимает её на ноги. И в голове девушки промелькает мысль, что он достаточно силён для такого, с первого взгляда, хрупкого телосложения у мужчины, пусть и юного.       Он берёт руку Лидии в свою, крепко сжимая, и быстрым шагом ведёт за собой.       Они бегут по коридору. И добираются к лестнице как раз, когда двери лифта срывают окончательно и существо уже ничего не сдерживает.       Не давая возможности скрыться, Это следует по пятам.       Ступени сменяются лабиринтами коридоров, но нигде нет спасения.       Множество дверей, людей, что мешают, и всё приближающаяся опасность.       В конечном итоге, они врываются в одно из помещений.       — Морг! — обречённо выдыхает юноша, отрывая ладонь от Лидии, которой кажется, что в это мгновение её лишили чего-то важного. — Чёрт, серьёзно! — парень обессиленно облокачивается о стену, одновременно стараясь не потерять сознание, — у кого-нибудь есть пепел рябины? Конечно нет. Кто носит с собой пепел рябины?       — Я, — все оборачиваются к Кристоферу, — я ношу с собой пепел рябины, — Арджент достаёт из кармана куртки бутылёк и быстро рассыпает дорожку пепла у стен помещения.       — Оно же не пройдёт через пепел? — неуверенно тянет Девкалион, — не то чтобы я сомневался в древних законах.       — Будем надеяться, — отвечает охотник.       — Пап, — тихо зовёт Эллисон, — я, конечно, знаю, что ты готов ко всему, но раньше не замечала, чтобы ты носил с собой пепел рябины.       — Питер, — мужчина многозначительно смотрит на дочь, и та понимающе кивает.       Да, когда оборотень слетает с катушек его убивают, но он, к сожалению, являлся братом Альфы, которая предпочитала, чтобы все члены её семьи были живы. И Питер отделался заключением в Доме Айкена. После того, что произошло стоило быть готовым ко многому.       Лора проводит по плечу матери, замечая печальный взгляд в сторону Арджентов.       — Я виновата, — скрепя сердце, произносит Альфа.       — Ну, что ты, нет, конечно. Питер просто обезумел. Это не твоя вина.       — Конечно нет. Может Питер и псих, — холодно произносит Дерек, не отрывая зелёных глаз от охотников, — но он тот, кто не дал Кейт творить свой самосуд.       — Что ты имеешь в виду? — жёстко спрашивает Крис.       — То, что ваша безумная сестра пыталась сжечь мою семью, вопреки всем договорённостям, вашему кодексу и хоть каким-то моральным понятиям.       — И сейчас она платит за это в Доме Эха в отличие от Питера, — вступается Эллисон.       — Он хотел уберечь...       — Ты и сам в это не веришь, — прерывает Дерека Крис, — он и вас чуть не убил. Да, Кейт пошла против Кодекса. Но всё то, что она пыталась сделать, было поводом для Питера, а он лишь подлый завистник.       — Вы оба правы, — Талия встаёт между, кипящими гневом, сыном и охотниками, — пожалуйста, — женщина обводит их взглядом, — остыньте.       Крис и Дерек, отводя взгляды, кивают.       — Там ничего не происходит, — шериф подходит к двери из морга, всматриваясь в происходящие через маленькие окошки, — тихо.       — Слишком тихо, — предостерегает Скотт.       — Да, но, что это было? Кто-нибудь может мне объяснить? — шериф ищет глазами ответа у присутствующих.       — В Бестиарии на этот счёт ничего не упоминается, — сообщает Арджент.       — И мы такого никогда не встречали, — встречаясь глазами с Девкалионом, заявляет Талия.       Шериф глубоко вдыхает и переводит взгляд на сидящего на полу парня в потрёпанных джинсах и помятой рубашке, застёгнутой кое-как в спешке. Не то чтобы он боялся юнца, но даже взгляд на него причинял боль. Это была не жалость, нет, это было что-то неуловимое, в самих чертах лица, цвете глаз, знакомое, родное, далёкое. То, что заставляло вспоминать о жене, мыслями возвращаться к ней. Клаудия. И этот мальчик. Они чем-то...       Шериф устало потирает висок.       — Бред, — одними губами произносит Стилински. Потому что этого никак не может быть.       Юноша же сидит, прислонившись к стене, и, вроде не замечая никого, пересчитывает вот уже в пятый раз пальцы, дабы точно удостовериться, что он не спит, что он здесь из плоти и крови, жив.       — Кто ты? — без лишних предисловий спрашивает Дерек.       — Человек, — смешок непроизвольно вырывается из уст парня.       — Серьёзно, — не без иронии чеканит Дерек.       — Как... как тебя зовут? — в предчувствии чего-то Ноа Стилински сжимает кулаки, так и замерев. Как будто ответ на этот вопрос всё решит. Как если бы имя было знаком, ответом.       Парень снизу вверх пронзительно смотрит в глаза шерифа.       Клаудия порой тоже смотрела так.       И на мгновение шериф Стилински чувствует, как сердце падает. Но юноша отворачивается.       — Стайлз, — отвечает он стене. И его глаза стекленеют.       Шериф на мгновение перестаёт дышать. «Стайлз? Это прозвище, точно не имя и, ох... Чистое совпадение» — уверяет себя Ноа. Но что-то в груди щимит, подсказывая, что нет.       — Что такое «Стайлз»? — пренебрежительно кидает Лидия.       Стайлз не осмеливается поднять на неё глаз.       — Я Стайлз, — парень указывает пальцем на своё лицо.       Хейл насмешливо фыркает.       — Это что, имя? — удивляется Дерек.       — Да, ну, не совсем, то есть, конечно, мне больше нравится, чтобы меня так называли, в смысле все и так меня называют Стайлз, и... — быстро тараторит парень, но потом вертит головой, чтобы совсем не запутаться в своих рассуждениях, — в общем, зовите меня Стайлз.       — Хорошо, Стайлз, — иронично тянет Дерек, — а теперь скажи, что это было за существо. Почему Оно охотится за нами?       — Эм, я не знаю, — он пожимает плечами.       Дерек сумрачно буравит «если ты сейчас не сознаешься, тебе крышка» Стайлза взглядом.       — Я правда не знаю, что Это за существо.       Запах подсказывает оборотням, что мальчишка не лжёт. И кое-кого это бесит.       — Мы не можем торчать здесь вечно, — Дерек направляется к двери.       — О-о, нет! — подрывается на ноги Стайлз. И выглядит весьма удивлённым от того, что сам не ожидал, что вообще сможет встать, — ты же не думаешь, что у тебя есть шанс одолеть Его!? — он подлетает к двери, преграждая путь, размахивает руками и не даёт пройти, — пусть у тебя клыки и когти, но... Ох...       Стайлз не успевает закончить, так как его больно припечатывают к стене, держа за ворот рубашки.       — Мгх, полегче, — хрипит юноша, — я не обладаю функцией мгновенной регенерации, как некоторые.       — Дерек, не надо, — просит Скотт, но остаётся не услышанным.       — Хейл, — у шерифа будто выбивает воздух из груди.       — Откуда ты знаешь? — глухо рычит Хейл.       — О чём? — ударяется в непонимание Стайлз.       Дерек обнажает острые клыки. И Стайлз не может оторвать от них взгляд, так как довольно часто слышал угрозы о разрыве горла зубами. А сейчас эти острейшие клыки в опасной близости от его беззащитной кожи. И не то чтобы он боялся. Нет, вовсе нет. Но жить хочется, а без горла это проблематично.       — Ах, ты об этом? — ёрзает на месте Стайлз, бесполезно пытаясь ослабить стальную хватку оборотня. Дерек предупреждающие скалится. И тут глаза Хейла могли бы угрожающе вспыхнуть стальным голубым, но они горят совершенно другим огненно-золотым цветом, что заставляет Стайлза удивится так, что брови лезут на лоб. Стилински хватает выдержки не хмыкнуть насмешливо.       — Что? — выплёвывает Хейл, встряхнув Стайлза.       Хотя нет, выдержка, видимо, всё же подводит. Стайлз сетует на свою гиперактивность и не способность контролировать мимику лица.       — Ничего. Чувак, ты не мог бы отпустить, — Стайлз болезненно морщится.       Дерек чувствует на своём плече руку. И поворачиваясь, видит шерифа, а рядом обеспокоенного и серьёзно настроенного МакКолла.       — Отпусти же его, — просит брата старшая сестра.       — Не мешай, Лора! — огрызается Дерек. — Как только мы оказались здесь, он сразу упомянул пепел рябины. Откуда он знает?       — Ох, Боже! — Стайлз во все глаза таращится на Хейл, — ты Л-лора!?       — Мы знакомы? — девушка вздёргивает бровь.       Стайлзу она напоминает Кору. Чертами лица и цветом волос, но глаза, зелёные, как у брата.       И теперь Стайлз видит семейное сходство.       — Н-нет? — неуверенно произносит Стайлз.       — Точно? — вкрадчиво спрашивает девушка, подходя ближе. Она прислушивается к биению его сердца, химическим сигналам его тела. И он об этом знает. Он не может лгать.       — Точно, — и он не лжёт. Ведь они не были знакомы. Конечно, не беря в расчёт то, что он видел её труп, или часть.       Остекленевшие, широко открытые глаза. Спутанные тёмные, грязные, все в частичках земли, волосы. Бледная фарфоровая кожа. И кровь. Часть тела лежит бездыханной грудой в холодной земле.       Дерек, неверяще, щурится. Он не помнит, когда в последний раз не доверял инстинктам. И было ли такое когда-либо? Да, этот парень не врал. Но определённо чего-то не договаривал. Была в его словах недосказанность. И поэтому хотелось хорошенько приложить парнишку об стену.       — Либо ты заговоришь, либо я вырву твоё горло...       — Зубами? — закатывает глаза Стайлз, потому что слышал это слишком часто, потому что это уже будничная угроза, не доходящая до дела.       Дерек на секунду удивлённо вскидывает брови, но потом его лицо снова приобретает резкость.       — Ты...       — Дерек, — спокойно говорит Талия, — не стоит применять грубую силу. Всегда можно договориться. Так ведь, Стайлз? — она вопросительно смотрит на парня, и тот кивает.       Дерек разжимает пальцы на рубашке Стайлза, смотрит также мрачно, но отходит. Старается успокоиться, поэтому медленно втягивает воздух через зубы.       — Да, мама.       И тут Стайлза снова прошибает.       — Мама! В-вы мама?! — вскрикнув, удивился Стайлз, указывая на Талию Хейл, — ох, Господи!       Это было слишком. Конечно, было круто, что они живы, но это явно переваливало (запредельно) за планку происходящего на этот день, хотя он недавно вернулся с того света.       Повисло молчание, пока парень беззвучно глотал воздух словно рыба и перемещал широко распахнутые глаза с Дерека на Талию и Лору.       Дерек, косясь исподлобья, даже жалел, что отпустил. Раздражение на мальчишку не угасло, а даже возросло.       — Оу, — Стайлз стушевался, заметив, все обращённые и крайне удивлённые взгляды, — я имел ввиду, что вы, эм, очень молодо выглядите для матери, да. Я это хотел сказать, — он откашлялся.       Талия смиряет Стайлза внимательным взглядом.       — Полагаю, Стайлз посвящён в маленькую тайну сверхъестественного в этом мире, — смеётся Скотт, стараясь разбавить гнетущее молчание.       — Да, — вымученно улыбается тот, когда ему совершенно не до смеха. И Скотт по-дружески хлопает его по плечу. А Стайлз, кажется, сейчас лопнет от напряжения, однако продолжает улыбаться, но как-то надтреснуто.       — Так ты точно не знаешь, что то за существо? — уточняет Талия.       — Нет, — Стайлз резко поворачивается к Талии, — на самом деле я думал, что просто не нравлюсь ему, поэтому он хотел меня сожрать. Но видимо ему и другие не по душе, — произносит он, косясь на дверь.       — Сынок, — обращается к юноше шериф. И Стайлз чувствует как всё внутри холодеет, трещит по швам, — когда ты сказал, что Оно не тронет других людей, ты солгал?       — Ну-у, не то чтобы... — Стайлз растирает шею. Ноа недоверчиво сдвигает брови на это невразумительное мычание.       — Обманул, — настаивает шериф.       — Скорее предположил, что, быть может, то существо не навредит... — Стайлз снова кидает взгляд на Ноа. — Нам нужно было уходить, — не выдерживает он, — Это охотилось за тобой... за нами всеми.       — Могу заметить, — встревает Девкалион, — что молодой человек не ошибся. Этому существу нужны были мы.       — Зачем? — резонно замечает Крис.       — Ты сказал... — начинает Лидия и Стайлз замирает, не в силах повернуться, — что если я закричу, то сделаю его сильнее. Почему?       — Ты ведь банши, — говорит Стайлз пространству рядом с головой Лидии. — Я хочу сказать, что помню как Это там питалось разными сверхъестественными существами. Они, вроде как, придавали Этому сил. Я почти на сто процентов уверен, что крик банши сделал бы его сильнее. А затем Оно беспрепятственно добралось бы до нас. И тогда всё.       — Там? — произносит девушка, и Стайлз упирается в неё рассеянным взглядом. Лидия считает это своей победой.       — Да. Я точно не знаю, где мы были, честно говоря плохо помню, что было после... — парень замирает, припоминая жертвоприношение. Его желудок скручивается в тугой узел. А что если?..       — Стайлз? — он слышит чьи-то голоса, но картинка перед глазами плывёт. Ему сейчас только панической атаки не хватало. Нужно замедлить дыхание. Подумать о чём-то другом. Но сосредоточиться так и не получается. В голове загорается и быстро меркнет мысль, что вряд ли Лидия его снова поцелует. У Стайлза вырывается нервный смешок. Лидия его даже не знает! Никто его не знает! Он чужак, обнаруженный посреди леса.       На некоторое время Стайлз совсем дезориентируется, выпадая из времени.       Младший Стилински находит себя сидящим на полу, с причитающей рядом Мелиссой МакКолл и взволнованным отцом.       — Ты совсем холодный, Стайлз, — говорит женщина, сидя рядом и растирая его руки, — на тебе даже нет обуви, удивительно, как ты не поранился об осколки, — ужасается она.       — Не было времени обуваться, — хрипит Стайлз, замечая, немного поодаль сидящую на коленях, взволнованную Лидию, которая не осмеливается ни прикоснуться, ни подойти ближе.       — Ты как? — Стайлз вздёргивает голову на вопрос, и видит Скотта. Но жмурится и быстро смотрит в сторону, иначе нового криза не избежать.       — Нормально, — врёт он. И Стайлз останавливает Мелиссу, — правда.       — Ладно, — соглашается женщина, вставая.       — Я не помню, где мы были, — Стайлз тоже встаёт, но пошатывается. — Как будто кто-то изрезал воспоминания в клочки. Есть лишь отрывки и, честно говоря, всё так расплывчато, — у него начинает болеть голова. Будто что-то мешает вспомнить.       — А как ты оказался в Бейкон Хиллс? — осторожно спрашивает Талия.       — Я не знаю. Меня не должно здесь быть, — шепчет Стайлз.       — Как думаете, сколько нам здесь ещё сидеть? — интересуется Эллисон и поворачивается к двери, вглядываясь в происходящее за стёклами.       — Думаю до рассвета. Там где мы были было темно, как вечером или ночью, не думаю, что Это привыкнет быстро к свету. Надеюсь. На сколько я понял Оно ещё не на столько сильно.       — А на сколько сильным Оно, по-твоему, может быть? — Скотт снова смотрит на Стайлза, но тот не отвечает. Ведь то, что они услышат не сможет их утешить.

***

      Они тихо идут по коридорам, оборачиваясь и оглядываясь. Всё, кажется, пришло в норму.       Вернулись краски. Больше не было пробирающего холода.       Теперь люди видят их, а так же замечают разбитые лампы, упавший лифт с сорванными и искорёженными дверьми.       — Мелисса, — строго обращается к медсестре доктор.       — Мистер Данбар, что произошло?       — Почему наш безымянный пациент разгуливает по коридорам? — мужчина упирается взглядом в нескладного юношу. — У вас должны сначала взять анализы. А уже потом допрашивать, — доктор холодно смотрит на шерифа, — вы же здесь именно по этой причине?       — Очевидно, — не находит что ещё сказать Ноа.       — В палату, мистер, — доктор Данбар легко подталкивает Стайлза к двери. И наконец спровадив пациента, поворачивается к Мелиссе, — здесь произошло что-то совсем чрезвычайное. Мелисса, пожалуйста, проследите, чтобы пациенты не выходили в коридор, пока мы здесь не уберём. Вы видели лифт? — женщина неопределённо махнула головой, — кажется, тросы не выдержали. Страшно подумать, что было бы окажись внутри люди.       — Да, — сглотнула Мелисса.       — Мы подождём внизу, — сообщила Талия, разворачиваясь к лестнице.       — Зачем? — удивился Дерек.       — Мы не можем оставить Стайлза. Пусть мы не знаем о нём многого, но мы защищаем Бейкон Хиллс, как и Ардженты, — женщина кивает Крису, — и Стайлз сейчас под нашей защитой. Он знает о том существе пусть и немного, но больше нашего. Я хочу ещё с ним поговорить. И нужно посоветоваться с Дитоном.

***

      — Зря мы оставили его одного, нужно было дежурить около входа сюда, — сказала Лора, находясь в дверях палаты Стайлза. — Он исчез.       — Быть не может, — возмутились Лидия, проходя мимо Лоры вглубь комнаты.       — А ты почему до сих пор здесь?       Мартин пробежала взглядом по помещению.       — Я за него в ответе.       — Только потому что ты, банши, нашла его живым?       — Нет. Да. Не знаю, — запуталась Лидия, — всё было гораздо проще, пока твой дядя не укусил меня, — Лидия замирает, — как не скажу, а всё равно звучит странно.       — Да, — тяжело вздыхает Лора, переступая через порог, — тебя он укусил, а меня чуть не убил тогда.       Лидия сочувственно посмотрела на Хейл.       — Тебе он в галлюцинациях не приходил, — Мартин склонила голову в бок.       — Слава Богу, — усмехнулась Лора.       — Что зд... Вот блин, — в дверях появился Скотт. И тоже оглядев помещение, покачал головой. — И где же он?       Лидия покрутилась на месте, не понимая, что упустила. Это было важным и очевидным. Как сам юноша.       — Нужно найти его, — произнёс Скотт. И у него сложилось впечатление, что он говорит это не в первый раз по отношению к Стайлзу. — И не столкнуться с тем существом, — добавил он.       — Отлично, но у нас нет вещей Стайлза для поиска по запаху, в этот раз он обулся. Даже Дерек, чтобы прибить парнишку, не стал бы искать его по обуви.       — Очень смешно, — скрипнул дверью Дерек.       Лора ухмыльнулась.       — Я знала, что ты меня слышишь.       Дерек закатил глаза.       — Что это? — застыла Лидия, смотря на полуприкрытую дверь.       — Это Дерек, мой хмурый брат, общающийся мимикой лица, а преимущественно бровями. Вы же знакомы.       Лидия подавила желание тоже закатить глаза.       — Нет, я имею ввиду дверь.       — А что с ней не так? — осведомился Скотт.       — Закрой её, — попросила Мартин.       Скотт прикрыл дверь, на которой была нацарапана надпись.       — Что ж, весьма устрашающе, — вымолвила Лора.       — «ТЕБЕ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО», трогательно, — холодно пробежал глазами по надписи Дерек.       Лидия подошла к двери с протянутой рукой. Завороженно смотря на надпись, девушка прислушивалась к ощущениям. Дотронувшись до углублений, складывающихся в буквы, Лидия услышала шёпот.       Никто не смел дёрнуться, дабы не помешать банши.       — Я знаю, куда направился Стайлз, — Лидия с воодушевлённым блеском в глазах повернулась к оборотням.