Омерзительная четверка

Неожиданно для всех в Аврорате оказался Снейп, который, оказывается, серьезно воспринял слова о собственной профнепригодности к преподавательской деятельности у несовершеннолетних и сформировал индивидуальный список на ТРИТОНы так, что в него попали ровно все необходимые предметы плюс – зачем-то – прорицания. Билли, Старшой и Рыжий этот предмет почитали едва ли не лженаукой и откровенно неуважали. Северус не спорил, Деб так и вовсе на этот вопрос внимания не обращала, поэтому все порешили, что Принцу в очередной раз вступила в голову какая-то блажь, и вопрос был закрыт. Снейп тем временем стажировался по программе для небоевого звена в отделе криминалистического анализа зелий и составляющих. Впрочем, слово «стажировка» здесь мало подходило: к концу первого месяца его оставили в покое, поняв, что ученого учить – только портить, а к зиме начали в экспериментальном порядке пытаться ввести в серьезную работу. Билли, «летавший» на тренировках как заправский дух и на собственной шкуре познававший весь мрак заполнения официальных бумажек, потребных для задержаний и ведения уголовных дел, завидовал чернейшей завистью. Проще всех со временем было у Рыжего – тот подвизался в аптечном дендрариуме на полунищенском жалованье и честно не планировал расширять свое прикрытие дальше должности старшего помощника младшего смотрителя. Видимо, вся гордыня, отсыпанная остальным, была отсыпана за его, Ричарда Залевски, счет. - Чарити. – Рыжий откинулся на спинку стула и поверх чашки с чаем ткнул в Северуса пальцем. – Все дело в ней. Они же с Сибиллой подруженьки до гроба. Снейп, еще три года назад покрасневший бы на такой выпад на манер гриффиндорского флага, сегодня только обреченно вздохнул. Рыжий, конечно, не так блистал язвительным красноречием, как Билли, но и его заткнуть не представлялось возможным. Это качество Омерзительной Четверки Принц так перенять и не смог: всех их из-за происхождения так долго никто не слушал, что теперь они остановиться уже не могли и слишком хотели сказать все, что хотели сказать. Проще, как уяснил он за семь лет, было не связываться. - Сибилла? – Дебора отвлеклась от зеркальца и вопросительно хлопнула недокрашенными ресницами. – Это кто? - Трелони. Девчонка с Рейва, - пояснил Старшой, знавший всегда все и обо всех. – На три года старше училась, ну совершенно сдвинутая. Задвигает, что наследница Кассандры, пророк от Мерлина и вообще ого-го. - А по факту? - А по факту, - вздохнул Рыжий, - гадает на кофейной гуще и несет чушь. Но ежели эту чушь произнести ангельским голоском мисс Бербидж, да прямо в принцевы уши, то результат оказывается непредсказуемым. - А. – всем своим видом являя отсутствие интереса, Деб пожала плечами. – Ясно. И вернулась к нанесению боевой раскраски. Ближе к полуночи у несуществующего официально треста «Все умрут, а я останусь» были запланированы переговоры, и ввиду состава переговорщиков с той стороны послом доброй воли от Четверки единогласно была избрана Леви. К восемнадцати годам они еще были склонны подозревать себя в бессмертии, но уже догадывались, что базар с оборотнями – не то же, что базар с лютной шушерой, тут надо быть готовыми ко всему и не просто знать сложные боевые заклинания, но и уметь их применять. В принципе, мог бы пойти и Билли – вот только Билли очень смутно представлял себе смысл словосочетания «немного помолчать» и был здоровенным детиной, до сих пор не расстающимся с гриффиндорским шарфом. И уж точно он не умел томно прищуриваться сквозь сигаретный дым, называть кабацких разносчиков «лапочками» и ходить на шпильках. Дебора Леви не была таким мастером ведения переговоров, как Оптимус, зато в совершенстве умела изображать из себя легкую добычу и работала на этот имидж настолько старательно, что о его расхождении с реальностью знали только соучредители треста. Ее трудно было заподозрить как в интеллекте, так и в разборчивости, поэтому обычно она вначале доводила переговоры до абсурда, а затем, пару раз стрельнув глазками и высадив собеседников на оплату дамских коктейлей, нехотя соглашалась с «навязанными» ей условиями сделки. То, что условия эти как правило уже к середине беседы становились такими, какими их спланировал Оптимус, замечали не сразу – если замечали вообще. Впрочем, сегодня она нужна была больше именно для отвода глаз и несерьезного впечатления. Деваться заказчикам и так было некуда: если в плане поставок маггловского алкоголя в обход магических акцизов у треста еще были конкуренты, то составлять наркотические зелья, перешибающие оборотническую стойкость как к токсинам, так и к магии, умел только Снейп. Вся эта затея могла бы стать совершенно неокупаемой, если бы не два «но»: способность Рыжего тырить с работы ровно всякую криво посаженную траву и умение Билли при поддержке Принца подбирать доступные аналоги к экзотическим животным компонентам. Тем не менее заказ был действительно важным, а переговоры – действительно опасными, поэтому до возвращения девушки в комнатке Оптимуса, которую он снимал якобы за счет министерской стипендии, обстановка была весьма нервная. - Напророчь что-нибудь хорошее, а? – Билли на секунду перестал обгрызать ногти и уставился на Снейпа. – Зря, что ли, в Хогвартсе учился? - Я уже устал тебе объяснять, что «выучить» пророческий дар – невозможно. – Северус раздраженно допил в один глоток кофе и сунул под нос Хокинсу чашку с осевшей на стенках гущей. – Тут сейчас, конечно, по меньшей мере четыре паттерна, пригодных к толкованию, и два из них даже складываются в последовательный паттерн, из которого можно выстроить вероятностную линию на ближайшие сутки, но! – он вернул чашку на стол. – Сотри с лица энтузиазм. Кофе пил я, а потому это всего лишь обычные пятна. Чтобы они действительно обрели трактовочный смысл, кофе должен пить прорицатель. Я могу только истолковывать символы, как и всякий, кому сверху не отсыпали дара. - Вот ведь ужас-то! – Рыжий решил присоединиться к обсуждению, чтобы хоть как-то отвлечься. – Прикинь, сколько кофе придется пить несчастному пророку, если он этим денег заработать решит… Ясно, чего их так мало – от таких перспектив кто угодно пойдет хоть полы в Кабаньей Голове мыть. - Ничего подобного. – Оптимус сложил на груди руки и всем стало ясно, что сейчас будет лекция и избежать ее не выйдет. – Мало их потому, что действительно мало. Прорицания, мой дорогой Уильям, не хрен фестралий, пророков на поколение отсыпают пару-тройку штук, и это не на Великобританию даже, а вообще на весь мир. Так что вне зависимости от силы Дара их все равно на части рвут. А даже если свои способности скрыть, то все равно ничем другим заниматься толком не выйдет, разве что дома на шее ближних сидеть. Дар жрет весь отпущенный потенциал. Поэтому если видишь пророка с палочкой – будь уверен, что он ее использует только чтобы солонку на «акцио» призывать или ковырять в носу. – он развел руками. - Именно. – Снейп кивнул. – Ту же Сибиллу взять. Она и прорицатель не самый выдающийся, и чары учила так, что дай Мерлин каждому ее упертости, и все равно – даже до уровня СОВ не дотянула. Жест знает, амплитуду – знает. Все знает. А на выходе – пшик вместо Бомбарды и флагрейт, тающий через пять минут. - А учат-то тогда чему? – изумился Рыжий. – Как делать то, чего ты делать не умеешь? Заочные курсы по плаванью стилем «Баттерфляй» в сливном бачке? - Толкованию, йингелес. Толкованию. Все обернулись мгновенно и даже повыхватывали палочки – к почти бесшумной аппарации Деб привыкнуть было невозможно. Кроха только фыркнула и с видимым наслаждением скинула туфли, модель которых она сама называла не иначе, как «испанским сапожком». - Пророчеств-то за века набралось куда больше, чем есть живых пророков. Да и те в толкованиях сильны не всегда и – недолго… - она вздохнула. - Это еще почему? – удивился Билли. - Б-же, как ты вообще Хогвартс закончил? – поразилась в свою очередь Дебора, скидывая на руки Хокинсу мантию. – У них мозги сворачиваются. Это же Дар. Концентрированная инъекция вселенской магии прямо в сознание. Люди к такому не слишком-то приспособлены. - Пренебречь! – махнул рукой Билли. – Итак, господа, Дебора Леви, осьмнадцать юных лет. Одежда вся на месте, прическа в первозданном состоянии… Деб, неужто и впрямь одними переговорами все закончилось? Если ты сейчас еще скажешь, что по их итогам не идешь завтра на свиданку, я умру на месте. - Умирай. – великодушно разрешила Кроха. – А перед этим перестань путать мою теоретическую «неразборчивость» с пороком инстинкта самосохранения. Это оборотни, умник! Одно неловкое свидание – и вот уже через месяц я определяю, от кого пришел запрос моему начальству при помощи своего ве-ли-ко-леп-но-го нюха. - Вообще-то, - задумчиво произнес Хокинс, - это только если в полнолуние… - Умолкни, а? – Деб рухнула на кровать и задрала ноги на стенку; Рыжий и Северус отвернулись, остальных дебориными ногами было уже не смутить. – В общем, заказ, как и ожидалось, наш. И мне удалось даже повысить твою, Оптимус, цену, на десять процентов. Можете не аплодировать, я и так знаю, что бесподобна. - Бесподобная! – Принц покосился через плечо. – Ляг по-человечески. Или вот даже сядь. Я приличный юноша, аристократический отпрыск и у меня невеста есть. Не вводи во искушение. - И избавь его от лукавых ног своих! – сурово возвестил Хокинс, вешая на задранные ноги Крохи свою мантию. – Так легче, аристократ ты наш? Северус вздохнул и, забрав у Оптимуса составленную еще до переговоров смету, принялся составлять примерный график работы треста на ближайший месяц. Сон в этот график укладывался с превеликим скрипом. - Неве-е-ста… - протянула Деб, выбирая из волос шпильки. – Принц, ты ж вот говорил, что кругом сплошные мрак и страдания и Лили ты во все это втягивать не желаешь. А Чарити, значит, желаешь? Или сам факт времен тебя не слишком беспокоит, а просто у Лили Эванс оценочная стоимость выше? Она же еще Эванс, ведь так? - Деб, - Снейп выглядел ошарашенным. – Тебя какая муха укусила? Покинувшая было комнату нервозность вернулась на свое место, и местом этим было живописное панно, занимавшее всю стену комнаты: на ней Билли и Оптимус с тщанием, указывающим на то, что в обоих погибали небесталанные следователи, собирали общую картину текущих «хреновых времен». Картина состояла из газетных вырезок за три года, копий с незасекреченных документов, найденным Хокинсом у хит-визардов и обрывочных фраз, которые Деб находила в открытой переписке начальства и которые ее смущали. Северус обещал рано или поздно начать добавлять на стену то, что удастся узнать по месту своей стажировки, но Аврорат последний год грешил высшей степенью секретности – его сотрудники зачастую и сами толком не знали, над чем работают. От каждого элемента тянулись к другому множественные разноцветные линии, иногда, для пущей наглядности, подсвеченные магией, и уже сейчас что-то понять во всем этом мог только Оптимус. Остальные довольствовались осознанием того, что складывающаяся ситуация метит на звание «глобальной» и крайне неохотным признанием Северуса, что вот эта шайка-лейка, в которой он номинально состоит и от которой его рвет на родину фонтаном, явно ко всему происходящему прикручена. Если вообще не является основным инициатором печальных событий в виде ночных погромов и агрессивных вылазок волшебников в маггловский сектор. Слово «террор» в обсуждениях очень просилось наружу, но пока никто не рисковал его произнести. - Ладно, - решив, что связываться с уставшей явно до полусмерти Деборой – себе дороже, Принц примирительно поднял руки. – Не кипятись. Просто Чарити я смогу защитить – она и так-то, скорее всего, ни во что не полезет, а если я попрошу – не полезет совершенно точно. С Лили так ни у кого не выйдет. – он помрачнел. – Джеймс, чертов популист… О том, что Поттеру неймется и он по всем углам орет о том, что тьма, видите ли, над Великобританией не просто сгущается, а и вовсе уже сгустилась, знали все. Путь мыслей гриффиндорцев короток – от мозга сразу на язык, а главному Мародеру, по всей видимости, пока еще не приходило в голову, что расклады не похожи на те, в которых берут пленных и размениваются на переговоры. В то время, как и Омерзительная Четверка, и Северус поставили себе целью не вмешиваться в происходящее, пока совсем уж к стенке не припрут – этот явно искал приключений на свою блистательную задницу. Что объяснялось легко: мальчик из золотой семьи явно не знал, что такое законы выживания и не подозревал, насколько гнусной может быть подложка у слова «приключения». А обитатели Лютного эту стажировку начинали проходить еще барахтаясь в застиранных пеленках. - Прости. – Деб вздохнула и все-таки села. – Вымоталась я сегодня. Я не легиллимент, но зуб даю, что эти вот «переговорщики» за время беседы меня в уме минимум раз пять поимели во всех позах. Каждый. – она раздраженно сплюнула. - Звериный оскал подпольной наркоторговли! – с неизменной патетикой воскликнул Билли, но вид стал смущенным и у него. – Деб, ну ты же знаешь, что если кто тебя хоть пальцем без твоего разрешения тронет… - Да знаю я, - устало отмахнулась Леви. – Прискачет моя личная четверка всадников Апокалипсиса и устроит закат сексуального насилия в Лютном переулке вручную. Я просто еще и то знаю, мальчики, что вы можете и не успеть. И что случаются бойцы и получше нас с Билли. Б-г с ним. Принц, лучше вот что мне скажи – как там у тебя все в этом «Клубе без интересов» и не пора ли тебе уже соскакивать? Северус хмыкнул и почесал в затылке. - А он уже не «без интересов». Они себя официально называют «Пожирателями Смерти». Учись пафосу, Билли, тебе до таких высот – как ползком на Башню Гриффиндора. – он поднялся и принялся ходить из угла в угол. – Пока соскакивать не буду, я все еще почти ничего не знаю и меня это раздражает. Впрочем, если учесть, что последнее время я им регулярно варю зелья, назначение которых мне не нравится от слова «совсем», возможно, скоро меня все-таки отправят на повышение. Хоть фамилий больше узнаю, и то хлеб. - Ты, главное, время-то не упусти. – Оптимус был серьезен. – А то после некоторых границ обратного хода нет. Разве что вперед ногами. - Нам это нужно. – коротко проинформировал Снейп. – Они в сторону криминала глядят с неподдельным интересом. Не хватало только нам всем попасть им на карандаш… Кстати, тобой, Ланкастер, уже интересуются. - Чего-о-о? – Старшой сделал большие глаза. – С какого перепугу? Я скромный министерский стажер, я кофе разношу по кабинетам и целую жопки дипмиссиям! - Ты первый чистокровный в роду. – пожал плечами Снейп. – Этого следовало ожидать. Так что пошла, похоже, разнарядка на то, чтобы пощупать тебя и оценить длину твоего эго в дюймах. Так что ужмись, Старшой. Там тебе делать точно нечего. - Вы только посмотрите, Принц прям кулак-единоличник. Сам Пожирателем буду, никому больше не дам. – попытался в очередной раз пошутить Билли, но у него ничего не вышло. - Ладно, мальчики, - Деб взглянула на часы и засобиралась. – Мне домой пора, рабочего дня завтра никто не отменял. - Так, может, останешься? – поинтересовался Оптимус. – Что я себе, диван из стола на ночь не организую? - Ага, и свежую одежду ты мне тоже организуешь. И косметику. И духи. И туфли нормальные… - Да ты в любом виде хороша! – совершенно искренне удивился Рыжий. – Тебе-то все эти финтифлюшки бабские зачем? И я, конечно, весь стесняюсь и точного учета не веду, но вроде у тебя и так сейчас любовников больше, чем две штуки. - Г-спади, - Деб схватилась за голову. – Ну когда ты уже поумнеешь-то? У меня там мужик нарисовался… с перспективой. - Взамуж? – восхитился Старшой. - Ха. Берите выше, Муся. В Отдел Тайн. Буду хорошей девочкой, которая правильно себя ведет – через полгодика покажу кукиш своему отделу и по высочайшей протекции пойду секретутить к невыразимцам. Вы прикиньте, во сколько раз у нас количество данных-то увеличится? – она с торжествующим видом взгромоздилась на шпильки. – Это вам не под хупу(1) сходить. Дебора достала палочку и уже приготовилась аппарировать, когда ее прервал Билли. - Погоди! В кого конкретно-то ты метишь вонзить свои карьеристские коготки? Дай я его хоть пробью, насколько выйдет. А то вдруг мудак, а ты с ним – на свиданку… - Ты так трогательно все это свиданками называешь, Хокинс, что я прям вся млею. – покачала головой Деб. – И этого – не пробьешь, у него даже среди невыразимцев уровень такой, что ого-го. Но я сегодня буду доброй тетей Деборой и таки почешу твою детскую любознательность. Августус Руквуд. Да вы его видели, рябой такой. И с еле слышным хлопком она растворилась в воздухе. - Руквуд? – изумился Рыжий. – Он у нас в дендрариуме пару раз за каким-то хреном был. Он же Деб в отцы годится! - Скорее, в боггарты. – поделился соображениями Оптимус. – Драконья оспа привлекательности-то не способствует… Северус, тоже не раз Руквуда в министерских коридорах видавший, отходил от новостей дольше всех. - Мужики, замуж ей надо. Вот серьезно надо. С этим ее болезненным карьерным авантюризмом… - и он умолк, не найдя, что еще сказать. - А ты ей об этом скажи. – хмыкнул Старшой. – Только сначала заделай Чарити младенца, а то канет великий род Снейпов в воды летейские. Заупокойную службу по тебе мы, так и быть, закажем за счет треста. Впрочем, времени на чтение моралите не было все равно: обещанная партия товара требовала немало времени на изготовление, как и все заказы, поступающие в трест. Контора продолжала учиться и работать, поставив себе за правило ни при каких условиях не втягивать в функционирование треста личную жизнь его участников. Дела шли в гору, и довольно скоро встала необходимость найма дополнительных сотрудников. (1) Хупа – балдахин, под которым еврейская пара стоит во время бракосочетания.