Обычные дни

На телевизоре в этом номере всегда помехи, Напоминающие мне все, что, как ты думал, я не понимаю.

— Прости, Бенс, но следующего раза не будет. — “Бенс”?.. И как это не будет? — Вот так. Я увольняюсь. Ребята сохраняли молчание, находясь в откровенном шоке. Бенсон также опешил, не сразу найдя что сказать. — Ригби, это что шутка? Если да, то немедленно прекрати, иначе.. уволю! Даже не дав парню возможности ответить, мужчина продолжил: — Или, может, ты пьяный? А ну-ка дыхни. Знаю я, что вы и в рабочие дни не упустите лишнюю возможность выпить. Шатен лишь усмехнулся, покачав головой. — Нет, Бенсон, к сожалению или к счастью, я не пьяный. — Тогда о чём ты говоришь? И где ты был?! — Я больше не намерен здесь жить и работать соответственно. Так что уже завтра меня здесь не будет, если не раньше. — Ригби пожал плечами и, сделав небольшую паузу, продолжил: — А сейчас, дай пройти в дом, мне нужно собрать вещи. Парень обошёл своего уже бывшего начальника и, пройдя мимо так и оставшихся стоять на месте друзей, зашёл в дом. Бенсон, ожидая объяснения ситуации, вопросительно посмотрел на парня с голубой чёлкой. — Мордекай? — Я сейчас. Брюнет вслед за другом отправился в дом. Но даже не поднявшись на второй этаж, был остановлен доносящимся оттуда голосом. — Даже не думай меня остановить, — Ригби подошёл к лестнице и поставил перед собой чемодан. — Господи, Ригби, да что вообще происходит? Парень, глядя сверху на Мордекая, с силой толкнул чемодан ногой, отчего тот по ступеням практически слетел вниз так, что брюнет еле успел отскочить. Затем шатен, не спускаясь, взялся за перила, чуть свешиваясь, и проговорил: — Так понятнее? Я же сказал — переезжаю. — Да я не об этом, а о том.. что, чёрт побери, с тобой происходит?! Почему ты вдруг стал теперь меня избегать? Откуда появился этот игнор, что за перепады настроения в последнее время? У тебя будто все симптомы пмс. — О, да, Мордекай, отличная шутка, — Ригс развёл руки в сторону, а затем скрестил их на груди, сощурившись. — Я-то ведь и забыл, что здесь только ты у нас самый мужик. — Что? О чём ты? — А ты уже не помнишь, что было неделю назад? Это, по крайней мере, не я убивался из-за “несчастной любви”, как баба, раз уж на то пошло, — парень начал медленно спускаться по лестнице. — Вот только при этом ты продолжал всё остальное время трахать всяких шл.. девушек. Да и теперь.. что, снял тёлку в клубе и всё, да? Мужик? Интересно, что ж ты тогда сразу весь клуб не перетрахал? Ведь именно это, видимо, помогает тебе снова себя им чувствовать после всего твоего нытья. А, Мордекай? Шатен остановился прямо перед другом, который всё это время внимательно его слушал, также скрестив руки на груди, опустив голову и поджав губы. Когда же тот закончил, Мордекай поднял на него глаза и, стараясь сохранять серьёзность на лице вместо улыбки, спросил, приподняв бровь. — А ты что, ревнуешь? Ригби ожидал любого ответа, но только не этого. То, что его друг попал в самую точку, поначалу застало его врасплох, как и глаза напротив. Однако парень не мог отступить, как это обычно бывало. Не в этот раз. — Такого, как ты? — уже было с деланным удивлением начал Ригс, но вдруг остановился. — А хотя знаешь, да, я ревную. И по крайней мере могу в этом признаться. Как и в любом другом чувстве, в отличие от тебя. И ещё я даже не знаю, что может быть хуже, чем нечестность.. И ты не представляешь, как же бесит твоё лицемерие. Потому что ты либо правда любишь только её и тебе больше никто не нужен, либо нет и ты и дальше спишь со всеми. Но вот только если всё же первое, то трагедию ломать не нужно. Лучше пойди и скажи ей обо всём. Будь по-настоящему мужиком. — Поверить не могу.. и это ты будешь мне об этом говоришь? Продолжать разговор дальше для Ригби было уже бессмысленно. Он уже всё сказал, и выслушивать ещё что-то подобное не было уже никакого желания, поэтому шатен не нашёл ничего лучше, как взять чемодан и, выходя из дома, кинуть наиболее подходящую фразу для такого случая. — Да пошёл ты. Быстро сбежав по крыльцу, Ригби остановился перед остальными друзьями, которые всё это время ждали парней практически на тех же местах. — Хотел просто сказать пару слов напоследок. Спасибо за всё, ребята, было приятно общаться и проводить время со всеми вами, — шатен говорил, обводя глазами стоящих перед ним Бенсона, Масслмэна и Дай пять, но, остановившись взглядом на Мордекае, к тому времени уже присоединившемуся к остальным, добавил, — ну почти со всеми. Что ж, а теперь, адьёс! И развернувшись на носках, парень уверенным шагом направился к выходу из парка. — Мордекай? — Бенсон обратился к брюнету, всё ещё наблюдая вместе с остальными за уходящим юношей. — Да, Бенсон? — Работу Ригби возьмёшь на себя.

***

Как жаркий солнечный день сменился прохладной пасмурной ночью, так и злость парней друг на друга, в конце концов, сменилась сожалением. Если поначалу Ригс злился из-за того, что Мордекай, сам того прямо не подозревая, насмехался над его к нему чувствами, то Мордекай же злился из-за предъявленных ему другом претензий по поводу его собственной личной жизни. Но больше всего его задели последние слова, которые он повторил в голове: “Спасибо за всё, ребята, было приятно общаться и проводить время со всеми вами. Ну почти со всеми.” «Уж конечно, прям лучшими друзьями с этими тремя вдруг стал.. Да и пошёл ты к чёрту!» Брюнет пнул жестяную банку от содовой, лежащую у крыльца, и уже вслух продолжил свои мысли, ни к кому при этом не обращаясь. — Я тут ещё пахать теперь за него должен.. Да и пусть катится, куда хочет! Раз я его так не устраиваю. Раз я один здесь такой козёл, бабник и эгоист. Понимая, что говорит сам с собой, и что действительно заслуженно может называться приведёнными самому себе именами, успокоившись, парень глубоко устало выдохнул. После Мордекай зашёл в дом, который сейчас казался непривычно пустым. Затем, взяв из холодильника бутылку пива, поднялся в свою комнату. Не обращая внимания на распахнутое из-за порывов ветра окно, парень, включив трек и поставив его на репит, положил телефон на тумбочку. Он сел на кровати, прислонясь к стене, и сделал залпом несколько глотков из бутылки. Брюнет вслушивался в слова песни, поджигая самокрутку. Голос исполнителя будто озвучивал мысли, и казалось, что играла не композиция, а это его чувства превратились в мелодию. Слушая песню, Мордекай следил за тем, как мерно покачивались, разлетаясь от ветра, занавески на окне, и ощущал, как медленно остывает и без того холодное помещение, при этом сам чувствуя прикосновение прохлады. Постепенно картинка начала размываться, а глаза всё сложнее было держать открытыми, и в какой-то момент парень погрузился в сон, не заметив, как звук музыки плавно слился со звуком дождя, доносящимся с улицы. Тёмную гостиную освещает лишь свет от экрана телевизора. На часах далеко за полночь, но парни уже который час всё ещё рубятся в видео-игру, и кажется, будто оба не собираются заканчивать, пока вдруг один из них не бросает джойстик. — Я больше не хочу играть, — Ригби делает акцент на последнем слове. — Почему это? — Мордекай удивлён, но спрашивает, не глядя на парня, не отвлекаясь от игры. — Считай, что я проиграл. — Чувак, ты о чём? Мы ещё даже не прошли игру. — В том-то и дело, Мордекай, она какая-то вечная. Я её не пройду. — Что? С чего ты взял? Ответ друга следует не сразу. — Потому что это твоя игра. С твоими правилами. И только ты можешь решить, когда её закончить. А пока.. Ригби замолчал. Тогда брюнет оторвал взгляд от экрана, чтобы взглянуть на него и увидел, что парень явно хотел сказать что-то ещё. Но не успел Мордекай отвлечься, как в это время действие вдруг исчезло, выбросив игрока в главное меню. — ..А пока в ней для меня нет места. Не успел шатен договорить свои слова, как экран вовсе резко на секунду погас, а затем включился, проецируя лишь чёрно-белые помехи, шум которых буквально оглушал и давил на уши. — Чёрт, Ригс, что это ещё за херня?! Не смотря на то, что Мордекай смотрел прямо на парня, обращаясь к нему, тот не спешил с ответом. Брюнет попытался выключить телевизор с пульта, а затем выдернув шнур из розетки, но никакого результата не было. Тогда он, подойдя к другу, который продолжал, опустив голову, сидеть на диване, хотел было его встряхнуть, но тот сразу же поднял на него глаза. — … — парень что-то говорил, но Мордекай ничего не расслышал, помехи будто стремились полностью заглушить Ригби. — Что? Повтори ещё раз, я тебя не слышу. — … должен выиграть … Чем больше шатен говорил, тем больше вещей в комнате вместе с его словами замещались помехами. Мордекай не понимал, что происходит, не знал, что ему сейчас делать, но не решался отходить от Ригби, хотя тот уже больше ничего не говорил. И хоть друг на него не смотрел, он видел на его лице сожаление, что ещё больше встревожило брюнета. Он хотел взять парня за руку, но как только дотронулся до неё, Ригби тоже заменился помехами. Мордекай в шоке сразу же отдернул руку, и Ригби снова стал собой, однако было видно, что последнее действие друга причинило ему боль. Время от времени он продолжал заменяться помехами, и брюнет лишь ошарашенно смотрел на него, чувствуя себя абсолютно беспомощным. — Прости, я не хотел.. делать больно, просто.. Я не понимаю, что.. — Мордекай не договорил, не находя слов для того, чтобы описать происходящее. — Всё в порядке.. — парень отвечал с полуулыбкой, стараясь скрыть свою боль, и всё чаще и чаще заменялся помехами. — Боже, пожалуйста.. не исчезай.. Брюнет закрыл рот рукой, еле сдерживая эмоции, стараясь не закричать от отчаяния и не смея больше прикасаться к другу, зная, что сделает только хуже. Но когда всё пространство заменилось черно-белым и единственное, что оставалось, как есть, были они двое, он понял, что это последние секунды, когда он видит Ригби. — Прошу тебя.. Я всё исправлю, я обещаю. — Здесь нет твоей вины.. Я просто хотел стать твоим финалом игры. Мордекай сделал резкое движение в сторону парня, чтобы удержать его, не дав исчезнуть. Но в следующий момент, когда он открыл глаза, понял, что столкнулся с пустотой. Парень резко проснулся под оглушительный удар грома и сел на кровати. Сердце бешено колотилось в груди, а на лбу выступил холодный пот. В комнате было ужасно холодно: из окна задувал ветер с дождём, который к этому времени превратился в ливень. Брюнет поспешил закрыть окно и выключить плеер на телефоне, который всё это время продолжал играть одну и ту же песню. Взяв телефон в руки и проделав нужные действия, Мордекай на автомате быстро нашёл нужное имя в списке контактов и нажал на вызов. Затаив дыхание, он ждал что вот-вот сейчас же услышит родной голос, но на другом конце ответил чужой женский. Механический. — Абонент выключен или вне зоны действия сети. Закрыв глаза и прикусив губу, парень лишь искренне про себя надеялся, что с его другом всё в порядке, и что зря он сам так за него волнуется. Сейчас больше всего он хотел, чтобы Ригби был дома рядом с ним, и лишь ещё больше чувствовал себя перед ним виноватым, вспоминая их последний разговор. «Он ведь даже толком не разобрался и..» Мордекай вдруг прервал свои размышления, понимая, что на этот раз здесь нет места его вечным анализам и умозаключениям, и лишь молча улыбнулся, сделав другой более простой вывод..

***

Что касается Ригби, то, если говорить честно, всё это время у него не было какого-то определённого плана о том, куда идти. И вопрос он этот отложил до самого позднего вечера, потратив весь день в игровых автоматах, кафе, прогулках по главному торговому центру и городу. Под вечер погода испортилась, и стало заметно холодней. Поэтому запасной план парня о том, чтобы заночевать прямо на лавочке, подложив под голову чемодан с вещами, провалился. Также у шатена всё ещё теплилась надежда, что его друг всё-таки передумает и предложит ему вернуться домой. Чтобы проверить свои догадки, Ригс достал из кармана телефон и чекнул его: ни одного звонка среди многочисленных уведомлений из разных социальных сетей и пары смс. И даже в числе отправителей парень, к сожалению, не нашёл того самого, заветного имени. Не сказать, что он ждал, что его мегахладнокровный друг, который никогда не звонил и не писал ему первым, да и не делал этого вовсе, сейчас вдруг позвонил бы ему. Но данный случай отличался от всех остальных, и Ригс, держа телефон и не видя никаких оповещений от друга, всё же чувствовал лёгкую досаду и разочарование. Он уже собирался убрать телефон обратно, но зацепился взглядом за фото на экране блокировки. Фотография представляла собой коллаж из нескольких фото Ригса с Мордекаем. На первой ребята стоят в тёмных очках, скрестив руки на груди и сделав серьёзные лица; на второй Мордекай, приподняв одну бровь, смотрит в камеру с сигаретой во рту, поднеся к ней зажигалку, в то время как Ригс одной рукой удерживает его для того, чтобы они оба попали в кадр, а другой показывает «V», подмигивая в камеру. На третьей же парни в шутку, повернувшись лицом друг к другу и, тем не менее, находясь на расстоянии, вытягивают губы для “поцелуя”. Ригс, предлагая такую сомнительную идею для фото другу лишь в шутку, не думал, что тот действительно согласится. И тогда, перед тем как сняться, Мордекай сказал ему что-то вроде: «Я знаю, сложно удержаться, но не вздумай поцеловать меня по-настоящему», а потом они оба, откровенно говоря, заржали, но фотку всё-таки сделали. Шатен, глядя на фото и вспоминая день, в который эта фотосессия была сделана, и весь её процесс, искренне усмехался. Потом Ригби вспомнил о том, как они почти каждый свободный вечер гуляли, и Мордекай катал его на спине; как дома они в одной ванной вместе чистили зубы, прикалываясь друг на другом, и как потом он всегда поправлял укладку брюнета перед выходом; как затем шли на работу и каждый раз разными способами пытались слинять с неё пораньше; как часто вместе готовили на кухне, постоянно запачкав или какую-нибудь мебель или себя самих; как вообще они проводили время вместе, даже если это были обычные посиделки с приставкой. В общем, их обычные дни. Всё это время парень сидел на лавке, находясь там, в воспоминаниях, пока не возвратился в реальность и не понял, что, несмотря на обиды и всё остальное, будет нереально скучать не только по всему этому, но даже по тумакам, порой прилетающим от друга. И теперь уже предаваясь ностальгии, Ригс смотрел на фото с грустью в улыбке, пока вдруг на дисплей не упала капля дождя. Вытерев рукавом воду с экрана, он засунул телефон обратно в карман, взял вещи и, вздохнув, всё-таки отправился туда, куда предполагал пойти в самом крайнем случае. Уже через полчаса шатен, прилично намокший от дождя, стоял перед дверью большого дома и не решался постучать. Но, взяв, в конце концов, волю в кулак и засунув свою гордость куда подальше, он постучал. Хозяин не заставил себя долго ждать и почти сразу же открыл. — Ригби? Привет! Не ожидал тебя увидеть, — симпатичный высокий парень был явно приятно удивлён и, взяв чемодан и сумку Ригби, спросил: — Ты в гости? — Привет, Дон, — Ригби натянуто улыбнулся, стараясь принять такой же радостный вид, как у своего брата, — я.. ты не против, если я у тебя немного поживу?..