Мне трудно понять твою любовь

Остатки моего дня выглядели черно белыми. Я все время думал о Феликсе, который после разговора не появлялся мне на глаза, да и вообще на уроках я его не замечал. Я корил себя, называл самыми разными ругательствами, часть из которых почерпнул из лексикона Вару, который вообще не переживал по этому волнительному поводу. В какой-то степени было даже обидно. Я пытался хоть как-то расшевелить в нем сострадание, но он отмахивался и начинал другую тему. Это еще больше портило мне настроение, но что я еще мог сказать? — Слушай, хватит думать об этом. Тебе нужно отвлечься, пока ты не можешь помочь ситуации. Может, поговорим на более стоящие темы? — после очередной попытки пятый нахмурился. — Я понимаю, ты прав, но я не могу! Я чувствую себя виноватым, все-таки я дал ему надежду! А потом так грубо отверг… — Ты же знаешь, что сейчас уже ничего не исправишь. Не заморачивайся, все-таки не смертельно все. Ты можешь подойти, мягко все объяснить и этот желтый засранец сразу смягчится от твоих слов! — Вару галантно поклонился, открывая дверь кабинета, — Прошу дам вперед! — Тебя ведь задели мои слова, правда? — Я решил, что лучше не обращать внимания на шуточки Вару. — Если честно, то да, немного. Но вот какая гадость, ты совершенно прав насчет всего этого, и возразить не могу. Не буду же я упираться и не принимать очевидное, — Вару продолжил строить из себя прилично воспитанного юношу, ухаживающего за девушкой и предложил мне сесть, отодвинув стул. — Но я все равно хотел попросить прощения, этого не было в моих планах… — я замялся, — Поговорим еще вечером, хорошо? Сейчас я точно не настроен говорить, мне слишком паршиво… Мы правда просидели последний урок в молчании, каждый обдумывая свое. Мои мысли наконец переключились на вечер, где я в подробностях представлял, что Вару вправе со мной сделать. Мысли были чересчур пошлыми. Каждая картина была яркая, чуть ли не настоящая, а из-за фантазий внутри все приятно вздрагивало. Я сам не заметил, как на щеках заиграл слабый румянец и я разползся по стулу, чуть ли не сваливаясь с него. Меня отвлекает смешок и язвительный комментарий Вару: — Тебя мысли о Феликсе уже возбуждать начали? Только сейчас я вытянулся по струне и посмотрел вниз. Чуть не завизжав от смущения на весь класс, прикрываю пах и сжимаюсь в комочек, пламенно надеясь, что меня выгонят с урока или меня проглотит огромный червь, которого нам представляла учительница. Однако ни то, ни другое не представлялось реальным и я просто продолжал вжиматься в стул. — Э-э-это не так, я думал о другом, вообще о тебе… Т-то есть я просто вспомнил кое-что и вот так… — Из меня сыпались несвязные обрывки предложений. — Можно я сам разберусь с этим «недоразумением»? — нахально смотря мне в глаза, убирает руки и надавливает пальцем. — Ах, п-прекрати! — Еле подавляю стон и шиплю в сторону валета пик. — Не разорись на весь класс, увидят же! Не бойся, осталось три минуты до конца урока, а домой добираться где-то три, так что…повеселимся мы громко, но у меня, правда? — Такая ухмылка заставляет меня замереть и еще раз понять, что зря я сказал эту глупость. — Но помни… — Да помню я! — Пятый недовольно отворачивается, но его лицо начинает сиять со звонком. К нему домой он тащил меня быстрее, чем обычно. А точнее, мы бежали. Он бежал, а меня тащили. Быстро поздоровавшись с его родителями, мы пошли в комнату и наглухо заперли дверь. Мне наконец дали отдышаться. — Да-а, родители дома, придется тебе быть как можно тише. Ты ведь осилишь, или мне кляп достать? — Вару наивно похлопал глазами с длинными ресницами. — У тебя кляп есть?! — Я вздрогнул и уставился на пятого. — Да, а что? Пик тоже имел при себе подобный арсенал, надо же было как-то развлекаться! Мы же пиковые, в конце концов! — Вару ухмыльнулся при виде моего выражения лица, когда он достал остальные вещички. — Вот почему Феликс говорил с вами не связываться… — промямлил я, наблюдая, как Вару с злодейской улыбкой подходит ко мне.