Омерзительная четверка

К бесшумной аппарации Деборы все уже привыкли, поэтому когда она появилась посреди мастерской треста с поистине оглушительным хлопком, на нее посмотрели уже после того, как спеленали четырьмя Инкарцеро с ног до головы. - Деб, какого хрена? – возмутился Оптимус. - Психанула. – лаконично сообщила Леви, пытаясь удержаться на ногах. – Может, все-таки Финиту? - Может, все-таки подождем часик? – вздохнул Старшой. – Терпи, нервная ты наша. Оборотка сейчас дешева… - Да нет у меня этого часика! – взвилась Дебора, - И еще я падаю! Спасибо. – это уже адресовалось Принцу, который успел ее поймать и прислонить к стенке. - Нету так нету. – миролюбиво согласился Ланкастер. – Тогда допрос без пристрастия. Как мы познакомились с Рыжим? - Я его поколотила. – фыркнула Деб. – За то, что он обозвал нас с тобой женихом и невестой. - Ты со спины напала! – обиделся Залевски. – И я не забуду и не прощу. Финита инкантатем. – Сворачивайте лавочку, ребятки, разговор серьезный. – и, вздохнув, Дебора выложила на стол секретарский бланк с быстро, аж буквы плясали, нацарапанным текстом. - И что это? – поинтересовался Старшой. - Должностное преступление. – присвистнул Билли, пробежавшись глазами по написанному. – Насколько я понимаю, тянет на увольнение… и полтора года строгого режима за кражу государственной тайны в условиях текущего полувоенного положения. Кроха, ты решила спихнуть с пьедестала Рыжего? - Да объяснит мне кто-нибудь уже, что происходит?! – возмутился Снейп. Объяснение получилось коротеньким – под стать нескольким строчкам на пергаменте, чреватым тюремным сроком. Разумеется, свой навар от работы в Министерстве трест имел, но если раньше она ограничивалась только информацией сверх сентенций «Пророка» и выходом на людей из высших слоев, нуждающихся в их продукции, то сейчас Дебора Леви изменила ситуацию коренным образом. Отдел Тайн ведал, в числе прочего, и Пророчествами, а артефактологи-невыразимцы были теми, кто заключал эти самые пророчества в сферы, громоздящиеся в ожидании своего часа на запыленных километровых стеллажах. Все в отделе знали, что Пророчеств не было уже давно и потому свежее поступление вызвало немалый ажиотаж и бесконечные пересуды в курилке: такая информация шла под грифом «Совершенно секретно» и допущены к ней были считанные единицы. Впрочем, это было большей частью излишней перестраховкой: все равно очень немногие знали, как «прочесть» сферу, предварительно ее не расколотив. Деборино «непревзойденно» по СОВ за чары никого не волновало: в стандартный курс Хогвартса читающее заклинание, разумеется, не входило, а о том, какие знания можно раздобыть за неумеренную плату у завсегдатаев Лютного знали только эти самые завсегдатаи. - Ты сдурела – так рисковать? – вытаращил глаза Оптимус. - Да Руквуд мне его сам в руки отдал. – хмыкнула Деб. – И велел отнести в Хранилище. Я же дурочка-недоучка. Всего-то дел – зайти за стеллажи, туда же все равно кто-то заглядывает раз в пятилетку. В общем, Сев, расшифруешь? А то мне даже верхний смысловой уровень не нравится. Северус покачал головой и вновь уставился на пергамент. По лицу его было видно, что прочел он написанное уже раза три, причем, очевидно, не только слева направо, но еще и справа налево, наискосок, через слово и со сдвигом в три буквы. - Кроха, – Принц нахмурился. – На два слова. - Авада Кедавра? – обрадовалась Леви. – Валяй. Хоть отдохну немного. - Дура! – разозлился внезапно Снейп. – Никогда так не говори, даже в шутку! – и он окончательно помрачнел. – Но попрошу я тебя сейчас о неприличном, и, пожалуйста, дай я закончу без твоих комментариев. В общем, текст – это хорошо, но мне нужно больше: интонации, паузы… в общем, вот это вот все. Короче, пусти меня к себе в голову. Дебора скривилась. - Легиллименция, что ли? Принц, а без этого никак нельзя? У меня потом голова три дня раскалываться будет. - Ха! – Северус смерил ее взглядом, в котором гордыни было больше, чем в самом Снейпе – веса. – Ты меня с обливиаторскими дурнями-то не путай. Даже не почувствуешь ничего. - Ты забыл волшебную фразу «не бойся, девочка, это совсем не больно». – Деб расхохоталась. – Черт с тобой, сделаем это, детка. Но предупреждаю: глянешь случайно в мои интимные переживания – сам дурак. Хотя… может подцепишь что познавательное. - Ментальный триппер, что ли? – процедил сквозь зубы Северус, так и не разучившийся краснеть. – Ненавижу тебя, Чака. - Ненавижу тебя, Фасимба! – Дебора просияла. – Так ты прочитал все-таки? - Уж не сомневайся. – вздохнул Принц. – Поживешь с вами – научишься читать всякую… научную фантастику. В общем, расслабься, ни о чем не думай и смотри мне в глаза. «Легиллименс» он, на свое счастье, успел произнести раньше, чем Леви раскрыла рот для очередного комментария. Легиллименция – штука забавная. То, что по внутреннему времени участников процесса может занимать часы – в реальности укладывается в пару минут - Ммм… - Деб хлопнула пару раз ресницами и взгляд у нее окончательно прояснился. – А ты хорош. Действительно не больно, только спать хочется. Нашел, что искал? - Тебе всегда спать хочется. – Северус имел вид весьма озадаченный. – Нашел. Дебби, при всем уважении, если я еще хоть раз попрошусь к тебе в голову – избей меня до полусмерти. Почему ты вообще все воспоминания прячешь за… за тем, за чем прячешь?! Я и десятой части этого никогда в жизни знать не хотел! Рыжий хрюкнул. - Дебора Леви. Наносит психотравму по желанию заказчика, без желания заказчика и против желания заказчика! - Подумаешь! – фыркнула девушка. – Всего лишь «таблетка» от наших штатных мозготрахов. Чтобы не лезли, куда не просят. - Что, правда не выдерживают? – удивился Оптимус. - Да тут никто не выдержит, уж поверь. – поделился впечатлениями Снейп и сел в углу, велев не беспокоить: анализ Пророчеств был делом кропотливым и невероятно муторным. Вернулся в объективную реальность он уже далеко за полночь и вид имел настолько мрачный, что бутылку трест открыл превентивно, не дожидаясь отчета. - Дерьмо. – поделился соображениями Принц. – Ну, это если кратко. Да, речь действительно идет об устранении Сами-Знаете-Кого. - Устранении? – нахмурился Старшой. - Да. – кивнул Снейп. – Готов сожрать свой школьный галстук, если тут подразумевается смерть. Вероятность исполнения Пророчества – за восемьдесят процентов, и это по общей статистике очень сильно. Нам с вами, в принципе, можно расслабиться, мы тут вписаны разве что по очень косвенной касательной – ну, просто потому, что живем в Великобритании… - Так с чего тогда дерьмо? – поинтересовался Билли. – Наоборот – праздновать надо. Мудака этого аннигилируют. Мелочь, а приятно. - А с того дерьмо, - вздохнул Снейп, - что устранитель еще не родился. - То есть аннигиляция откладывается на неопределенный срок. – расстроено подытожила Деб. - Хуже. Нас ждет месиво кровавое в библейском стиле. - Ах ты ж! – Оптимус, доскладывавший в голове два и два, вскочил и схватился за голову. – Руквуд же! То есть считайте, что Сами-Знаете-Кто уже в курсе. Твою ж мать! Он же теперь устроит большую ролевую игру в Ирода. И хорошо, если угрохает только тех младенцев, которые родятся в Великобритании. Спорим, что разницу между магглами и волшебниками он делать не станет? Формулировочка-то «трижды бросить вызов» - размыта, как шотландская дорога по осени. Отработать весь сектор с превышением будет куда надежней. Снейп кивнул, трест побледнел. С Волдеморта сталось бы не просто расширить свою деятельность за пределы государства – он влегкую мог начать действовать уже сейчас, устраняя вероятности в лице будущих матерей, приблизительно подходящих по срокам. - И это еще не все. – голос у Принца сел. - Ну давай, добей уже. – и Рыжий нервно закурил. - Лили беременна. *** Иметь дело с Мародерами, пусть и повзрослевшими, никто желанием не горел, особенно в срочном порядке и без времени на моральную подготовку, но Дебора наорала на всех кошмарнейшим матом и, разбудив задремавшую в клетке сову, отправила ее к Блэку. - Ты что же… - вытаращил глаза Снейп. – До сих пор?! Девушка пожала плечами. - Запомни на всякий случай, Принц. Любые личные отношения, если не давать им совсем протухнуть, рано или поздно могут принести тебе пользу. Что я только что вам всем и продемонстрировала. Трест, однако, все равно выглядел слегка сбитым с толку. - Да что вы смотрите-то так?! – Деб топнула ногой. – Если вас беспокоит романтическая составляющая, то попуститесь уже, ее нет. Но с Сириусом легко, понимаете? Ему от меня ничего не нужно. Встречались на следующий день, в каком-то маггловском пабе в Ист-Энде. Петтигрю и Люпин глазели по сторонам и явно были в шаге от культурного шока, а вот Джеймсу и Сириусу такая обстановка, очевидно, была не впервой, что вызывало некоторое уважение – все-таки оба были чистокровными до неприличия. Обстановка за столиком, тем не менее, была напряженной: окончательно забывать они пока еще не научились, да и, по совести, события прошлого не относились к той категории, которую, повзрослев, с легкостью оставляешь на полке с обычными детскими обидами. - Аврор Нюнчик! – криво усмехнулся Поттер, поправляя очки. – Я так хотел вновь увидеть тебя… скажем, никогда. Северус уже открыл было рот для отповеди, но Билли его опередил. - Золотой Джеймс, как он есть! – и, обезоруживающе улыбнувшись, Хокинс развел руки, словно намереваясь Мародера обнять. – Характер скверный, поттерастический. - Так, давайте-ка соберемся. – вежливо, но очень настойчиво попросил Оптимус, поняв, градус колкостей и шуточек «на грани» вот-вот перевалит за допустимый градус. – У нас тут не факультетское соревнование. - Ты прав. – Джеймс помолчал, хлопнул стопку «за нервы» и взгляд у него сделался непривычно-сосредоточенным. – Приношу извинения. Излагай, Нюн… Принц. Мы слушаем. - …вот такой, в целом, расклад. – закончив говорить, Северус перевел дух и неловко пожал плечами. – И еще один нюанс, с которым я, если честно, так толком и не разобрался. - Мм? – Люпин, молча и сосредоточенно записывавший все сказанное, вскинул брови. - В общем, если анализировать Пророчество именно исходя из фигур Лили и Джеймса, - Снейп чуть скривился. – То всплывает какой-то дополнительный фактор, который иначе как «мутным» не охарактеризуешь. Кажется, он все-таки означает человека, но я ни в чем не уверен. - Хмм. – Петтигрю, до этого момента делавший вид, что его здесь вообще нет и особенно старательно не смотрящий в сторону Деборы, смущенно уставился в свой стакан. – Северус, только без обид, но что, если этот фактор – ты сам? Нет, ну серьезно. Если смотреть с наших позиций и того, каким боком ты к Поттерам относишься, то «мутность» - ну как на ладони. Оптимус ожидал, что «рванет» Снейп – но дергать за руку неожиданно пришлось Дебору, которая резко поднялась и, кажется, вознамерилась вылить на Хвоста остатки своего пива – тот даже успел отпрянуть. - Деб, - Поттер примирительно поднял руки. – Позволь, верну тебе любезность. Кругом война. Повзрослей. А Принц остался неожиданно спокоен. - Да. Может, ты и прав, Питер. В общем, ребят, сделайте что-нибудь с этой информацией. Поттер коротко кивнул, поднялся – и внезапно протянул Снейпу руку. - Сделаем. Спасибо, Принц. Деб… - он огляделся вокруг в поисках Леви и, не обнаружив той за столиком, только ладонь в лоб впечатал. – Блэк?! Да что ж ты будешь делать-то! Сириуса, как оказалось, тоже в пабе уже не было. - Эта музыка будет вечной, как мне кажется. – хмыкнул Снейп и пожал протянутую руку. – Ну, или пока у них батарейки не сядут. *** Осажденная крепость продолжала укреплять внешнюю оборону и, забываясь по ночам зыбким, нервным сном, все чаще ее часовые видели общий на всех кошмар, в котором ожидание атаки заканчивалось и сделанные со всем возможным тщанием сигнальные амулеты оправдывали свое назначение. Оптимус, исправно отказывавшийся от всех предложений и намеков Малфоя, больше всего боялся за свою Сандру, но, как оказалось, маггловская теория вероятностей в магическом мире сбоила так же, как основные законы физики. Все случилось ночью, но зубрежка, клавшая на лопатки даже зубрежку при подготовке к ТРИТОНам, сделала свое дело - порядок и точки десантирования были соблюдены до секунды и дюйма. Заранее было оговорено, что ни при каких условиях первым на «сигналку» не реагирует тот, из чьего дома поступил звоночек – это была элементарная стратегия, но зачастую самое простое – и есть самое действенное. Так что первой в дом в Тупике Прядильщиков аппарировала Дебора – вечный авангард Омерзительной Четверки, самая маневренная из целей, способная не сложиться в первые же две секунды и отвлечь на себя достаточно внимания, чтобы в бой вступила тяжелая артиллерия в виде внезапного и резкого, как ночной понос, хит-визарда Хокинса. Надежда на ложный сигнал растаяла мгновенно при виде двух фигур в узорных масках, и изумлению Деборы не было предела, когда она поняла, что Билли за спиной шарахнул прицельной бомбардой, а значит – она продержалась против двоих целых полторы минуты, не заработав ничего серьезней сектусемпры, пришедшейся вскользь по плечу. Тот самый вид «зевка» заклинания, которому в аврорской учебке полагалось краткое резюме «крови много – толку мало». - Протего Тоталус! – по счастью, Ланкастер еще не подоспел и прикрывать пришлось только себя и Билли, что значительно экономило силы. Но все равно силы были не равны, и боевая двойка очень быстро поняла, что даже когда придет поддержка – им все равно не хватит умений против Пожирателей. Не важно, кто скрывался под масками – они были первоклассными бойцами и единственными козырями «линии обороны» было доскональное понимание местности да некоторое преимущество в скорости: там, где слугам Темного Лорда мешались мантии, Деб и Хокинсу совершенно не мешали ни пижама, ни хит-визардская форма Билли, растворившегося на выходе из сортира при дежурке. К сожалению, всего этого было мало, и хотя Старшой спустя еще тридцать секунд занял свой пост возле дверей в спальню Снейпов, истошно проорав, чтобы Тобиас и Эйлин не вздумали выходить, его смели почти мгновенно: второй раз сектусемпра пришлась аккурат в цель. Билли и Деб намертво застряли на первом этаже, безуспешно пытаясь пробиться хотя бы к лестнице. Грохнула дверь, разлетаясь в щепки, оглушительно – как показалось – хлопнула синхронная аппарация Снейпа и Рыжего, и они честно делали все возможное, и даже больше, целую минуту. А затем Рыжий успел увернуться, а Принц – нет. Попавшая в бойца бомбарда гарантированно отправляет его в крепкие объятия контузии. На этом приговор предательнице крови Эйлин Снейп можно было бы считать приведенным в исполнение – но теория вероятностей вновь была отправлена на отдых, и на этот раз – магглом. Тобиас Снейп когда-то отслужил свое в армии. У Тобиаса Снейпа была отличная реакция. Поэтому Тобиас Снейп успел сделать шаг вперед, с силой оттолкнуть жену и даже подумать досадливо, что наконец-то оправдал многолетние подозрения сына в рукоприкладстве по отношению к Эл. А потом для него все закончилось, и Рыжий успел своими глазами увидеть невыносимую зелень вспышки прежде, чем его самого экспульсо отправило примерно туда же, куда недавно улетел Принц-полукровка. Билли, оставив Дебору, ухитрившуюся наконец перейти к самой действенной своей боевой связке, разбираться с выпавшим на их двойку Пожирателем, смог впечатать убийцу в стену с такой силой, что тому все-таки пришлось внять законам физиологии и отключиться – но, разумеется, было уже совсем поздно. Когда он вернулся назад, вниз, Дебора еще была в строю и он уже было подумал, что хоть частичную победу им удастся сегодня вырвать, но очередной хлопок надежду похоронил. Расклад вновь вернулся к омерзительному в своей безысходности «два на два», и Леви оттянула внимание «свежего» Пожирателя на себя, разгромив почти весь холл, но они оба уже слишком устали, чтобы питать иллюзии относительно грядущей развязки. Если бы Дебору Леви спросили, о чем она думала в те секунды, когда ее, отбивающуюся и пока еще успешно уворачивающуюся от потока темномагических заклинаний, оттесняли в подвал, она бы честно ответила, что ни о чем. Бойцу в бою думать вредно, в бою надо соображать и полагаться на инстинкты и выучку. Наверное, именно поэтому они с Билли и продержались дольше всех, но, в конечном счете, Деб оказалась зажата между каменной стеной и шкафом, и пространства для жеста, отражающего экспелиармус, у нее на стало. Противник медлил – он мог себе это позволить: Билли наверху орал заклинания и было ясно, что ему не до того, чтобы придти ей на помощь. «Мне страшно». - Дебора вглядывалась в беспристрастную маску и, как ни старалась, не могла найти в голове ни одной другой мысли. – «Мама, мне страшно». Пожиратель был уже совсем близко – слишком близко для замаха на любое из заклинаний, но Деб хорошо знала вербальную формулу той единственной чары, которая не требовала хоть сколько-нибудь широкого жеста. Самым ужасным были глаза, которые теперь можно было разглядеть сквозь прорези магического «забрала» - потому что это были обычные человеческие глаза. Не монстр. Не чудовище из страшных сказок. Не порождение Тьмы, Ада или чего-нибудь еще. Обычный человек, который однажды решил, что он вправе поднять оружие – и убить кого угодно просто так, потому что может. И он все еще медлил, видимо, в каком-то непостижимом желании хорошенько распробовать последний чужой ужас. - Я же просил. – из-за маски послышался усталый вздох. – Я же просил тебя уехать. Деб подумала, что вот теперь все не только страшно, но еще и невыносимо пошло. - Закрой глаза. «Вы умираете в момент зеленой вспышки» - всплыло отчего-то в голове. – «Если вы видите Авада Кедавра – значит, это не ваша Авада Кедавра»*. Деб неожиданно вспомнила короткие героические рассказы про Вторую Мировую Войну и про войну с Гринделвальдом. Хорошо бы было сейчас оказаться одним из их героев – отважным и несломленным, который вот так же оказавшись у стенки криво усмехался, велел палачам не завязывать ему глаза и даже успевал выкрикнуть что-то неимоверно гордое, восславив какую-нибудь идею. Дебора Леви считала, что умирать за идею – ужасно глупо, а уж если твоя идея звучит как «Все умрут, а я останусь» - такой вариант становится и вовсе абсурдным. Но ей все равно хотелось: смерть в любом случае дело гнусное и одинокое, так почему бы не потешить себя напоследок хотя бы какой-никакой гордостью? Но у нее было не слишком-то хорошо с гордостью – и совсем плохо было с героизмом. Поэтому Дебора Леви закрыла глаза и ей стало темно. *** Когда авроры прибыл на место преступления, их ждали Метка над домом и чудом держащийся на ногах хит-визард Хокинс. - Здесь четверо! – проорали сверху. – Живые! Колдомедиков вызывайте, хрен знает, сдюжат ли они переход по порт-ключу в Мунго! Аппарационные хлопки приходились в такт пульсирующей в голове хит-визарда Хокинса боли. Его тормошили, пытались влить в него какие-то зелья и задавали неимоверное количество вопросов, которые он не мог даже понять. - Деб. – Билли внезапно вздрогнул, поднялся. – Где Деб?! – проорав это, он зарядил по челюсти пытавшемуся удержать его аврору и бегом кинулся к подвалу. Дебора лежала на полу у дальней стены, лицом вниз; из-под головы на дощатый пол натекла алая лужица. Вбежавший следом колдомедик отпихнул Хокинса к стене и перевернул девушку на спину. Лица за кровью видно не было. - Все в порядке. – спокойный голос отчего-то не вывел Билли из ступора, а наоборот, заставил пошатнуться и привалиться плечом к стене. – Все в порядке. Ее просто конкретно приложили лбом о стену… ступефаем, наверное. Сам же знаешь, хит-визард – крови много, толку – мало. * формулировка беззастенчиво слизана с правил по Непростительным заклинаниям серии полевых ролевых игр "Хогвартские Сезоны"